Повесть об Армагеддоне

       Все замерли, словно статуи, только посреди зала стоял, окровавленный Оливьер; дышать становилось трудно; а этот «проклятый» клинок, сделанный из небесной стали, сжимал ему грудную пластину. От острой боли, наследник семьи Люцифер дернулся, а за этим движением последовало падение… Падение его очков и картина совершенно преобразилась. Чувствуя и видя жизненную энергию, каждого существа вокруг него; только он не мог взять в толк: почему у его отца энергия совсем отличается от демонической? Она похожа на раскалённую лаву, которая в любой момент может покинуть его тело как самый настоящий вулкан. Да и энергия более тёмная-тёмная ни как у демонов. Он прищурился, видя истинный облик «отца»: уродливое горбатое существо скрытое за некой магией. По лицу Оливьер всплыла маниакальная гримаса, что не скрылось от нападающего.        — Я удивлён… Проклятье, даже особенного уровня… Хы… — усмехался Оливьер, не показывая признаков боли и слабостей, которых ожидалось.        Убийца передернулся; вдруг в его сторону полетело пять магических лучей, создавая облако пыли. Грейфия хотела с минуты на минуты побежать к Оливьеру, но её остановил Лорд Люцифуг, ухватывая ту за плечо. Он мгновенно протрезвел из-за сложившейся ситуация. По лице Грейфии стекали слёзы, идущие словно водопад без единого желания остановится… Как же ей сейчас страшно: риск потери, и шанс смерти своего любимого — убивает её изнутри.        Пыль от магического удара исчезла. Пятеро представителей семей, прямо подчиняющихся Люцифера, действовали оперативно, пока гости покидали постепенно здания вместе с королевской семьей. Как же это в их репертуаре, делать такое; они сами показывают себя сильными и бесстрашными, а на деле — сборище трусов и лицемеров. Все главы семей сузили свои веки, а Оливьер там и подавно не было, только сгорбившийся силуэт, скрывая свою фигуру потрепанным плащом.        — П… Принц Оливьер, где вы? — беспокоился Лорд Флюрети, осматривая всё кругом… На его лице и других глав семей повисла гримаса ужаса, ибо кто знает что с ним может случится.        — Да вот он я… Что ты так орешь? — будто искра появился рядом Оливьер, кладя свою руку на плечо Лорду Флюрети.        — А-а-а! П-П-Принц Оливьер! — от резкого появления прокричал Флюрети; так можно было и описать реакцию других глав семей.— Ваша рана… Она смертельна!!!        А? Да? — глянул на торчащую рукоять. Оливьер лишь одним резким движением вытащил клинок и бросил его в сторону.; равна мгновенно затянулась, образуя после себя сгустки некого пара. — Вот её и нет!        Что? Главы семей встали в ступор: как такое может произойти? Ведь рана от Священного орудия губительна для демонов! А тут Оливьер стоит как ни в чем не бывало. Грейфия отдёрнула руку своего отца, после чего побежала в сторону любимого. Он только успел повернуться, как она уже вцепилась в него, висев на его шеи, будто маленький ребёнок…. Человек в плаще не понимал, почему его игнорируют в такой момент? Будто он лишь пустышка.        Вуа-а-а… Оливьер… Ты дурак-дурак-дурак! — хоть эта ситуация очень хорошо взбодрила её, но алкоголь оставил свои следы. Обычно такая неприступная и непоколебимая дева сейчас плачет и орет на парня, будто маленький ребёнок; да и понять её можно… Чуть не лишилась самого дорогого, что есть в её жизни, — Оливьера. — Почему… Почему-почему ты заставил меня так страдать и волноваться за тебя?        — Боже… Кто из нас тут маленький ребёнок? — в лёгкой манере посмеялся Оливьера.        Девушка ещё сильнее стала обнимать Оливьера, только это на порядок выводило из себя наёмника, который чувствовал себя отрешёнными от всего мира.        — Я понимаю… Что у вас тут сложилась такая романтичная ситуация, но… Кто ты такой? Не погиб от Священного Орудия, да и ещё узнал мое происхождение… — его голос совершенно не подходил к отцовскому Оливьера, как он и предполагал: более низкий и тихий, не то что высокий и нежный отца.        Точно… Совершенно забыл про тебя! Особое проклятье… Или, как я понял Джого? Извини, если исковеркал твоё имя! — насмехаясь произнёс Оливьер, указывая на него указательным пальцем.        Наёмник усмехнулся, скидывая с себя плащ. Совершенно странное и уродливое существо: серая и потрёпанная кожа, словно у слона; один огромный глаз посреди лица; а его уродливые чёрные зубы, отвращали от него всех кого можно. В месте, где должна находится шевелюра у него коричневый каменный отросток, похожий на вулкан; а в место ушей маленькие дырочки, закрытые каменными пробками. Он весь сутулый и сгорбился, словно старик, а его изуродованном торсе надет чёрный костюм, поверх которого зелёный плащ с чёрными точками, будто чернильная клякса.        — Как и думал… Лорд, увидите Грейфию! — ответил монотонно Оливьер; Лорд Люцифуг кивнул, а Грейфия не хотела покидать это место, но вдруг взор совершенно помутнел, а она стала падать и последним, что увидела — улыбку Оливьера. Панхтион подхватил её, уводя с этого места. — А теперь… Передо мной стоит Повелитель всех вулканов — Джого! Интересно, что припрятало для битвы со мной проклятье?        Он повернул взор на проклятье, а сам рукой показал главам семей жест: «уходите», махая своей ладонью. Что касается проклятье — это духовные существа, рождённых из аккумулированной Проклятой энергии, что вливается, обретая форму и цель, в определённые намерения, идеи, чувства и подобные тому вещи. Как правило, они недобрые, испорченные духи со сверхъестественными способностями. Сами по себе они скрытны и редко появляются на глаза, а если это произойдёт — жди беды!        — Хо-хо… Теперь мы остались одни, поэтому можно активно позабавится! — усмехнулся старческим голосом Джого. — Но ты не ответил на мой вопрос!        — Ох… Извини за мою грубость! Я кажусь таким не вежливым! — сделал имитацию поклона Оливьера, а за его «вежливостью» скрывалась неописуемая улыбка и безграничная жажда крови. — По правде говоря, я — потомок Люцифера, а он — падший Серафим, которого извергли с небес, а значит, подходя к логическому заключению, у меня имеется иммунитет ко любым атакам из Священного оружия! Разве я не похож на Бога?        — Бога? Ты лишь — выродок, не представляющий истину… — Джого исчез с поля зрения. Оливьера надул немного свои щечки, пристально оглядываясь вокруг.        Вдруг, сзади него появился Джого, сжимая свой кулак. По его данным он не должен быть таким быстрым, не обладать отличной сноровкой, да и просто — сильным существом. Сжимая свои чёрные зубы, покрываясь улыбкой, он нанёс удар кулаком, покрытой оранжевой жгучей энергией, похожий на лаву. Но вот… Его кулак остановился в считанных миллиметрах от тела парня. Джого совершенно парализовало; его тело совершенно не слушалось.        — Почему я не могу ударить его? Да к черту!        Джого поднял сгустки дыма и покрыл его голову лавой, поджигая небольшую область вокруг себя. Особняк и так уже частично разрушен, а многие уже давно покинули это место, только они оба схлестнулись в битве. От такого магического удара поднялась пыль… Но она в считанный миг отошла от Оливьера, который рукой отмахнулся её от себя.        — Давай-ка ты покажешь что-то новое? Фу… — устало ответил Оливьер, избавляясь от дыма.        — Что? Я ведь точно коснулся тебя и убил! — в ещё более сильное негодование вошёл Джого.        — Давай все же покажу… — ответил Оливьер, махая перед ним рукой.— Ну же… Давай руку! Ну же, ну же!        Тело особого проклятья не слушалось, а он постепенно протягивал свою руку, с каждым разом становилось все труднее и труднее, будто на него давила странная плотная энергия; а в считанных сантиметров остановилась.        Меня что-то не пускает? — размышлял про себя Джого.        Видишь? Ты не остановился, просто чем ты становишься, тем сильнее моя энергия давит на тебя. — Оливьер без труда избежал это давление, приближая свою руку. — Мы могли просто пожать друг другу руки…        — Не за что! — отрицал предложение парня Джого, которого трясло от непонятного чувства.        — Не стесняйся. — Оливьер приблизил свою руку окончательно, ухватывая своего оппонента за его ладонь.       *Бум*        Джого не заметил, как Оливьер в миг ударил его своей рукой в живот, от чего тот харкнул своей фиолетовой кровью; но парень продолжал держать его за ладонь. Проклятье сжало от такого удара, но после последовал сильный удар с ноги, что его подкинуло вверх и он пробил крышу. Оливьер, не замечая преграды и без использования крыльев, оказался перед ним наверху, игнорируя реакцию Джого.        — Моя магия просто воплощает её в реальность! — проговорил Оливьер, поднося перед собой указательный палец, где стал образоваться пульсирующий красный шар размером с мяча для гольфа. —  Техника инверсии: красный.        Шар засиял ярким светом, после чего последовала алая волна, откидывающая его далеко от Люцифарда за несколько километров. Он оказался над лесом, где вдалеке виднелась поляна с озером. Но перед ним появился снова Оливьер, держа его по лицу, неся его сквозь землю вдаль. Джого хотел уже контратаковать, создавая волну лавы, но парень снова исчез, появляясь сзади от него. В его глаза прошлись что-то на подобие голубых искорок и он с ноги отправил того прямиком в воду.        Проклятье отошло от удара, плавая по озеро, будто мертвая туша. Он без раздумий пришёл в себя, вставая прямиком на воду, оглядываясь по сторонам и ища своего противника.        — Где он? — смотрел по сторонам Джого, потеряв Оливьера из виду. — Я сделал это отчасти ради забавы… Моя гордость проклятого духа…        — Извини, что заставил тебя ждать! — приземлился на воду Оливьер, смотря на его своим гордым светло-голубым взором. Джого ещё никогда не чувствовал такое чувство страха и опасности перед врагом; он думал, что его — проклятого духа никто не сможет остановить. И вот тут какой-то парень сделал из него грушу для битья… По его лицу прошлась капля пота, а сам он взглотнул, чувствуя одно лишь чувство, не известное для него до этого времени, — страх. — Ха-ха… Не волнуйся, ведь ты — Yo ai mo(слабак).        На лице парня всплыла ухмылка, как вдруг поднялся сильный ветер. Из головы Джого вылетела пульсирующий поток концентрированной лавы; а ушные пробки выбили, после чего также из них последовала лава. Ещё никто не задевал его главное достоинство — гордость!        Расширение территории: … — сжал два своих кулака Джого. — Стальная гора        Местность в быстром темпе стала меняться, от чего Оливьер даже слегка удивился. Он будто находится в жерле самого настоящего вулкана: вокруг лишь скалистая местность, а везде сочилась текучая лава… Джого не хотел останавливаться, направляя на своего противника огромный столб лавы.        — Теперь я покажу Расширение своей территории, хотя иногда нужна совместимость и длительное время! — Оливьер наложил средний палец на указательный, делая имитацию креста. Лава почти остановилась, но её который раз отбросила, а она будто начала парить в воздухе. — Расширение территории: необъятная бездна.        Светло-голубые радужки начали сверкать ярким светом, после чего последовало странно явление — все будто стало двигаться с огромной скоростью… Клетки вокруг начали неистово аннигилировать, а мощный столб неизвестной энергии обездвижил Джого; изменения остановились: вокруг все белое, будто он находится в неком пространстве, а перед ним вдалеке виднелось нечто похожее на чёрную дыру.        — Почему я не могу двигаться? — не понимал Джого, продолжая стоять, как истукан. Он даже не мог промолвить ни слова, но мыслить получалось, хоть это и особо не помогало.        *Хлоп*        — Иронично, да? — проговорил Оливьер, кладя свою руку на голову Джуго; взгляд парня весел и беззаботен.Как такое чудовище может так легко и распутно себя вести? — Тебе все дано, но ты…        Оливьер начал сильнее сжимать его голову, постепенно поднимая только её. Одним резким движением, он оторвал её от тела, обрызгивая кровью всё вокруг. Вся изменённая местность вернулась к своему первоначальному облику. Парень выкинул голову на берег, подходя к ней, ставя ногу на неё…        — Ну теперь говори: кто тебя послал, цель и причина нападения? — вопросил Оливьер.

***

       Грейфия медленно отворила свои очи, после чего резко вскочила с кровати… Она не понимала, где вообще находится, только темные стены и темнота. Но всматриваясь лучше, пришла к умозаключению, что дома у Оливьера. На часах почти полночь, только голова продолжала раскалываться.        — Это был сон? — сонно проговорила Грейфия, протирая свои глаза.        Ну как сказать.        В комнате резко включился свет на маленьком подставке с лампочкой; от такого быстрого включения, ей стало некомфортно глазами, что она прикрыла. Но после послышался странный скрипучий звук. Отворив свои очи, она заметила Оливьера, присевшего рядом с ней на кровать; он так легко одет: в обычных лёгкий штанах и ночной рубашке; а его очки отсутствовали. Больше всего её привлёк его образ без очков, которые лишь смотрели на нём дурно, хоть она и знала истинную причину их нахождения на его лице. Парень поднёс своё лицо к её лику и легонько чмокнул в щеку, дальше отвечая:        — С тобой всё хорошо… Стоп? Уаааа!        Оливьер упал на кровать прямо на мягкие прелести своей будущей жены; они такие нежные и упругие, что доставляли ему уйму удовольствия. Парень конечно смутился такому падению, но его сразу же со всех сторон лица начала целовать девушка, будто детскую игрушку.        — *Чмок* Я так рада *Чмок* Я так рада! — продолжала Грейфия, что на неё не похоже. Оливьер вовсе становилось некомфортно; поцелуи — конечно приятны, да и радуют, но то что она так сильно его обнимает… Вовсе неприятно, ибо такими темпами она вовсе скоро его задушит… Девушка в порыве положительных чувствах даже не заметила в каком сейчас состояние Оливьер. — Ой… Прости.        Она отпустила Оливьера, который схватился за шею, начиная кашлять.        — Ой… С алкоголем тебе нужно повременить, ибо таких выходок я не переживу! — возмущался Оливьер.        *Хлоп*        Все произошло так быстро и неожиданно, что Оливьер не успел отреагировать. Грейфия, используя все свои силы, дала ему смачную пощечину. Её глаза и так красные; она волновалась за парня, не находя себя, а тут он снова ведёт себя, словно беззаботный ребёнок.        — Почему ты так делаешь? А! Сколько я уже терпела! Мне это надоело! — кричала, напрягая все свои голосовые связки, Грейфия.        Она и правда недовольна, высказывая все свои недовольства Оливьеру, которого на минуту передернуло… Да, он, лишь самый настоящий, — глупый дурак и идиот, который так замучал девушку, видя себя как ребёнок.        — Понимаю, я не ангел… Но если бы я сказал про слежку и попытку моего убийства, то лишь просто заставил тебя волноваться… Прости! — ответил Оливьер; он говорил это настолько тихо с душой и откровенно, будто понимал всё что натворил.        Девушку заметила этот томный и грустный взор любимого, который пытался его скрыть… Ей становилось не по себе; она лишь винила его за дурное поведение на Балу, а тут все его действия вели к тому, что он хотел защитить её.        — Пожалуй я пойду… Тебе стоит отдохнуть любимая. — с усталой ухмылкой выдал Оливьер, пытаясь встать кровати. Но снова, его остановили, теперь нежная маленькая рука девушки, ухватив первого за запястье.        — Подожди…        — ? А?        Его дернули в сторону где лежала девушки и он приземлился прямо перед ней, благо успел опереться за основания кровати. Он глянул на фиолетовые бусинки девушки, поражаясь: они сверкали перед светлым лунным светом, будто настоящие кристаллики; а ещё в них виднелась некая тревога и боязнь; она будто хотела что-то сказать ему, но не могла, а это все равно читалось. Девушка медленно поднесла свои ручки к его щечкам, после чего поднесла свою голову и поцеловала его прямо в губы… Парень удивился такой раскрепощённости девушки, но останавливаться и сам не хотел; он ещё больше вцепился в неё нежные губы, начиная их романтичный поединок. На протяжение минуты они мерились своими силами, используя свои языки, параллельно прикусывая друг другу губки. Они медленно отпустили прилившие друг к другу губы, после чего их взор снов встретились… Небо и тьма; они олицетворяли эти две противоположности: глаза Оливьера, будто самое яркое и светлое дневное небо, освещаемое тёплыми лучами солнца; а у Грейфии мрачная и элегантная ночь, находящаяся под лунной опекой.        — Возьми меня… — томно выдала из Грейфия. Ей уже было все равно на все эти договоры с ним, которые должны были сбыться после свадьбы, именно сейчас её полностью овладела эта ночная лирика.        Оливьер передернулся от её предложения; он совершенно точно помнил об их договоре: «Все любовные утехи после свадьбы»! Но что с ней случилось? Ему это неизвестно, но терять этот момент он никак не хотел.        — Как же… Я ждал этого! — проговорил яро Оливьер.        Девушка легко улыбнулась, как на её покусанные губы снова набросился Оливьер. Теперь он выглядел, как самое настоящие животное, ведущая свою жизнь благодаря инстинктам… Он, параллельно от поцелуя, прикусывал нижнюю губу девушки… Но она сама — не промах, поэтому отвечала ему тем же… Оливьеру надоели уже эти «игры в поцелуйчики, поэтому он медленно прошёлся языком по её шеи. Это неизвестное чувство заставило вздрогнуть девушку; ей было уже так хорошо, но нужно было идти дальше, поэтому она за один шаг сорвала с него рубашку, оставляя от неё лишь ошмётки. Вот ей открылся взгляд на его тело: жилистое телосложение без единой жировой складки; мягкая и приятная кожа; а его нежный аромат от парфюмерии, сводил её с ума. Оливьер же, целуя её шею, оставляя засосы, нежно спустился к её чёрному атласному бюстгальтеру. В отличие от Оливьера, она уже проснулся в нижнем белье, ибо её раздела и уложила матушка, чтобы ей легко спалось.        Оливьер, замечая препятствия в виде нижнего белья, сорвал его, как настоящее животное, оголяя её грудь: приличные по размерам, и ,в тоже время, упругая грудь с розовыми сосочками манила парня. Поэтому, он как самый настоящий ребёнок, вцепился в левый сосок, а правой рукой начал массажировать другую грудь. Девушка, стиснув зубы, тихо пропискнула, сводя обе ноги. Так приятно и необычно, что невозможно выстоять.        Так продолжалось пару минут, пока девушка наслаждалась, Оливьер решил постепенно переходить к делу. Пока он посасывал левую грудь, то правую руку начал опускать вниз, проводя сквозь ровный и плоский животик. Подбираясь к цели, он медленно опустил её трусики, после чего дотронулся до этого места… Её «цветочек» был уже вовсе склизким и мокрым, а сама девушка, чувствуя новые ощущения, начала изгибаться, словно змея. Парню это всё больше и больше нравилось… Поэтому он, нащупывая пальцами клитор, принялся активно двигать пальцами.        Ощущение для девушки не забываемые, но ей уже не терпилось перейти к делу, тело будто просило это…        — О… Любимый… Прошу.. Г-ха~… Войди в меня! — постанывая умоляла Грейфия.        — Конечно…        Хоть прелюдия уже достаточно затягивались, но Оливьер хотел сделать их первую постельную ночь незабываемой, поэтому делал все что угодно для удовольствия девушки… После слов девушки, Оливьер спустил с себя всё оголяя своего «друга». Она видела его впервые, хоть и много читала про это… Но не могла представить истинную суть: он уже вовсе готов поразить цель.        — А теперь потерпи, будет немножечко больно! — предупредил Оливьер, на что девушка, вся покрытая багрянцем, положительно кивнула.        Оливьер медленно подвёл его к её киске, проводя по ней, ища нужную дырку. Но после поисков, он глянул на неё ещё раз и сделал это…        — Гха… А-а-а… — Оливьер сразу же вошёл полностью в неё, разрывая девственную плеву. Девушка изогнулась, это место очень сильно зудела, а ей стало очень больно, но сразу парень накрыл её своим поцелуем.        На кровать капнули пару капель крови; Оливьер, продолжая поцелуй, начал постепенно двигаться; ощущения нечто новы и непонятны, что будоражили его… Её киска начала активно сжимать его, принося ему дикие удовольствия. Боль у девушки переходило в безумное удовольствие; она не могла больше себя контролировать; похоть полностью овладела ей, затуманивая разум. Хоть она уже извивалась как могла, но контролировать себя сложно, поэтому она начала проводить ногтями по крепкой спине парня, оставляя после себя…        Прошло пару минут, а они оба чувствовали некое чувство, будто сейчас все извергнется… Ощущения навострились, а тела постепенно потрясывались…        — Я… Я-Я сейчас кончу…        — Давай… Полностью заполони меня!        Оливьер ещё больше навострил темп, девушка перешла в состояние Эйфории, от чего она высунула даже язык наружу. И вот оно наконец-то остановились, а девушка изогнулась ещё больше, чувствуя, как нечто что-то жидкое полностью заполнило её…        — Это великолепно… — с отдышкой произнёс Оливьер, падая на её грудь. — Может ещё пару кружков?        — Хм… — девушка ехидно облизнулась. — Давай~