Заговор - 2
30 июля 2021 г., 23:28
Когда Джи’зив вошёл в дом, Мара’га прямо на руках мужа провалилась в глубокий обморок от увиденного: кровь на стенах и полу, разбросанные вещи — настоящий погром — и, что самое главное, открытый люк в подвал. Рана жены была лишь уловкой, приманкой, чтобы выкурить Джи из дома. Чтобы ударить под ребра, покрутить кинжалом в зияющей ране, чтоб наверняка. Чтобы не сопротивлялся.
— Вам нужны не они… зачем?.. ЗАЧЕМ?!
И тут хладнокровный убийца не выдержал. Каджит залился горьким плачем, истерикой. Джи’зив захлёбывался своей утратой. Он убивал ради их жизней, почти умирал сам… и вот всё оказалось тщетно. Он потерял всё… над камином в петлях висели кошки… Их тела были изуродованы, уста застыли в немом крике… Они наверняка пытались выбраться, наверняка сопротивлялись, звали на помощь…
Джи’зив уложил жену на кровать. Достав тела из петель, он отнёс их на задний двор поместья. В голове волчком крутилась мысль: «Месть… страшная и кровавая месть…».
— Будьте вы прокляты…
Каджит уложил детей на солому. Его щеки до сих пор были мокрыми от слёз. Взявшись за лопату, Джи’зив принялся копать яму. Через двадцать минут на заднем дворике поместья оказались две аккуратные могилки.
Он больше никогда не увидит их улыбок, он больше никогда не услышит их смеха, он больше никогда не кинется разнимать их в очередной драке… они больше никогда не проснутся. Эти мысли пожирали Джи’зива изнутри. Заполоняли самые дальние уголки его сознания. Они крепко впивались в плоть. Очерняли и так полное тьмой сердце убийцы.
На самом деле у него было много врагов. Все те, кого Джи’зив посадил в былые времена, родня бандитов, возможно, кто-то из своих. Каджит думал на всех подряд. На глазах тем временем наворачивались слёзы. Он потерял всё. Потерял то, ради чего спасал этот мир. То, ради чего он находился на волоске от смерти. Эти хрупкие сосуды для любви… их разбили, уничтожили, истёрли в пыль… Забрали у него самое дорогое, самое ценное…
Через несколько недель скончалась и Мара’га. Местный лекарь сказал, что её забрали события минувших дней. Это слишком сильно отразилось на ней, чтобы у неё остались силы сопротивляться нарастающей депрессии. На следующий день Джи’зив похоронил и жену. Он снова остался один. Один против большого и злого мира…
Каджит запил.
***
Прошло несколько недель, как Джи’зив потерял семью; он не вёл счёт дням, он просто их топил в алкоголе. С тех пор он не выходил из запоя, благо запасы позволяли. В этот же день к нему пришёл посланник Талморцев. Он передал письмо каджиту и удалился. Довакин скептично смотрел ему вслед. Распечатав конверт, каджит бегло просмотрел текст письма. «Приглашение на голосование по вручению титула императора провинции? Интересно, зачем им понадобился кто-то вроде меня?» — пронеслось в голове Джи’зива. «Нахер! С меня хватит. По горло сыт всеми вашими приглашениями!» — с этой мыслью каджит скомкал письмо и, зайдя в гостинный зал, бросил послание в пламя очага. Пригубив из бутылки «Алто», Джи’зив истомно плюхнулся в кресло-качалку. Он надеялся утопить эти мысли в алкоголе, надеялся, что образы кошек в петлях уйдут, надеялся, что сможет принять то, что… их больше нет… Так проходило его теперешнее существование. Через несколько дней после того, как в его дом наведался Талморец, в двери снова постучали. Когда Джи вышел на улицу, он сильно удивился. Перед ним стояла ярл Солитьюда собственной персоной, в парадном облачении и при охране. Подперев стену и скрестив руки на груди, каджит уставился на Прекрасную. В его взгляде всё плыло, движения давались с невероятным трудом. Он уже вторую неделю подряд был безвылазно пьян. Джи’зив частенько дивился тому, откуда у него скопилось так столько денег, но факт оставался фактом. Выдержав достаточную паузу, Элисиф молвила: — Здравствуй, Довакин… Ты не получал от меня письма? — Письма? Не-а! — икнул каджит. — Пьёшь? — её явно разочаровало состояние «спасителя Тамриэля». — Мне прискорбно видеть, как ты убиваешься. Вслед за своей семьёй. — Да что ты вообще об этом знаешь?! — взбесился каджит, швыряя в стену бутыль, которую крепко держал за горлышко. — Шалава! И как только ты на трон взгромоздилась?! И тут уже не вытерпела стража. Двое крепких имперцев скрутили каджита и ткнули носом в землю. — Не нужно, — скомандовала Элисиф, и крепыши отпрянули от сопротивляющегося Довакина. — Мы можем поговорить внутри? — Да пожалуйста, — бросил через плечо Джи и направился в главный зал. Каджит развёл огонь в камине и пригласил ярла присесть. Схватив бутылку «Красного огненного вина», Джи вцепился клыками в пробку и бесцеремонно выплюнул затычку на пол, сделал смачный глоток и вновь уставился на ярла, жестом плеч и рук предложив продолжить разговор. — Так как Ульфрик Буревестник убил прежнего Короля провинции, на его титул напросилось слишком много нахлебников. Каждый из них в своей мере достоин «унаследовать» трон, но… — нордка замешкала. — Но? — Но они жаждут этой власти только из личных побуждений. — Допустим, — каджит к этому моменту уже осушил бутылку. — И каким раком это касается меня? — Я предлагаю вам выдвинуть свою кандидатуру на титул Верховного Короля Скайрима. После Тайбера Септима императорами ведь были именно драконорожденные, - улыбнувшись добавила Элисиф. Джи’зив аж икнул и даже чуть отрезвел. — Погодите-погодите… Вы хотите, что бы я стал Верховным королём? Спасибо, у меня и так хлопот хватает! — А разве вам не хочется покарать убийц вашей семьи? Повисла душащая пауза. — Хорошо, — выпалил каджит. Он было потянулся к ящику с вином, который стоял на столе, но Элисиф перехватила его руку. — Но с одним условием. — Каким же? — Вы гарантируете, что убийц найдут. — Сделаем всё возможное. Вновь повисло молчание. — Завтра вам предстоит явиться на подпись документов, а на следующий день и на коронацию. Точную информацию вам вышлют письмом сегодня же. Каджит проводил гостей до повозки и направился обратно к креслу-качалке. Этим же вечером ему пришла повестка из Синего дворца. Уже завтра начнётся новая жизнь… А говорят, у кошек их всего девять… выходит, осталось три?..
