Принцесса против!

***

Сяо Чжань, прикусив губу, смотрит ролики, которые отметил Ибо. Тот не так давно заказал в баре вино, посчитав, что такое лучше смотреть и читать (а почитать было что!) немного пригубив алкоголя. Свои запасы он пока не спешил трогать. Ситуация складывалась следующая: американская часть поклонников ещё только разбиралась в том, кто выступал на концерте на месте Чжоу Исюаня, в то время как китайская часть уже вовсю постила коллажи из фото с концерта и из разных мест, где Сяо Чжань светился как менеджер Ибо. Гостиницы, аэропорты, танцевальная студия. Одна девочка большими буквами написала: «ЭТО МЕНЕДЖЕР ВАН ИБО, СЯО ЧЖАНЬ!» Ниже шли старые фото Чжаня ещё времён его участия в группе и краткая биография. Ибо, попивая вино, от которого Сяо Чжань отказался, едва сдерживает себя, чтобы не начать смеяться с пухлых щёчек Сяо Чжаня. Его любовник и так выглядит непростительно молодо в свои двадцать шесть лет, но на тех фото больше пятнадцати ему не дашь. Смешной Сяо Чжань вызывает у Ибо умиление. Комментарии к фото и видео писались самые разные. Многие гадали, куда делся Исюань, ведь его видели в аэропорту Нью-Йорка. Его видели входящим в гостиницу, а дальше он словно пропал. Многие гадали, что же могло случиться. Другие чуть ли не пищали от восторга, так им понравился Сяо Чжань. «Отличного менеджера Ван Ибо себе отхватил!» «Если бы был конкурс менеджеров, приз точно бы достался Сяо Чжаню». «Откуда таких красивых берут?» «Он прекрасен!» «Девочки, мало нам было Ван Ибо, так вот ещё один краш!» «Смотрим клипы X-nine и восхищаемся!» Ибо заглядывает в телефон через плечо Сяо Чжаня, читает последние строки и смеётся. Чжань качает головой. — Мы этого не предвидели. — А должны были. Или же вы думали, что подмена останется незамеченной? — Продолжает веселиться Ибо. — Смотри, ты уже чей-то краш. — Ибо, — укоризненно говорит Сяо Чжань. — Это несмешно. — Это очень смешно! Ещё какое-то время они тратят на просматривание ленты, новые посты всё прибывают и прибывают. Ибо всё больше пьянеет, выпивая в одиночку почти бутылку вина. Чжань откладывает телефон и поворачивается к Ибо. — Тебе не хватит? — Он указывает кивком головы на бокал вина в его руке. — Нет. Тем более, завтра выходной. Я могу расслабиться? — Обязательно выпивать для этого всю бутылку? Ибо пьяно улыбается. — Я заказал вино нам двоим. Но ты отказался. — Дай хоть глоток сделаю. Сяо Чжань забирает у него из рук бокал и делает небольшой глоток. — Как ты? — внезапно спрашивает Ибо. Сяо Чжань пожимает плечами. — Я пока ещё плохо осознаю, чем это нам может грозить. Уверен, в YG это не примут хорошо. — Не думай о них. — Ибо придвигается ближе, кладёт подбородок Чжаню на плечо. От выпитого вина приятно кружится голова. От близости Чжаня сердце заходится в бешеном ритме. Ибо касается губами его шеи, млея от её мягкости и теплоты. — М-м-м, — тянет Ибо, придвигаясь ещё ближе, зарываясь носом во влажные после душа волосы Чжаня. — Как мне теперь делить тебя с ними всеми? У Сяо Чжаня сбивается дыхание. Он напрягается, но потом расслабляется, позволяя делать Ибо то, что ему хочется. — Тебе и не надо, — выдыхает он. Одна рука Ибо скользит под футболку Сяо Чжаня. Она оглаживает его напряжённый живот, продвигается выше, к груди. Ладонью Ибо чувствует, как сильно бьётся сердце. — Даже не верится, что у нас столько свободного времени. Ночь, целый день и ещё одна ночь, — мурлычет Ибо. — Чем мы будем заниматься, м? Сяо Чжань сглатывает. — А чем бы тебе хотелось? Ибо берёт руку Чжаня и накрывает ею свой пах. Там уже всё твёрдо. Чужие тонкие пальцы смыкаются на его члене, и Ибо шумно втягивает воздух носом. Через ткань штанов поглаживания ощущаются не так остро, но по телу уже бегут первые горячие змейки удовольствия. — Хочу тебя, — выдыхает Ибо на ухо Сяо Чжаню, а потом прикусывает розовую мочку. Она такая аккуратная, что её прямо так и хочется попробовать на зуб. Чжань дёргается, но не отстраняется. Ибо плотнее прижимает ладонь Чжаня к своему члену, усиливая контакт. Перед глазами всё плывёт, но уже не от вина. Поцелуями Ибо спускается на шею, оставляя после себя красные отметины. А потом и вовсе стекает вниз, застывая напротив паха Чжаня. Мужчина смотрит на Ибо потемневшими глазами. Особо не церемонясь, Ибо сдёргивает с него штаны, освобождая уже налитый кровью член. Ибо рассматривает его, стараясь запечатлеть в памяти узор из вен. Красивый и такой желанный. Созданный, чтобы быть во рту Ибо. Со стоном Ибо берёт его в рот, начиная интенсивно сосать. Сяо Чжань издаёт то ли стон, то ли вскрик, не ожидая от подопечного такой резвости. Гладкая головка приятно скользит по языку, Ибо сильнее смыкает губы вокруг ствола, балдея от этого занятия. Сяо Чжань достаточно больно хватает его за волосы, предупреждая. Ибо отстраняется. Он смотрит на Чжаня, на его покрасневшие губы, розовые скулы. Отмечает его частое дыхание. Красивый. Запредельно красивый. — Ты чувствуешь? — М? — Сяо Чжань пытается сфокусировать на нём свой пьяный взгляд. — То, что моё место здесь. Между твоих ног, — говорит Ибо, потираясь щекой о внутреннюю поверхность бедра Сяо Чжаня. — В тебе, — продолжает мурлыкать Ибо. — На тебе. Он прикусывает нежную кожу, заставляя Чжаня дёрнуться и зашипеть. — Как же я люблю тебя, — стонет тихо Ибо. Проходит пара секунд, прежде чем пьяный Ибо понимает, что именно вырвалось из его рта. Он замирает на секунду, но быстро справляется с собой. Бросает настороженный взгляд на Сяо Чжаня, проверяя, слышал он или нет. Но тот, прикрыв глаза, наслаждается местами грубой лаской Ибо и, кажется, ничего не слышит. Ибо возвращает свой рот на член Сяо Чжаня, начинает сосать интенсивнее, работая языком, сильнее сжимая губы. Чжань вскидывает бёдра, стараясь войти глубже в умелый тёплый рот, стонет как заправский порноактёр. Ибо задыхается от ощущений. В висках стучит кровь, собственный член пульсирует, требуя внимания. Не сопротивляясь, Ибо тянет руку себе в штаны и, готовый подвести себя к пику, достаёт член. Челюсти уже основательно ноют, натруженные уголки губ щиплет, слюна течёт по подбородку, чтобы потом впитаться в ворот футболки. В комнате раздаются пошлые звуки, иногда, когда Сяо Чжань толкается особо глубоко внутрь, Ибо начинает кашлять. В воспалённом мозгу мелькает мысль, видели бы сейчас его те, кто караулит своего айдола у гостиницы. Его, наслаждающегося чужим членом во рту, задыхающегося размером органа, ублажающего мужчину. Ибо хочется смеяться. Все те дурочки видели себя рядом с ним, хотели его, грезили им. А Ван Ибо выбрал Сяо Чжаня и ни о чём не жалеет. — Ибо! — стонет Чжань, предупреждая. Ибо и сам понимает: любовник близок к разрядке. Он садится, сглатывая вязкую слюну со вкусом мужчины, и доводит того до оргазма руками. Ибо нравится смотреть, как выгибается на постели Сяо Чжань. Как его вороные волосы расчерчивают белоснежную наволочку подушки чёрными штрихами. Как он смыкает глаза, переживая сладкую муку, купается в наслаждении. Его грудь часто поднимается и опускается, тёмные соски особо выделяются на светлой коже. Сяо Чжань прекрасен. И Ибо, едва пару раз коснувшись себя, кончает следом. Некоторое время они приходят в себя. Ибо садится у изголовья, допивая остатки вина, смывая им вкус чужого члена во рту. Сяо Чжань лежит рядом с закрытыми глазами. Кажется, что он спит, но Ибо знает: это не так. Он помнит, что вырвалось из его рта во время секса, и с ужасом ждёт, когда Сяо Чжань начнёт говорить об этом. Есть маленький шанс, что Чжань не слышал его неосторожного признания. Или же не придал этому значения. Чего ни скажешь в постели, когда зашкаливают чувства. — Ты, кажется, совсем не устал, — не размыкая глаз, замечает Чжань. — Спать не хочешь? — А ты? — переадресовывает вопрос Ибо. — Я вымотан, — признаётся Сяо Чжань. — Но я не хочу, чтобы этот день заканчивался. Ибо молчит, подозревая, что Чжань хочет поделиться чем-то важным для себя. Но Сяо Чжань молчит. — Расскажешь? — просит Ибо. — О чём? О том, что я когда-то мечтал выступать на сцене? Прямо как сегодня. Мечтал. Хотел признания. Много работал для этого. А когда всё потерял, приучил себя думать, что обычная жизнь ничем не хуже. Вот только разочарование никуда не делось. Разочарование в себе. Мне казалось, я могу чего-то добиться. — И ты добился. — Да, я менеджер Ван Ибо, — говорит Сяо Чжань. Но Ибо не слышит в его голосе горечи. — Это действительно неплохо, — бурчит Ибо. — Я не жалуюсь, ты не подумай. — Чжань открывает глаза и смотрит на него. — Ты лучшее, что могло со мной случиться. Ибо замирает. Это не признание в любви, конечно. Но тоже неплохо. — Говорят, ты не можешь иметь всего. Ты получаешь или личную жизнь, или успех. Не удивлён, что тебе удаётся и то и другое. — А я удивлён, — признаётся Ибо. Сяо Чжань с нежностью смотрит на него. — Я всё ещё думаю, то, что мы с тобой делаем, — опасно. Нам вскружила голову эта поездка. Якобы свобода Америки. Но, Ибо, нам ещё возвращаться в Китай. — Это что-то изменит? — с опаской спрашивает Ибо. — Это изменит всё. Сяо Чжань не смотрит на него, теребит уголок сбившейся простыни. У Ибо внутри всё словно покрывается коркой льда. Выдохни — пойдёт стылый воздух, а дрожащие губы покроются инеем. Не то чтобы он сам не думал о том, что их ждёт по возвращении в Китай. В основном его мысли касались сольной карьеры. Ибо внезапно даже для самого себя решил немного притормозить. Он хочет выпросить себе более щадящий контракт. Меньше работы, больше времени с Сяо Чжанем. Оказывается, сам Чжань думает иначе. — Не понимаю, — еле выговаривает Ибо. — Что ты имеешь в виду? Тот всё же смотрит на него. Его брови заломлены, словно у него что-то болит. — Не заставляй меня озвучивать, — просит он. — Я пока сам не совсем понимаю, о чём я. Но ты должен понимать: как здесь в Китае уже не будет. — Мы будем более осторожными, — с жаром обещает Ибо. — Никто и не подумает. С моей стороны не последует ни одной эмоции в твою сторону, клянусь! Сяо Чжань грустно улыбается. — Ты не властен над ними. Мы оба. Ты не видишь со стороны свои взгляды. Как они выдают тебя. А я вижу. И другие тоже. Правда, пока никто ничего не понял, занятые сначала поездкой, потом Исюанем, концертом. Сейчас заняты переездом в Чикаго. — Я буду лучше стараться. Чжань улыбается и несильно тянет на себя Ибо за прядь волос. Он поддаётся, соприкасаясь с желанными губами. Поцелуй наполнен отчаянием и тоской, горчит на языке. Ибо отстраняется. — Прекрати! До Китая ещё далеко. А мы сейчас здесь! — Прости. Сяо Чжань снова тянет Ибо на себя. Ибо полностью ложится на него, углубляет поцелуй, сталкиваясь с языком Сяо Чжаня, оглаживая его, делясь слюной. В паху снова концентрируется желание. Ибо, как всегда, мало. Ответная реакция тоже даёт о себе знать. Ибо покрывает поцелуями шею, сдерживая своё желание укусить и оставить отметин. Ниже по ключицам, ладонями по бокам. Грудь. Живот. Чжань выгибается под ним, трётся об Ибо, раздвигает ноги, приглашая. Ибо жмурится, стараясь не закончить, когда они ещё даже не начали. Но от вида длинных стройных ног, раздвигающихся перед ним, перед глазами всё мутнеет. Ибо набрасывается с поцелуями на внутреннюю поверхность бёдер. Проходится по ним языком, сжимает зубами. Уж тут-то можно. Сяо Чжань вздрагивает, стонет, но не препятствует. Его член, лежащий на животе, истекает смазкой. Она вязкой лужицей собирается на коже. Ибо возвращается обратно, нависая над Сяо Чжанем. Тот открывает глаза, смотрит вопросительно и недоумённо. — Ты хочешь этого? — задаёт Ибо глупый вопрос. — А по мне не видно? Ибо кивает. Конечно, видно. Тело Сяо Чжаня реагирует на его прикосновения, его близость и поцелуи. Но хочет ли этого сам Чжань? — Ты говорил, что устал, — напоминает Ибо. — Устал, но это не значит, что я не хочу тебя. Ибо кивает снова. — Я тоже хочу тебя. Всегда хочу! Ибо достаёт из-под подушки припасённые презервативы и смазку, вызывая у Сяо Чжаня: «Подготовился?» И улыбается в ответ. Конечно, Ибо подготовился, планируя пить вино и трахаться всю ночь. Но посмотрев на любовника, думает, что крепкий сон тоже неплохо в их ситуации. Тем более, рядом с ним Ибо отлично высыпается, напрочь забыв о бессонных ночах и тревожности. Выдавив смазку, немного погрев её на пальцах, Ибо вставляет в любовника сначала один, потом сразу второй. Сяо Чжань напрягается, явно испытывая дискомфорт, но молчит. Свободной рукой Ибо поглаживает его по члену и впалому животу, отвлекая. — Ты слишком похудел, — вырывается у Ибо. Он не собирался делать замечание по этому поводу, но сегодня язык его совсем не слушается. — Заставляешь меня правильно питаться, а сам? — Я ем, — сквозь глубокие вздохи отвечает Чжань. — Просто нагрузки больше, чем обычно. А потом: — Хватит. Войди в меня. — Нет. — Ибо мотает головой. — Тебе будет больно. В Сяо Чжане уже два пальца, но он всё равно ещё слишком узкий. Войти в него Ибо хочет больше всего на свете, да. Но не причинить при этом боли. — Ибо! — Сяо Чжань дёргает ногой. Чжань изворачивается, вставая на четвереньки. У Ибо спирает дыхание. Он гладит его ягодицы, пачкая их смазкой, проводит ладонью по позвоночнику, безмолвно прося расслабить спину. Целует в местечко между лопаток. Сяо Чжань клонит голову, выставляя беззащитную шею. Ибо входит в него, прикусив особо выделяющийся позвонок. Процесс идёт туго, Сяо Чжань дрожит под ним, но не произносит ни звука. Терпит. От узости его тела Ибо не может дышать. Под закрытыми веками расцветают красные кляксы. Спина тут же покрывается испариной. Ибо не уверен, что выдержит хоть какое-то время. Оргазм уже опаляет низ живота, готовый потечь лавой по венам. Запредельное чувство, слишком острое, причиняющее боль. Ибо глубоко дышит, стараясь совладать с собой. Сяо Чжань делает первый толчок сам. Ибо стонет, сильно цепляясь за его бедра. — Тебе точно не больно? — уточняет он. — Слишком узко. Сяо Чжань только качает головой, ставя ноги шире. — Двигайся. И Ибо начинает двигаться. Комната тут же наполняется звуками их сбитого дыхания, тихими стонами, шлепками кожи о кожу. Весь мир перестаёт существовать в эти мгновения. Ибо двигается быстро и чётко, сменяет угол, чуть ли не кончая от протяжного стона Сяо Чжаня. — Ещё, — просит тот. И Ибо рад ему дать всё. Ему вообще хочется отдать всего себя, всё, что имеет и даже больше. Солнце и Луну, если попросит. Ибо чувствует, как растворяется в этом человеке. И пусть между ними по-прежнему преграда из тонкого латекса, Ибо кажется, он вбирает в себя всего Сяо Чжаня. Они становятся одним целым. Нерушимым и неизменным. Ибо хочется говорить о любви, о том, как ему сейчас хорошо, как страшно, и прочую чушь. Но лишь плотнее смыкает зубы, шумно дыша через нос. Сяо Чжань тянется к своему члену, и Ибо ускоряется, не желая больше мучить ни себя, ни Чжаня. Они оба гонятся за удовольствием, слишком жадные до него, чтобы растягивать процесс его достижения. Первым кончает Сяо Чжань. Он весь сжимается на Ибо, громко стонет в подушку. Ибо торопится догнать его, но что-то мешает. Он держит Чжаня за бёдра, потому что у того уже разъезжаются ноги. Мужчина ловит свой кайф, выпав из реальности. Ибо хочет следом. Он терзает ослабленное тело сильными толчками, толкает и толкает себя за грань. Но что-то не получается. Может, алкоголь. Может, что-то ещё. Ибо смотрит вниз, где они соприкасаются телами. На свой скользящий туда и обратно член, на растянутый, покрасневший по краям анус, прислушивается к стонам Сяо Чжаня, которому уже явно некомфортно, если не больно. И получает свой вымученный оргазм. Он не доставляет удовольствия, только облегчение и пустоту. Ибо не понимает, что с ним. Стараясь скрыть растерянность, быстро встаёт с постели, хотя его немного ведёт в сторону от усталости и выпитого вина. Снимает с себя презерватив, идёт в ванную. Ухаживать за Сяо Чжанем после секса уже вошло в привычку. И если тот поначалу сопротивлялся, то позже сдался напору Ибо. Тот вытирает его полотенцем и наносит охлаждающую мазь на отлюбленное место. Чжань ещё открыт, и Ибо не сдерживается, вставляя палец на одну фалангу. Сяо Чжань никак не реагирует, словно уснул. Похоже, так и есть. Чувствуя себя маньяком, Ибо заканчивает наносить мазь, целует в упругую округлую ягодицу. В ванной приводит себя в порядок, быстро умывшись и вытерев себя. Возвращаясь, гасит свет, ложится, притягивая Сяо Чжаня к себе. Тот действительно спит. Да так крепко, что никак не реагирует на манипуляции Ибо. Он же зарывается носом в мягкие вкусно пахнущие волосы, как любит и привык делать. В комнате темно, но глаза начинают привыкать, вылавливают очертания мебели отельного номера, что стал уже почти родным. От окна исходит тусклое сияние расположенных вдоль дороги фонарей. Ибо смотрит на Сяо Чжаня. Не удержавшись, трогает аккуратно пальцем веер чёрных ресниц, их словно угольком нарисовали на бледных щеках. Пальцы легко проходятся по заострившимся скулам. Ибо словно вор, крадёт у спящего человека особые черты лица, которые при живой мимике незаметны. Сердце сжимается, и внутри что-то ноет от нежности, что заполняет Ибо всего и полностью. Ибо не верит не в то, что этот человек в его постели, а в то, что Сяо Чжань к нему тоже что-то чувствует. Сойтись с тем или иным человеком в постели нетрудно, ничего не значащий секс — это просто. Получить взаимную любовь — квест порой длиною во всю жизнь. Ибо не верится, что заранее обрекая себя на одиночество, он внезапно находит себе человека, с которым ему хорошо во всех смыслах. На конкретном отрезке времени. И сколько он продлится, не может гарантировать никто. Ван Ибо не к месту вспоминает Китай, словно тот — затаившийся хищник, ждущий их обратно домой. Чтобы наброситься и разделить. Ибо понимает: Сяо Чжань прав. По приезде всё будет по-другому. И как с этим справиться, Ибо не представляет. Карьеры разрушались и за меньшее. Если хоть кто-то, кому это выгодно, узнает, Ибо конец. Нет, не так. Торговой марке «Ван Ибо» конец. Неосознанно Ибо сильнее прижимает к себе Сяо Чжаня в попытке защититься. Ибо страшно только от мысли об этом. Потерять всё, к чему стремился, — страшно. Ради чего тогда он терпел, будем говорить правду, рабство? YG зарабатывают на нём деньги и планируют зарабатывать в будущем ещё больше. Но это не значит, что они будут вытаскивать его из дерьма. Скорее просто отпустят, чтобы не замараться самим. А долг? Сколько ещё Ибо должен им за раскрутку своей далеко не скромной персоны? Ибо мотает головой. Нет. Зачем опять себя накручивать? Так и приступ схлопотать можно. «Дыши!» Сяо Чжань дышит едва слышно. Сопит тихонько, иногда морща нос. «Люблю, люблю, люблю!» Ибо подстраивается под его дыхание, успокаивается. Невозможно за такой короткий срок так полюбить человека. Или всё же возможно? Или первая настоящая любовь всегда такая? Она дарит крылья за спиной и боль в сердце. Ибо никогда не понимал выражение «душа не на месте», но сейчас чувствует что-то очень похожее. Внутри зарождается нечто тревожное. Мешающее вдохнуть полной грудью. И страх сковывает сердце. Ибо боится потерять всё, что сейчас имеет. Карьеру и Сяо Чжаня. Но Чжань прав. Нельзя иметь всё и сразу. Это так не работает. И принцесса по-настоящему против подобного расклада!