Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История пятая. Наперегонки со зверем.

Штольман сидел в полутьме экипажа и пытался взять под контроль собственные тело и эмоции! Ну вот что за женщина, а? Знает ведь, что он не может не пойти, а всё равно пытается его переубедить! Отбросив ощущение Аниных губ, пальцев и даже зубов, пытающихся сломить его волю, Яков испытывал лишь одно желание: разделаться с Поздняковым и Рикаром, желательно как-нибудь так, чтобы раз и навсегда, вернуться домой, запереть дверь на три замка и снова погрузиться в исследования алеутского образа жизни. И вот как прикажете в таком состоянии ловить маньяков и убийц?! Коробейников, слыша, как Штольман пытается взять под контроль собственное дыхание, посмеивался про себя. Ну, Анна Викторовна! Вы всегда были невероятной женщиной, но так мастерски менять эмоциональный настрой мужа — это надо уметь! Правда, когда они подъехали к старым, ныне пустующим складам разорившейся портовой компании, Яков был сосредоточен и напряжён, как сжатая пружина внутри будильника. Он знал, что люди подобного толка обладают воистину звериным чутьём, и никто не может сказать, как кончится сегодняшняя операция. Возможно, убийцы уже прознали, что за ними пришли, и заняли такую оборону, которая дорого будет стоить и ему самому и полиции. Стряхнув с себя ненужные сантименты, Штольман прошёл вперёд и получил исчерпывающий отчёт от Гастоновых агентов, которые засели здесь с тех самых пор, как обнаружили этот адрес. Тут действовали уже опытные мальчишки, поэтому внутрь они не сунулись и не спугнули преступников. Долгое время казалось, что здесь никого нет, но малолетние филёры заняли позиции в укрытиях по всему периметру и два часа назад с восточной стороны подошёл мужчина. Он осмотрелся и скрылся внутри. К беседе присоединился комиссар Муссэ. Положение осложнялось тем, что территория складов воистину огромна. Неизвестно, в какой именно части находятся преступники, поэтому штурм здания нужно начинать со всех сторон одновременно. Обсудив пошагово план взятия Позднякова и Рикара, Штольман и Коробейников выбрали себе незаметный вход слева от центра. Яков и Антон проверили пистолеты и нырнули внутрь. Помещение встретило их затхлым воздухом и запахом давно не используемого здания. Пространства вокруг было много, и все звуки, отражаясь от стен, многократно усиливались. Мужчины двигались почти бесшумно, но эхо всё равно выдавало их присутствие. Якову это не нравилось. Он так напряжённо вслушивался и вглядывался вперёд, что ему казалось, он был способен унюхать зверя, за которым они охотились. Коробейников не отставал. Он сам был матёрым следователем, и ему уже приходилось сталкиваться с подобными мероприятиями. Держи ухо востро и прикрывай спину товарищу! Продвигаясь потихоньку, Яков и Антон прошли уже два просторных зала, когда в полутёмном переходе почувствовали присутствие другого человека. Вот оно! Переглянувшись, поудобнее перехватив оружие и обозначив, что Штольман берёт верх, а Коробейников низ, мужчины осторожно вошли в узкий проход. Слева раздался шорох, и Штольман, проверив противоположный угол, выглянул из-за балки. В дальнем конце коридора сидел Поздняков с ружьём наперевес. Яков отшатнулся и вовремя. Оглушительно прогремел выстрел. В эту же минуту из бокового рукава появился Рикар и поднял руку с пистолетом. Штольман не успел бы среагировать на это движение. Коробейников, который понял, что сейчас произойдёт, сделал единственное, что он мог в этой ситуации: резко встал и заслонил Якова собой. Прозвучал второй выстрел, и Антон закрыл глаза. Его резко дернуло в сторону, и, когда он вновь взглянул на мир вокруг, то обнаружил, что прижат к стене за пределами коридора. На него безумным взглядом смотрел Штольман. Рука его, вцепившаяся в лацкан его пиджака, слегка подрагивала. — Ты что? — заорал Яков шёпотом, впервые за пятнадцать лет назвав Коробейникова на «ты». — С ума сошёл, так подставляться! — А ты что? — от потрясения Антон даже не заметил, что тоже тыкает Штольману. — Я не мог ещё и тут тебя подвести! Яков открыл рот. От потрясения, растерянности и злости! Что ещё за глупости? В чём Коробейников его подвёл? Неужели до сих пор припоминает затонские события? Послышался топот шагов: полицейские дошли до них. — Сиди, я сейчас! — сказал злющий Штольман и пошёл обратно. Рикара нигде не было. Его, видимо, спугнула оставшаяся группа. Позднякова он оставил тут, не желая обременять себя этой обузой. Штольман подошёл ближе. Маньяк тяжело дышал, силясь встать с железки, на которой сидел. Тело плохо слушалось его. Он прижимал ружьё больной рукой, здоровой помогая себе подняться. В нос Якову ударил запах гнилой плоти. Боже, да это живой труп! И вот это существо горело такой жаждой мести, что не пожалело последних сил на то, чтобы проехать пол-Европы и здесь умереть? Наконец Поздняков сумел встать. Штольман наставил на него револьвер. Преступник тяжело дышал и с ненавистью смотрел на него. Что-то всё равно мешало Штольману нажать на курок. Вдруг Поздняков протянул руку к прикладу ружья и попытался наставить его на Якова. «Спасибо!» — поблагодарил Штольман неизвестно кого и выстрелил. Пуля попала маньяку аккурат между глаз, и он мешком рухнул на землю. Яков развернулся. Второй ещё был на свободе!