Сводный

Ночные улицы города помимо дорожных фонарей пестрят яркими светящимися вывесками, повсюду работают круглосуточные супермаркеты, разъезжают большие автобусы, так называемые «вечеринки на колёсах». Среди всего этого веселья детектив высматривает тусклую вывеску круглосуточной аптеки. Она ничем с виду не отличается от всех остальных аптек, в которой разве что выгоднее презервативы покупать, как молвит здешняя молодёжь. У Бан Чана же другие планы на посещение этого места. — Доброй ночи, аджосси, я могу чем-то помочь? — Отзывается молодой аптекарь на вошедшего мужчину. В такой поздний час почти никого не бывает, но продавец ни в одном глазу. Среди витрин с предметами гигиены и лекарствами они вдвоём, Чан молчит, и фармацевт понемногу начинает понимать, зачем тот пришёл. Детектив, непринуждённо осмотрев помещение, замечает в углу статуэтку одноглазого миньона, чей зрачок подозрительно ярко сверкает, отражая лампу. — Мне нужен Миньон. — Выдаёт Чан, приподняв уголки губ, смотря на продавца. Тот замешкался, смотря то на странного покупателя, то на статуэтку. — Эм, извините, он для красоты и не продаётся, — вежливо говорит он. — Вы меня не до конца поняли, — улыбается Чан, — мне нужен Миньон. — Он снова пристально смотрит в глаз статуе. И терпеливо ждёт. До продавца не сразу доходит, что нужно делать, но тут же ему звонят, и после короткого разговора детектива проводят в глубь аптеки на нулевой этаж. По пути Чана встречает пара наркоторговцев, ещё группа мужчин со шрамами, предположительно сбывающая оружие на чёрном рынке. Подвал огромный, и весь наполнен людьми, которые занимаются здесь чем-то нелегальным. Полиции здесь, на удивление, до усрачки боятся. Стоит волку забежать в это стадо, как овцы непременно разбегутся в разные стороны. Благо волк сейчас в овечьей шкуре. Единственный, кто не боится быть пойманным, сидит в своём отдельном помещении и уже поджидает брюнета. — Редко меня навещаешь, у тебя такой вид, будто ты снова по делу. — Бурчит пепельноволосый мужчина, одетый в чёрную водолазку и брюки, хотя в помещении не холодно. Он даже не смотрит в его сторону, возясь с какими-то бумагами на столе. — Да, снова по делу. И довольно важному. Мужчины остались наедине, Чан подходит ближе, Хонджун встаёт со стула, и они коротко обнимаются. Детектив затылком ощущает, как старший вздыхает устало. — Ты хоть машину свою отогнал? Мои же шугаются. — Хён. Джун усмехается, опираясь на край столешницы. — Ну давай, брат, рассказывай, что там улицы шепчут. *две недели спустя Сегодня на улице дождь. Идеальная погода для того, чтобы сидеть дома, залипая в книгу или сериал, укрывшись пледом. Увы, Минхо вместо пледа укрывается вязаным кардиганом и сидит не за сериалом, а за прослушиванием скучной лекции по биологии. Шатен чуть ли не носом клюёт. Из-за последних слов Чана он не сомкнул глаз, заснуть удалось только к трём ночи. Удивительно, но вернул парня в реальность не крик лектора, а короткая вибрация телефона под рукой. Папа: «Не отвлекаю от учёбы? Привет.» М: «Нет, а что?» П: «Поможешь мне с ужином сегодня? Старика хоть не за работой повидаешь.» М: «Без проблем.» М: «Что за повод?» П: «Это не для смс. Беседа долгая.» Как же Минхо ненавидит загадки отца. Это может быть что угодно: новые смерти в деле, с бабушкой что-то случилось. Либо что-то хорошее, но обязательно вызовет потрясение у младшего. Звенит звонок на большую перемену, шатен подскакивает с места и идёт в сторону кафетерия, где встречает Сынмина. Ким недавно вернулся из академического отпуска и даже не подозревает, что за разговор его ждёт. — Слушай, — начинает Ли, прервав рассказ друга о прошедшей свадьбе сестры за границей, — помнишь, ты мне номер того паренька давал? — Той шлюхи что ли? — … Да. Сэм, по-моему, зовут. — Так вы развлеклись? — Ага, но не суть. Где ты подцепил его? Сынмин испуганно хмурится и снижает громкость тона. — А что, вы трахались без резинки? Чувак, первое правило секса с незнакомцами… — Всё нормально, я не об этом. — Он закатывает глаза, наблюдая, как Ким отпивает колу из банки. — Он тебе номер давал? — Да, в ночном клубе. Я вообще не был уверен, что он переспит с тобой, потому что он видел тебя в первый раз. Они там все аккуратничают. Ты же не говорил, что ты почти коп? — Предупреждающе щурится парень, у Минхо аж мурашки по коже. — Нет… Мне просто кажется, что он запрещёнными веществами балуется. У него «коллега» подсел на это, я подумал… — А ты чего за него так беспокоишься? Я после той ночи имя его забыл, а ты… Или ты… — Кима осеняет. — Я не влюбился! — Минхо вскрикивает так, что на него оборачиваются некоторые студенты. — Хён, всё нормально, в первый раз с проституткой такое бывает. Поверь, будут ещё лучше. — Смеётся Сынмин, обнимая того за плечи. Минхо удерживается от того, чтобы не вмазать ему. Не будут. Лучше него не будет никого. * Мокрая куртка висит на крючке, дождевая вода тоненькими струйками стекает по ткани, с большими перерывами капая на линолеум. Во всём доме Минджэ стоит умиротворённая тишина, нарушаемая только копошением двоих мужчин на кухне. Часовая стрелка почти достигла пяти, через полчаса у них гость. — Давай, пап, колись, — открывая шкаф с посудой, шатен по-доброму улыбается, глядя на отца, который домывает посуду, — где вы познакомились? Минджэ усмехается, выключив воду. Сын очень нетерпелив и даже с виду немного нервничает. — Спросишь у неё. Это интересная тема для разговора, как раз пообщаетесь. Она хорошая, тебе понравится. Во всяком случае, ты здесь уже не живёшь, так что… — Мужчины вместе посмеиваются, Минхо кладёт ладонь на плечо отца и смотрит ему в глаза. Такой искры, что светится в тех очах, он не видел никогда. Они действительно внушают доверие, а ещё Минхо видит любовь. Это была другая любовь: не между отцом и сыном, а та самая. Шатен клянётся, что в последний раз папа испытывал её восемнадцать лет назад. Теперь ему становится интересно: кто же эта женщина, что пробудила огонь в сердце его старика? А главное: сколько будет пылать этот огонь? — Я очень рад за тебя, пап. — Искренне молвит он. — Надеюсь, этот ужин пройдёт прекрасно. — С этими словами он берёт три тарелки и спешит в сторону гостиной, но на проёме Минджэ его останавливает. — Спасибо, но… нужна тарелка для ещё одного, — старший неловко улыбается, видя, что ему удалось удивить Минхо. — У неё есть сын. Немного неожиданно. Отец тут же уверил его, что Хёнджин уже не подросток, и они подружатся. Парень предвкушает встречу, смирившись с двумя новыми людьми в их семье и надеется, что они поладят, но вот внезапно раздаётся дверной звонок, и Минджэ идёт открывать. Спустя минуту в гостиную заходит миловидная женщина — Хван Сона — на вид чуть младше отца, но не она стала причиной того, почему шатен на данный момент прилагает все усилия, сохраняя невозмутимый приветливый вид, а её так называемый «прицеп» — Хёнджин. Хван Хёнджин, который учится на втором курсе Института Искусств. Хван Хёнджин, который так же хорошо танцует, как и сосёт член. Хван Хёнджин, который стонал три часа под Минхо за сто пятьдесят баксов. Хёнджин, который Сэм.