Ультрамарин

      Там же, Брат Йоган. Или не совсем?        Боль, она пронзает каждую клеточку моего тела. Силы воли хватает лишь на то, чтобы не кричать. Сознание буквально утопает в этом океане боли. Вдруг резко все прекращается. С трудом сняв шлем, я огляделся. Братья лежали неподвижно, да и на дисплее шлема их жизненные показатели перестали гореть. Мысли путаются. Черт, я попал под влияние ксеноартефакта. Заражен скверной. Твари Варпа проникли в мою черепушку. Это было первое, что я подумал. Рука потянулась за болтером. Ведь в таком случае лишь в смерти я найду искупление своего греха. А именно слабости. Но нет, она остановилась. Воспоминания текли в меня полноводной рекой. Я помнил. Похоже, что свою прошлую жизнь. В ней я родился и вырос на планете под названием Земля. Великая Терра, родина Императора. То было другое время, еще до темной эры технологий. Люди еще не покинули пределов солнечной системы, а лишь едва-едва осваивали космос. Но удивило меня не это. Я знал. Там в далекой прошлой жизни, я увлекался настольной игрой Warhammer. О трон, не может быть. Люди прошлого предсказали все, что происходит сейчас.       — Взвод Локаста, ответьте. Как слышно? Взвод Локаста, доложите о своем состоянии, немедленно. Вокс ожил. С тихим щелчком передатчик, встроенный в мой шлем, принял сигнал. По всей видимости, это был Капитан Рафен.       — Говорит Брат Йоган. Взвод Локаста практически уничтожен. Печальные новости подтвердились, стоило мне только встать. Из шлемов моих братьев кровь уже не текла — их будто сварили заживо. Взрыв ксеноартефакта не пробудил в них воспоминания давно минувших жизней — он их просто убил.       — Где ты? Численность противника и его вид? Связь с вашим взводом блокировалась. Вокс тут нестабилен. Доля секунды, молчание, и капитан задает вопрос.       — На две мили южнее места высадки. С воздуха хорошо различимо это место — старый аванпост механикус. Численость противника на данный момент — ноль. Вид — ксеносы, Эльдары. Короткий и точный, рапорт. То, что нужно сейчас.       — Высылаю подкрепление. Приказ — удерживать нынешнюю позицию до прибытия отделения Серебряных клинков.        Недолго думая, брат капитан принял решение.        — Выполняю. Коротко сказал я, сразу после чего брат капитан отключился от моего канала связи.       Теперь время подумать. То, что я вспомнил, в принципе, никак на меня не повлияло. Нет мыслей предать орден или Императора, что есть плюс. Я из прошлой жизни был довольно жалким. И это никчемное сознание ничего не смогло сделать моему разуму. Так что я получил лишь знания. Из того, что мне известно, они правдивы. Но полностью полагаться на эти воспоминания я не буду. Все же есть ещё очень большая вероятность, что все это козни варпа, которые пытаются натолкнуть меня на гибельный путь. По возвращению на Победоносный нужно срочно поговорить с братом Капелланом, а еще лучше — с братом библиарием.        Для надежности я проверил тела своих братьев. Астартес довольно живучи, так что, возможно, кто-то уцелел, впав в спасительную кому. Но все было тщетно — снимая шлем с каждого брата по очереди, я видел лишь обугленную голову с запекшимися глазницами. После такого не выживают даже Астартес. Налицо критическое повреждение мозга.       — Мон-кей. Я почувствовал его еще до того, как он заговорил.        Резкий разворот, и дуло болтера смотрит прямо в лицо ксеносу-недобитку. Снаряд разорвал его живот, после чего, сдетонировав, буквально разметал внутренности чужака. Это невозможно — даже орки не выживают при таких ранениях, но Эльдар мало того, что выжил, но ещё мог двигаться.       — В этом нет нужды, я и так скоро умру. Вы странный вид животных, Мон-кей, ты это знаешь? Неразумные и дикие, что в своей необдуманной агрессии стремятся уничтожить все. Но знаешь, что мон-кей? Ирония стоит в том, что именно ваша раса может уничтожить или хотя бы сделать влияние хаоса на наш мир минимальным. Эльдар, спокойно говорил на высоком готике, но каждое слово давалось ему с трудом.       —Что это за артефакт? Какую силу варпа вы применили на мне и моих братьях, грязное отродье? Я не стал сразу стрелять. Да, разговоры с врагом ведут к Ереси. Но сейчас мне нужна информация.        — Как это по-человечески — если что-то не понятно, то это обязательно надо попытаться разрушить. Эльдар тяжело захрипел, заваливаясь на бок.       — Отвечай, мерзость, что с нами произошло? Влияния варпа на мой мозг не сделало меня слабым. У меня отсутствуют предательские мысли о жалости к этому отродью. Наступив керамитовым ботинком на грудь чужака, я стал ждать ответа.        — Этот, артефакт должен был вернуть души лучших из нас в прошлое и предотвратить падение нашей расы. Та что жаждет не должна была родиться. Но не теперь, глупый мон-кей. Ты сделал все, что хотел…. Ксенос тяжело хрипел, и каждое слово давалось ему с большим трудом. Он хотел сказать что-то ещё, но не успел.        Я почувствовал холод, и мой сабатон начал покрываться тонкой корочкой льда. Резкое давящее движение ногой и одновременно с этим выстрел. Раздавив чужаку грудную клетку, я для надежности пустил болт ксеносу прямо промеж глаз. Все же эта тварь уже показала феноменальную живучесть. Но вот незадача- выжить, когда у тебя попросту отсутствует голова, не поможет никакое варп-колдовство.       — ГОоооарыаоттта. Из коридора прямо напротив меня раздался крик. Кто-то или что-то медленно шло сюда. По всей видимости, это все благодаря проклятому колдовству Эльдара. Ведь даже самый недалекий идиот знает — как только падает температура рядом с псайкером, тот начинает колдовать.        Через несколько секунд, я увидел свою жертву. Эльдар, один из тех, кого мы убили. У него отсутствовала левая рука и имелась дыра в груди размером с мой кулак. Ну что ж, похоже, работа не ещё закончена. Выстрел в голову. Фонтан кровавых брызг, и существо падает, обездвиженное. Для надежности я подошел поближе и откинул тело чужака ногой, дабы убедиться, что его «не жизнь» подошла к концу.        Не прошло, и пары минут, как я снова услышал подобные звуки. Только уже в гораздо большем количестве. Приказ был удерживать данную позицию, вокс снова перестал работать. Чертов варп. Впрочем, все не так плохо — собрав у павших братьев боезапас, я приготовился к столкновению. Проход достаточно узкий, болтов у меня много. Стреляю я метко, да и тут сложно промахнуться. Так что это лишь вопрос времени, когда я перебью всех «поднятых» Эльдар. Все же их тут не более двух сотен. Не шибко проблемное число.        — РАааголыыыыыыыыы. УУрахтусер Сузарикасутнерррр! Рыча словно дикие животные, не мертвые Эльдары шли плотной толпой. Жуткая картина, у кого-то на ходу вываливались кишки, у кого-то из ксеносов не было нижней половины тела, и они ползли вперед, вываливая свои внутренности прямо на пол.       — Во имя Императора Человечества и священной Терры, я вас уничтожу, грязное отродье. В галактике не место чужакам — она принадлежит людям. Глухо произнес я, при этом плавно нажимая на спусковой крючок. Болтер ожил, повинуясь моей команде, и вперед устремилась смерть.       Дальше целых двенадцать минут у меня была самая что не есть монотонная работа. Перезаряжай да стреляй. Не мертвые Эльдары были хоть и очень живучи, но до невозможности тупы, и не применяли свое вооружение — просто шли вперед.       — Йоган, как слышишь? Это Сигизмунд. Держись, мы прорываемся к тебе. Вокс, такой прихотливый на данной планете, снова ожил голосом сержанта отделения Серебряных клинков.       — Можете не спешить — у меня тут веселье в самом разгаре Патроны кончились, в дело вступил цепной меч. Так что в данный момент я отрубал голову очередному чужаку, возомнившему о себе невесть что. И почему эти грязные отродья не могут умереть сразу?        Они были гораздо медленнее, чем при жизни, так что сейчас это была просто бойня. Игра в одни ворота. Но вскоре я начал замечать одну маленькую деталь, что мне совсем не нравилась — зубья цепного меча, медленно, но верно забивались плотью ксеносов. Еще минут двадцать такого сражения и клинок станет бесполезным. Черт, как такое возможно?!       — Мон-кееей. Поток мертвецов закончился. Ко мне шел всего один — последний.        Эта тварь разительно отличалась от других. Хоть он и был мертв, ведь выжить, когда у тебя отсутствует двадцать сантиметров плоти в районе груди, довольно проблематично, но двигался стремительно. В руках у него был странный клинок — длинный, почти во весь его рост, и изогнутый в причудливую форму. Словно полумесяц пытались разорвать пополам, но не дорвали. Резкое сближение, и я едва успеваю парировать удар этого чужака. Черт, а он быстрый.       — Мон-кей Оно опять заговорило.        Обратный пируэт в надежде отрубить его запястье не увенчался успехом, и я чуть не лишился левого уха. Дерьмо, чужак неплох. Я был чемпионом своего отделения, несмотря на юный возраст, даже капитан Рафен отметил мое искусство владения холодным оружием, но этот чужак… Он стремителен и непредсказуем. Никогда такого не видел. Очень проблемный противник. Надо мне было брать силовой клинок, все же цепным мечом особо не пофехтуешь, он больше создан для грубой рубки, но не как не для тонких пируэтов. Кружили мы довольно долго, целых две минуты. Если так пойдет дальше, то я проиграю. У эльдара преимущество в длине оружия и в скорости, что в данном случае фатально для меня. На моей броне уже появились несколько глубоких царапин, нанесенный этим чужаком. Серебряных Клинков до сих пор не видно, да и воинская гордость не позволяет мне рассчитывать на «спасение». Какой позор — Астартес, которого надо спасать.       — Врешь, тварь, от меня не уйдешь! Резкий выпад вперед. Эльдар его блокирует, но я не останавливаюсь. Наваливаюсь на ксеноса всем телом, подсекая ногу чужака и пользуясь своим преимуществом в массе. Прижимаю ксеноса к полу. Удар, еще удар и еще. Свободной от удержания соперника рукой я наношу ему удары в голову. Кулак, закованный в керамитовую перчатку, очень хорошее средство от разного рода ксеносов и еретиков.       — Мда, а у тебя тут весело, брат. Повернув голову на звук, я увидел отделение Серебряных клинков в полном составе. Оглядев братьев, я устало улыбнулся и хотел было что-то сказать, но не смог.        Сместив взгляд чуть ниже, я заметил причину такой резкой слабости. Эльдар, перед тем как окончательно умереть, вонзил тонкий маленький клинок между сочленений моих доспехов. Я видел лишь его искусно украшенную рукоятку и несколько сантиметров самого лезвия, с которого капало что-то липкое, подозрительно похожее на яд.       — Л…ео…н, на…ше…му бр......ту..... ну…жаа… Слова Сигизмунда расплывались в моей голове. Боли не было, лишь сильная слабость, которой невозможно сопротивляться. Как бы я не старался, удержаться в сознание, мрак вскоре поглотил мой разум.