This is their Illusion

      Хонджун едва успевает помочь Чонхо затащить Уёна на палубу, как к нему подбегает Джисон и начинает торопливо рассказывать о том, что успел выяснить, пока их не было. Слова настолько путаются и эмоции так сильно пересиливают остальное, что Хонджун раздражённо отталкивает его и рявкает:       — Позже! Ты не видишь, что у нас раненый?       Это помогает. Резкая реакция Хонджуна возвращает мозги на место, отметает лишние эмоции и успокаивает. Быстро и почти безболезненно. Вырывает из-за запутавшейся сети чувств и приземляет. На какое-то время. И этого достаточно.       Пока Джисон молча отходит в сторону и не мешается, Капитан отдаёт команде пару приказов о дальнейших действиях, вкратце разъясняя ситуацию. Ни у кого не возникает вопросов о серьёзности происходящего: рука Хонджуна так и тянется к оружию, обычно спокойное лицо сейчас норовит исказиться в хищном оскале, в голосе нет сомнений, которые в последнее время часто пробивались в интонациях и полутонах. Перед командой наконец-то выступает их Капитан, а не неуверенный в себе подросток, в которого он превратился с момента отбытия из Столицы. Где-то в стороне точно мерзко ухмыляется Хёндже, даже если никто этого не видит.       Джисон держит язык за зубами, выслушивая речь Капитана, только благодаря его божественной силе убеждения. Непоседливое подростковое нутро рвётся наружу, к счастью, уступая инстинкту самосохранения. Но как только Капитан заканчивает, ничего не тормозит Джисона. Как только он видит, что альфа не собирается продолжать говорить, делает шаг навстречу, тем самым преграждая Хонджуну дорогу.       — Ли Минхо — императорский шпион. — Сразу выпаливает омега, но Капитан не меняется в лице. Это удивляет Джисона, но недостаточно, чтобы остановиться. — Он проник на корабль, чтобы с вашей помощью найти Призрака, а после схватить его и сбежать.       Последние слова уж точно должны были впечатлить Капитана, но тот лишь полон нервозности и раздражения. Джисон считывает его эмоции, но совсем не понимает их. Всё должно было пойти не так. Он сглатывает и сжимает в ладонях края своей рубахи, чтобы попытаться оценить ситуацию вновь, но расслабиться уже не получается. Продолжает тараторить, прямо посреди верхней палубы, не найдя лучшего решения.       — В-Вы, пираты, вы ему не нужны! — Все вокруг обращают на них внимание. — Сан просто стал приятным бонусом в его чёртовой игре, Капитан. Лино- Минхо нравятся такие игры. Он любит испытывать людей.       Если до этого кто-то на корабле не понимал, что происходит, то теперь все точно были в курсе. Благодаря Джисону, которому так не терпелось всё выложить Капитану.       Хонджун кивает. Наконец-то хоть как-то реагирует на него, выпуская лёгкие Джисона из тисков и позволяя ему вдохнуть полной грудью.       — Ты понимаешь, о чём говоришь? — Лёгкие отпускают, но это не помогает. Джисон забывает как дышать. Всё что он может сделать в ответ на вопрос Капитана — это кивнуть.       — Ты перед всей командой обвиняешь в измене нашего товарища, — Джисон снова кивает в ответ.       — Ты понимаешь, что будет, если ты ошибаешься?       На этот раз так легко кивнуть не получается. Мышцы атрофируются и не дают принять столь необдуманное решение. Он испуганно смотрит на Хонджуна, почти предпринимает попытку ответить, но тот заговаривает первым.       — Как выглядит этот Ли Минхо? Или... Лино, верно?       Джисон замирает. Вопрос обращён не к Джисону, а ко всем присутствующим, но он всё же пытается воспроизвести образ шпиона как можно подробнее, чтобы Капитан точно понял о ком речь. Он старается отметить все особенности лица, телосложение и, может быть, что-то ещё… Точно должно быть что-то ещё.       — Это тот альфа с фиолетовыми волосами. Он ушёл с вами на остров. — Отвечает один из команды, находившийся совсем рядом по поручению боцмана.       Хонджун кивает. По лицу ясно, что он требует продолжения от Джисона, и омега его не разочаровывает. На лету обрабатывает полученную информацию и делится выводами с Хонджуном.       — Вы уже знаете. — Предполагает Джисон, и Капитан вновь кивает, усмехаясь. — И…       На этот раз Хонджун не бездействует. Накрывает рот Джисона ладонью и кивает в сторону своей каюты.       — Довольно.       Свою глупость Джисон понимает, пока плетётся за Капитаном в его каюту. Разве он не мог додуматься, что нельзя обсуждать вопросы особой важности находясь на палубе, в окружении множества людей, которые не имеют отношения к происходящему? Или, по крайней мере, не должны знать всех подробностей. Почему он может понять так много скрытых мотивов и косых взглядов, но совсем не понимает простых истин? Он хочет списать всё на юный возраст.       Стоит только двери закрыться, как Джисон продолжает говорить.       — Раз он не вернулся с вами, значит что-то произошло, верно? Либо его труп уже разрывают птицы, либо, судя по вашей реакции, что более вероятно, он нашёл то, что искал, и сбежал от вас.       Хонджун усмехается.       — Знаешь, тебе стоит поучиться шпионству, если ты хочешь быть полезным. Что, если бы кто-то был в каюте? — Капитан не выглядит рассерженным, но вздувшаяся на виске вена красноречивее общего вида.       Джисон сразу понимает. Он ведёт себя, как ребёнок, уже во второй раз за слишком короткий срок. Неудивительно, что Капитан разочарован. Да и если всё не так? Если на самом деле его теория, не более, чем теория? Выдумка сумасшедшего. Глупая фантазия и удачное стечение обстоятельств, которые Джисон почему-то решил объединить.       Капитан вдруг похлопывает Джисона по плечу, и омегачувствуетизменившуюся атмосферу. Хонджун всё ещё едва выносит происходящее, но его попытки показать доброе расположение духе не пропадает незамеченным. Джисон улыбается и, в порыве эмоций, хочет подойти и обнять Капитана.       — Не перебарщивай.       Быстро останавливает его Хонджун. Он уже сжимает плечо Джисона, удерживая его на месте, как если бы омега пытался куда-то сбежать. Даже если бы пытался, разве можно куда-то сбежать с корабля в открытом море? Недалеко уж точно.       — Ты попал в точку. Мы не могли знать точно, что он нашёл, но Уён предположил, что тот почувствовал феромоны Сонхва. И теперь ты говоришь, что его цель — это Сонхва. Замечательное стечение обстоятельств, не думаешь?       — Да, я так и знал! И… — Джисон безошибочно чувствует агрессию, исходящую от Хонджуна. Капитан жонглирует эмоциями омеги, даже не применяя феромон. Ему ничего не стоит довести Джисона до дрожащих коленок, приступа страха или беспечного спокойствия одними лишь своими присутствием и словами. — Я не имею с Минхо ничего общего, Капитан! Всё, что я сказал, я выяснил здесь, после того как получил от вас приказ!       Хонджун резко отталкивает от себя омегу и отворачивается, обращая свое внимание на дверь. Петли противно скрипят и в каюту, никак не предупредив, заходит старший из всех омег, собравшихся на Иллюзии. Джисон почти падает, но спасается, ухватившись за письменный стол. Часть вещей падает, что Джисон старается поскорее исправить, под огорчённым взглядом Хёндже. Как будто он что-то был ему должен. Да, он не заметил, когда Хёндже подошёл к каюте. В этом его вина?       — Боюсь, что он говорит правду, — вопреки ожиданиям Джисона, Хёндже защищает его.       Для Хонджуна даже любое упоминание «мёртвого» мужа Императора, как красная тряпка для быка. А его появление делает из Хонджуна психа. Джисон не знает кого из этих двоих в такой ситуации лучше иметь в союзниках.       — С чего бы мне тебе верить? — Огрызается Капитан. Если бы у людей от злости глаза горели красным, то у Хонджуна, при каждом появлении в его поле зрения Хёндже, глаза становились бы алыми, подобно крови льющейся из перерезанной артерии.       В этот самый момент Джисону кажется, что Хонджун обрёл эту способность.       — У тебя нет выбора. И времени. Если всё так, как он, — указывает на Джисона, — сказал, то каждая секунда на счету. Ты и сам это знаешь. Лино не будет ждать пока вы за ним придёте. Он попытается скрыться, прихватив с собой Сонхва.       Хонджун фыркает. Он злится только сильнее. Джисон видит, как кончики его пальцев вырисовывают узоры на вспотевшей ладони, будто это поможет Капитану успокоиться.       — Разве у тебя нет других дел прямо сейчас, кроме как поучать меня?       Джисону определённо не стоило открывать рот на палубе. Может быть, тогда и разговора между этими людьми не случилось бы. Это дало бы чуть большую гарантию безопасности, чем они имеют сейчас, когда от любой искры каюта может вспыхнуть горьким пламенем ненависти.       Хёндже пожимает плечами. И Джисон уверен, что тот тоже видит, как Капитан взвинчен. Хонджун уверен тоже. Наверняка, знание, что Хёндже видит его слабость, раздражает Капитана только сильнее. Как и то, что слова Хёндже не совпадают с его внешним видом. Он точно волнуется за безопасность Сонхва так же, как и Хонджун. Если не больше. За надменными и злобными насмешками Джисон видит это. Беспокойство так просто не скрыть.       — Вообще-то, я искал тебя как раз из-за своих дел, — Хёндже фыркает и неопределённо кивает куда-то в сторону. Но Хонджун, видимо, всё понимает ещё до того, как омега поясняет, потому что закатывает глаза. Удивительно, как хорошо они понимают друг друга, при том насколько у них напряжённые отношения. — Уён пришёл в себя и рвётся в бой. Я привёл его в чувства, после благовоний Минхо, обработал все его раны и наложил тугие повязки, но…       Ещё один человек рывается в каюту подобно вихрю до того, как Хёндже успевает договорить. Он раздражённо фыркает.       — Без меня тебе его не найти!       Хонджун тяжело вздыхает, и теперь Джисон думает, что он тут лишний. Людей становится всё больше, так что никто не будет его слушать. К тому же, если Капитан и сам всё выяснил, то ему не нужны никакие теории и пустые предположения от ребёнка. А он точно считает Джисона ребёнком. Все они.       Но он не сбегает. Остаётся наблюдать и слушать, пока есть такая возможность. Кто знает, где ему будет полезна информация, которую он тут может получить.       Уён выглядит неважно, а вспоминая, с каким трудом его занесли на корабль немногим ранее, и как он выглядел в тот момент… Джисон не может удержаться от комментария, пока остальные молчат:       — Уён… Ты же еле ходишь…       — Нет, я в порядке. — Утверждает Уён. Он звучит, как самый здоровый человек на планете, к тому же невероятно энергичный и отчаянный. С этим сложно поспорить. Боль в ране должна ослаблять его, но Уён после вылазки как будто стал ещё живее. — Это же я больше всего времени провёл наедине с Лино. И я понял, где прятался Сонхва. Без меня тебе их не найти. Я покажу тебе дорогу и вернусь обратно на корабль.       Уён чертовски убедительный. И ужасно упёртый. Его глаза блестят, а хитрая улыбка перекрывает любые другие эмоции. Все в каюте понимают, что Уён прав. И бета это отлично знает, поэтому ведёт себя так самоуверенно и дерзко перед капитаном. Джисону понадобиться много времени, чтобы научиться так же легко, как и Уён, смотреть в глаза Капитану. Не отворачиваясь, не отводя взгляд, даже не двигая ни единой мышцей. И Уён, Джисон уверен, выиграл бы эту зрительную борьбу, если бы в каюту не вошёл ещё один человек.       — Я тоже пойду, — говорит слишком просто, как будто это не обсуждается.       Первым реагирует Уён, отвлекаясь от прожигания взглядом глаз Капитана. Капитана, который ничего уже не говорит, оставаясь наблюдателем. Наверняка, он уже всё решил, — думает Джисон.       — Ты-то куда! — Вспыхивает Уён.       Ёсан спокойно пожимает плечами:       — Я точно знаю феромон Сонхва. — Ёсан обращается к Капитану, игнорируя выпад Уёна. Омега отлично понимает, что последнее слово всё равно будет за Хонджуном, так что нет смысла тратить время на переубеждение Уёна. Лучше сразу обратить все свои аргументы к Капитану. — Уён бета, а как на этот раз на него отреагируетеВы— никто не знает. Так что на Вас нет надежды. Чонхо не отличается восприимчивостью к феромонам, Сан тоже бета, а…       — Ах! — Уён прерывает его, на что Ёсан усмехается. — Хорошо-хорошо, я понял.       Хонджун молча кивает, соглашаясь со слишком эмоциональным Уёном.       — Я рад, что мы достигли понимания до того, как я дошёл до конца списка.       Джисон не совсем понимает: почему Хонджун всё же принимает такое решение, хотя прекрасно знает обо всех опасности, которые ждут их на острове? Знает, уже не просто на словах, а ощутив на себе. Джисон хочет напомнить Капитану, что взбешённые островитяне с побережья никуда не делись и что больше всего они ненавидят омег, потому что тот кажется забыл. Иначе как ещё объяснить это безумие?       Но Джисон поглядывает на Хёндже, качающего головой, и понимает, что любые его слова будут вымокшим порохом в бою — такими же бесполезными.       Когда только что поднятая лодка вновь касается морской глади, Джисон не смотрит. Он спускается в каюту к спящему младенцу и садится на место у импровизированной колыбели, наблюдая за ним. Даже когда заходит Хёндже, Джисон остаётся молчалив.       ***       Пираты возвращаются. Не на то же самое место (они не настолько глупы, в конце концов), а на гораздо более неудобное, но на первый взгляд безопасное. Подъём на сушу здесь слишком крутой, но мощные корни деревьев, которыми наполнен утёс, дают возможность без проблем вскарабкаться наверх. Только Уёна приходится тащить всем вместе — может быть сил, чтобы идти и громко возмущаться у него достаточно, но на подобную авантюру в текущем состоянии его вполне человеческое тело не способно.       Успешно справившись с первой задачей — достигнуть острова, — наспех собранная команда убедилась, что место для высадки было выбрано отличное: ни у кого точно не возникнет мысли, что здесь кто-то пришвартовался. Кроме того, по словам Уёна, место куда ближе к нужному им дому, чем тот берег, на котором они были в первый раз. Чонхо остаётся ждать в лодке, чтобы в случае чего быстро вернуться на корабль.       Дорога проходит в тишине. Каждый думает о своём.       Хонджун думает о том, что они будут делать дальше. Если им повезёт, и они найдут Сонхва, что тогда? Они планировали встретиться с ним в Сомбре, а перед этим сделать остановку на родине Сана. Продолжать ли им следовать намеченному пути? Или лучше сначала избавиться от всего балласта, который успел появиться на корабле, а уже потом возвращаться к намеченному маршруту?       Из-за того, что произошло с Саном, во время их прошлой попытки добраться до Сандерли, и из-за того, что происходит сейчас, Хонджун подумывает, что этот город не хочет их видеть. Но это не значит, что они перестанут пытаться. Хонджун пообещал Сану. А он выполняет свои обещания.       И ещё этот Минхо… Если им не удастся найти Сонхва, то им нужно будет преследовать его? Хонджун не уверен, что у них получится.       Когда какой-то дом начинает виднеться на горизонте, лицо Ёсана становится взволнованным. Хонджун ещё ничего не чувствует, но выражение лица Ёсана говорит само за себя. Уён кивает, подтверждая, что это то самое место, о котором он говорил, и Ёсан ускоряется, оставляя Уёна и Хонджуна позади.       Хонджун отрывается от своих размышлений и взволнованно смотрит на Уёна. Тот шёл прямо и никак не показывал, что ему больно или тяжело. Хонджун не возражает. Он верит, что Уён достаточно умный и не слишком самонадеянный, что он может адекватно оценить предел своих возможностей. Случись всё происходящее пару лет назад — Хонджун ни за что не позволил бы Уёну пойти. Тогда бета был совсем ребёнком и не мог сам понять, когда стоит отступить. Сейчас всё иначе. Уён со своей стороны сделал всё, что должен, — привёл их к месту, где по его мнению скрывался Сонхва. Это всё, что от него требовалось.       — Возвращайся к лодке, — напоминает Хонджун.       Уён кивает, этим жестом подтверждая, что всё в порядке, и что Капитан может оставить его. Уён сможет сам вернуться к лодке. Ничего страшного, если они разделятся. Всё по плану.       Капитан нагоняет Ёсана, который уже бесцеремонно вломился в дом. К их приходу, в доме, ожидаемо, никого нет, но феромон Сонхва — чистый и яркий — пропитал всё вокруг. Деревянные стены отлично впитали в себя его запах. Ёсан не сомневается, что это Сонхва. Хонджун тоже.       — Выйди. — Строго говорил Ёсан. — Я чувствую, как ты начинаешь выпускать аномально много феромона. А мне нужно ещё кое-что проверить.       Хонджун только кивает. Он не ощущает, как усиливается его феромон, зато головокружение и туман перед глазами с каждой секундой проведённой в доме всё сильнее. Его всего обволакивает сладость, тащит за собой, превращая в мягкую, воздушную вату. И будто что-то шепчет. Безостановочно что-то нашёптывает, но Капитан не понимает что.       Он выходит из дома и пытается понять: что же такое ему пытаются сказать? И главное, кто?       Ёсан, кажется, выходит следом почти сразу и качает головой.       — Сонхва здесь был — это точно. Но больше ничего. Никаких других альф или омег. Ничего не чувствую.       — Всё это так странно. Сколько времени он там провёл, что феромон чувствуется даже за пределами дома?       — Не знаю, может быть-       Ёсан вдруг начинает кашлять, будто вдохнул молотый перец. Его глаза слезятся, и Хонджун пытается как-то поддержать омегу, но тот лишь отгоняет Капитана от себя. Он впервые видит, чтобы Ёсан так реагировал на чьи-то феромоны. Да, от каких-то мерзких или слишком сильных феромонов Ёсан морщился, но никогда они не вызывали у него такие приступы кашля.       Выглядит очень жутко. Ещё и потому, что Хонджун может только наблюдать, как Ёсана складывает пополам от кашля, как он держится руками за свою грудную клетку, как по его щекам из зажмуренных глаз катятся слёзы.       Хонджун ненавидит быть беспомощным.       Когда кашель прекращается, и Ёсан начинает нормально дышать, Хонджун вновь подходит к нему, чтобы погладить по спине:       — Порядок? Что это было?       Ёсан кашляет ещё несколько раз, ребром ладони утирает слёзы, выпрямляется и сразу начинает идти, не задерживаясь на месте ни на секунду. Он целенаправленно идёт в другую от лодки сторону так быстро, что Хонджун едва за ним успевает.       — Я, кажется, понял, для чего Сонхва так сделал.       — Думаешь, что он сам заполнил всё своим феромоном? — удивляется Хонджун, пытаясь выяснить ещё хоть что-то, пока они не начали бежать. — Куда мы идём?       — За, Сонхва, конечно.       Они резко останавливаются. Хонджун почти врезается в спину Ёсана, только благодаря своим рефлексам, успевая остановиться. Он хмурится и хватает Ёсана за руку, на случай, если тот вдруг начнёт убегать.       — Что ты имеешь в виду?       Его не слушают. Или не слышат.       Глаза Ёсана бегают из стороны в сторону, будто пытаются что-то найти. Хонджун осматривается тоже, но не замечает ничего странного. Даже ветер не приносит за собой феромон Сонхва от того дома. Ёсан точно чувствует больше, чем он. Хонджун пытается прислушаться, что вновь терпит неудачу.       Ничего странного. Только ветер и волны, врезающиеся в утёс.       — Ёсан? — Хонджун вновь одёргивает омегу, и тот вдруг шипит на него.       — Тише! Я пытаюсь выследить его.       — Объясни хоть что-то! Может быть это ловушка! — Пытается Хонджун, но получат в ответ только сопротивление.       — Не ловушка! Сонхва оставил следы крови. Запах совсем слабый, но я могу его отличить.       Ещё секунда, и Ёсан вновь продолжает идти. Руку из хватки Хонджуна забирает так легко, будто Капитан и не держал его вовсе.       Хонджун не верит в слова Ёсана, но продолжает следовать за ним.       Если всё так, как говорит Ёсан, то почему бы Сонхва было не оставить какие-то более заметные следы? Он вполне мог бы на всём своём пути оставлять следы своего феромона. Но кровь? Это же дико. Нет ни единой причины, почему он должен был сделать так, кроме…       Точно.       Минхо нашёл его. Может быть, даже схватил. Мог ли Минхо подавить феромон Сонхва? Нет, потому что тогда Ёсан почуял бы его. А сделать что-то с самим Сонхва, чтобы тот не смог использовать феромон? Они не знают точно.       На одной из их коротких остановок Хонджун сам видит кровь на земле, совсем свежую, а рядом следы трёх пар обуви. Это его шанс убедиться во всём самому. Он приседает на корточки, пальцами проводит по крови и подносит к носу, чтобы попытаться учуять хозяина красной жидкости. Хонджун глубоко вдыхает и сразу закашливается. Падает на колени, руками упирается на землю, чтобы совсем не упасть, глаза слезятся, а тело содрогается в приступе.       Теперь понятно что почувствовал Ёсан, когда впервые почувствовал этот запах. Как будто всё тело, подобно толстым и длинным иглам, пронизывают чувства человека, которому принадлежит кровь. И если даже Хонджуна эти ощущения заставили упасть в приступе боли, страшно представить что перенёс более чувствительный Ёсан.       Хонджун поджимает губы и жмурится.       Ни один нормальный (обычный) человек, ни за что не нашёл бы Сонхва по таким следам. Но Ёсан не обычный. Хонджун с самого их первого знакомства знал, что Ёсан особенный, и с тех пор, как он физически присоединился к команде на корабле — Хонджун только убеждается в своей правоте. Пусть иногда он не до конца понимает действия Ёсана, иногда не совсем верит в то, что творит этот безумный ребёнок, в конце концов всё заканчивается тем, что Ёсан оправдывает все риски, добиваясь результата. Ёсан чертовски умён и упрям.       Так и сейчас. Они идут долго, всё сильнее отдаляясь от их лодки. Вокруг тихо, и Хонджун не может поверить, что на таком большом острове всегда одно поселение. Почва выглядит достаточно плодородной, да и ландшафт благоприятный для строительства домов. Так почему же люди живут только в одной крошечной части от всей территории? Неужели никто не смог ужиться с этими фанатиками? Это возможно. Но само поселение тоже не увеличивается. Это из-за их обрядов? Населения не становится больше, поэтому расширять границы не требуется. Да, возможно всё именно так.       Ёсан медленно останавливается, рукой притормаживая и Хонджуна, чтобы тот не врезался в него. Омега хмурится и всматривается вдаль. Хонджун делает то же самое, повторяя за Ёсаном.       Пейзаж вокруг не изменился, как и звуки природы, но они всё-равно что-то ищут. Внимательно рассматривают миллиметр горизонта. Хонджун не верит, что таким образом возможно что-то обнаружить, но делает, потому что в это верит Ёсан.       Через минуту сдаётся и Ёсан. Он разочарованно вздыхает и потирает пальцами переносицу.       — Я потерял его, Капитан. Нет смысла дальше бродить, след обрывается здесь. Видимо, Минхо заметил, что Сонхва оставляет сле-ды… — Ёсан замечает, что Капитан не отрываясь смотрит в одну точку. Даже не моргает. И, вероятно, слова омеги для него сейчас всё равно, что белый шум.       А Хонджун слышит. Снова слышит, как его зовут за собой. На этот раз голос отчётливее и его призывы понятные и простые. Голос всё ещё незнакомый, как и силуэт далеко впереди, но Хонджун идёт за ним. Капитан привык доверять интуиции, и сейчас у него нет сомнений, что он делает правильный выбор.       Теперь Ёсан — удивлённый и сбитый с толка — идёт за Хонджуном.       С каждым шагом силуэт становится всё дальше, и Хонджун срывается на бег. Голос вдруг кричит. Хонджун кричит тоже.       — Ёсан скорее!       Он не оборачивается, продолжает бежать, даже когда силуэт пропадает. Крик становится всё громче, и громче, и громче. И Хонджун бежит всё быстрее, и быстрее, и быстрее, точно сейчас опоздает.       — Стой! — Настойчивый крик Ёсана, заставляет Хонджуна остановится.       Всё вокруг затихает, и Хонджун медленно осознаёт произошедшее: он стоит на краю обрыва. Внизу — вода, солёный морской запах ударяет в ноздри, подобно удару кулаком из темноты. Позади — Ёсан, который еле дышит, пытаясь нагнать Капитана. На лице Хонджуна паника. Он вертит головой, надеясь увидеть кого-то ещё, но никого нет.       — Ты слышал крик?! — хрипит Хонджун оттягивая одежду с шеи. Повязанная на шее бандана мешает ему дышать, и он стискивает зубы, совсем срывая её, когда Ёсан качает головой. Он тихо выругивается и садится на землю, надеясь, что так быстрее сможет привести дыхание в норму.       — Капитан… — Тихо зовёт Ёсан, когда оказывается достаточно близко к краю обрыва, но Хонджун не отвечает. Он пытается разобраться, что за голос преследует его, и почему он повёл его по ложному следу, и… — Хонджун!       Он всё же поднимает голову, обращая внимание на призыв. Ёсан кивает в сторону моря, грустно усмехаясь.       — Смотри.       Хонджун следит за направлением взгляда Ёсана и сглатывает. Ладони потеют, а только что стабилизированное сердцебиение вновь хаотично ускоряется. На воде небольшая лодка — совсем близко к тому месту, где они стоят. В лодке четыре человека: трое взрослых и один ребёнок. И всех взрослых Хонджун легко узнаёт. Это Минхо, Сонхва и Уён.       Он не может поверить.       — Какого…хрена там Уён? — всё, что способен сказать Хонджун.       — Не могу знать, Капитан. Но нужно их вытаскивать.       Его безумные дети точно сведут с ума. Хотя Хонджун рад, что они наконец-то нашли Сонхва. Осталось только вытащить его. Его и Уёна.