Сад каменных роз

POV Лорд Контейм       Как же всё случилось некстати. Словно намёк судьбы, что мои поступки имеют последствия и я понесу наказания за все совершённые грехи. Та же ночь, что была подарком судьбы за столько лет одиночества, вдруг обернулась сущим кошмаром. Меня разбудили через несколько часов, как Кейли покинул комнату. Как оказалось, это было верным решением. На фабрике случился пожар. К счастью, без жертв, поскольку ночью никого из работников не было. Но огонь успел уничтожить часть верфи, а страпели были практически полностью уничтожены. Хотя бы само судно пострадать не успело (благодаря новой технологии с использованием железа). Уже это — невероятное везение. Пароход, строящийся по государственному заказу, обязан быть в срок. Я никак не могу потерять столь ценный заказ. Это пагубно скажется не только на предприятии, но и на положении в обществе. Моя репутация будет подорвана. В ближайшие дни придётся выложить немаленькую сумму, чтобы быстро устранить ущерб и выровнять сроки, благо время у нас ещё есть. Я готов поощрять работников в ещё большей степени, дабы у них был стимул стараться и выкладываться по полной, а не не пренебрегать своими обязанностями.       Уже примерно сутки, как я нахожусь на фабрике, разгребая море документов и сводя все расходы, выявляя новые и новые просчёты своего счетовода. Уволю его к чертям, — за год так напортачить надо умудриться; вот тебе и доверенное лицо, присланное отцом, чтобы контролировать финансовые дела. Будто палки в колёса, дел и так по горло. И сейчас бы я этим моментом непременно занялся, если бы не чёртов пожар. Мало того, по словам пожарной бригады произошедшее не было случайностью. Очаг возгорания имеет сомнительный характер. Очень настораживает, что всё произошло ночью, когда весь город спал крепким непробудным сном. Как так, ведь фабрика хорошо охраняется. Мысли о диверсии очень сильно пугают — моя голова просто идёт кругом от этих мыслей. Кому же могло понадобиться сорвать крупный государственный заказ самой Королевы. Врагов и серьёзных конкурентов в делах судостроения у меня не было. Кому и для каких целей это могло понадобиться? Несомненно, стоит нанять частного сыщика. Увы, но в силы местного комиссара, как и его подчинённых, я абсолютно не верю. В это болото соваться бессмысленно и чревато, а привлекать к себе излишнее внимание исполнительных органов вовсе не кстати.        Также печалил факт, что все планы на прошедший день были безжалостно и безвозвратно потеряны, как и канувшие в огне страпели. Мой милый кролик обречённо ждал меня битый час, так и не дождавшись. Покидая свой дом ночью, я попросил Клэйта позаботиться, дабы наш нерадивый гувернёр ничего не прознал. Его ранимая душа должна быть в покое. Прощение у кролика я обязательно получу, даже не сомневаюсь в этом. Пусть лучше обидится и отведёт от грусти глаза, нежели изведёт себя чужими проблемами. Клэйт удивился просьбе, но согласился с доводами, что незнание мальчишки будет как и ему, так и Элизабет во благо. Дочери не стоит беспокоиться и знать о случившемся. ***       Я устал, ужасно устал. Наконец этот невероятно тяжёлый день окончен и можно вернуться домой, пускай на дворе глубокая ночь. Ни капли не удивило, что мой верный управляющий бодрствует в такой час. Он встретил меня, оставив камердинера досыпать эту ночь в тишине. Клэйт даже умудрился уговорить меня поужинать, хотя и кусок в горло не лез. Хорошо, что такой человек способен повлиять на меня, всё же управляет поместьем без посторонней помощи. Очень приятна его забота. Однако, он не перестаёт удивлять меня даже в такой час.       — Что значит, ты его усыпил? — недоумённо смотрю на своего управляющего, что разливает травяной чай по кружкам.       — Так было нужно, поскольку слуги уже после обеда начали пускать слухи и их версии были весьма пугающими. Огородить впечатлительный ум мистера Бэлла никак не удавалось, ему не следовало бы знать чужих догадок… — на секунду умолкает, оценивая мою реакцию, — не волнуйтесь, Милорд, миледи ни о чём не знает, и леди Кэтрин приложила немало сил для этого.       — Нет, ты всё ещё заставляешь меня волноваться. Я говорил позаботиться о нём, ты помнишь эти слова?       — Милорд, я просто не так выразился, всё в порядке, — Клэйт лишь мягко улыбнулся, — мистер Бэлл выпил чай с мятой и лавандой. Он сильно устал, и отвар лишь успокоил нервы, полно вам. Он проснётся отдохнувшим, будьте уверены.       — Я рад это слышать, ибо в голову начали лезть плохие мысли. — Не хотелось верить, что настолько верные люди могут причинить вред гувернёру.       — Что вы, лишь чай. Вам бы тоже не помешало, пейте. — На стол опустилась чашка с лепестками мяты, — Прискорбно, что вы могли внять мои слова превратно.       — Прости, мой милый друг, — действительно стыдно, что я смел предположить подобное лишь из-за неправильно брошенной фразы, — но трудно поверить, что какой-то чай может унести человека в глубокий сон.       — Вы просто не сведущи в медицине, если не доверяете мне, то, думаю, мистер Уолт развеет все сомнения. Рецепты отваров выписывал он, в те или иные моменты.       — Тогда я несомненно рад твоим познаниям. Я просто устал, ты же видишь.       — Все хорошо, Милорд, — тёплая улыбка на лице, пронизанном морщинами, заставляет тревогу окончательно иссякнуть, — позвольте поинтересоваться, насколько правдивы слухи…       — Правдивы, к сожалению. Правдивы, — увы, я уже успел познакомиться со всеми сплетнями, пока болтливый извозчик вёз домой, — но это поправимо, хоть будет и весьма непросто успеть в срок. Деваться нам некуда, так что остаётся принять произошедшее. Предстоит много работы.       — Я уверен, Милорд, всё разрешится. Вы справитесь.       — Разумеется, мой друг.       Клэйт вскоре ушёл, стоило тому лишь удостовериться, что я сыт и напоен. Прежде чем удалиться, он пожелал тихой ночи и крепких снов. Вот только заснуть получилось не с первого раза, даже с этим его волшебным варевом. Беспокойство за мальчишку вернулось. Было так трудно лечь в холодную постель. Я мог бы спуститься и воочию удостовериться, что кролик спит сладким сном на горячей постели. Ведь мог бы? Так нельзя, нет. Сегодня в крыло слуг пробраться незамеченным будет просто невозможно, сам Клэйт наверняка и глаза не сомкнёт. Придётся смириться и дождаться нового дня. Завтра я всеми силами постараюсь вернуться домой до вечера, иначе сойду с ума от тоски. Мир Морфея, в конечном итоге окутывает всё тело. Я эгоистично желаю, чтобы во снах того самого человека был я и только я. Спокойной ночи, мой милый мистер Бэлл.       Пять проклятых дней мне понадобилось, чтобы наконец разрешить сложившуюся проблему и более-менее восстановить верфь. Строительство судна возобновлено. Почти пять дней я толком не спал, но всё же надеюсь, что сохранил человеческий облик. Конечно же, в эти дни я не видел ни дочери, ни её гувернёра. Получилось лишь оставить пару строк на пергаменте, вложив в очередную книгу, что оставили без присмотра в кресле малой бальной. Именно эту книгу они читают по вечерам. Я уверен, мальчик поймёт смысл тех слов, что получилось скрыть на французском. С улыбкой покидаю свой кабинет, думая об этом. Скоро я окажусь дома, а за окном будет солнце.       На часах пять, и судя по тому, что книги нет на кресле и мистер Бэлл отсутствует, могу смело предположить — моё послание получено. Не долго размышляя, направляюсь в то уединённое место, где меня непременно ждут. С Элизабет я всё равно собирался провести весь вечер. К тому же, они с Кэтрин должны общаться сейчас с модисткой, выбирая новые фасоны платьев для ближайшего бала. Так что без зазрения совести направляюсь в сад, успешно избегая встреч с другими слугами.       Ворота приоткрыты. Пробираясь сквозь тернии разросшихся цветов, я нахожу свою цель. Мой любимый гувернёр стоял у той самой стены, где я однажды осознал свой к нему интерес.       Я застываю на месте, боясь спугнуть дикого зверька, а он лишь увлечённо рассматривает каменные розы. Глаз не могу оторвать, как тонкие пальчики едва касаются одного из цветков. Но всё же, почувствовав чужой взгляд, тот оборачивается. На лице читаю сначала испуг, будто его застали за неблаговидным делом, но тут же губы трогает сдержанная робкая улыбка.       — Здравствуйте, Милорд.       — И я вас приветствую, вы поняли моё послание?       — Разумеется. — кивает, вытягиваясь в струнку, будто собираясь читать стихи на сцене, — Земля была полна чудес, тайн и опасностей. Некоторые говорят, что чтобы выжить, нужно быть сумасшедшим, как шляпник. Которым, к счастью, вы и являетесь, — цитирует он мои слова. — следуйте туда, где живут каменные розы, — и заикаясь на последних словах, — Я ждал вас каждый божий день.       — И не сомневался в вас, — улыбаюсь в ответ, подходя ближе, но замирая в нескольких шагах, позволяя ему преодолеть последний шаг, — я безумно скучал, — тяну руку, которую тот принимает с радостью. И лишь потом, не выдержав, кидается в мои объятия.       — Я так волновался… — шёпот в мою шею, и я сильнее сжимаю мистера Бэлла.       — Все позади, Кейли, прошу, простите меня. Пришлось оставить вас так надолго и в неведении.       — Хэйл… — отрывает он голову от моей груди, оглядываясь и словно боясь, что нас могут увидеть.       — Здесь мы одни, — хочется вновь прижать чужое тело к себе и жарко целовать, но не смею этого делать. Пока не время для таких действий, слишком хрупка связь между нами.       — Как же я счастлив…       — Не стоило так волноваться, — усаживаюсь на краешек порушенного бортика фонтана и маню к себе, — присядьте.       — Расскажите, что произошло?       — Ничего такого, с чем бы я не смог справиться, — беру его ладонь в свои руки, — Вам не о чем волноваться. Пожар, к счастью, не унёс ни чьих жизней, а разрушенное уже восстанавливают. Всё будет хорошо.       — Но я слышал, что вам грозят серьёзные проблемы.       — Не нужно слушать всё, о чём судачат. Я всегда расскажу всё, как есть, без прикрас и утайки. Так что выбросьте из своей милой головы ненужные мысли и просто побудьте со мной. К сожалению, у нас не так много времени, нужно возвращаться к ужину. Да и после мне бы хотелось побыть с дочуркой.       — Маленькая леди очень соскучилась и, к счастью, до её ушек слухи не добрались. Леди Кэтрин постаралась, чтобы в их присутствии никто рот открыть не смел. Порой она бывает так сурова, это забавно, — и Кейли усмехается в кулак, видно вспоминая, — а хотите, я почитаю перед сном миледи книгу, а вы побудите с нами.       — Это было бы чудесно, но боюсь, что стоит мне только усесться в кресло у камина, как впаду в глубокий сон. Эти дни выжали все силы. Но если это вас не обидит, то с охотой приму предложение.       — Не обидит. И все же, если вам требуется отдых, то я не в праве красть его.       — Ну уж нет, раз предложили, нечего теперь идти на попятную. Что может быть лучше, чем заснуть с дочерью на коленках, слушая прекрасную историю, особенно, под ваш мелодичный голосок. К тому же, у меня завтра будет возможность выспаться как следует. На фабрику я поеду только к вечеру под закрытие. Так что этим вечером вам от меня не уйти, — говорю это с улыбкой, намеренно пытаясь смутить, на что он чуть закусывает краешек губы, тем самым вызывая дикое желание высвободить её из плена.       — Вам говорили, что вы по-ангельски красивы? — И доставляет истинное наслаждение лицезреть, как к бледным щекам приливает румянец.       — Нечто похожее я слышал только от не сказать, что приятного человека. Не могу выразить желание услышать это вновь… — чуть нахмурившись, он опускает глаза, и я знаю, о ком идёт речь; мне претит вспоминать тот инцидент, — но от вас получить эти слова совершенно иначе, не знаю… Чувствую, что льстите.       — Отчего же? — секундная вспышка гнева от воспоминаний деяний брата тут же меняется на удивление, — вы мне не верите?       — Как можно считать красивым мужчину?       — А, вот в чём дело, — это заставляет рассмеяться, — и раз так поставлен вопрос, то красивым можно считать всё. Всё, что угодно в жизни, даже будь это обычный полевой цветок или наивный юноша, не осознающий простых истин. А если к этому добавить искренние чувства, то и в маленькой травинке, и в капельке дождя можно найти истинную красоту. К тому же, неужели вы не находите и меня красивым?       Он озадаченно хлопает глазами, чуть заёрзав на месте.       — Не надо мучить себя, по вашим глазам и так всё прочесть можно. Вы, мой милый кролик, и правда не умеете принимать ни комплименты, ни похвалу. Но это и к лучшему. Даже если эгоистично прозвучит: я не готов делить вас с кем-либо даже в этом. Но к вопросу о красоте мы все же вернёмся, поскольку мне безумно хочется услышать, каков я в чужих глазах и что эти глаза от меня хотят.       — Мне ничего от вас не нужно, — отвечает он, слегка встрепенувшись.       — Я не об этом, Кейли, совсем не о материальных благах. Я о том, что могу дать вам только я. И наедине… — наконец смысл этих слов доходит, и его личико вовсе наливается пунцовым цветом. Не сдерживаю порыв и ласково заправляю за ушко прядку пшеничных волос, — не смущайтесь и не придумывайте ничего, пускай всё идет своим чередом. А сейчас, пока у нас осталось немного времени, давайте прогуляемся по саду. Вы ведь видели заброшенную оранжерею, там, в глубине сада?       — Нет, Милорд, так далеко в сад я ещё на забредал.       — И верно, здесь не мудрено заблудиться. Тогда можем глянуть вместе, — тяну его за собой, — интересно даже, что от неё осталось, ведь когда-то там росли орхидеи…       — Орхидеи?       — Это чудесные цветы, также привезённые издалека, но к сожалению, в наших краях их вырастить крайне сложно. Может быть, в будущем получится восстановить то место, — и тут же я прикусываю язык. Раньше и помыслить о подобном было страшно.       Сад и правда очень велик, я совсем забыл, насколько. Как ни странно, я помню, куда ведет каждая заросшая тропинка и где, в какой клумбе, росли какие цветы. Оранжерея полностью опустела, лишь каменная статуя посередине зала осталась нетронутой. Её, как и всю оранжерею, старательно обвил безжалостный плющ, разбивая тонкое стекло на окнах и разрушая ажурную лепнину. Красиво, зловеще. В какой-то степени это был мой личный склеп, заросшая могила души, которую добровольно похоронили у ног той самой статуи. Но сейчас моя душа словно ожила; меня больше не пугает это место.       — Невероятно… — тихий, зачарованный голос, и от следующих слов бегут мурашки по коже, — вы говорили про красоту, Милорд… И это место, как ваша душа, израненная, но прекрасная. Мне лишь хочется верить, что её всё ещё можно излечить. Прошу, расскажите мне, Хэйл, кто она?