Искры в рёбрах

      2.              - Подведем итог. - Роберт тяжело вздыхает и трет лоб усталым жестом. - В прошлой жизни Билли был командиром вон тех придурков, - он резко ткнул себе за спину, широким жестом обводя сидящих в блокираторах автоботов. - Потом что-то случилось, он умер, а на его место поставили какую-то болванку из разряда начинающего искусственного интеллекта. Но никто этого не заметил и вы целую кучу тысячелетий воевали не пойми с кем и за что.       - Уточнение: десептиконы сражаются с автоботами за свою свободу и восстановление Кибертрона. - Поясняет тёмно-синий десептикон, не спускающий с Эппса красных глаз, в которых военному упрямо мерещится ирония пополам с насмешкой.       - Избавь меня от пояснений за гражданскую войну. - Отрезает человек. - Я в курсе как они идут и насколько все плохо, если вообще возникают. Куда больше меня беспокоит состояние моего командира, от которого верещит счётчик Гейгера, а в груди сияет непонятная хрень, заставляющая Уилла прямо на глазах обрастать металлом.       И это он ещё про странные отношения с их лидером не упомянул.       Роберт складывает руки на груди и упрямо смотрит в оптику представителю инопланетной цивилизации, удивительно легко игнорируя его рост, вооружение и общую недружелюбность. Позади них, помимо пленных автоботов, пустыня в которую Леннокс и его новый-старый знакомый вывели все ожившее железо города и каким-то образом успешно умудряются командовать.       На Уильяма Эппс старается лишний раз не смотреть. Прошло всего несколько часов, а у него за ушами уже успели вырасти острые штыри антенн и очертиться контуры будущей маски. Не говоря уже о проступившем на торсе корсете из металла и проводов.       Зрелище откровенно пугало, но... это всё ещё был его командир. Тот, кто провел их через бои в пустыне, кто тащил на закорках, когда прострелили лёгкое, кто всегда стоял за них горой... Это был их Билли и они разберут на запчасти любого, кто скажет иначе. В этом отряд был единогласен и каменно тверд.       - Утверждение: ваш командир попал под влияние Оллспарка. Предположение: Великая искра признала в нем своего Прайма и начала восстановление утраченного корпуса. Замечание: данную процедуру нельзя остановить. Предложение по ситуации: принять как данность. Уильям Леннокс возвращается к своей истинной сущности.       - Это звучит, как издевательство. - Эппс подавил желание сплюнуть. - Вы в курсе, что у него есть жена и дочь? И я что-то сомневаюсь, что Билли понравится идея их бросить.       - Утверждение: Саундвейв согласен с данным замечанием. Члены семьи Уильяма Леннокса прибудут на место, для прощания. Вопрос их безопасности прорабатывается.       Прорабатывается... Похоже, космические железки уже все решили и не планировали спрашивать разрешение или учитывать чужое мнение. Кроме Уилла, конечно. Роберт покосился на командира, направившегося к автоботам уверенным и твердым шагом. Такой походкой он обычно входил в штаб, готовясь отстаивать свое мнение или ругаться с интендантами. Самое время посочувствовать "хорошим парням", но он сомневался, что это действительно того стоит.       - Наблюдение: Роберт Эппс не изменил своего мнения относительно Уильяма Леннокса, несмотря на произошедшее.       - Друзей не бросают из-за того, что они покрываются металлом.       Что он ещё мог сказать?       Разве что пообещать разобрать всех пришельцев на винтики, если они обидят Билли... Впрочем, похоже, с этим командир справлялся и сам.       Роберт снова нервно покосился в его сторону и вздохнул. Как там в Гарри Поттере было? Не будите спящего дракона? Что ж... их дракон уже проснулся.              - Кто мне объяснит, что юнлинг забыл в действующих войсках? - Леннокс скептически смотрел на Бамблби, которому Хук оказал первую помощь несмотря на гневные вопли и откровенную нецензурщину на бинарном. - Помнится, его отправку к нейтралам обсуждали ещё на момент обнаружения под руинами Тайгер Пакса. Я с тобой об этом говорил, Айронхайд.       Тяжёлый взгляд голубых линз, смотревшихся на человеческом лице откровенно дико, упёрся в черного оружейника, придавливая к земле.       - Биииииииии! Бип бии пип!       От вопля жёлтого разведчика, оттолкнувшего десептиконского врача, заложило уши и закололо в затылке. Человеческие уши, хоть и начавшие перестройку, смогли расслышать далеко не весь низкочастотный спектр, но общий смысл Оптимус уловил.       - Ах, не юнлинг? Сейчас, возможно, но как я понял, ты в войсках с того самого момента, как я вытащил тебя из-под завала. Так что я всё ещё хочу знать, что ты тут забыл и какого квинтессона доебался до мальчишки Уитвики так, что его у тебя силой пришлось отдирать?       - Бииуп биб би!       - Какой нахрен опекун, он тебе что, питомец?! Парню шестнадцать лет! Он дееспособный, сформировавшийся индивид. И даже если с головой у него не всё в порядке, это проблема его родителей, которые у него всё-таки есть. А если у тебя спаркство заиграло в нижнем порту, так заведи себе турболиса. Или мне нужно объяснять в чём разница между разумным и неразумным существом и почему первых не держат в качестве домашних животных?       Бамблби запиликал что-то возмущённо-пронзительное, ввинчивающееся в уши болезненным сверлом. Так же сильно, как в S7 хотелось пристрелить Симонса, сейчас Оптимусу хотелось выдрать это мелкое недоразумение, по возрасту уже должное достичь сознательного меха, но отчего-то всё ещё пребывающее в каком-то своём мире наивных детских воззрений. Да и действующее соответственно.       - Потрясающе... - Леннокс зашипел, по человеческой привычке растирая виски и сдерживая желание орать матом. А ещё лучше расстрелять тут всех к шарковой тёще. - Просто потрясающе... И на кой я тут перед вами распинаюсь? Меня вообще кто-нибудь здесь слушает или у вас только на дрона процессор реагирует?       - Оптимус... - Айронхайд вскинулся, словно желая что-то сказать, но слова не находились.       - Заметь, я не спрашиваю, почему никто из вас ничего не заметил. Хотя видит Праймас, стоит. Ведь тот же Рэтчет не знать не мог! Я спрашиваю зачем вам Прайм, если его так просто заменить даже не живым мехом - дроном? За что вы сражаетесь последние... сколько? Шесть миллионов лет? Про Оллспарк я вообще молчу.       Автоботы молчат и именно то, что они молчат, злит больше всего. Они не пытаются оправдываться, Леннокса даже никто не обвиняет во лжи!       Если бы кто-то из них заявил, что он не настоящий, обвинил бы в обмане, ему было бы легче. Что было причиной их смирения? Реакция Великой Искры? Матрица, буквально материализовавшаяся в его костях?       Он глубоко вдыхает, выплёскивая усталость и разочарование.       - Мегатрон. - Обернувшись к давнему сопернику, он тускло улыбается на обеспокоенный взгляд. - Примешь меня в десептиконы?       - Оптимус! Ты не можешь!.. Ты обезумел?! Это же Мегатрон! - Айронхайд взревел, попытался было вскинуться, но блокираторы удержали на месте. У остальных слов не нашлось, только Бамблби возмущённо заверещал, неприятно напоминая сорвавшуюся сигнализацию.       - Я заметил, Айрон.       Уильям проигнорировал его выпад, сосредоточив все внимание на десептиконе.       - Если ты действительно этого хочешь. - Настороженно проговорил бывший гладиатор.       Оптимус, которого он знал много ворн назад, не стал бы шутить такими вещами, а потому было тревожно слышать от него такое.       - У меня нет никакого желания оставаться автоботом, а быть нейтралом у меня никогда не получалось. - Он выдыхает и закладывает руки за спину, словно вновь оказался с докладом в штабной палатке. - Помнится, однажды, ты предлагал меня украсть… Что ж, теперь я не против.       И не дожидаясь ответа, он шагнул в сторону десептикона, ставя окончательную точку в своём решении.              Холод ночной пустыни обнимал за плечи, пытаясь пробраться под куртку, пробовал кусать лицо и руки, но пугался тёплого серебристого металла огромных ладоней стального гиганта, защищающих хрупкое создание, укрывшееся от ночной прохлады в его руках.       - Не больно? - Десептикон осторожно коснулся расползающейся по телу органика протоброни. На человеческом теле она смотрелась инородно и чуждо.       - Как ни странно.- Леннокс повёл плечом, слушая, как щёлкает в нём какой-то механизм. - Я вообще ничего не чувствую. Может, только щекотно чуть чуть.       - Прости. - Мегатрон тяжело выдохнул. - Прости, я должен был понять.       Он сидел у скалистого уступа, прислонившись спиной к ржаво-коричневому камню, отшлифованному столетиями песчаных бурь, ветром и солнцем. Укрывшись от лишних глаз и любопытных ушей.       - А я должен был быть осторожнее. - Грустно улыбнулся Оптимус. - Это была хорошая подделка. Что тут говорить? Не вини себя.       Голубая оптика поднимается к звёздному куполу неба. Вся эта ситуация, как кислота в энергон. И страшно, что не окажись Уильям рядом, не коснись Оллспарка, он бы так и не узнал. Не пробудился и не узнал бы... никого. Ни автоботов, ни Мегатрона.       - Расскажи мне. - Просит полководец. - Что случилось? Ты помнишь?       - Помню. - Уильям вздыхает и закрывает глаза, откидываясь на гладкий металл.       Человеческое тело всё больше меняется, он чувствует как наполняется весом хрупкая оболочка, как становится крепче, и старается не думать, как именно происходит преобразование. Человеческая часть разума нервно подрагивает, от осознания масштаба перестройки, а память Оптимуса Прайма непоколебимо верит в силу великой святыни. Мегатрон терпеливо ждёт.       - Ты знаешь, Матрица Лидерства и Оллспарк связаны. В Матрице заложен кусочек Великой искры, поэтому она может восстанавливать и лечить, порой возвращая своего владельца из Колодца. И поэтому... я знал, что с Кибертроном что-то не так. Его энергия исчезала, несмотря на Куб. И я... я должен был разобраться. Исправить. Спустился к Ядру и Вектору Сигме.       - Один?       В голосе десептикона мелькнуло недоверчивое удивление, но Леннокс не стал открывать глаза.       - Я был Праймом, никто не должен был быть в состоянии причинить мне вред рядом с Праймасом. - Он грустно дёрнул ртом. - Только Праймас оказывается, уже много поколений спит, истощённый Альфа Трионом. Когда я пришёл, старый мерзавец пил его энергию.       - Что?!       Алые линзы яростно полыхнули, эмоциональное поле полыхнуло концентрированной злостью, обжигая чувствительные сейчас системы, на мгновение вышибая дух.       - Тише. - Человеческая ладонь, покрытая тонкими металлическими чешуйками мягко легла на грудь, прямо напротив искры. - Если я прав в своих расчетах, эта тварь уже мертва.       - Он...       Лицо Леннокса исказилось в кривой, откровенно злорадствующей ухмылке.       - Без Оллспарка смерть его должна была быть мучительной и страшной.       - Что ты сделал? - Мегатрон пристально вгляделся в ответно полыхающие линзы. Мало кто знал, что Оптимус Прайм умел быть жестоким.       - Оллспарк. Это я его эвакуировал. - Легко признался Прайм. - Охренел, конечно, в начале сильно, как говорят люди. Трион уже обычным мехом не был, он хотел стать кем-то вроде Праймаса, но получилось только в энергетического вампира на подобии квинтессонов... Мы сражались и все там разнесли, но я успел отдать системе крайнюю команду через Матрицу, прямым приказом... Это стоило мне жизни, но полагаю, без доступа к энергии Всеискры Трион прожил от силы десяток ворн.       - Ты знал, что я отправлюсь искать Искру. - Понял его партнёр.       - Я надеялся. Ты всегда ей нравился, у вас особая связь, возможно, превосходящая мою.       Вот как... Мегатрон горько улыбнулся. Его Прайм всегда верил в него, в то время как он...       - Я найду тех, кто создал подделку и сожгу до атомов. - Прошептал он, осторожно поднося человека ближе, не в силах обнять так, как желает.       - Мы. - Повторил его слова Оптимус, прижимаясь щекой к серебристой броне.       Великая искра излечила все травмы, но жуткие раны и развороченная броня, кажется, навечно отпечаталась на разуме.       - Мы.