Как очистить историю перерождений

      Деревянное перекрытие разлетелось в щепки. Столы и ширмы разметало в стороны, загремела посуда, разлетаясь на осколки, перепуганные посетители ресторана бросились врассыпную. Одним мощным ударом Сюань Юня впечатало в противоположную стену. Чжуан Шэнкая и Ма Цинсюя отбросило в сторону, Цин Шань успела сформировать вокруг них барьер. Хоть он оказался недостаточно прочным и сразу же был разбит, но все же поглотил большую часть урона.       Бай Ичжао ступил на деревянный пол и решительно направился к Сюань Юню, не замечая никого вокруг. Его неторопливый шаг и тяжёлая поступь бросали в дрожь. Просто находиться рядом для обычного человека было невыносимо. Те, кого не сковал страх спешили убраться подальше, иные уже попрощались с жизнью. Впрочем, одному бойцу из Цзянху, занимающему какое-то место в каком-то рейтинге был неведом страх, его так и прозвали — Бесстрашный Цзи, потому он не стал убегать, а выхватил меч и прокричал:       — Какого дья…       Закончить фразу он не успел. Даже не взглянув в его сторону и лишь походя взмахнув рукой, Бай Ичжао лишил его половины головы. Так и закончилась история Бесстрашного Цзи.       — Наставник! — оклемавшись от удара, выкрикнул Ма Цинсюй.       Чжуан Шэнкай кивнул.       — Отправляйся за Сянмэй и Сэн Гу, а мы тут разберёмся.       — Да!       Ма Цинсюй немедленно умчался.       — Кто этот демон? — спросила Цин Шань.       Оценив обстановку, она принялась создавать формацию, чтобы взять под контроль поле боя. Чжуан Шэнкай призвал свою алебарду Жаньфэй.       — Это Бай Ичжао! — сообщил он. — Как и Бай Сычжао, с которой мы столкнулись в Ванъяне, и Бай Тоу — один из семи великих генералов Хэйсинь — он частица дракона Байцзиня! Я догадывался, что мы с ним ещё столкнемся на Чёрном сердце моря, но не думал, что так скоро… Зато не осталось никаких сомнений — кости дракона и старейшина Гуанминь связаны!       Бай Ичжао медленно приближался к Сюань Юнь, его холодный вкрадчивый голос пробирал до костей.       — Глупый ученик не ошибся. Псина здесь, а значит, и слепая обезьяна где-то поблизости. И это вы причинили ему столько проблем? Смешно.       Он поднял руку, чтобы нанести Сюань Юню последний сокрушительный удар, но в этот момент грянула молния. Высекая искры и разбивая дерево в щепки хлыст Ваньли ударил по полу в том месте, где мгновение назад стоял Бай Ичжао. Он сумел уклониться, но следующий яростный удар настиг его и рассёк бы его грудь, если бы он не отбил хлыст рукой. На чёрном кожаном наруче появился тонкий разрез с опаленными краями. Ожог на руке мгновенно зажил.       Бай Ичжао раздраженно хмыкнул. Это трудно было назвать ранением, однако, по нему попали, чего прежде не случалось.       Не давая ему опомниться, Сюань Юнь обрушил на него серию сокрушительных ударов, однако противник сумел парировать их все и контратаковать. Обмениваясь ударами, поочерёдно тесня друг друга, они крушили все вокруг, не заботясь об окружающих.       Сюань Юнь был в ярости! Он жаждал лишь одного — отправиться на выручку Сэн Гу, но какой-то кусок дерьма преградил ему путь и не давал прохода. Нужно было разделаться с ним как можно скорее!       Бай Ичжао вновь перенял инициативу и направил всю свою мощь на Сюань Юня, чтобы покончить с ним одним решающим ударом, но в этот момент перед его лицом, опалив брови пронеслась огненная алебарда. Вокруг взметнулись деревянные щепки и все разом устремились к нему, словно рой хищных насекомых. Они облепили его, словно древесные доспехи, и Чжуан Шэнкай ударил огнём, поджигая их. Всю фигуру Бай Ичжао объяло пламя. Не теряя времени, Сюань Юнь атаковал его, что было сил. Нужно было отсечь ему голову, разорвать его на куски, испепелить его кости… Бай Ичжао подлетел к потолку и высвободил мощный поток ци, сбив пламя и сбросив деревянные оковы. Лицо его было всё таким же надменным.       — Вы, жалкие ничтожества, — проговорил он. — Какой смысл противиться неизбежному?       — Какой болтливый, — усмехнулся Чжуан Шэнкай и атаковал его шквалом мощных огненных атак. — И самоуверенный! С таким гонором, а до сих пор не управился!       — Слепой, но волосы чёрные, — произнёс Бай Ичжао, отбив все его атаки.       Он уличил момент и нанёс ответный удар, Чжуан Шэнкай отлетел в сторону, но всё же остался на ногах. На этот раз барьер Цин Шань выдержал удар.       Сюань Юнь вновь атаковал противника но прежде чем хлыст Ваньли, высекая искры и молнии, достиг цели, Бай Ичжао поднял руку и сомкнул два пальца — большой и средний, будто давя насекомое.       Всё тело Сюань Юня пронзила безумная боль. Он резко прервал атаку, по инерции пролетев вперёд и врезавшись в деревянную балку.       — Сюань Юнь! — выпалил Чжуан Шэнкай.       Бай Ичжао проговорил:       — Чувствую, в тебе осталось совсем немного эссенции моего духа. Так мало, что даже я ее почти не ощущаю. И всё же достаточно, чтобы…       Он плавно повёл рукой, словно потянул за нить. Сюань Юнь рухнул на пол и скорчился от боли.       — Дитя моё, ты же знаешь, что в самой твоей сути есть частичка меня? — проговорил Бай Ичжао. — Кристаллы демонической крови — это искусственно воссозданная моя кровь, Демоническое сердце — это искусственно воссозданная моя плоть. Ты — плоть от плоти моей. Эссенция духа из моих костей для тебя вовсе не яд, а откровение. Прими же его и стань тем, кем должен быть по праву рождения — Богом этого смертного мира.       — Что за бред… — выдохнул Сюань Юнь, силясь преодолеть чудовищную боль и подняться.       — Моё заблудшее дитя, ты совсем запутался. События прошлого сбили тебя с пути, но всё это больше и не имеет значения. Тот глупый ученик давно меня разочаровал. В тебе же я вижу истинный потенциал. Позволь мне пробудить тебя, дать тебе власть и силу покорить три мира — мир людей, мир мертвых и мир богов.       — Три мира?.. — переспросил Сюань Юнь. — Разве Хэйсинь могут попасть в подземное царство или на небеса?       — Кто сказал, что нет? — усмехнулся Бай Ичжао. — Нас там не ждут, но это не значит, что мы не можем заявиться туда по собственной воле. Однажды ты уже открыл врата мира мёртвых, а обретя силу, о которой я говорю, ты сможешь открывать их когда вздумается, а то и слить все три мира в один.       — Дружище Сюань, надеюсь остатки его яда не расплавили твои мозги? — вмешался Чжуан Шэнкай. — Даже во времена Войны бессмертных ни у кого не было такой власти, а сейчас и подавно. Просто смешно.       Он сконцентрировал ци и направил мощный поток в свою алебарду, она вспыхнула ярким пламенем, готовая к бою.       — Мальчишка или девица? — спросил мужчина, бросив короткий взгляд на головореза и шлюху, которых только что притащили его подчиненные.       Сперва он подумал, что девица, но присмотревшись к головорезу, понял, что его изуродованное шрамами лицо когда-то было весьма привлекательным и более чем соответствовало вкусам искушенных господ.       — Мальчишка, — подтвердил его догадку слуга, укутанный с ног до головы в глухой плащ. Не было видно ни одного кусочка его кожи, руки в плотных перчатках, даже лицо было скрыто под маской, а голос звучал приглушенно и сипло. И всё же можно было понять, что это женский голос. Под маской скрывалась женщина.       Ее господин — статный солидный мужчина неопределённого возраста, всем своим видом демонстрировал образованность и достаток. По крайней мере он привык к роскоши, куда большей, чем мог позволить себе теперь. Он сверху вниз посмотрел на Сэн Гу с презрением, и в то же время с неподдельным любопытством.       — Этот гаденыш не просто выжил, но ещё и спалил мой театр. Из-за одного недобитого щенка я лишился своего положения в столице, своего влияния и расположения старейшины. И откуда у такого как он столько власти? Я заставлю его ответить за всё, а когда придёт время, превращу его в Кристалл демонической крови. Я заполучу Демоническое сердце любой ценой.       — Несомненно, господин! — подобострастно просипела женщина в маске.       — Подготовь всё для допроса, — приказал он.       — Да! Господин… позвольте этой ничтожной высказать своё дерзкое пожелание…       — Говори.       — Пытайте его огнём. Пусть узнает каково это — гореть заживо.       — А девка вам не нужна? — наконец, подал голос одноглазый громила с булавой. — Тогда я заберу её себе. У меня с ней личные счёты.       — Забирай, — позволил господин.       Он уже хотел было уйти, но всё же задержался и уточнил:       — Эти двое, оба оказались на Чёрном сердце моря в одно и то же время… Они были вместе?       — Да, — подтвердила женщина в маске. — Но девицу я прежде не видела.       — А я видел обоих, — признался одноглазый. — В том горном храме, где погибли мои братья. Там был этот урод, эта девка и ещё три даоса. Она выколола мне глаз, а один из тех даосов наложил на нас с братьями проклятье из-за которого они все и погибли. Так что у меня к этой шлюхе тоже есть вопросы. Хочу найти ту сволочь и отомстить!       — Хм… — задумчиво протянул мужчина. — Любопытно. Мне тоже интересен тот таинственный даос, поэтому потрудись над ней как следует.       — Будет сделано, — ухмыльнулся одноглазый.       Он склонился над Тао Сянмэй чтобы за волосы оттащить её к себе, но она неожиданно распахнула глаза. Ловким и быстрым движением она взметнулась вверх и оказалась на ногах. Сконцентрировав ци в ладони она ударила одноглазого в грудь с такой силой, что он отлетел на несколько чжанов назад, снеся спиной ширму и впечатавшись в стену.       — Надо было тебе оба глаза выколоть, гнида! — выкрикнула она, а затем метнула грозный взгляд на солидного господина. — Ты тут главный?!       Не дожидаясь ответа, она ринулась в атаку. Ее техника боевого искусства совмещала в себе рукопашный стиль школы Неиссякаемого Пламени и грубые, но мощные удары водными потоками. Любой ученик ордена Десяти Тысяч Мечей лишился бы дара речи, увидев подобное. Конечно они изучали ближний бой, но водную ци использовали совершенно иначе. Тао Сянмэй управлялась с водой так, если бы это был огонь, и если бы она действительно могла управлять огнём, её мощь была бы сравнима с мощью извергающегося вулкана — поистине устрашающая сила. Но как и говорил Цзинь Шэ, управляться подобным образом с водой попросту нерационально. Она тратила слишком много энергии ради посредственного результата. Однако всё относительно и познаётся в сравнении. То, что для одного — посредственно, для другого непреодолимо. Тао Сянмэй ещё не сходилась в бою один на один с противником, для которого её навыки были бы пустым звуком. И вот этот день настал.       Солидный господин с лёгкостью отбил все её атаки и нанёс ответный удар такой силы, что Тао Сянмэй отлетела к стене. Он метнулся к ней и не давая опомниться, ударил снова. Столь мощный удар мог запросто переломать ей кости и превратить органы в кашу, к счастью она успела сконцентрировать ци в месте удара и защититься.       Сэн Гу приходил в себя медленно. Сознание неохотно возвращалось в его уставшее тело. Не сразу ему удалось сообразить, что вообще происходит — кто с кем сражается, кто все эти люди?       — Не. Двигайся! — прошипела женщина в маске.       В голосе её слышалась ядовитая ненависть, в дрожащей руке она сжимала кинжал. Она не была натренирована и даже в полусознательном состоянии Сэн Гу с лёгкостью обезоружил ее. Но тут рядом с ней выросла огромная фигура. Одноглазый, оклемался от удара и стал ещё злее, чем прежде.       — Бей его!!! — прошипела женщина. — Переломай ему все кости, только не убивай! Я хочу обложить его углями! Чтобы он горел! Как я горела в том проклятом театре!       — Это как получится, — прорычал одноглазый, покрепче перехватив свое грозное оружие.       Осознав, что драки не избежать, Сэн Гу выхватил золотую булаву.       — Говорил же потереть… — сходу закричал джинн, но тут же осёкся. — Ух ты! Враги!       Золото и железо столкнулись, высекая искры. Сэн Гу ощутил всю мощь своего противника, когда этот удар отразился дрожью в его плечах. Этот одноглазый громила оказался очень силен, но разве он был таким сильным тогда — в храме? Прошло не так уж и много времени, но его прежнего и его нынешнего будто разделяли годы тренировок и совершенствования тела. Подобного можно было достичь лишь при помощи жесточайших техник темного пути. Это означало, что он обменял на силу годы собственной жизни, и если к определенному сроку он не перешагнет порог бессмертия, его ждет мучительная смерть. Все или ничего. Огромная сила, и вместе с тем — огромный риск.       Сэн Гу бился с ним на пределе собственных возможностей. Голова гудела, а взгляд все никак не желал фокусироваться. Еще и демоница в маске то и дело норовила кинуть в него что-нибудь или броситься ему под ноги, вереща своим мерзким сиплым голосом.       — Да не путайся ты под ногами, старая уродина! — наконец, не выдержал одноглазый и пинком отшвырнул ее в сторону.       На мгновение он отвлекся, Сэн Гу воспользовался преимуществом и немедленно нанес ему сокрушительный удар.       Тем временем главарь этой шайки продолжал безжалостно терзать тело Тао Сянмэй, нанося ей удар за ударом, а ей оставалось лишь сопротивляться его натиску, держа глухую оборону, у нее не было ни единого шанса контратаковать. Он был намного сильнее её — последователь тёмного пути на уровне Бессмертного мастера или выше!       — А ты была уверена в себе, да?! — насмехался он. — Думала, ты чего-то достигла в этой жизни?! Твои жалкие навыки годятся только чтобы разогнать стаю голубей! Твоему наставнику следует покончить с собой от стыда!       Он уже понял, что в её одеждах скрыт талисман, передающий звук, а значит, её спутники поблизости и скоро явятся за ней. Этого он и ждал — разделаться не только с этими мелкими сошками, но и с тем даосом, лишившим его всего.       — Может, мои боевые навыки не так уж и хороши… — сквозь зубы процедила Тао Сянмэй. — Но моих духовных сил достаточно, чтобы утопить весь этот плавучий город!       Вот только это пока не входило в её планы. Сама того не желая, она вспомнила, как в Ванъяне Цин Шань, не вступая в бой, а лишь уклоняясь, плела своё заклятье — Сияющее древо жизни. Да, её положение тогда не было столь плачевным, но и древесной энергии в той пещере было куда меньше, чем водной посреди бескрайнего моря. У Тао Сянмэй ресурсов было хоть отбавляй, подводила лишь техника.       «Огонь сильнее, когда распространяется вширь, но вода сильнее, когда собирается в один тонкий поток», — вспомнился ей ещё один непрошенный совет.       Тонкий поток. Техники ордена Десяти Тысяч Мечей превращают воду в клинки, но как это сделать? Разве может вода, разить как лезвие?       Сконцентрировав как можно больше ци в одной точке, Тао Сянмэй уличила момент перед очередным ударом и атаковала. Разящий водный клинок вырвался из её среднего даньтяня. Не ожидавший атаки противник едва успел уклониться и только благодаря этому клинок не пронзил его, а лишь оставил глубокий порез на боку.       К несчастью, Тао Сянмэй обнаружила, что управлять таким клинком очень не просто, нанеся один единственный удар, он разлетелся брызгами, но этого хватило, чтобы занять более выгодную позицию для следующего удара. Не придумав ничего лучше, она оттолкнулась от стены и с криком: — «Мой наставник самый лучший на свете!!! Ясно тебе, гнида вонючая?!», — врезалась головой прямо в челюсть своему противнику.       Скрежет зубов отдавался треском в мозгу. Кровь заливала глаза.       Я здесь не сдохну, я здесь не сдохну, я здесь не сдохну, — крутилось в голове у Сэн Гу. Его противник тоже отхватил пару ударов, его единственный глаз заплыл и видеть он должен был ещё хуже, чем Сэн Гу, но свою булаву он держал всё так же крепко и уверенно. Следующий пропущенный удар был решающим или для одного, или для другого.       — Эй ты! Собрался помирать?! Я могу забрать тебя в свою раковину! — выкрикнул джинн, но Сэн Гу его не услышал.       Осклабившись, он прокричал:       — Я здесь не сдохну!!!       Глаза его полыхали дьявольской решимостью, неизвестно откуда взялись силы, он замахнулся, чтобы нанести противнику последний удар. Тот сделал ровно то же самое, оба были готовы убить или умереть.       Железная булава отлетела в сторону, а следом отлетел и её хозяин. В тот миг, когда его голова столкнулась с сияющей золотой дубиной, послышался громкий треск костей черепа и позвоночника. Сэн Гу без сил рухнул на колени. Всё было кончено. Он победил.       — Ну нет! Нет уж!!! — ведьма в маске вдруг набросилась на него и повалила на пол. — Ещё не кончено!       В руках она держала жаровню полную раскаленных углей и готова была высыпать эти угли прямо на лицо Сэн Гу.       — Я никогда не была красавицей! — яростно сипела она. — У меня был только мой голос!!! Только мой голос!!!       Это была та самая певица из театра Шуанхуа, что никогда не смотрела на сцену. Конечно, она знала что там происходит, но предпочитала не думать об этом. Что ещё ей оставалось в этой жизни? Где ещё она могла петь? Разве она творила все эти ужасы? Она даже не смотрела! Так почему же и ей досталось? Разве она заслужила?..       Она сильно обгорела, но осталась жива. Её горло пострадало от огня, поэтому она больше не могла петь. Она сама убила бы себя, что бы мне мучаться, но господин Ши Чэн, хозяин театра Шуанхуа спросил у неё — видела ли она того, кто устроил пожар. А она видела. Потому что впервые за всё это время посмотрела на сцену. Она видела этого ублюдка с шрамами на лице и другого — похожего на Бога смерти демона в чёрных одеждах. Господин Ши Чэн пообещал, что вернёт ей голос и исцелит тело, если она поможет ему найти виновников пожара. Она не знала, способен ли они на такое, но согласилась. Согласилась, потому что сама больше всего хотела мести.       Дрожащие руки так и не опрокинули чан с углем потому что в этот миг огненная алебарда смела её тело и рассекла его надвое.       Старое просоленное дерево неохотно давало побеги, но этого было достаточно, чтобы лозами создавать противнику помехи. А особые техники поддержки и исцеления храма Лазурного Древа, придавали Чжуан Шэнкаю сил. Он давно уже не чувствовал себя так легко и воодушевленно в бою. Казалось, сама мысль о Цин Шань и её поддержке делала его сильнее. Тем больше он корил себя за то, что так долго не вспоминал об этой невероятной женщине.       Сюань Юнь продолжал отчаянно бороться с ядом. Он был уверен, что ничего не осталось, но очередная стычка с Бай Ичжао показала, что угроза ещё не миновала. Ему хватило этих жалких крох не ощутимых остатков яда, которые со временем вывелись бы сами по себе, чтобы сковать Сюань Юня.       — Разумеется сейчас у меня нет такой власти, — продолжал увещевать Бай Ичжао. — Но у меня есть знания. Мне известно множество тайн, и я открою их тебе если станешь моим учеником. С тобой мы достигнем цели куда быстрее, чем с тем бесполезным мальчишкой. Прямо сейчас я готов променять его на тебя. Ведь это он тебе нужен? Тот, кто называет себя Старейшина Гуанминь?       — Ах, как сладки твои речи! — рассмеялся Чжуан Шэнкай. — Но отчего-то я не верю ни одно у твоему слову! Как ты мог заметить, я не гнушаюсь дружбы с демонами, но я привык полагаться на свою интуицию.       — Я говорил с ним, а не с тобой, — холодно отрезал Бай Ичжао, с лёгкостью отразив очередной удар огненной алебарды. — До тебя мне нет дела.       — Обидно, знаешь ли… — выдохнул Чжуан Шэнкай, продолжая теснить его ударами. — В таком случае, ты плохо осведомлён. Старейшина Гуанминь нужен мне, а не ему.       — Разве это единственное, что я предлагал? Я знаю, чего ты ищешь, Сюань Юнь! И я могу тебе помочь! Подумай хорошенько! Дракон Байцзинь — прародитель всех демонов!       Чжуан Шэнкай стиснул зубы, метнув взгляд на Сюань Юня. Он ведь не поддастся на эти уговоры? В конце концов, разве не этого он искал? Он сражался со старейшиной бок о бок с Чжуан Шэнкаем лишь затем, чтобы получить его знания, но если эти знания ему готовы предложить на блюде?.. Не наплевать ли ему на дружбу и честь? Да и на весь этот мир?..       Нужно было сразить этого Бай Ичжао как можно скорее, да только за время битвы он даже не запыхался. Он ничуть не уступал старейшине, а бросить все силы на битву с ним, означало — остаться без сил перед самой главной битвой. И какой в этом смысл? Если ещё и Сюань Юнь переметнется…       — Твои знания? — тихо усмехнулся Сюань Юнь. — Отправляясь в Ванъянь я действительно рассчитывал узнать что-то новое, и я узнал. Всё твоё существо несёт лишь смерть и разложение. Гниение — вот твоя сила. Ты — яд этого мира. А демоны, порождённые тобой лишь корм для тебя, не так ли?       Бай Ичжао тихо хмыкнул и нацелился на Сюань Юня, чтобы одним метким ударом добить его, но в этот момент на него обрушился шквал водяных клинков и послышался гневный оклик:       — Бай Шэ!!!