This is their Illusion

      — Капитан?              Хонджун вздрагивает и смотрит на дверь из-за которой выглядывает светлая макушка альфы.              — Юнхо? Что-то случилось?              Капитан даже не заметил, что кто-то стучался, а Юнхо точно стучался, он, в отличие от других, хотя бы немного имеет понятие о приличии. Но Хонджун слишком погружён в свои мысли, в которых сейчас полный бардак. Они уже в Малом море, и, вроде бы, всё идёт по плану. Но что-то не даёт ему покоя. Он хотел бы сказать, что совсем не думает об омеге, но это не так. Однако, не он сейчас его главная забота. Не Сонхва. Не он его главная забота в сложившейся ситуации.              У них столько проблем…              Юнхо качает головой и заходит, прикрывая за собой дверь.              — Ничего такого, о чём бы Вы не знали, капитан. Всё спокойно. Погода пока на нашей стороне, ветер попутный. Да и Сану уже намного лучше. — Тем не менее боцман выглядит сильно чем-то обеспокоенным. Ничуть не меньше, чем сам Хонджун. Настолько, что даже странно, если ничего, действительно, не случилось.              — Но?.. — Предполагает Сокол и хмурится. Это немного не похоже на Юнхо. Быть таким…нервным.              — Что произошло у вас с Минги? — напрямую говорит Юнхо.              — А… — Хонджун грустно улыбается и переводит взгляд обратно на бумаги, которые лежали перед ним. Да, точно. Вот ещё одна проблема, которая всё не даёт капитану покоя. Он не может оставить всё так, как есть. — Сейчас немного не время говорить об этом.              Правда. Он не обесценивает этот вопрос, лишь ставит немного ниже, чем остальные. Немного, потому что вся команда одинаково важна. У Хонджуна нет фаворитов, даже если брать в расчёт тот факт, что с Минги у него были более близкие отношения. Даже тогда он не был кем-то особенным для него. Наверное, в этом была вся их проблема? Для Хонджуна это не было проблемой, но теперь, когда он думает об этом…              Ставит этот вопрос ниже, потому что это их с Минги личное дело, а то, что касается команды в целом — общее. Слишком много жизней зависит от того, что выше. От тех проблем, что общие для всех.              У них всё ещё огромные проблемы с продовольствием, пусть они и ограбили форпост. Они далеко не всемером на корабле. Нужно много еды, чтобы оставаться бодрыми и работоспособными. Тем более в море. На самом деле даже представить сложно, как много команда съедает в плавании.              — Капитан, — как-то слишком строго говорит Юнхо. Хонджуну приходится подняться на ноги из-за своего стола (что вообще-то даже немного глупо, учитывая их разницу в росте, но капитан так чувствует себя увереннее, да и разговаривать так удобнее), чтобы встать напротив. Он меньше, гораздо меньше, чем Юнхо, но физическая сила не всё решает в их мире. Под пристальным взглядом капитана Юнхо немного медлит, но всё же не останавливается совсем, через время продолжая. — Я же говорил Вам. — Немного уклончиво, но Хонджун понятливо кивает. — Мне очень нужно знать, что случилось.              — Юнхо, — начинает капитан, тяжело вздыхая, потому что наконец-то понимает к чему клонит товарищ, — сейчас вообще не время, чтобы что-то выяснять.              Настолько глупо это звучит от него? Юнхо это не оставляет без внимания тоже.              — Не Вам мне это говорить, капитан, — боцман слишком непрозрачно намекает своей весёлой улыбкой. И этой быстрой улыбкой выдаёт себя с головой.              Хонджун хочет ударить себя по лбу. А нескольких других людей по шее. И достаточно сильно, чтобы они перестали много болтать. Сам-то Юнхо вряд ли решил сделать что-то такое. Вряд ли пришёл бы узнавать что же у него было с тем (теперь уже имеющим имя, но всем будет лучше, если они перестанут упоминать его так часто) омегой прямо в лицо у капитана. Это же точно происки Уёна. Чьи же ещё? Хонджун уверен, что Юнхо просто проиграл Уёну какой-то спор.              Только Уён смотрел на него подозрительно ещё с того их разговора после отбытия из столицы.              А как же Хонджун? Только у него нет ничего общего с… ним.              Возможно, я был бы рад, если бы у нас не было ничего общего. Хонджун думает так, но это ложь. Глупая до побеления костяшек и искусанных губ, но даёт ему немного кислорода. Обманывать себя не так уж и плохо. Чтобы не зацикливаться. Чтобы не вспоминать те сильные руки и… И почему всё опять пришло к этому?              — Если хочешь что-то выяснить — выясняй с Минги. И передай Уёну, чтобы он думал о своих отношениях, а не о чужих.              — С моими всё отлично в отличии от твоих! — раздаётся звонкий голос из-за двери.              Ну конечно. И кто бы сомневался? Хонджун жалеет, что дверь открывается вовнутрь. Потому что двинуть ей по лицу беты хочется неимоверно.              — Как там наш обед, Уён? — прикрикивает он, смотря на дверь. — Если тебе нечем заняться — иди помоги Ёсану и Сану построить маршрут.              Юнхо просто стоит и улыбается, пока капитан, что совершенно очевидно по его покрасневшим ушам, злится (и смущается). Улыбается, пока тот не переводит свой взгляд на боцмана.              — И ты тоже. Уходи. Ты же понял меня?              — Конечно, капитан. — Всё ещё веселясь говорит Юнхо и уходит.              Удивительно, как хорошо эти молодые люди научились менять маски в зависимости от ситуации. Что бы там Хонджун не говорил — он гордится. Что они выросли у него на глазах и не без его помощи. То, что Юнхо удалось провести даже его своим едва ли тянущим на скорбное лицом, говорит очень о многом. Стоило сразу понять, что Юнхо не с чего быть настолько серьёзным.              Хонджун вздыхает.              Он так рад, что у него есть такая команда. Со всеми их шутками и попытками поднять ему настроение. Возможно, это даже срабатывает. Иногда.              Возвращается за стол и снова смотрит на бумаги, что там лежат. Что же им делать дальше? У них есть ещё достаточно времени, чтобы добраться до Сомбры, так что они решают остановиться в ещё одном городе. В родном городе Сана. В Сандерли. Но даже до туда нужно добраться. И судьба вообще не на их стороне.                     ***                     Сколько бы раз пираты не ходили по Малому морю, всегда находится что-то, что удивляет их. Что портит им жизнь, если быть точнее. Но в этот раз всё начинается далеко не с каких-то проблем от самого моря вроде шторма или нежданных гостей, которые пришли из утреннего тумана.              В этот раз вообще всё по-другому. Потому что, вопреки их мнению, они были не готовы идти в плавание. Вообще. Их команда (исключая тех, кто занимали какие-то высокие посты, если так вообще можно говорить) простые пираты, которые только недавно таковыми стали, да юнги, что вообще ничего о море не знают, так как по-большей части это какие-то самоуверенные подростки, — были заново собраны в столице. Зелёные совсем. Потому что большинство тех, казалось, проверенных людей, сбежали в страхе перед королевской семьёй. Вроде как, побоялись, что на них могут обрушить свой гнев и в темницах закрыть, как их навигатора. А ведь он офицер! Что это были за пираты такие, если боялись быть пойманными? Так, моряки какие-то. И как Хонджун этого раньше в них не заметил? Но Ёсан… Он был зол даже больше, чем остальные. Вероятно из-за того, что он сам вообще ни во что Императора не ставил, и такое поведение было ему отвратительно. Омега не разменивался на лукавые улыбки. Особенно в адрес дезертиров.              Так что теперь им пришлось довольствоваться новичками. А эти новоиспечённые пираты не проверены ни битвами, ни морем. Собранные просто по чутью Юнхо и Чонхо в кратчайшие сроки. Вряд ли за такое время сам Хонджун набрал бы людей получше: доверяет альфам. Но это не отменяет неопытности набранных ими людей.              К сожалению, это только полбеды.              Всё стало действительно плохо, когда еда начала заканчиваться, а к берегам Империи (которые всё ещё были самыми ближайшими) путь им был заказан. Ёсан готов был кричать, что он предупреждал, но никому из них не нужны были эти разборки. Все сами начали это понимать. Им стоило учесть всё, а они поторопились и в итоге там, где есть.              И всё было бы не так уж и страшно, если бы не одно но. Им на пути не встречалось ни одного торгового судна. Да даже мелкое судёнышко могло сильно им помочь. Грабить других, конечно, нехорошо, но на то они и пираты. А всё дело в том, что осень уже начала вносить свои коррективы в торговые маршруты. С приближением зимы всегда так: погода портится, и мало кто рискует идти по такому непредсказуемому — даже в хорошее время — месту. Только те, кто хочет сократить расходы на дорогу, но таких смельчаков крайне мало. Слишком велики риски потерять всё. И они не зря боятся, да? Иллюзия — один из многих пиратских кораблей, что не испытывают проблем с Малым морем. Ну, раньше не испытывали.              Хонджун локти кусает, пытаясь придумать решение, а вместе с ним Ёсан, Минги и Сан.              Да. Сан.              Всё становится в разы хуже (Хонджун, вообще-то, думал, что самое худшее позади, когда они выбрались живыми из королевского дворца, но, очевидно, был слишком наивен в своих надеждах), когда Сан, который, казалось, уже полностью восстановился (его травмы правда не выглядели настолько плохо, чтобы из-за них нужно было переживать), снова впадает в беспамятство. Его охватывает такой силы лихорадка, что абсолютно ясно, что их обычные методы лечения точно не сработают. А другие… У них всё ещё нет нового врача на корабле. И теперь команда снова в шаге от того, чтобы потерять лоцмана.              Сан, вообще-то, не единственный, кто хорош в команде в навигации и отлично знает лоцию, но его болезнь действительно становится проблемой, когда тот самый шторм настигает их. Одно дело, когда кто-то в теории разбирается и совсем другое на практике. Особенно в настолько экстренной ситуации. Даже опытные моряки иногда теряются, стоит шторму накрыть их.              Всё темнее и темнее с каждой секундой становится. Ещё даже не ночь, но небо настолько чёрное, что хоть глаза выколи — всё одно. Тучи затягивают всё слишком быстро, как раз когда они пытаются решить что-то с Саном. Столпились в капитанской каюте и спорят, что делать, когда с палубы раздаётся чей-то отчаянный визг, а корабль кренит в сторону слишком сильно для обычных волн. Все мысли о плане спасения Сана отодвигаются. Сначала им нужно спасти себя.              Хонджун хочет просто уснуть, в надежде, что когда он проснётся, все проблемы решатся. Но это всё ещё так не работает.              Он выбегает из каюты первым и осматривается. Его трясёт, как лист на ветру, когда он видит сложившуюся картинку. Его трясёт или корабль, или всё вместе. Потому что ветер адский поднимается. С бешенной скоростью сгоняет тучи, от столкновения которых уже раздаётся оглушительный гром. Но приказы капитана вряд ли что-то способно заглушить.              — Сложить паруса!              Остальные следом на палубе появляются. Появляются и быстро уходят на свои посты. Им не нужны приказы капитана. И так отлично знают что делать в такой ситуации, в отличие от всех этих жалких неучей, на лицах которых теперь читается страх. Хонджун на их месте бы тоже боялся. Потому что горизонт уже не разглядеть — сливается с морем. Всё одинаково тёмное и жуткое. Только молния вдалеке на несколько секунд всё освещает.              — Да что за проклятие! — выругивается Хонджун, лично вставая за штурвал, и крича ещё что-то о том, что не нужно было складывать паруса полностью.              Какому морскому богу нужно молиться, чтобы он помог им пережить этот шторм?              На корабле теперь полный хаос: множество людей бегают, кричат, особенно истеричных и растерявшихся ветер почти сразу за борт уносит ещё до того, как стеной дождя накрывает.              Хонджун даже рад, что избавился от этих бесполезных голодных ртов, как бы паршиво это не звучало. Возможно, их смерть поможет остальным выжить.              — Кто остался с Саном? — кричит Хонджун, потому что теперь, когда ещё и дождь идёт, совсем шумно, и без крика не обойтись. Юнхо, который пробегает мимо, также крича, отвечает:              — Ёсан.              Капитан кивает.              Значит, остальные где-то здесь. Среди тонн воды, множества невыносимо громких звуков и редких ослепляющих вспышек молний. Хонджун крепче цепляется за штурвал, чтобы очередная волна не снесла его, и начинает привычно искать остальных. Пересчитывать, что стало уже таким привычным. Во время абордажей и драк на суше тоже так делает. В суматохе он находит глазами сначала светлую голову Уёна, который помогает остальным для страховки верёвками связаться друг с другом.              Шторм становится сильнее, и Хонджун лишь сильнее держит штурвал. Им ни за что нельзя сбиться с курса.              Он видит Юнхо, который теперь лично закрепляет паруса в нужном положении. Он вообще не должен этим заниматься, но как-то же нужно обучать других, да? Чонхо тем же занят, и это на время успокаивает Хонджуна. Минги как раз должен проверять окна в трюмах и насколько плотно закрываются двери.              Очередная волна поднимает их так сильно, что ещё пара человек, не в состоянии удержаться, несмотря на помощь Уёна, падают за борт. Хонджун слышит их крики и стискивает зубы.              Вот же.              Сколько ещё они смогут идти вперёд не сбиваясь с курса? Он проверяет компас и пока всё действительно неплохо. Но это только дело времени. Когда им окончательно придётся убрать паруса и просто беспомощно дрейфовать, лишь бы выжить? Потому что они сработали плохо. И из-за этого промедления всё может плохо для них кончиться. Хонджун не верит, что они справятся. Почему-то именно сейчас не верит.              — Всем лечь! — громко кричит Минги. Хонджун даже не замечает, когда тот появляется на палубе, зато отлично видит волну, которая вот-вот их накроет.              Хонджун не может лечь. Он задерживает дыхание и жмурится. Словно тонет. Всего несколько мгновений. Волна высокая и мощная, но они видали и больше. Даже с ног не сбивает капитана, а вот новеньких в ужас приводит. Смывает и бет, и альф, как медуз. Просто смешно.              К тому моменту, как шторм успокаивается, они теряют без малого треть людей. В первый же шторм. Раньше они проходили любой шторм без потерь. В этот раз даже курс сохранить не удаётся. И теперь… Они не знают насколько далеко отошли от него, но показавшаяся на следующий же день из-за горизонта земля — совершенно не с той стороны, с которой они планировали изначально, — говорит сама за себя.              Хорошо, что Сонхва дал им месяц. Первые две недели они теряют совершенно глупо. Ни о каком Сандерли теперь не может быть и речи.                     ***                     — Нужно было воспользоваться твоим планом! — вздыхает Уён. На нём лица нет, но он всё пытается шутить.              Они бросили якорь недалеко от берега. Хотя то, что им удалось сделать это так близко к суше, — настоящее чудо.              Та страна, на территории которой они оказались, карала пиратов во много раз жёстче, чем Империя. Всё из-за её небольших размеров (они очень тщательно охраняли свои границы) и удобного расположения на карте. Ты либо платишь им деньги, либо тебя уничтожают. В такие моменты флаг Империи, закреплённый вместо их собственного, пиратского, крайне пригождается.              Жителей Империи они хотя бы не берут в рабство.              — Что-то когда мы это обсуждали, ты был крайне воодушевлён идеей ограбить форпост, — хмыкает Ёсан и поглядывает на Сана. Он выглядит плохо. Хуже, чем хоть кто-то из них мог себе представить. И они не знают что делать, потому что становится всё хуже. Базовых знаний Юнхо и Ёсана в медицине критически не хватает.              Уён поджимает губы.              — Да. Но мне совсем не нравится идея оказаться в рабстве у этих фанатиков.              — Ты же хотел татуировку. Просто покрасишь потом клеймо, должно получиться мило.              — Ёсан!              Омега на секунду улыбается даже и кивает. Это правда. Флаг Империи на корабле вообще не гарантировал им безопасность. Они не раз сталкивались с теми, кому договоры и соглашения между государствами были до морской тины. Совершенно всё равно, кто с кем и что там часами обсуждали в каменных стенах. Ёсан так сильно ненавидит это. Он хоть и не большой фанат короны, но переговоры ценит. В отличие от того же Хонджуна.              — Он же поправится? — тихо спрашивает Уён. Тот самый, который самолично в шторм спас немало людей, который иногда выглядит намного старше, чем есть на самом деле. Сейчас такой крохотный.              — Если проживёт ещё две недели.              — Ёсан!              Он мог бы не говорить этого, но он знает Уёна так давно, что понимает — так легче. Им обоим. Конечно, Ёсан тоже переживает. Не так, как Уён. Но тоже места себе не находит. Постоянно думает, что можно сделать, чтобы помочь навигатору. Но идей уже никаких нет. Так что больше ничего не отвечает. Так хочет сейчас написать письмо Сонхва, как он часто делал, когда они оказывались в затруднительных ситуациях.              Хочет, но знает, что это бесполезно, так что продолжает сидеть рядом с Саном, который бледный ужасно, но стоит коснуться, то будто тот на палящем солнце весь день пролежал.              Уён тоже молчит. Ему бы поспать, но он продолжает сидеть на полу у кровати возлюбленного.              Впрочем, спокойно поспать ему бы всё равно не позволили.              — На горизонте корабль. Идёт прямо на нас. Не думаю, что договариваться. Вы двое… — Хонджун, ворвавшийся в каюту, говорит чётко и быстро, но Ёсан всё равно перебивает.              — Мы будем в порядке. Командуй наверху, Капитан.              Хонджун кивает. Сколько он уже не спит? Несколько суток? После шторма точно ещё глаз не сомкнул. Но выглядит всё так же строго и бодро. Живёт благодаря каким-то своим мыслям и установкам, которые ни Ёсану, ни кому-то ещё не совсем понятны.              Стоит только капитану плотно закрыть дверь каюты, как раздаётся его громкий крик, который отдаётся от дерева и становится ещё громче.              — Поднять якорь! Расправить паруса!              Лучшая защита — это нападение, да? Хонджун того же мнения. Именно поэтому вместо того, чтобы ждать, пока на них выйдут по прямой наводке, идут навстречу.