Бессмертное созвездие

Взрывная волна прокатилась по подземелью, пожирая всё в огненной пасти, оставляя лишь пепел и призрачные силуэты тех, кто навсегда канул в небытие. Пламя изверглось наружу, опалив десятки метров поверхности своим яростным дыханием. На другом конце, маленькую девочку отшвырнуло в сторону оглушительным ударом подземной стихии. Открыв глаза, она услышала лишь тонкий, пронзительный писк, режущий слух изнутри. Попытки подняться оказались тщетны — ноги подкосились, и она рухнула на колени. Белые глаза наполнились слезами от дыма, и без того искажённое видение померкло. Из клубов едкого дыма и криков, весь в крови и изрядно покоцанный, возник Хидан. Взгляд его был устремлен в небо, которое едва проглядывало сквозь это марево. Первая капля дождя упала на щеку, размывая багровый оттенок крови. За ней последовала вторая, и вот уже мелкий дождь перерос в ливень. Мужчина прижал руку к груди, сжимая амулет на шее, и коснулся губами холодного металла, закрыв глаза и что-то шепча. Рука Хидана дрогнула, и он опустил медальон. Резким взмахом трехлезвийной косы он рассек темные облака, обнажив свою безумную улыбку и дикие малиновые глаза, горящие во мгле ярче драгоценных рубинов. — Ты, блять, думал, я тебя не увижу?! — прорычал он, глядя на ребёнка. Сора замерла, в отражении её глаз засверкали острые лезвия косы, летящие прямо на неё, сопровождаемые азартным воплем. Тело сковал ужас, крик застрял в горле, словно огромный ком. На мгновение она поверила, что это конец… Но лишь на мгновение. Рывок — и Сора уже обнимала шею отца, уносящего её в чащу леса, подальше от мужчины с окровавленным лицом. Обернувшись, девочка увидела тень, преследовавшую их. — Закрой глаза, не смотри на него, — спокойно и невозмутимо произнёс Хизока, прижимая дочь к себе. Малышка всегда была послушной, но в этот раз её сердце отчаянно ныло, требуя не отрывать взгляда от преследователя. Подавив это желание, Сора прижалась к шее отца, обхватив её как можно крепче и зажмурившись, словно затаившись в ожидании неминуемого. Она даже не поняла, как Хидан настиг их. Просто в следующее мгновение её отбросило в сторону, и она ударилась о камни и твердую землю. Не успев прийти в себя, Сору схватили за шиворот и вознесли к небесам, заставляя отчаянно сопротивляться и молить о пощаде. Ветер трепал её волосы, цепляясь за выбившиеся из косички локоны. — Ах ты, маленькая дрянь… — прорычал Хидан, отметив, что это девочка. — Смотри, сейчас я убью… судя по всему, твоего отца. Заставлю тебя смотреть, как я вспарываю ему живот и скармливаю его же блядские кишки! — издавая дьявольский хохот, вопил он, глядя на ребёнка безумным взглядом. — А потом, я, блять, вырву твои белоснежные глазёнки с твоего гребаного лица! — распаляясь, продолжал Хидан. — Тебе уже страшно… В следующий миг он потерял дар речи, его тело пронзила острая боль. Словно тысячи игл вонзились в плоть и кости, вызывая адское нытьё и дрожь. Ладонь Хизоки едва коснулась спины Хидана, и волна силы отбросила его прочь, выгибая позвоночник. За долю секунды Хьюга вырвал дочь из рук преследователя и оказался в нескольких метрах от него. — Солнышко, побудь здесь, хорошо? — трепетно чмокнув ребёнка в макушку, он опустил её в высокую траву. — Ахахаха, ебучий Хьюга… — яростно сплюнув кровь, Хидан схватился за косу, краем глаза следя за Хизокой. — Думаешь, справишься со мной? Я, блять, бессмертный! — он раскинул руки, демонстрируя себя во всей красе. — Недооценивай меня. Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Все твои техники, способности, даже привычки. Я изучил тебя досконально за эти годы. — Тогда ты знаешь, что одному тебе со мной не справиться, — Хидан направил трехлезвийную косу на Хьюгу. — Посмотрим. — С этими словами брюнет встал в стойку, выставив кунаи перед собой, демонстрируя готовность к бою. Бьякуган был активирован ещё во время атаки со спины. Хидан с воплем бросился на Хьюгу. Коса летела впереди него, направляясь прямо в цель. Хизока отпрыгнул назад, и оружие с остервенением вонзилось в землю. Седовласый рванул трос, вырывая косу из целины и возвращая её себе. В прыжке, с косой над головой, он собирался нанести несколько ран по рукам Хьюги, чтобы добыть кровь. Достаточно одной капли, чтобы уничтожить противника проклятой техникой. Хизока отбил удар кунаем, от соприкосновения металла полетели искры. Противники отпрыгнули в разные стороны. Хидан вновь бросился в атаку, используя тот же приём. Брюнет молниеносно оценил ситуацию и дождался, когда коса окажется перед ним. За долю секунды Хьюга метнул кунай в дерево, схватил рукоять косы и, дёрнув на себя, притянул Хидана ближе. Второй клинок он зажал в зубах, освободив руку для атаки ладонью по груди седовласого. Порывом ветра из руки Хизока стал наносить удар за ударом, не давая Хидану ни секунды передышки. Сора, притаившись в кустах, сквозь ветви и листву наблюдала за происходящим. Ей было интересно наблюдать за этим мужчиной, несмотря на страх. Инстинктивно помнила его прикосновение, когда он схватил ее за воротник и поднял над собой, девочка трепыхалась и пыталась вырваться. Боль в теле отзывалась с каждым ударом набатом отчаяния, но Хидан, словно одержимый, рвался в бой, окутанный багровой пеленой ярости и слепой ненависти. Кровавый кашель был лишь досадной помехой. Стоило внутренностям разорваться в клочья, как тело, словно повинуясь, начинало мучительную регенерацию, сплетая разорванные ткани воедино. Хизока понимал, что этой техникой ему не убить седовласого фанатика, но он мог вымотать его до последней капли сил, превратить в живой труп, что он и делал с маниакальным упорством. Не давая и мгновения на «божественное восстановление», он обрушивал на Хидана удар за ударом, словно безжалостный палач, отмеряющий последние секунды жизни обреченного. Седовласый нутром почуял замысел оппонента и, словно дикий зверь в капкане, яростно рвался из удушающих объятий «вихря», что сплел вокруг него коноховец, заключив в сферу невидимой силой чакры. — Чёртов Хьюга, чёртовы все! — прорычал мужчина, словно зверь, выцеживая яд ненависти сквозь стиснутые зубы. — Я устрою кровавую баню, вырежу эту проклятую деревню до последнего! Как я поступил со своей… и начну с твоей дочери! Услышав эти слова, Хизока сорвался с цепи. Ярость, обжигающая, всепоглощающая, затопила его разум. Глаза налились багровой ненавистью, и он, на долю секунды, потерял контроль. Этой бреши хватило. Хидан, как змея, скользнул сквозь ослабленную защиту. — Вот тебе и пиздец.