Номер пятьсот семнадцать. Часть первая, «Горгона»

Джен
R
В процессе
4
автор
Размер:
планируется Макси, написано 86 страниц, 9 частей
Описание:
Дети Йистейе остались без родной планеты, и свой новый дом — Землю — они терять не намерены. Но война за нее идет уже слишком долго. Ресурсы истощаются, и изданный Адмиралтейством Приказ номер пятьсот семнадцать поднимает в небо музейные корабли, служить на которых подобно проклятию, эквивалентно смерти. И Создатель помоги тем, в чьем личном деле появится печать с тремя красными цифрами.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
4 Нравится 14 Отзывы 0 В сборник Скачать

-7-

Настройки текста
      Они влетели прямо в оскаленную пасть дыры в боку «Цейнаре». Тонкие лучи прожекторов вырвали у тьмы разрушенное обгорелое нутро станции, и на короткий миг ей стало не по себе: все указывало на то, что «Цейнаре» сдалась без боя. Умерла, не сумев дать отпор. И ее экипаж все еще был где-то там, брошенный и неупокоенный. Мумии мирного времени.       Краем глаза увидела, как кто-то из штурмовиков положил руки на сердце, молча молясь Создателю.       Челнок мягко коснулся пола изуродованных внутренностей уровня.       Она развернулась к группе высадки, встретившись взглядом с Рану.       — На вас верхняя половина уровней, — он кивнул, — мы с моей группой обследуем нижнюю. Приоритетная задача — поиск «Вендиго». О любых подозрительных происшествиях сразу сообщать. Берегите воздух, системы жизнеобеспечения станции вряд ли до сих пор функционируют. Все понятно?       Ответное «так точно, капитан!» прозвучало неожиданно приятно.       Выдохнув, будто перед прыжком в ледяную воду, натянула на голову шлем и активировала систему управления, нажав под подбородком. Перед глазами тут же возникли показатели сканеров, транслировавшиеся прямо на визоры. Зашумели в ушах помехи: подключилась связь.       — «Горгона», слышите нас?       — Да, капитан, — сухо прошипел в динамиках голос Йоргуна. — Связь по скрытому каналу налажена, изображения с ваших камер передаются на экраны.       Улыбнулась, но череп шлема скрыл ее улыбку от всех остальных.       Пистолеты и обоймы с энергопулями оттягивали бедра.       Это не понадобится. Не пригодится. Они всего лишь ищут «Вендиго», они всего лишь поисковой отряд. Боевая тревога в голове должна замолкнуть — в этот раз бойни не будет.       Включив магнитные стабилизаторы, она первой бесшумно спрыгнула в темноту станции. Тело тут же привычно ощутило странную легкость: искусственная гравитация на «Цейнаре» давно уже не работала, и все, что удерживало ее — примагниченные к полу ботинки. Еще раз перепроверив скафандр, обернулась к штурмовикам, разделившимся на две группы.       — Мы готовы, капитан, — отрапортовал Тейун, попавший в ее половину.       Пятеро штурмовиков и врач смотрели на нее черными провалами глазниц визоров, ожидая ее команды.       Кивнула, давя взявшуюся откуда-то неуверенность:       — Выдвигаемся. Удачи, господа, — отсалютовала она второй группе.       — Храни вас Создатель, — отозвался Рану.       Через динамики его голос звучал механически.       Вокруг была мертвая тишина вакуума, но легкое поскрипывание помех странным образом успокаивало. Хлопнув ладонью по шлему, она зажгла фонарь. Пятно света тут же прыгнуло на стену, осветив черный слой копоти.       Вызвав карту на панели на запястье и сверившись с ней, махнула рукой:       — Пойдемте.       Рану был прав: «Цейнаре» внутри мало отличалась от «Дуата» и «Цербера». Круговые уровни, расходящиеся от центрального вверх и вниз и связанные между собой лифтами и лестницами, она видела не один раз.       Вторая группа двинулась направо. Они пошли налево. Им предстояло обойти уровень с двух разных сторон и разделиться уже окончательно, спустившись до самого дна, миновав командный пункт.       Штурмовики тихо переговаривались по внутренней связи, изолировавшись от канала связи с «Горгоной». Одергивать их и приказывать не засорять эфир она не стала.       Болтовня на фоне успокаивала.       — Шерсть дыбом встает, а, капитан? — обратился к ней Тейун.       Она поежилась.       — Да уж.       «Цейнаре» горела. Полыхала, пока не кончился кислород, и это было видно по оставшимся на стенах и потолке коридора уровня следам. Страшная смерть, безобразная, и она знала, что найдет, если велит выломать двери в любую из кают — но смотреть на тех, кто задохнулся, замерз или умер от голода, у нее желания не было. Ни к чему беспокоить мертвых.       И это именно то, за чем они здесь.       Чье-то бормотание в динамиках слишком сильно напоминало молитву.       — Капитан, разрешите нескромный вопрос.       — Валяйте, господин Тейун, — ухмыльнулась она.       Свет от фонарей судорожно плясал по стенам.       — Почему вы решили пойти с нами?       Фоновая болтовня тут же стихла. Она хмыкнула.       — Потому что мне здесь не нравится.       — Нам тоже.       — Вот видите.       В ушах затрещало — штурмовики негромко рассмеялись.       Обстановка понемногу разряжалась.       — Это все выглядит очень подозрительно, — она дернула плечами. — И я не хочу оставаться в стороне, снимая с себя ответственность за свои решения.       Тейун молчал.       Она наложила на карту показания сканеров. Если верить им, станция была лишь выпотрошенной оболочкой.       — Знаете, капитан, — заговорил Тейун, — если разрешите начистоту, я бы считал вас обузой, если бы не видел, как вы тренируетесь. Но я рад, что вы здесь.       — Что ж, — она обернулась, глядя на свою группу. — Благодарю за честность.       Кто-то из штурмовиков, кого она не смогла узнать по голосу, спросил:       — Вы правда прошли программу с «тихоходкой»?       Вздрогнула.       Шрам на плече прострелило призрачной болью, и на секунду ее захлестнула ярость. Сколько зим еще «Аматерасу» будет портить ей жизнь? Сколько? Почему вновь и вновь этот проклятый корабль преследует ее?       — Правда.       Они переглянулись.       — Тогда добро пожаловать в команду, капитан.       Губы изогнулись в кривой усмешке, которую никто не видел.       Она сдержанно поклонилась.       — Это честь для меня, — и тут же недовольно сложила руки на груди. — Все, любопытство удовлетворили? Или дальше будем чесать языками на вражеской территории?       — Никак нет, капитан, — ответил ей дружный хор.       Глупая улыбка рвалась на свободу.       Они миновали разгромленный ангар — лучи фонарей цеплялись за пепел, оставшийся от кораблей — и наконец ступили в изгибавшийся полукругом коридор.       На сканерах по-прежнему ничего не было. Но она все равно велела открывать каждую дверь. «Вендиго» был здесь, «Вендиго» кричал о помощи, и «Вендиго» не мог пропасть бесследно.       Они все знали, что найдут.       Она не хотела это находить.       Обмороженные тела, парившие в темноте.       За каждой дверью. В каждой каюте. Они смотрели в застывшие глаза и шли дальше. Свет фонарей выхватывал мелкие детали: окоченевшие пальцы, сжимавшие оружие, нашивки на форме с эмблемой «Цейнаре», кровавые черные пятна. Смерть искажала лица и обезображивала тела. Смерть стылая, уродливая, тихая встречала их на каждом шагу. Бесчестная и пришедшая без боя.       Группа молчала.       Они прошли коридор до конца и, встретившись с Рану и его половиной, спустились по шахте лифта на уровень ниже.       Мостик находился через два уровня от них. В глубине души она лелеяла надежду запустить генератор и оживить станцию — и тогда, быть может, они точно найдут «Вендиго».       Мертвецы в тишине. Снова и снова они встречали их — тех, кто не успел эвакуироваться, тех, кто не погиб в расстрелянных спаскапсулах и в не успевших уйти кораблях. Лики смерти — говорил как-то дедушка. Он на такие насмотрелся, когда занимался чисткой Йистейе перед тем, как ее дети покинули свой родной дом. Дедушка рассказывал, что нечистых не удостоили правильных похорон. Дедушка рассказывал, что они сочли это милосердием — лишить жизни тех, кого Империя не могла забрать с гибнущей планеты.       Это неправильное. Это другое. Они привыкли видеть смерть иначе. Лицом к лицу и глаза в глаза. Но не так, когда она кидается им под ноги вырвавшимся из раскрытых дверей воздухом, вынося в коридор трупы.       На сканерах по-прежнему было пусто. Источники неизвестных сигнатур ждали их на нижних уровнях и не двигались.       — Капитан, — взволнованно окликнул ее кто-то из штурмовиков.       Она оглянулась.       — Что такое?       — Взгляните.       Штурмовик, тот, у кого на лбу шлема была нарисована летящая белая птица, указал пальцем куда-то вверх.       В свете фонарей под потолком парил труп в абордажном скафандре. На рукаве скафандра было написано только одно слово.       «Вендиго».       Облизала мгновенно пересохшие губы, понимая, что где-то глубоко внутри чего-то такого она и ожидала.       — «Горгона»?       — Видим, — мрачно подтвердил сквозь помехи Йоргун.       — Странное ранение, — сказал тем временем второй штурмовик, по чьему нагруднику шли синие узоры. — Посмотрите. У него голова будто взорвалась изнутри.       Она хмуро кивнула, заметив только сейчас, как раскрылся в жутком кровавом цветке углепластик шлема. Известное им человеческое оружие на такое не способно. Их собственное — тем более.       — Господин Рану.       — Капитан! — тут же отозвался он, едва ли не перебив ее. — Мы…       — Мы нашли…       — Мы нашли «Вендиго»!       Резко выдохнула, давая себе секунду на осознание.       Треск помех.       — Что?       — Корабль! — повторил Рану. — Мы нашли его! Он спрятан здесь, в разломе. С виду целый, но никаких сигналов не подает.       — Осмотрите его, — напряженно ответила она. — Только, Рану…       — Капитан?       — Мы нашли одного из членов экипажа, — она подняла голову, и крепившийся к шлему фонарь вновь осветил зависшего над их головами мертвеца. — Мы не знаем, что его убило. Молю Создателем, будьте осторожны.       Рану молчал, и в его молчании читались тревога и предчувствие опасности.       — Вас понял, капитан, — наконец произнес он.       Коснулась затянутой в перчатку рукой виска, собираясь с мыслями.       — Мы спустимся к мостику. Оставайтесь на связи.       — Берегите себя.       — Вы тоже.       Чей-то шумный вздох обернулся еще одним взрывом помех.       Тьма станции неощутимо изменилась. И боль, начавшая глодать висок, твердила ей об одном: стоит все бросить и бежать, пока ее подозрения не стали правдой. К безмолвным звездам это задание, своя шкура важнее. Но она привычно сжала руки на горле паники, ломая ей трахею. Нельзя.       Нельзя.       — Капитан?       — Вы меня слышали. Спускаемся к мостику.       Камеры слежения и сканеры. Вот, что ей сейчас нужно, чтобы перестать чувствовать себя слепой и обрести уверенность.       Пятна света от фонарей прыгали по полу и потолку, дрожа от их ускорившихся шагов.       От молчания веяло тревогой.       — «Горгона», попытайтесь вызвать «Вендиго» еще раз.       Йоргун ответил через минуту:       — Бесполезно, капитан. Они молчат.       Проклятье.       Бранное слово едва не прорвалось в эфир.       Мостик занимал самое сердце центрального уровня. Спустившись по шахте лифта вниз и миновав больше не интересовавшие их уровни, пройдя мимо разбитого обзорного иллюминатора, они остановились у массивных запертых дверей. Коридор огибал мостик по кругу, но вход был только один — у второго чудом уцелевшего смотрового иллюминатора, из которого виднелся острый нос «Горгоны».       Она отдала уже привычную отмашку выламывать двери, зная, что найдет за ними. Вид тех, кто задохнулся или умер от голода, ее уже не шокировал.       Белый свет фонарей прорвал красный луч резака. Метал искрил золотым, пока двое штурмовиков перерезали запирающий механизм, чтобы разомкнуть дверные створки. Жаль, что она не догадалась определить в десант кого-нибудь из техников Инуша. Тогда проблема с запуском сканеров решилась бы гораздо проще. С другой стороны, вряд ли центральные цепи повреждены слишком сильно — скорее всего, их потребуется лишь перезапустить, и они справятся своими силами.       Двери разъехались в стороны.       Трассер выстрела прорезал тьму там, где миг назад была ее голова.       Ее спасли голые рефлексы.       Она тяжело отскочила в сторону, кляня отсутствие гравитации, и быстро огляделась. Штурмовики успели среагировать и оттащить девочку-медика с линии огня.       Проклятье!       — «Горгона», Рану! — рявкнула, вгоняя обойму в пистолет. — На нас напали, мостик, уровень восемнадцать!       — Капитан, доложите обстановку! — тут же отреагировал Йоргун.       — Потом! — прорычала она.       Тейун и еще один штурмовик замерли рядом с ней. Еще трое остались по другую сторону вместе с медиком. Оружие в их руках обещало смерть.       Скомандовала, чувствуя, как запел в крови адреналин:       — Под обстрел не лезть. Но нужно выяснить, кто противник и сколько их.       — Капитан, — сказал кто-то. — На сканерах никого.       — Знаю.       — И что нам…       — Я думаю.       Отсутствие искусственной гравитации путало все карты, навязывая иные, непривычные правила игры. Она выругалась. Они все же нарвались на тех, кто убил того члена экипажа «Вендиго».       Ее команда ждала приказа.       — Мы нашли вход в корабль, капитан, — отрапортовал Рану. — Он заперт.       — Не суйтесь.       — Понял вас.       Они должны узнать, что здесь происходит.       Придется рисковать.       — Так, — выдохнула она, железной хваткой удерживая бившийся в агонии страх. — Слушайте сюда…       В условиях невесомости они неуклюжи и медлительны. От дымовых гранат никакого толку.       Когда она договорила, Тейун, переключившись на дополнительный канал, сказал только одно:       — Капитан, разрешите не по уставу.       Ухмыльнулась:       — Я вижу, вы сегодня решили злоупотребить этим разрешением.       Он хмыкнул, но все же не промолчал.       — Я понял, что вы делаете на пятьсот семнадцатом корабле. К нам сюда иногда ссылают душевнобольных.       Громко расхохоталась, запрокидывая голову назад.       — Ваша правда, господин Тейун, — и переключилась обратно на общий канал, чтобы ее слышала вся группа. — Господа, возражения, предложения?       — Никаких, капитан!       Группа рвалась в бой.       Общий мандраж заражал, и ее голос слегка подрагивал, когда она велела отключить фонари. Коридор погрузился во тьму, разбавляемую лишь светом далеких звезд из смотрового иллюминатора. Но вместо того, чтобы подогнать светочувствительность визоров под изменившееся освещение, она выкрутила настройки на минимум. Вокруг стало еще темнее.       — Капитан…       — Да, господин Йоргун?       — Будьте осторожнее, — в интонациях ее старшего помощника проскользнуло волнение. — Я прошу вас.       И она зачем-то ответила:       — Все будет в порядке.       И сняла с предохранителей оба пистолета.       И скомандовала начинать.       Двое штурмовиков шагнули вперед, и тьму мостика порвали в клочья мощные лучи двух прожекторов, которые они захватили с собой. Не медля ни секунды, она, Тейун и еще двое бросились вперед.       У невесомости было одно преимущество: между полом и потолком не оставалось разницы.       Пока противник приходил в себя, они успели выстрелить несколько раз, удваивая возникшую суматоху. Замелькали трассеры энергопуль. Вынырнув из-за спины Тейуна, бежавшего по стене, она перескочила на потолок навстречу другому штурмовику. Противник сверху был как на ладони.       Что-то отчетливо было не так.       Она вскинула руки вверх — вниз — чтобы выстрелить, но осеклась, останавливаясь.       Нет.       Не может быть!       Оттолкнувшись от потолка, она выключила магниты на ботинках и, перевернувшись, включила их вновь. Импульса хватило как раз на то, чтобы она приземлилась на пол.       — Капитан!       Прямо перед одним из врагов.       И быстрым ударом выбила из чужих рук пистолет — такой же, как у нее самой. Мелькнула на плече перед глазами эмблема корабля. Они уже видели ее сегодня.       — Прекратить огонь! — закричала она, подняв руку. — Это свои! Это дети Йистейе!       Одышка и страх не разжимали когтей.       Она только и могла, что стоять и дышать — глубоко — и открывать и закрывать глаза, медленно моргая и успокаивая сердцебиение.       Выстрелы никого не задели только чудом, провидением Создателя, как тихо сказал кто-то из штурмовиков. Всего недавних врагов было четырнадцать. Все, как один, в скафандрах, что носили их сородичи.       — Это могли быть люди, — мрачно сказал Йоргун сквозь возросшие помехи, и она содрогнулась. — Вы поспешили с приказами, капитан.       — Но не ошиблась, — упрямо ответила она.       Не ошиблась.       На ее же счастье.       Ничего не понимающий Рану просил объяснений, и она тихо описала ситуацию, пока Тейун с остальными налаживал связь с командой «Вендиго».       — Вы кто такие? — затравленно потребовал женский голос, едва они сумели объяснить, на какую частоту им необходимо настроиться.       Подавила желание недовольно скрестить на груди руки.       — Десант с «Горгоны». Адмиралтейство послало нас вам на помощь.       — Хороша помощь, — едко ответила все та же женщина. — Вы не особо торопились. И, видимо, прибыли только для того, чтобы милосердно нас добить.       Поморщилась, радуясь, что шлем скрывал выражение ее лица:       — Где ваш капитан?       Но женщина представилась, не меняя высокомерного тона:       — Я доктор Тьямра, начальница научного отдела и руководительница исследовательской миссии. Соедините меня с вашим капитаном, я хочу говорить с ним, а не с его солдатней.       По внутренней связи раздались короткие смешки штурмовиков.       — Вы с ним говорите. Меня зовут Лярша. Я капитан «Горгоны».       Женщина замолчала.       И выступила вперед, безошибочно выделив ее среди штурмовиков и девочки-медика.       — Ваш корабль переходит под мое командование, капитан Лярша, — решительно сказала Тьямра.       Оскалилась, чувствуя, как встала дыбом шерсть.       Это с какой еще радости? — почти прорычала она, сама не зная, как остановившись.       — Только после того, как вы объясните, что здесь происходит.       — Потом, — Тьямра прошагала мимо прямо к выходу, задев ее плечом. — Нет времени.       — Объясните.       — Капитан, где челнок, на котором вы прибыли?       — Почему вы не отвечали на наши сообщения? Где вся остальная команда? Почему вас не видно на сканерах?       В голосе Тьямры слышалось бесконечное раздражение:       — Передатчик сломан.       — Снова?       — Капитан, послушайте…       — Капитан! — ворвался в эфир голос Рану, перебивая Тьямру. — У меня важное сообщение!       Отмахнулась от Тьямры, полностью перестраивая внимание.       — Говорите.       — Мы нашли еще один корабль!       Пропущенный удар сердца.       — Вы нашли что?..       — Корабль! — повторил Рану, задыхаясь от волнения. — Неизвестной конструкции!       Была бы гравитация — осела, ища опору.       — Йоргун?       Старший помощник отозвался с заминкой:       — Он прав, капитан. Я проверил переданные изображения. В наших базах данных нет упоминаний корабля подобного типа.       Проклятье.       Мигнули и погасли в голове огни боевой синей тревоги. Это неправильно. Что-то не так.       Член экипажа, убитый неизвестным оружием.       Развернулась к Тьямре, вперила глазницы визоров в зеркало ее шлема.       — Вы слышали.       — Да.       — Объясните.       — Велите своим солдафонам уходить оттуда. Это не их ума дело. И не вашего.       — Госпожа Тьямра…       Но ей не дали договорить.       — Капитан, смотрите! — к ней подскочил штурмовик, показывая развернутую карту станции с выведенными на нее показателями сенсоров. — Сигнал изменился!       Она бросила быстрый взгляд на бегущие рядом с картой волны. И в этот раз не стала сдерживать ругательство.       Тьямра молчала, и от ее молчания веяло опасным самодовольством.       — Вы знаете, что это, — ее голос стал глухим от сдерживаемой ярости.       — Знаю. Нам нужно покинуть станцию.       Гнев пел в крови, но было кое-что еще. Что-то, что заставляло сиять в голове синие тревожные огни.       — Господа, уходим, — почти устало приказала она. — Рану, следите за кораблем.       — Есть.       Экипаж «Вендиго» молча последовал за ними. «Горгона» по-прежнему была там, за стеклом иллюминатора, и ее хищный острый нос вселял уверенность.       — Объясните хоть что-нибудь, — потребовала она вновь у быстро вышагивавшей рядом с ней Тьямры.       Ее ответ был холоден и зол, как зла сталь церемониального меча.       — Вы пятьсот семнадцатые. Вам не нужны объяснения, вам нужны только приказы.       Отчаянно сильно хотелось ударить ее.       Но она лишь сжала кулаки.       — «Вендиго» на ходу?       — Да, — кивнула Тьямра, и свет фонаря отразился в зеркальном шлеме, когда она повернула к ней голову. — Но механизмы погружения повреждены. Я приказала капитану выводить его на орбиту станции.       — Почему вас не видно на сканерах? От чего вы прячетесь?       Тьямра неприятно хмыкнула.       — Вы ведь уже догадываетесь. Мы перепрошили внутренние системы управления скафандрами и системы корабля, чтобы скрыть биосигнатуры. Я дам вам прочитать свой отчет, когда мы выберемся отсюда. Нужно спешить.       — Капитан, «Вендиго» выходит из ангара, — сообщил Рану.       — Вас поняла. Как неизвестный корабль?       — Все тихо.       Их разговор был доверху наполнен напряжением.       Еще не опасность — предчувствие ее. Еще не тревога — но первый импульс, бегущий по энергетическим цепям к системе оповещения. Что-то не так. Что-то слишком сильно не так.       — На станции остался кто-то еще из вашего экипажа?       — Никого, — тут же откликнулась Тьямра. — Были только наблюдатели на мостике.       Она не стала уточнять. Все равно уже поняла слишком хорошо, что так просто не дождется ответов на свои вопросы.       «Вам не нужны объяснения, вам нужны только приказы».       Отмахнуться от мелочной мысли, что лучше бы они искали команду «Вендиго» не так тщательно, получилось с трудом.       Они поднялись обратно к ангару, когда сигналы, шедшие со дна станции, вновь изменились. Волны на виртуальном дисплее будто бились в припадке. Она приказала поторопиться.       И было еще кое-что.       Челнок, на котором они прибыли, не мог вместить всех.       — Капитан? — повернулись к ней штурмовики.       — Сначала гражданские, — со вздохом ответила она.       Но, когда у трапа челнока осталась только Тьямра, она решительно преградила ей путь.       — Что это значит? — жестко и холодно спросила та.       — Вы остаетесь, — бросила она в ответ и обернулась к своей группе. — Господа, двое из вас отправляются вместе с медиком обратно на корабль. Решите, кто, но побыстрее, прошу вас. Грузитесь в челнок и командуйте отлет.       — Капитан!       Шлем-череп скрывал широкую улыбку, которую она даже не пыталась сдержать.       — Да, доктор Тьямра?       — Что вы себе позволяете? Пропустите меня! Эта миссия проходит под моим началом!       Тьямра попыталась оттолкнуть ее в сторону, но замерла, стоило ей направить дуло пистолета прямо ей между глаз.       Йоргун молчал, никак не комментируя ее действия.       — Здесь творится что-то неладное, — спокойно сказала она, снимая пистолет с предохранителя. — И вы хорошо об этом осведомлены, пусть и не говорите. Я всего лишь хочу гарантировать своей команде возвращение домой. Челнок скоро вернется за нами. Так какие проблемы?       — Если со мной что-то случится…       — То вас заменит кто-нибудь другой. Как и любого из нас.       — Да я вас под трибунал отправлю, слышите? — зло выплюнула Тьямра.       Она безмятежно пожала плечами.       — Попробуйте. Но не думаю, что военный суд Адмиралтейства захочет видеть меня еще раз.       Тьямра издала возмущенный булькающий звук.       Челнок беззвучно запустил двигатели и поднялся над полом. «Горгона» сообщила, что готова принять его пассажиров, а медицинский отсек ждет спасенных на обследование. Двое техников Инуша отправились на «Вендиго», чтобы восстановить передатчик.       Им оставалось только ждать.       С ней остались Тейун, штурмовик с синими узорами и еще один — тот, что следил за показателями и первым увидел убитого неизвестным оружием. Хийнар и Нарал, узнала она наконец их имена.       Темнота станции звенела тревогой и шуршала помехами в ушах.       Хотелось опуститься на пол и лечь, потакая такой привычной головной боли, но она лишь тверже сжала рукоять пистолета в руке.       Нельзя. Быть слабой нельзя. Потом, все потом. Обезболивающие и прохлада подушки под щекой — если ей вообще удастся лечь спать — пусть останутся в будущем.       Тьямра молчала, тревожно заламывая руки. Ждать, что она сама начнет говорить, казалось бессмысленным, но она ждала.       Йоргун не говорил ничего. Будто бы на самотек решил все пустить — или понял, что остановить ее у него не получится никак. Не остановится все равно.       Пыль, побеспокоенная их присутствием, медленно кружила в свете фонарей.       — Ну что, доктор, расскажете что-нибудь? Чтобы скрасить ожидание?       Тьямра лишь бросила на нее нечитаемый из-за шлема взгляд.       Она развела руками.       — Как хотите.       Хотелось курить.       Да и просто стащить проклятый шлем с головы уже было бы неплохо.       От Рану не было слышно ни слова, и она уже приготовилась расслабиться. До «Горгоны» рукой подать. Совсем скоро она вновь ступит на борт своего корабля, а там уже будь что будет. Тьямры она не боялась.       — Капитан, — негромко позвал ее Нарал.       — Что такое?       — Источники… — он сглотнул, словно бы не доверял собственным глазам. — Они движутся.       — Что?       Подскочила к нему, заставив показать карту.       Источники неизвестных сигнатур на дне «Цейнаре» стремительно делились и множились, и исчезали, покидая станцию.       Создатель!       Облизала пересохшие губы.       — Йоргун.       — Я велел летной группе готовиться, — моментально отозвался он.       — Йоргун…       — Капитан, — его голос звенел от напряжения и чего-то еще, непонятного, — вы должны были быть здесь.       Она выдохнула, сжимая пальцы в кулаки.       — Знаю.       Из развороченного бока «Цейнаре» она не видела свой корабль. Не видела, что происходит.       Что-то вылетало из «Цейнаре» и мчалось прямо к «Горгоне».       И они не знали, что это и как с ним сражаться.       Они не знали. Но с ними была та, кто знал.       — Что это? — зарычала она, вновь направляя на Тьямру пистолет. — Отвечайте, доктор! Вам это точно известно!       Тьямра даже не дрогнула.       — Или что? — невозмутимо спросила она. — Застрелите меня?       Зашипела угрожающе, скалясь:       — От вас все равно не дождаться ответа. Невелика потеря, в случае чего, если это поможет мне спасти свой корабль.       — Это секретная информация, — высокомерно сказала Тьямра. — Она будет передана только Адмиралтейству и не предназначена для ушей пятьсот семнадцатых.       Она шагнула вперед, хватая рукой в пластинчатой перчатке Тьямру за шею и упирая дуло пистолета прямо ей в лоб.       — И это стоит вашей жизни? Это стоит всех жизней, что вы сейчас можете спасти?       — Я служу Империи.       Ей хотелось прокричать, чтобы Империя катилась в черную дыру, туда, где ей давно уже самое место, но крамольные слова так и не сорвались с губ.       Во рту был привкус крови.       — Капитан! — раздался по внутренней связи крик Рану. — Капитан, корабль открывается!       Ее словно ударили.       — Подробнее.       — Я… я не знаю, что происходит. Сенсоры сходят с ума, я не знаю, что за сигнал они регистрируют. Приказания?       — Отступайте туда, где был челнок, и не высовывайтесь.       — Вас понял.       — Будьте осторожнее.       — Не волнуйтесь.       Голос Рану вновь сменили помехи.       Ей казалось, что еще немного, и пальцы сведет судорогой. И она прострелит Тьямре голову, не сдержавшись.       — Он сказал, что корабль открывается, — низко и угрожающе произнесла она, сильнее сжимая рукоять пистолета. — Что там? Что это?!       — Ваша вина, капитан, — хрипло ответила Тьямра.       Сердце рухнуло куда-то вниз, как при перегрузке.       — Что это значит?       — Нас бы уже не было здесь, если бы вы не тратили время на вопросы. Но теперь мы и ваша команда умрем.       Она выстрелила.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты