Бессмертное созвездие

Миновав десятки деревень, пробиваясь сквозь снежные бури и изнуряющие вихри, Хьюга вернулась на родину. Слухи, словно ядовитые змеи, ужалили ее слух, заставили повернуть обратно в страну Огня. Шептались, что шиноби-отступники, отвергнутые всем миром, нашли себе зловещее пристанище. Акацуки… Так называлась организация, чьи члены носили траурные плащи, расшитые багровыми облаками — словно капли крови, застывшие на ночном небе. Символ родной деревни на их повязках, был перечеркнут клинком предательства. Отныне они — изгои, обреченные вечно скитаться по миру в тщетных поисках утраченного дома.

***

Благодаря крови клана Узумаки, текущей в её жилах, Сора была наделена даром — способностью чувствовать присутствие людей, ощущая их чакру за несколько километров. Она была сенсором, но её мастерство еще не достигло той вершины, чтобы в точности определять цели в пылу сражения. Чтобы выследить конкретного человека, ей требовалось концентрация на его чакре или предмете, хранящем его энергетический отпечаток. Но однажды уловив твою чакру, она запомнит её навсегда, безошибочно узнав среди тысяч других. Именно так и произошло, когда однажды в далеком прошлом, маленькая девочка, заполучившая кусочек выпускаемой энергии, запечатлела её отблеск в своей памяти, на века сохранив в сердце Хидана.

***

Затаившись в кроне дерева, словно пугливая птица, девушка издали наблюдала за зловещей поступью двоих. Какузу и Хидан, облаченные в черные плащи, неспешно брели вдаль, словно тени, ускользающие в сумрак темного леса. Она боялась нарушить покой этой зловещего танца, спровоцировать ненужную схватку, что могла обернуться «гибелью». — Чёрт возьми, сколько мы уже тащимся? — проворчал седовласый, бросив на напарника испепеляющий взгляд. — Хватит ныть, это действует на нервы, — отрезал Какузу с непроницаемым лицом, продолжая шагать вперед. — Ты действуешь на нервы. Если б я только мог заставить тебя замолчать навеки, я бы, не дрогнув, перерезал твою глотку прямо сейчас. — Боже, какие мы нежные. — процедил Хидан, остановившись и презрительно провожая взглядом удаляющегося мужчину. Гул мужских голосов померк, когда Сора увидела лицо седовласого. В глазах вспыхнул целый фейерверк звезд, а сердце заколотилось в бешеном ритме, выбивая лихорадочную дробь: «Вот он, прямо перед тобой! Хватай его и беги!» Девушка едва не поддалась искушению. Хьюга подалась вперед, но, словно очнувшись от наваждения и мысленно дав себе пощечину, вернулась на исходную позицию. Шуршание опавших листьев достигло слуха членов Акацуки. Застыв на месте, они настороженно огляделись. В голове брюнетки заиграла тревожная мелодия страха. Зажав рот ладонью, она безмолвно молилась, чтобы потревоживший тишину звук списали на проделки лесных обитателей. — Кажется, в тех кустах кто-то есть, — Какузу бросил взгляд в заросли, где, словно загнанный зверь, притаилась Сора. Девушка, осознав, что ее вот-вот обнаружат, в панике метнулась за ствол дерева, молясь всем богам, чтобы провалиться сквозь землю. — Да ладно? — Хидан, вскинув бровь, с притворным интересом вгляделся в переплетение ветвей. — Не неси хуйни, Какузу, здесь ни души, — он хлопнул напарника по плечу и, развязной походкой, двинулся вперед. Какузу еще несколько секунд буравил взглядом насторожившую его чащу леса, но, в конце концов, уступил напору беспечности Хидана и последовал за седовласым. Услышав это, Сора обернулась, пытаясь задержать взглядом ускользающие спины мужчин, но они растворились в воздухе, словно мираж, никогда и не существовавший. В недоумении она активировала бьякуган, и сквозь пелену реальности ее очам вновь предстал тот самый образ. — Вот ты и попалась! — прорычал мужчина, выпрыгивая из-за дерева с косой над головой. Хьюга, словно зачарованная, до последнего мгновения смотрела в его ядовито-малиновые глаза, что пылали, словно пара адских рубинов. Но инстинкт самосохранения разорвал пелену оцепенения, и девушка, оттолкнувшись от ветки, в спешке приземлилась на землю, взметнув облако пыли. Сквозь эту завесу Хидан тоже различил два горящих белоснежных ока — глаза Хьюга, которые он ненавидел всей душой. — Ты… — процедил сквозь стиснутые зубы седовласый, срываясь с места. — Какузу, чтоб тебя, гребанный зомби! Не смей! Я сам с ней разберусь! — взревел Хидан, видя, как напарник надвигается на брюнетку, точно тень смерти. Ярость выплескивалась из него, словно лава в жерле вулкана. Он направлялся к ней, чтобы обрушить всю накопившуюся злобу за «грехи» клана. Сора застыла, будто вкопанная в землю, не в силах пошевелиться. Холодная дрожь пронзила её до костей, выступил липкий пот, а в горле пересохло так сильно, что можно подумать она несколько дней блуждала по пустыне. Никогда она так не боялась как сейчас. Собравшись с духом и отбросив свой страх брюнетка почувствовала как кровь с новой силой приливает к ногам. Они стали ватными, непослушными, но уже готовыми нести ее вперёд. Не став медлить ни секунды, Хьюга рванула навстречу своей возможной гибели и единственной любви, воплощенных в одном лице.

***

С каждым ударом Хидан жаждал сокрушить череп девчонки, словно хрупкую вазу. Это желание пылало внутри него неугасимым пламенем, пожирая все прочие мысли и низвергая сознание в пучину хаоса. Даже забыв о самом главном, о подношение во славу своего Бога Смерти. Но все тщетно, Хьюга держалась прекрасно, словно сама была соткана из ветра, отражая атаки противника яростным вихрем, не подпуская к себе. Седовласый ринулся вперед, словно хищный зверь, выставив смертоносную косу вперёд. В голове Соры молнией вспыхнуло давнее воспоминание — она уже видела этот приём. Мгновенно приняв решение, она прервала свою технику, становясь беззащитной мишенью для летящей стали. Дождавшись, когда коса окажется в опасной близости от ее лица, она молниеносно перехватила её обеими руками, рывком притягивая опешившего Хидана к себе. Девушка застала фанатика врасплох — он никак не ожидал, что она откажется от воздушных атак. Его защита была сломлена, он был открыт для удара. Все складывалось, как и задумывалось, вот только взгляд Соры неожиданно зацепился за амулет, зловеще поблескивающий на его шее. В этот миг ее пронзило осознание: она совершила роковую ошибку, когда не довела до конца свой «манёвр». Инстинктивно схватив холодную цепь, Сора, отпрянув назад, со всей силой вырвала её из плоти хозяина. — Блядская девчонка! — взревел Хидан, хватаясь за распоротую глотку, откуда фонтаном хлынули багровые реки. Благодаря своей особенности всё в мгновение ока начало регенерировать. Но всему приходит предел. Не ведая того, девушка исчерпала запас силы почти до последней капли. Её техника глаз требовала непомерных затрат чакры, и она, не жалея себя, скармливала её «ненасытному зверю». И уже в следующий миг в глазах потемнело, а из носа потекла девственная кровь. Сора попятилась назад, выронив цепочку с кулоном из рук, будто в прострации, начала небрежно вытирать багряную жидкость. Один стремительный взмах трехлезвийной косы — и руки девы, словно подкошенные цветы, осыпались на землю. Следом, сломленная, на колени упала и Хьюга. Кровавые ручьи полились из обрубков, жадно пропитывая почву и окрашивая её в зловещий цвет трагедии. — Что же ты теперь будешь делать без своих драгоценных рук, Хьюга? С тобой покончено. — в его глазах, торжествуя, плясали демонята. Взирая на неё свысока, седовласый размахнулся и ударил девушку ногой по лицу, откинув тело в сторону. Девушка завыла. Хрустальные слезы посыпались по её щекам. Она так долго скиталась по миру в поисках этого психопата, что бы всё закончилось вот так? — Ты… ты действительно думаешь, что это конец? — с хрипотцой и тяжелой отдышкой прошептала Сора, едва поднявшись на ноги и судорожно цепляясь за ускользающее равновесие. Акацуки, не понимая происходящего, застыли в немом оцепенении. Девица, казалось, уже должна была предать дух от полученных ран, но она усмехалась, глядя смерти прямо в лицо, затевая с ней опасную игру, в которой нет победителя. — После этого ты точно сдохнешь… — прошипел малиновоглазый, поднося окровавленное орудие к лицу. Слизав багряную влагу, он с головой окунулся в омут ритуала. Ноги, словно ведомые неведомой силой, начертили на земле символ треугольника, замыкая его в круг. В следующее мгновение тело мужчины преобразилось, обретая зловещий облик самой смерти: черное, как уголь, с белыми контурами скелета. С яростным рыком он выхватил копье из рукава и безжалостно вонзил себе в живот. И словно одержимая, девушка издала душераздирающий крик, выгибаясь в нечеловеческой агонии. Последнее, что она услышала, — это дьявольский хохот Хидана, славящего Джашина-сама.

***

— Не может быть… — пробормотал ошеломленный мужчина, когда увидел, как тело девушки начало исцеляться, иссушая раны. А затем он и вовсе взвыл в бессильной ярости: — Блять, ты не можешь так просто взять и не умереть! — Хидан ринулся к деве, которая, превозмогая мучительную боль, с трудом поднялась на ноги. Одним безжалостным ударом косы он сбил её наземь и, одержимый безумием, начал испинывать её распростертое тело. Растрепавшиеся волосы лезли в глаза, но безумию седовласого не было придела. — Хватит, — процедил Какузу, одергивая напарника. — Это бесполезно. Она бессмертна… — Бросив взгляд на Хьюга, добавил он с холодной невозмутимостью: — Точно так же, как и ты. Сора, в последний раз подняв голову, встретилась взглядом с Какузу и бессильно обмякла без сознания. Ему померещилось, будто на её устах мелькнула слабая улыбка — благодарность за избавление от мучений.