Размышления о романе "Катрин" Жюльетты Бенцони (Мамы Жюльетт)

By Фьора и Olda.Olivia21081 Дорогие дамы и господа, снова здравствуйте. Снова я для вас принесла материал к статье по фандому «Катрин» Жюльетты Бенцони. Перерыв был долгим. Но я решила нарушить молчание ради этой темы и ради продолжения. Что Катрин в вопросах отношений с Арно как будто из принципа игнорирует чувство самоуважения, которое иногда в ней просыпается, мы и так знаем, плавали. Но вот касаемо темы главы. Отношения Катрин и герцога Филиппа… Я бы сказала, что во второй книге у Катрин с самоуважением не всё обстоит так плохо, как может показаться на первый взгляд. Катрин после казни Гарена ещё несколько лет была любовницей Филиппа Бургундского. Руководствовалась принципом «ничего личного — просто секс». Герцог под боком. Арно где-то по полям сражений носит, к тому же Арно Катрин так упорно хейтит, что хоть ему кол на голове теши. Катрин далеко не монашка. Вот и не отказывала себе в том, чтобы побаловать душу и тело. Из соображений, что на безрыбье и герцог сойдёт за осетра с форелью. Какое-то время Катрин числилась фавориткой и любовницей Филиппа, но который лебединой верностью в отношениях с его ненаглядной Катюшей не отличался. Это ему не мешало заводить романы с другими женщинами. И клепать бастардов. Как до женитьбы на Изабелле Португальской, так и после. Катрин же влачила своё существование, находясь в какой-то высоко функциональной депрессии, когда ей всё пресно и ничто её больше не радует, когда ничего не интересно и даром не упало ни на кой. Она потеряла своего маленького сынишку от Филиппа — малого Филиппа. И вот хороший вопрос, почему при жизни малыша Филипп Бургундский не дал никакого титула своему родному сыну от Катрин, которую по его словам он так любит. К ребёнку он был безразличен и забивал на него. Катрин тоже особых материнских чувств к маленькому Филиппу не проявляла. Матерью для бедного ребёнка была Эрменгарда. Но Катрин хотя бы раскаивалась, что часто на сына забивала. А Филипп даже на похоронах ребёнка не был. Ну и как-то странно, что Филипп клялся Катрин в любви, что не мешало ему заводить гаремы при дворе, что придворные уже задолбались его бастардов считать и гадать — какой из детишек сын монсеньора… Вот и после смерти маленького Филиппа больше ничто не держало Катрин рядом с его отцом. Смерть ребёнка внесла серьёзный раскол между ними. Но окончательным выстрелом в лоб контрольным для связи Катрин с Филиппом Бургундским стало его известие о скорой женитьбе на Изабелле Португальской. Катрин не хотела быть содержанкой-фавориткой-любовницей женатого мужчины. Она ослушалась приказа Филиппа вернуться ко двору и свалила, даже если он и грозился держать её в тюрьме. Так не только сама Катрин свалила от Филиппа, но даже вместе с Сарой утикала в Орлеан, смотав удочки. Да в любовном треугольнике Филиппа с женой будущей и с любовницами даже без Катрин просто дофига других женщин. Как говорится в шутке: «Не лезьте в наш любовный треугольник. Нас в нём и так семеро». Катрин и сделала ноги от Филиппа. Она считала ниже своего достоинства делить Филиппа не только с его случайными любовницами, но даже с его законной женой — Изабеллой Португальской. Катрин достаточно себя уважала, чтобы не соглашаться на роль вечной девочки для удовольствий в постели, потому что для рождения законных наследников у её любовника есть законная жена. У Катрин оказалось достаточно гордости и самолюбия, чтобы отказаться играть вторую (а не третью или не пятую ли по счёту?) скрипку при Филиппе и его третьей по счёту жене. Катрин не согласилась либо самой быть тупым углом в любовном многоугольнике Филиппа, либо принуждать к этой отвратной и унизительной роли его жену. Напоминаем. Изабелла Португальская не сжигала родную хату Катрин, не сгубила всю её семью, не убивала её домашних любимцев, никак не руинила в пыль жизнь Катрин до самого основания. Изабелла Португальская ничего плохого не сделала Катрин, чтобы она и Филипп унижали принцессу подобным образом. На момент сватовства Филиппа к Изабелле Португальской эта женщина ничего плохого Катрин не сделала. Могу сказать, что прекрасно понимаю Катрин, почему она разорвала отношения с Филиппом, как только узнала о его скорой женитьбе на Изабелле. И не только из-за известия о том, что Арно жив и не женился ни на какой Изабелле де Северак. Всё же есть один плюс в том, что в эпоху Катрин ещё даже не родились далёкие предки Инстасамки с Мией Бойко, не говоря уже о них самих вместе с их треками. И Катрин избавлена от сомнительного удовольствия наблюдать развитие философии из этих песен в геометрической прогрессии, но в реальной жизни… Ну, знаете же… Какие тексты у Мии Бойко и Инстасамки… «Я экспонат, ты — мой фанат»… «Он платит, я — красивая»… «За деньги — да, за деньги — да»… Всё же самоуважения у Катрин достаточно для того, чтобы отказаться осознанно и совершенно добровольно от следования этой модели отношений с мужчинами. У Катрин вполне хватает самоуважения, чтобы отказаться сожительствовать и спать в койке с женатиком. Даже если этот женатик — сам герцог Бургундский и один из самых богатейших правителей Европы. Не всех далеко женщин устраивает жизнь диванной кошки и содержанки богатого мужика, который в любой момент по настроению своему может и отказаться спонсировать её лакшери-жизнь, разорвав отношения. Далеко не все женщины согласны за деньги терпеть что угодно. Не всех женщин не смутит наличие у мужчины законной жены и детей. Совершенно не всех женщин можно купить за большие деньги, за цацки дорогущие и за обувку со шмотками, за особняки и за пароходы с заводами. Не все женщины мыслят такими категориями, как в песнях Мии Бойко и Инстасамки. Вот для отказа от сожительства с женатиком даже за очень большие деньги и за очень дорогие подарки у Катрин оказалось самоуважения достаточно. Для каких-то женщин нормально за деньги и баснословно дорогие подарки терпеть что угодно. Терпеть законную жену и кучу любовниц с кучей детей (в его браке и от других любовниц). Терпеть тот факт, кто тебя посчитали недостаточно пригодной для того, чтобы как посвящённой в дворянство предложить тебе законный брак. Зато посчитали достаточно пригодной ровно до такой степени, чтобы быть любовницей и девочкой для удовольствий, с которой связывает внебрачная и в рамках религии с законами — предосудительная страсть. Хотя в истории бывали случаи, когда правители выбирали в жёны женщин вполне себе скромного происхождения. Что-то император Юстиниан не плевался презрительно в сторону Феодоры и того, какую она вела жизнь до того, как базилевс обратил на неё своё внимание… Хильперика с Фредегондой туда же. Генрих Восьмой тоже женился на Анне Болейн, хотя её дворянство со стороны отца насчитывало вроде два поколения дворян. Пётр Первый женился на Марте Скавронской. Роман с Феофаной туда же. Плюс традиция в Византии и на Руси выбирать невест на смотре. Но с нюансами. Михаил Фёдорович и Алексей Михайлович не смогли отстоять своих избранниц. Или история Инес де Кастро. Людовик Четырнадцатый в итоге женился на мадам де Ментенон. Эдуард Четвёртый женился на Елизавете Вудвилл. Хотя её отец не был очень знатным дворянином. Масса скандальных примеров есть. Уж если бы так герцог Филипп любил бы Катрин, что жить и дышать без Катеньки не может, что свет не мил и жизнь пресная без неё, то пополнил бы собой число этих скандальных примеров. Но Филипп — в первую очередь герцог Бургундии и правитель, он умелый политик, а не пылкий и влюблённый трубадур у ног прекрасной дамы. Филипп без колебаний решился на династический брак. Ради наследника и укреплений дипломатических отношений. Так что без труда он хотел сидеть на двух стульях. Через Изабеллу Португальскую укрепить отношения с другим государством и получать от жены наследников, а с Катрин сожительствовать и спать — для души, для радости. У Филиппа был прекрасный шанс вновь вернуть Катрин — когда она пришла к нему и предлагала обменять себя на Жанну. Но Филипп не пошёл на эту уступку женщине, которую по его словам «любит». И вот здесь очень чётко видно, что не смогла бы Катрин как захочет вить верёвки из Филиппа Бургундского в собственных интересах, чтобы он покорно плясал под её дудку. Филипп бросал бы ей крошки с барского стола в том количестве и шёл бы только на те уступки, которые сам захочет ей сделать. Положение Катрин как фаворитки, если бы она вернулась к Филиппу и осталась с ним, было бы очень шатким, влияние Катрин зиждилось бы на глиняных ногах. Катрин была готова к нему вернуться, при условии, что Жанну освободят и передадут французам. Филипп же начал при встрече обесценивать Катрин, что она как-то «подурнела и постарела», ну как есть — мизогинная женщина, которая пытается задеть другую женщину через нападки на внешность. Но ради своей якобы любимой женщины Филипп не был готов пойти на такую малость. Что там за «в раба мужчину превращает красота» поясняют в русской версии популярного мюзикла «Нотр-Дам де Пари»? Что там про «безусловную власть фавориток над правящими на троне мужчинами»? Что там можно пояснить за то, что «красивая женщина может просто хитренько вертеть мужчиной у власти и получать что захочет»? Вот тебе и отрезвление. Богатый и влиятельный, в случае Филиппа — знатный мужчина на троне, будет считаться со своей фавориткой ровно настолько, насколько захочет его левая пятка. И ровно настолько, насколько это не идёт в разрез с интересами государства. Как фаворитка герцога Филиппа, Катрин имела бы над ним только ту власть, которую он ей разрешит. И благосклонность Филиппа к Катрин продлилась бы ровно настолько, пока она ему не надоест, либо пока Катрин удобна Филиппу и не доставляет ему головной боли. Всё же сильно женщинам нагадили в голову всякие курсы «мудроженственности» от Ольги Валяевой и Дениса Байгужина, а ещё всякие книжки по стервологии и опусы Юлии Свияш. Филипп Бургундский даже в художественном произведении у Жюльетты Бенцони остаётся типичным монархом своей эпохи пятнадцатого века. Катрин же слишком себя ценит и уважает, потому и не согласилась на такой расклад. Вот всё-таки может врубить Катрин самоуважение, чувство собственного достоинства и гордость. Когда сама того захочет. В случае с герцогом Филиппом у Катрин это превосходно получилось, раз она разорвала связь с герцогом — как только узнала, что он скоро женится на Изабелле Португальской. Просто аплодирую Катрин стоя и бросаю вверх воображаемый чепец. Или воображаемый подшлемник. Второе даже лучше. Кому-то нормально ради каких-то материальных сверх-благ и ради кучи денег, особняков, заводов и пароходов, морских и загородных вилл продавать себя и своё чувство достоинства, продавать своё самоуважение женатым мужчинам. Право каждого человека жить как хочется в рамках уголовного кодекса. Но подобное категорически претит Катрин. Это не подходит конкретной этой героине. Катрин себя считает человеком, кем она и является, а не товаром в суконной лавке дяди Матье — для купли-продажи. Ей вот эта золотая клетка с табличкой «Фаворитка» ни на кой икс не упала. Гордости и здорового самолюбия, самоуважения у Катрин оказалось достаточно для того, чтобы разорвать связь и отказаться спать с будущим женатиком. Полностью поддерживаю и одобряю Катрин. Хотя бы по той причине, что женатики для меня табу, как и состоящие в неофициальных отношениях мужики. Да и потом, чья-то жена или девушка ничего мне не сделала, чтобы я так с ней поступала. По этой причине я скорее готова аплодировать бесконечно Катрин, что она отстояла себя, свои принципы, свои права самой распоряжаться её жизнью. Катрин выгрызла себе право на собственную субъектность, на самоличное распоряжение своей жизнью. Катрин вернула себе право решать, кого ей любить и с кем быть. Это называется взять на себя ответственность за то, как ты хочешь строить и проживать свою жизнь. Вот Катрин и не стала никого умолять позволить ей жить так, как захочет она. Просто взяла и ни у кого не спросила разрешения. Поставила перед фактом. забрала вновь себе право самой за себя решать, распоряжаться собственной жизнью и принимать решения, забрала себе снова право выбора — кого ей любить. Так что в истории с Филиппом Катрин себя проявила далеко не как тряпочка, в этой ситуации она сумела призвать к себе свои самоуважение и женскую гордость. Вот в этом сюжетном отрезке, конкретно — с Филиппом, Катрин поставила на своём и у герцога разрешения не спрашивала. Просто взяла и сделала по-своему. Зато Катрин не стала причиной детских психологических травм Карла Филипповича (Смелого) де Шароле. Карлу Смелому хотя бы не за что хейтить Катрин. Насмотрелся Карл Бургундский по самое «не могу» на своего батеньку-профурсета гулящего. И насмотрелся Карл на то, как измены отца причиняли боль матери мальчика — Изабелле. Отсюда у Карла Смелого сформировалось такое пуританское отношение к браку законному. Уж сколько раз был женат Карл Бургундский, а ни разу ни одной своей жене не изменял. С самого детства у Карла был перед глазами анти-пример его батюшки — Филиппа Бургундского. Вот в историях любви фавориток и могущественных государей очень часто забивают болт не только на чувства законных жён, но и законных детей. Катрин хотя бы не стала соучастницей детских психотравм Карла Смелого — на почве загулов его отца, герцога Филиппа Бургундского, с другими женщинами. Катрин явно не относится к типажу женщин, которые за деньги и сказочные богатства готовы терпеть от мужчины его измены, многочисленные походы налево, его детей от разных любовниц, да ещё делить с законной женой и законными детьми. «Я — экспонат, ты мой фанат»? «Он платит, я — красивая»? «За деньги — да, за деньги — да»? Ну нет, это совершенно не к Катрин. Её за подачки не купишь. Визит не в тот двор, котаны и котанессы… Не прощаемся навсегда. Ещё увидимся, дорогие дамы и господа! Приятного времени суток, обнимаем.