О жизни ситхов

      Признаться, Джек мне казался почти божеством. Его отточенные движения, поставленный, как у хорошего актера и оратора, громовой голос, изысканные манеры, невероятные способности, исполинский рост, красивое бледное лицо... да даже то, что по его внешности трудно сказать, сколько ему лет — при молодом лице у него длинные, гладкие и совершенно седые волосы, — все это делает его каким-то особенным... Разве может кто-то вроде него быть обычным человеком? Он будто сошел со страниц какой-нибудь героической поэмы или длинного романа! Умом я, конечно, понимаю, что он все же человек, а людям свойственны слабости, но в глубине души я все еще верю в его божественную природу. — А ведь в каком-то смысле он и правда божество... Ты замечал, к примеру, как легко он обходит любые ментальные щиты и читает мысли? — сказал мне Хего с загадочной улыбкой, когда я поделился этими мыслями с ним. — Более того, с его способностью к регенерации было бы неудивительно, окажись он бессмертным.       Я не знаю, пошутил ли старший из моих наставников о необыкновенной природе своего первого ученика, но это натолкнуло меня на некоторые мысли... (А у Плэгаса есть поразительная способность хитро улыбаться, говоря правду, и шутить с бесстрастным лицом... Если Джек иногда напоминает мне большого холеного кота, то Хего очень похож на белую лисицу.) Конечно, ни в каких богов я не верю, но что если мой учитель — тот самый Избранный из легенд, которые он сам мне и рассказывал? Не был ли его разговор о том, как храмовники еще лет сорок назад помешались на поисках некоего Избранного и до сих пор никак не успокоятся, намеком на что-то?       Об этом я, пожалуй, подумаю позже, ведь сегодня я хотел рассказать о том, как понял, что он все же человек со своими слабостями... Эта история началась с нового для меня события: мы впервые отправились на миссию втроем. Прежде Хего и Джек совершали вылазки, но меня они взяли с собой впервые за все время обучения. Я даже не знал, куда именно они уходили в такие моменты... Сегодня же мы вместе отправились к склонам гор на юге, где растет не особенно густой хвойный лес. В этом лесу нам и нужно было встретиться с некими полезными людьми. — Скорее всего, все пройдет гладко: они редко нападают на бывших нанимателей. Если же наши знакомые решат атаковать, лучше беги, Шив... Вряд ли ты сможешь одолеть даже одного из них, — сказал мне Хего перед выходом из дома. Я в ответ кивнул, и мне хотелось о многом спросить, но мы торопились: чем ярче разгорался алый закат, тем сильнее становился ледяной ветер. Во что бы то ни стало нужно было успеть до начала очередной метели...       На месте нас ожидали четверо наемников — из них хоть чем-то примечательным выделялись только огромный забрак с очень длинными для представителя этой расы рогами и высокая женщина, чье в общем-то красивое, но суровое лицо перечеркивал от виска до скулы глубокий белый шрам... Кажется, эта женщина была среди них главной. Хего перекинулся с ней несколькими словами на незнакомом мне языке, потом в разговор вступил один из ее сообщников — маленький мужчина со странным непропорциональным лицом... Я не понимал, что происходит, но Джек вел себя так, будто все идет по плану. Знает ли он тот язык, на котором его наставник говорил с этими наемниками? Я бы спросил его, но сейчас он, кажется, не в том состоянии, чтобы отвечать...       Потом случилось то, чего я никак не мог ожидать: женщина отдала какой-то короткий приказ на том самом языке, а после бросила на чистом общегалактическом: — А со швалью вроде тебя, Хего Дамаск, я еще в сиротском приюте разбираться научилась! — и выхватила красную световую пику. Ее яркие глаза горели таким гневом, какого я еще ни у кого не видел... Раздалось несколько выстрелов, и мои наставники выхватили мечи — я тоже достал свой, хотя и понимал, что толку от этого будет мало.       Я отбивал мечом выстрелы, пока наемница со шрамом наносила яростные удары Хего... Мне безумно хотелось помочь учителю, но такого бойца мне было не одолеть. Она точно не была Одаренной, но ее ярость и сила были слишком велики для кого-то вроде меня... В конце концов кто-то из ее сообщников попал в Плэгаса оглушающим зарядом, и женщина тут же ударила по ближайшему дереву древком своей пики, хороня его под толстым слоем снега. — Да ты та же Снежка — только повыше и посмелее... Кто вообще может тебя бояться? — произнесла она с самодовольной усмешкой. Может быть, она хотела сказать что-то еще, но Джек не дал ей этого сделать. Он бросился на нее, как только она собралась убрать оружие... Их схватка была такой ожесточенной, что я не мог разглядеть отдельные силуэты. Это немного напоминало смертельный танец... В какой-то момент Джек тихо вскрикнул, и я увидел, как к ним стремительно летит притянутый телекинезом огромный сук.       Раздался глухой звук удара, и в следующий миг, когда снежная пелена немного рассеялась, я увидел наемницу распростертой на земле. Мой учитель ударил ее этим суком так, что она потеряла сознание, и с ее головы слетела шапка... По снегу разметались прямые пламенно-рыжие пряди ее волос. Ее сообщники сразу же перестали стрелять, пораженные тем, что их лидера кто-то одолел в бою, а мы быстро ушли, пользуясь их замешательством. Хего к тому моменту успел прийти в себя и шел весьма уверенно, даже не проваливаясь в снег — мне же он помогал удерживать себя на поверхности, ведь без этого я бы увяз в этих вековых сугробах по пояс. Джек немного отставал от нас и зажимал кожаной перчаткой глубокий порез на плече, нанесенный врагом.       По дороге к спидеру мы молчали, чтобы не выдать себя нашим неожиданным противникам, зато после, уже тронувшись и убедившись, что за нами нет погони, дали волю своим мыслям. — А ты молодец, Шив: выстоял в этом пекле несколько минут... Конечно, если бы на тебя напала сама Безумная Марго, ты не одолел бы ее, но то, как ты отражал выстрелы, было впечатляюще, — сказал мне Плэгас, когда мы въехали в город. — Джек, как ты? — Я вроде бы жив, и это, безусловно, радует... — мой наставник выдавил из себя слабую улыбку, но в его голосе явно угадывалось страдание. — Это главное... Пока ты жив, исправить можно все! — Хего тоже старался говорить бодро, но я понимал, что он переживал за своего ученика. — Шив, тебя не задело? — Кажется, нет... Один заряд пролетел очень близко, но не коснулся меня, — ответил я, стягивая прожженную перчатку. На пальцах был едва заметный ожог — такие же я получил, когда не успел вовремя отбросить спичку, которой поджигал ночью класс во второй школе. Я уже знал, что такие мелочи даже обрабатывать не надо — они сами быстро заживают... И все же мне повезло, что на мне была эта плотная перчатка, иначе я бы так легко не отделался.       ...Как только мы вошли в дом и скинули тяжелую верхнюю одежду, старший из моих наставников повел своего ученика в лабораторию — вернее, в помещение, куда можно попасть только из нее. Джек выглядел так, будто в любой момент мог потерять сознание, и его приходилось придерживать, чтобы он не врезался в стены... Я впервые видел его таким уязвимым — и как же он отличался от привычного себя! Я бы, возможно, даже не поверил в то, что это действительно он, если бы не видел своими глазами, как он постепенно приходит в такое состояние. — Учитель, прошу... закройте дверь. Шив не должен увидеть... — тихо пробормотал он каким-то надломленным голосом, когда они оказались в той самой комнате. Изначально я даже не думал подглядывать или подслушивать, но эти слова слишком заинтриговали меня, и потому я прокрался в лабораторию как только дверь маленького помещения была заперта... — Успокойся, Джек, все будет в порядке. Я знаю, что тебе страшно, но это необходимо... И ты проходил через это уже не раз. В конце концов, даже то, что ты чувствуешь сейчас, намного страшнее того, что нужно сделать, — говорил Хего очень мягко. — Да, я это понимаю, но... Черт возьми, это слишком сильно напоминает о прошлом... — отвечал Джек дрожащим голосом. — Я помню, каким нашел тебя... Ты был похож на загнанного в угол зверя, хотя уже был тогда свободен. И ты ведь совсем не боли боишься, не так ли? — Наверное, не ее... Меня загоняет в угол необходимость хоть на миг передать кому-то контроль. Сейчас все дело только в этом... скорее всего, — я почти видел эту нервную кривую улыбку и судорожно сжатые длинные пальцы. Почему-то мне казалось, что свою легкую панику Джек проявляет именно так. — В таких случаях всегда играют роль сразу многие причины. Вероятно, было что-то еще... А впрочем, сейчас не время разбираться в причинах. Помнишь испытание на доверие? Представь, что ты снова его проходишь, — вероятно, раненый ответил жестом. — Я сделаю все, что нужно, не мучая тебя, а тебе нужно просто расслабиться и довериться мне. Закрой глаза, если так будет проще...       (В этот момент будто исчезли те Джек и Хего, которых я видел прежде, эти лучшие друзья, всегда говорящие на равных, несмотря на разницу в возрасте и иерархию ситхов... Вместо них были мудрый и понимающий учитель и немного наивный растерянный ученик — умный, но испуганный и отчасти беспомощный. Казалось, что я попал в далекое прошлое, в те времена, когда младший из моих наставников сам только начинал обучение. Неужели он был тогда именно таким? Глядя на него сейчас, я бы даже не предполагал подобного.) — Не нужны глаза, чтобы видеть, помните? — Да, но Сила показывает больше правды, чем несовершенное человеческое зрение. Даже гуманоидов с намного лучшим восприятием глаза обманывают слишком часто, чтобы полагаться лишь на них... Вот и все. Могу сказать, что ты герой! На этот раз все прошло куда более гладко, чем в прошлый. — Вам самим не смешно это говорить, учитель? Мне сорок три, а боюсь иголок я так, будто не больше семи, — кажется, Джек усмехнулся, и куда более уверенно, чем раньше. Даже в его все еще странноватом голосе появились знакомые хитрые нотки. — У всех свои страхи, мой ученик, — Хего мягко и беззлобно рассмеялся. — Я, к примеру, до ужаса боюсь оказаться запертым — жизнь с моим наставником Тенебрусом, земля ему кирпичом, научила этому, — тут ученик подхватил его смех. — А теперь думай о хорошем... Это будет быстро.       Сегодняшний день был невероятно насыщенным: я впервые встретился с настоящей командой наемников, первый раз использовал свой пока еще тренировочный меч в настоящем бою и узнал много нового о моих наставниках. Конечно, я и так знал, что Хего по крайней мере с виду мягкий и спокойный, но таким ласковым прежде его не видел — возможно, потому что просто не выпадало случая... А вот о том, что Джек может бояться простых вещей так же, как маленький ребенок, я даже не догадывался.       P. S.       Признаться, у меня есть свои тайные страхи... Но о них я рассказать пока не решусь: мой дневник может попасть не в те руки.