Железный дровосек

      Несколько раз вздохнув, я немного растерла свои руки, ибо они были холодными от волнения. Я стояла перед шахтой. Эмоции смешались в кучу, часть меня рвалась и желала побыстрее оказаться там, рядом с ним, другая же, боялась и молила убежать отсюда подальше. Засмотревшись в одну точку, мне захотелось отключить мозг хоть на одну секунду и послушать свои чувства. «Чего ты хочешь?» — спросила я себя. Закусив губу, на меня нахлынуло совсем свежее воспоминание, как его руки сильно прижимали меня к себе, словно он нуждался в этом. Я точно нуждалась в этом. Не помню, когда последний раз мне было так хорошо.       «Тогда решено», — с небольшой улыбкой я подняла руку, чтобы вызвать лифт.       Секунды, что кабина опускалась на нужный уровень, казались вечностью. Я не реагировала ни на один звук, доносившийся с фабрики, будто выстроив вокруг себя невидимую стену. Мой шаг был лёгок, но дыхание было затруднено. Я пыталась представить, что может меня дальше ждать, но фантазии не хватало. Этот мужчина был загадкой. Он отталкивал и притягивал одновременно. Мне хотелось ударить его по лицу и сжать в крепких объятиях. От него пахло сигарами, но они только добавляли ему сексуальности. Его голос, чтобы он ни говорил, затрагивал все струны моей души, и я не могла сопротивляться. Я боялась зависимости, но как же было приятно осознать, что он хочет меня. И вот момент настал.       Я прошла внутрь небольшого прохладного помещения. Дверь, обитая металлическими листами, позади меня захлопнулась, но закрыла её не я. Переминаясь с ноги на ногу, я разглядывала пространство в поисках того, ради кого сюда пришла. В помещении было относительно темно, единственная лампа, висевшая по центру комнаты, освещала небольшой поблескивающий металлический стол.       — Подойди к столу, — послышалось из одного угла, в котором вспыхнул алый кончик сигары.       Ничего не говоря, я медленно прошла в центр комнаты и уселась на стол. Через одежду я почувствовала холод от поверхности, но он только обострила мои ощущения. Я глубоко вздохнула и уловила тот самый запах сигары. Хайзенберг стоял за моей спиной и наблюдал.       — Сними рубашку, — его голос обволакивал, не допуская и мысли, что я могу ослушаться.       На одно мгновение я замешкалась, ведь покалеченное тело под рубашкой никуда не делось, и оно не было привлекательным. Но я уже сделала выбор, мне не хотелось показаться слабой, учитывая, через что я прошла. Не сейчас. Я принялась расстёгивать пуговицы, одну за другой. Грубая ткань сползла с моей кожи, и прохлада помещения осыпала её мурашками. Я всё ещё не видела хозяина голоса, что диктовал мои действия, но его незримое присутствие будоражило кровь. Наконец, я услышала несколько расслабленных шагов. Рука без перчатки появилась из темноты и положила шляпу вместе с очками на край стола.       Сквозь свет яркой лампы ко мне подошёл Хайзенберг. Он был без своего фирменного плаща. Рукава рубашки были закатаны до локтей и открывали израненную кожу. Мне невольно захотелось прикоснуться к нему, но я вовремя одёрнула себя. Он пододвинул стул, находившийся в темноте, почти вплотную и сел на него. Пристально осматривая меня, изредка он наклонял голову в сторону, словно изучая. Почувствовав неловкость, я всё-таки скрестила руки на груди. Он прервал это действие и взял своими руками одну мою. Его ладони были очень горячими, моя бледная кожа могла бы вмиг расплавиться, как шоколад.       — Такие тонкие, — тихо произнёс он, аккуратно растирая пальцами засохшее пятно крови на моей руке.       Руки продвигались всё выше и выше, пока не оказались на уровне моей ключицы. Я смотрела на него, как его грудь вздымалась от коротких вздохов, и мне захотелось закрыть глаза. Затем его руки перешли на мою шею. От его нежных поглаживаний я непроизвольно откинула голову назад. Стул заскрипел, скрывшись где-то в тени, и через мгновение между моими коленями оказались бедра Хайзенберга. Одна его рука стала придерживать мою шею, пока вторая медленно опускалась к груди, заставляя мою спину выгнуться. Связка металлических военных жетонов, свисающих с его шеи, коснулась моей кожи, после чего я почувствовала горячий поцелуй. Борода немного щекотала шею, пока её владелец рисовал нежные узоры своим языком.       Расставив руки позади спины, я впилась ими в край стола. Я чувствовала, что не смогу сдержать стон от получаемого наслаждения. Мурашки предательски выдавали мои эмоции. Оторвавшись губами от моей шеи, он опустил одну руку к нижней части моей спины и пододвинул меня к себе, чтобы наши тела могли соприкоснуться. Я пересилила себя и подняла голову, чтобы взглянуть на Хайзенберга. Его глаза горели зелёным пламенем, и взгляд казался сосредоточенным.       Он обхватил рукой мою шею и притянул к себе. Я ожидала новый яркий поцелуй, который сведёт с ума. И я его получила. Чувства были обострены до предела, его горячее дыхание опалило кожу на губах, прежде, чем они встретились с его. Он придерживал мою голову, управляя моментом. Его губы были ещё мягче и сочнее, и, не сдерживаясь, мой язык страстно искал удовлетворения. От долгожданного соприкосновения по телу пробежал ток, заставляя покалывать кончики пальцев. Страсть разрасталась внутри меня, и мне хотелось большего. Моё тело наполнилось невиданной энергией, будто все органы заменили на новые. Во время поцелуя одна рука Хайзенберга соскользнула вниз и коснулась моей груди. Едва ощутимое прикосновение тут же взбудоражило мои соски. Оторвавшись от сладких губ, я издала слабый стон.       — Дьявол, — протяжно вырвалось у Хайзенберга.       Он покрывал поцелуями кожу, спускаясь от шеи до низа живота. Его руки схватили мои бёдра и заставили обвиться вокруг его тела. Хайзенберг прильнул грудью к моей и попытался меня приподнять, придерживая под ягодицы. Я поняла намерение и обхватила руками его шею. Взяв меня на руки, он аккуратно уложил нас на плащ, валявшийся на полу в тени. Оказавшись надо мной, он стянул с себя рубаху вместе с майкой и кинул их подальше. Его тело было усыпано шрамами и порезами, некоторые отчётливо виднелись сквозь волосы на его груди. Мои руки невольно потянулись, чтобы дотронуться до его заживших ранений. Он опередил меня и, взяв мои ладони в свои, поцеловал каждую. После одной парой наших рук он провёл по длинному шраму на своём животе.       — Хотел бы я, чтобы все они были от тебя, — томным голосом произнёс Хайзенберг.       Его с виду грубое тело нуждалось в ласке, от его кожи шел пар, согревая нас обоих. Я откинулась на плащ и закрыла глаза, наслаждаясь каждой минутой, проводимой с ним. Грубые руки нежно коснулись моей талии, водя пальцем по низу живота, от чего становилось щекотно. Не сдержавшись, я дёрнулась и засмеялась.       — Ты красиво смеёшься, — ответная улыбка появилась на его лице. Я прикусила палец, чтобы успокоиться. — Посмотрим, как ты отреагируешь на это, — тихо произнёс он, и его рука скользнула к моей промежности, всё ещё скрытой просторными штанами.       Вольно вздрогнув, я вжалась в ткань плаща. Тепло настигло моё лоно, и оно взмокло ещё сильнее. Пальцы раздвинули половые губы и принялись потирать их, пока изумрудный взгляд изучал реакцию. От нахлынувших чувств моя спина выгнулась, и я закатила глаза от наслаждения. Второй рукой он схватил мою грудь и принялся её сжимать. Указательный палец сместился вверх и дотронулся до набухшего клитора.       — Так сильно возбуждена… — шёпотом произнёс он, будто для себя.       Нежно массируя бугорок, он изредка надавливал на него, от чего у меня сыпались искры из глаз. Не вытаскивая руку из штанов, он упёрся второй в пол и наклонился к моей груди. Губы коснулись соска, а язык принялся вращаться вокруг. Моё тело сотрясалось от доставляемого блаженства. Мне уже давно хотелось наброситься на Хайзенберга. Продолжая играть с соском, он периодически прикусывал его зубами. В эти моменты я не знала, куда себя девать. Руки хаотично оглаживали его плечи и шею, а ноги сжимали его бёдра на особо удачных движениях.       Затем он отстранился от меня, и я невольно приоткрыла глаза, сталкиваясь с его взглядом. На руках у Хайзенберга выступали вены, грудь вздымалась от учащённого дыхания, а глаза были переполнены вожделением. Напряжение, томившееся внутри, распирало его брюки. Он снова приложил свою руку к области моего паха и принялся расстегивать пуговицы на штанах. Его действия были стремительными, и последняя пуговица отлетела со свистом в сторону. Жестом руки он попросил меня встать, а сам сел на пол, согнув ногу в колене и чуть запрокинув голову, чтобы видеть всю меня. Я уловила его мысли и стала снимать с себя штаны. Он смотрел на мой неловкий стриптиз, не отводя глаз, а язык то и дело мелькал меж пересохших губ.       Когда последняя штанина слетела с моих ног, он притянул меня поближе и уткнулся лицом во внутреннюю сторону бедра. Я запустила руки в светлые волосы, смотря сверху вниз. Он провел языком по бедру, и моё тело снова охватили мурашки. Одной рукой обхватив мою ногу, вторую Хайзенберг приложил к моему трепещущему входу. Я снова почувствовала его пальцы, как они смазывались моим соком, и скользили по губам, задевали вход во влагалище. Немного погодя, без предупреждения он проник в меня, от чего я немного подпрыгнула. Его движения ускорились и привели меня в дикий экстаз. Бедра непроизвольно начали смыкаться, сдавливая его руку. Стоять на ногах было невозможно. Он не отпускал меня, его пальцы с каждым разом входили всё глубже и немного раздвигали меня изнутри. Не в силах сдерживаться, я простонала и отшатнулась в сторону.       Хайзенберг стремительно поднялся и подошёл ко мне. Его брюки еле сдерживали прорывающееся желание. Подрагивающие пальцы занялись ширинкой, чтобы избавиться от надоедливой преграды. Мои щеки горели алым румянцем от последних пережитых эмоций. И только обнаженное тело Хайзенберга сумело меня отвлечь. Когда он отбросил брюки в сторону, я увидела, как сильно он хочет меня. Воспользовавшись силой, Хайзенберг притянул к себе стул и сел на него. Похлопав по ногам, он позвал меня сесть на него. Я незамедлительно повиновалась и чуть ли не запрыгнула на колени. Стул под нами пошатнулся, но мы смогли удержать равновесие. Наши тела прижались друг к другу, казалось, ещё чуть ближе — и мы соединимся воедино. Время будто остановилось и пространство замерло. Хайзенберг придерживал меня одной рукой, а другой убрал волосы с моего лица.       Его губы потянулись к моим, и он тихо прошептал:       — Я хочу почувствовать тебя изнутри.       Я опустила руку на его достоинство и ощутила, насколько оно было крепким. От перевозбуждения у него начала выделяться смазка, которая помогла моей руке скользить вниз и вверх. Он закрыл глаза и издал короткий стон. Я аккуратно приподнялась на мыски, сдвигаясь вперёд, и, наконец, впустила его внутрь. Член уверенно и правильно раздвигал стенки, погружаясь всё глубже. Мои руки вцепились в спину Хайзенберга, с нажимом проведя по рельефным мышцам, пока сила притяжения работала на нас.       Он наклонился к моему уху и выдохнул:       — Хочу, чтобы ты прокричала моё имя во время оргазма. — Услышав его пожелание, я немного опешила и поняла, что не знаю, как его зовут. В моем взгляде, видимо, промелькнуло очевидное недоумение, потому что он со смешком добавил: — Карл.       Он положил обе руки мне на талию и надавил на неё, чтобы войти в меня глубже. Как только Карл замер, оказавшись полностью во мне, я почувствовала пульсацию его органа. Я стала приподниматься и опускаться, не торопясь, чтобы прочувствовать каждый его сантиметр. Карл схватил меня за ягодицы и принялся сжимать их. Наши тела набирали темп. В процессе он страстно впивался в мою шею губами, оставляя на ней укусы. В помещении стало очень жарко, ощущалась нехватка кислорода. С каждым новым проникновением Карл прижимал меня сильнее к бёдрам. Мои скачки на нем создавали глухие хлопки сталкивающихся друг с другом потных тел.       Чувства были на пределе и эмоции переваливали через край. Я жадно хватала ртом воздух и чувствовала, как животная страсть накрывала меня с головой. Внезапно я почувствовала небольшой разряд, пробежавший по телу, и поняла, что близка к концу. Карл тоже это почувствовал. К моему удивлению он встал со стула со мною на руках, замершей в нижней точке.       — Ты близко? — капелька пота пробежала по его лбу.       Я кивнула и уткнулась ему головой в плечо. Почти полностью выходя, Карл стал жёстче насаживать меня на себя. Создаваемые внутри трения сводили с ума. Нарастающие толчки заставили мой голос прорезаться, и я начала громко стонать. Я была почти на пике удовольствия.       — Боже, Карл! — вырвалось у меня.       Я чувствовала, как напрягаются его ягодицы. Внезапно Карл остановился, вызвав в моей груди требовательный стон, и, развернувшись, направился к столу. Аккуратно уложив меня на холодную металлическую поверхность, он, закинув мою ногу себе на плечо, продолжил входить в меня с тем же усердием, что и раньше. Стол моментально нагрелся от моего опьянённого тела. Мозолистый большой палец оказался на моём клиторе, интенсивно потирая и обводя по кругу, дразня. Я непроизвольно начала извиваться, и стол подо мной понемногу уезжал.       Сжав обе груди руками, я взглянула на Карла. Свет лампочки падал на него и освещал его напряжённый пресс. Он был великолепен. Его тело пылало от страсти. Наконец, я почувствовала приближение оргазма. Это было похоже на взбалтывание бутылки шампанского. Пузырьки разлетались по всему телу и лопались, испуская маленькие электрические заряды. Ноги начало немного сводить, от чего даже становилось больно. Вдруг вся энергия начала скапливаться внизу живота. Мои руки судорожно начали искать, за что зацепиться. Карл протянул ладони, и я схватила их. Крепко сцепив пальцы наших рук, я отсчитывала последние мгновения до невероятного финала. Стоны Карла усиливали мои ощущения, и когда его член со всей силы ворвался в меня в очередной раз, я почувствовала, как внутри взорвалась бомба.       — Карл! — вскрикнула я из последних сил.       Мелкие осколки от оргазма разлетелись по мне, отдаваясь эхом на кончиках пальцев. Карл приостановился, но не вышел из меня. Лёжа на спине, с закрытыми глазами, я изредка вздрагивала и не могла перестать улыбаться.       — Поможешь мне? — запыхавшийся голос вернул меня к реальности, как и внезапно пропавшее чувство наполненности.       Поднявшись со стола, я попыталась отлипнуть от него. Карл стоял передо мной во всей красе, нежно массируя разгоряченный член. Я встала на колени и прильнула губами к пульсирующей плоти. Почувствовать его во рту было ещё более приятно, ведь теперь я могла доставить ему удовольствие: скользя языком по головке, проводя рукой по стволу, немного сжимая ладонь у основания. Заглотнув его полностью, я не почувствовала никакого дискомфорта. Наоборот, я ощущала власть и контроль. Карл собрал мои волосы в хвост и стал держать их. Оторвавшись от члена ненадолго, я наклонилась чуть ниже и попробовала пососать яички. Мой поступок получил одобрительную реакцию в виде протяжного стона. Вернувшись к идеальному органу, увитому венами, я стала водить по нему языком, иногда останавливаясь на уздечке. Стоны со стороны Карла не прекращались, что заставляло меня действовать активнее.       — Уже скоро, — сладко произнёс он.       Я принялась сосать его член старательнее, в некоторые моменты, едва прикасаясь зубами. Карл положил вторую руку мне на голову и стал направлять меня. Орган внутри моего рта начал сильнее пульсировать, и я поняла, что Карл скоро кончит.       — Ляг грудью на стол, — его тон сменился на приказной.       Я быстро облокотилась на стол и коснулась грудью металлической поверхности. Карл подошёл сзади. Мускулистые ноги дотронулись до моих бёдер, и я услышала, что он мастурбирует. Через мгновение, я почувствовала тёплое завершение его оргазма. Карл издал громкий стон и чуть ли не упал на меня, вцепившись в край стола до побелевших костяшек. Белая липкая субстанция растекалась по моей спине, стекая на ягодицы. Довольная, я ускользнула в сторону от стола и попыталась достать частичку свой победы над телом Карла.       Облизнув палец, я сказала:       — Так вот, какой ты на вкус.       Запыхавшись, он посмотрел на меня и улыбнулся. Он поднялся со стола и подошёл ко мне. Его влажные губы мельком коснулись моих. Я подняла с пола рубашку и протянула ему в руки. Вытерев сперму со спины, он отбросил её в угол. Усевшись на плащ, Карл потянул меня за собой. Мы ничего не говорили друг другу, наши тела, удовлетворённые и изнурённые, наконец смогли отдохнуть, медленно остывая.       Откинувшись на спину, Карл заложил руку за голову. Я прилегла на его грудь и стала водить пальцем по шрамам. Вслушиваясь в биение его сердца, я почувствовала себя живой.