Как очистить историю перерождений

      Не успела отгреметь одна битва, как тут же началась другая. Ма Цинсюй проломил окно и выскочил наружу, налету отбивая ледяные копья. Это был необычный лед, он не таял при соприкосновении с огнём и обладал сокрушительной мощью. Доски вздыбились под ногами Ма Цинсюя, над головой, справа и слева возникли световые круги и заметались символы. Чжуан Шэнкай подоспел вовремя, чтобы помочь своему ученику отразить очередную атаку.       — Наставник! — прокричал тот. — Это Ши Чэн! Мастер техник!       Чжуан Шэнкай знал это имя. Еще две сотни лет назад в Цзянху прогремела слава этого самородка. Он был весьма способным, но слишком много времени уделял изучению всевозможных боевых техник. В результате и к пятидесяти годам он не достиг бессмертия. Постепенно его слава угасла и имя забылось. Кто бы мог подумать, что он станет последователем тёмного пути? Теперь, глядя на него, никто бы и не подумал что ему больше тридцати. По всей видимости он знал и использовал темные техник омоложения.       Мало того, что он был силен физически и очень быстр, так ещё и сыпал боевыми техниками, без перерыва атакуя противника. Когда битва перенеслась на площадь, люди бросились врассыпную, но стоило Ши Чэну взмахнуть руками, как все они — и бойцы и простые торговцы, застыли на месте, а затем развернулись и ринулись в атаку на заклинателей — кто с мечом, кто с шестом, кто с половником.       — Кукольный театр, — произнесла Цин Шань.       Одна из техник контроля тёмного пути. Она требовала высокого уровня духовной концентрации, чем больше людей она охватывала, тем слабее был контроль, но всё зависело от мастерства заклинателя. Ши Чэну удалось полностью подчинить несколько десятков человек. Разить их насмерть для последователя небесного пути было неприемлемо, из-за чего сражаться было еще сложнее.       — Я использую талисманы! — предложил Чжуан Шэнкай.       — Не трать время, — возразила Цин Шань. — Мне известна техника снятия контроля. Сосредоточься на главном противнике.       Сюань Юнь, не обращая никакого внимания на развернувшуюся битву, прорвался в разрушенное здание.       — Сэн Гу!       Он осмотрелся, но нашёл только Тао Сянмэй.       — Жива?       Она была довольно сильно избита, губы её окрасились кровью, на скуле наливался синяк, одежды изорваны, волосы в беспорядке. Она сидела в позе для медитации, стараясь унять бушующую Ци в своём теле. Сюань Юнь не стал её отвлекать и продолжил поиски.       — Сэн Гу!       Наконец, найдя его, Сюань Юнь поспешил к нему, но Сэн Гу, не обратив на него никакого внимания, выскочил через дыру в стене, прямо на площадь, где в самом разгаре гремела битва между заклинателями и последователем тёмного пути. Перехватив покрепче золотую булаву, Сэн Гу ринулся в атаку против Чжуан Шэнкая и Ма Цинсюя.       — Ах, дружище Сэн Гу попал под влияние его техники?! — воскликнул Чжуан Шэнкай.       Цин Шань избавляла людей от контроля, но Ши Чэн в тот же миг находил себе новых жертв, одновременно плетя атакующие заклинания.       — Тут другое! — воскликнула Цин Шань. — Его так просто не освободить!       Это была более сложная техника. Помимо прочего она высвобождала скрытые ресурсы человеческого тела, при этом заставляя игнорировать травмы и увечья. Сэн Гу двигался так быстро и бил с такой силой, что Ма Цинсюю пришлось несладко. В конце концов, он мог только обороняться, чтобы ненароком не ранить Сэн Гу. Чжуан Шэнкай без продыху отражал атаки боевых техник Ши Чэна, Цин Шань продолжала снимать контроль. Сюань Юнь применил призрачные оковы сначала к Сэн Гу, а затем и к Ши Чэну, но последний с лёгкостью скинул их.       По крайней мере удалось сковать Сэн Гу. Сюань Юнь ринулся к нему, чтобы унести его подальше от этого места и привести в чувства, но Ши Чэн снова нанес удар, отрезав ему путь, сформированной при помощи очередной магической техники преградой.       — Этот сопляк мой! — прорычал он и тоже бросился к Сэн Гу, чтобы схватить его и сбежать.       Ши Чэн догадался, что Сюань Юнь и есть тот демон в черных одеждах, о котором говорила его помощница. Изначально он планировал выманить его и убить, вместе с этим шрамированным мстителем, но дело приняло скверный оборот. Противник оказался сильнее, чем он ожидал, поэтому ему требовалось больше времени для подготовки, но нужно было хотя бы захватить заложника.       Он почти добрался до Сэн Гу, на доли мгновения опередив Сюань Юня, но в этот момент послышались слова, перекрывшие все крики, грохот и лязг оружия:       — Врата преисподней.       За спиной Ши Чэна из неоткуда выросли огромные врата, украшенные резьбой со сценами адских мук на различных кругах ада. Врата отворились, источая зловещую тёмную энергию и из проёма вырвались тяжёлые чёрные цепи. Острые крюки вонзились в плоть Ши Чэна, лишив его разом всех сил. Лицо его исказилось от боли и неподдельного ужаса.       — Нет… я не верю… — выдавил он. — Как ты нашёл меня?!.. Фань Линьдао!       — Фань Линьдао?.. — задумчиво повторил Чжуан Шэнкай.       На площадь перед Ши Чэном спустился его недавний попутчик — Фаньдао Линь. Или, как выяснилось — Фань Линьдао.       — Фань Линьдао — тот самый молодой и скандальный глава цензората! — воскликнул Чжуан Шэнкай. — Даже несмотря на такой глупый каламбур с именем, никогда бы не подумал, что это ты!       — Не так уж я и плох, да? — подмигнул тот.       — А эта техника… Врата преисподней — высшая мера наказания во времена эпохи Пяти небес. Эта техника была создана императором Шэн-ди и дарована семье Фань. Неужели ты из тех самых Фаней?       — Вы и впрямь хорошо осведомлены, — не стал отрицать Фань Линьдао. — Если позволите, мне нужно огласить приговор.       Он вновь повернулся к скованному цепями Ши Чэну.       — Указ императора. За незаконную, жестокую и аморальную деятельность под видом театра Шуанхуа, за приверженность тёмному пути и интриги против Его Величества и империи Сун, Ши Чэн приговаривается к немедленному низвержению в преисподнюю.       — Нет! Молю! — выпалил тот. — Линьдао! Линьдао!!! Это ошибка! Выслушай меня! Не будь таким холодным! Ведь мы с тобой…       С непроницаемым лицом Фань Линьдао отчеканил:       — Заточение.       Цепи крепко стянули тело Ши Чэна, переламывая его кости, и утянули его во врата. Тяжёлые створки сомкнулись и вся эта величественная конструкция плавно погрузилась в небытие.       — Моя работа здесь окончена, — с видом возвышающегося над простыми смертными вершителя судеб холодно произнёс Фань Линьдао. Затем он повернулся к Чжуан Шэнкаю, улыбнулся, потер ладони и спросил: — Не займете деньжат на обратную дорогу?       Возвышаясь над всеми на террасе Фэнчао в Центральном дворце плавучего города две подруги наслаждались ароматным чаем.       — Что там за шум? — поморщилась одна, увидев дым от сражения вдали.       Чёрное сердце моря было огромным и обладало сложной многоярусной структурой. Даже с самой высокой точки нельзя было рассмотреть всех его уголков.       — Если что-то важное, мне доложат, — ответила вторая. — Эти отбросы каждый день бушуют, ничего нового. Чем больше народу из Цзянху прибывает, тем больше распрей.       — В этот раз громче, чем обычно.       — Если и перейдут черту, мои люди разберутся.       — Главнокомандующая! — на террасу вбежал подчинённый и упав на колено, поклонился. — Срочное донесение!       — Говори, — отставив чашку, позволила одна из женщин.       Она была очень красива, но одевалась и убирала волосы как мужчина. Это была главнокомандующая Цзе.       — Бай Ичжао и Ши Чэн убиты.       Видно было как напряглись его скулы, когда он произносил эти слова. За такие новости гонца могли и убить.       — Оба? — спросила вторая женщина.       Она носила белые одежды и шёлковую вуаль на лице. Внешне она напоминала святую деву из легенд, но за глаза её называли ведьмой и побаивались. Она была известна на Черном сердце моря как ведьма Гуанминь.       — Что за вздор?! — вспылила главнокомандующая, швырнув чашку на пол. Фарфор разлетелся на множество осколков. — Как они оба могли умереть?! Ши Чэн… Кто его убил?!       Не было никаких сомнений, что в первую очередь она поинтересуется этим мужчиной. Пусть между ними и не было официальных отношений, но многие знали, что он был её фаворитом. В последний раз он оплошал в столице, поэтому она запретила пускать его во дворец и игнорировала… И все же он занимал особое место в её сердце. Она собиралась простить его и сделать Хэйсинь следом за собой.       — Его настиг глава цензората Фань Линьдао, — сообщил подчинённый.       — Глава цензората?! Как он сюда проник?! И чем вы там занимаетесь?!       — Этому ничтожному нет прощения, главнокомандующая! Я немедленно прикажу казнить всех, кто виноват и причастен!       — Даже если так… Ши Чэну больше двух сотен лет! Он на уровне непревзойденного мастера! Как какой-то выскочка сумел его одолеть?! Кто он такой?!       — Он применил таинственную и поистине ужасающую технику — на площади появились врата в преисподнюю и после оглашения приговора, цепи утащили Ши Чэна прямо в ад!       — Что?!       — А, — подала голос ведьма. — Так он из тех самых Фаней.       — И что это значит? — спросила главнокомандующая.       — Карательная техника эпохи Пяти Небес, созданная императором Шэн-ди и дарованная семье Фань. Она ультимативна, никому не уйти и не избежать наказания. Но есть условие — применить её можно лишь по императорскому указу. Не думал, что это будет работать и с другими императорами.       — А его тело? — с надеждой спросила главнокомандующая. — Неужели даже тела не осталось?..       — Боюсь, что нет… — подтвердил подчинённый.       — Верно, эта техника низвергает в преисподнюю и тело и душу, — произнесла ведьма. — Но на Хэйсинь, и уж тем более на Бай Ичжао она бы не подействовала. Что же произошло с ним?       — Бай Ичжао был убит Бессмертным мастером из ордена Десяти Тысяч Мечей — Цзин Шэ.       — Цзинь Шэ? — переспросила ведьма. — Ха. Неужели он управился в одиночку?       — Нет, там были и другие заклинатели, мы их ещё не опознали. Двое мужчин и одна женщина. У одного из них была большая разноцветная птица.       — Птица?       — Да… говорящая. Она летала повсюду и выкрикивала невпопад всякую ерунду.       — Не трудитесь, — произнесла ведьма. — Я знаю хозяина этой птицы.       — Тот, о ком ты предупреждала? — спросила главнокомандующая.       — Двое мужчин и женщина… один из них — это Чжуан Шэнкай, второй, вероятно, его ученик Ма Цинсюй. Женщина… я слышал, он нашёл себе ученицу. Значит, ученик и ученица. А что насчёт Сюань Юня? Стал бы Цзинь Шэ сотрудничать с Сюань Юнём? После истории со своим братом, а затем и с наследным принцем… он ненавидит Хэйсинь. Мог ли Чжуан Шэнкай променять Сюань Юня на Цзинь Шэ? — рассуждения превратились в бормотание, которое трудно было разобрать.       — Главнокомандующая, есть еще кое-что, — произнёс подчинённый. — Не знаю важно ли это…       — Говори.       — Карась вернулся на Чёрное сердце моря.       Глаза главнокомандующей Цзе невольно расширились.       — Он… жив?       — Есть неподтвержденные сведения, что он как-то связан со смертью Ши Чэна.       — Найти, — приказала главнокомандующая. — Но не убивать. Притащите его ко мне живым.       — Есть! — отчеканил её подчинённый и умчался прочь.       — Не разменивайся по мелочам, — посоветовала ведьма и встала из-за стола. — Отправь людей проверить узлы магического построения и выставь побольше охраны. Мне нужно подумать.       Она неспеша удалилась, оставив главнокомандующую наедине со своими мыслями, и направилась в свои покои. Миновав ничем непримечательные дворцовые двери, она словно попала в перевёрнутый мир. Звёздное небо простиралось под ногами, а сверху нависали каменные своды пещеры. Прямо над космической бездной простиралась платформа из белого нефрита, а в центре этой платформы росло огромное золотое дерево. Корни его не уходили в землю, а свисали вниз с платформы. Трудно было представить нечто подобное внутри дворца плавучего города посреди бескрайнего моря.       Старейшина Гуанминь направился к дереву, в руке его появились чётки, украденные из аукционного дома «Нефритовое благоденствие». Благо этот бесполезный кусок драконьего дерьма успел передать их, прежде, чем сдохнуть. Старейшина подкинул чётки и мановением руки направил их к стволу дерева.       Подойдя достаточно близко, можно было увидеть выточенную из ствола человеческую фигуру. Худощавого юношу с длинными волосами, руки и ноги которого утопали в стволе, будто мастер ещё не окончил работу. Вот только этот юноша был наполовину живой. Когда чётки коснулись его груди, он глубоко вздохнул. Деревянные бусины вросли в его тело и растворились в нем. Старейшина Гуанминь подошёл ближе и коснулся его щеки.       — Ань Хэ, — позвал он. Юноша медленно приоткрыл глаза. Один его глаз блеснул тёмным золотом, а другой оказался светло-голубым. Увидев это, старейшина поджал губы и едва сдержался, чтобы не выцарапать эти глаза.       Он отвернулся.       — Ну почему у тебя опять его черты?! — раздражённо выдавил он. — Я ведь знаю, что это ты. Я не могу ошибаться!       Он глубоко вздохнул, затем выдохнул, помолчал ещё какое-то время, и только тогда произнёс:       — Ничего. Я взращу тебя, а потом найду для тебя более подходящий сосуд. Ань Хэ… Я все исправлю.       Сэн Гу очнулся в холодном поту и в ужасе отпрянул от того, кто обнимал его во сне. Ему потребовалось, некоторое время, чтобы понять, кто перед ним. Сюань Юнь сонно открыл глаза и взглянул на него. Было темно, но при лунном свете его немного растерянное спросонья лицо казалось ещё прекраснее.       — Как ты? — наконец, спросил он. — Тебе досталось… у тебя растяжение и трещина в ребре. Повезло, что череп крепкий.       Сэн Гу прислушался к своим ощущениям и попытался восстановить в памяти события прошедшего дня. Прошёл ведь… только один день?       — Тот человек… — произнёс он.       — Отправился в ад, — немедленно сообщил Сюань Юнь, поняв его с полуслова. — Раз уж проснулся, выпей лекарство.       Он встал, зажёг свечу, перемешал угли в жаровне, открыл свой инвентарь и принялся готовить лекарственный отвар.       — А… — Сэн Гу не знал, что чувствует и как следует реагировать на это известие, но Сюань Юнь и не ждал от него никакой реакции. — Как Тао Сянмэй?       — Она в порядке. Совершила прорыв.       — П-правда?.. Она молодец.       Сэн Гу был искренне рад за неё.       — Только сама она считает, что ничем не отличилась, — произнёс Сюань Юнь. — И даже, кажется, немного тебе завидует.       — Мне? — удивился Сэн Гу. — Завидует?       — Да. Ты одолел превосходящего противника.       — Но я ведь не совершил прорыв…       — А ты уверен? — неожиданно спросил Сюань Юнь.       — Что ты хочешь этим сказать? — уточнил Сэн Гу.       Сюань Юнь немного помолчал, обдумывая свой ответ, затем произнёс:       — Когда мы впервые встретились, я с уверенностью мог сказать, что тебе не стоит тратить время на развитие основы духа и внутренней ци, лучше сосредоточиться на боевых навыках. Но теперь я уже не уверен.       Он передал Сэн Гу пиалу с отваром и сел рядом с ним на кровать. Тот глубоко задумался и сам не заметил, как опустошил пиалу.       — Ты думаешь, я могу достигнуть бессмертия? — наконец, спросил он.       — Если ты этого хочешь, — Сюань Юнь забрал у него пустую пиалу и отставил её в сторону, затем уложил его на спину, а сам лёг рядом и положил руку ему на грудь, коснувшись того места, где располагался средний даньтянь. — Движение ци в твоём теле изменилось, я это чувствую. Возможно на тебя так повлияли руины Ванъяня, Раковина снов или остров Кунь. Если хочешь узнать больше, обратись к Чжуан Шэнкаю, он куда лучше разбирается в таких вещах и любит раздавать советы по совершенствованию, поэтому не стесняйся спрашивать его.       — Он уже предлагал мне стать его учеником, — признался Сэн Гу.       Тепло от ладони Сюань Юня разливалось по всему его телу. Он уже привык, что любое тесное взаимодействие с этим демоном, доводит его до грани, но в этот раз он чувствовал лишь безграничное умиротворение и любовь.       — Так соглашайся, — произнёс Сюань Юнь. — Встретить непревзойдённого Бессмертного мастера с его опытом и стать его учеником это большая удача. Даже если твоё духовное основание противоречит его, он всё равно сможет многому тебя научить.       — А что насчёт того артефакта, который дарует бессмертие?.. — осторожно поинтересовался Сэн Гу.       — Демоническое сердце? — уточнил Сюань Юнь. — Оно дарует не бессмертие, а проклятье. К тому же воспользоваться им сможет лишь тот, кто уже взрастил духовное ядро. Забудь о нём. Следуй Небесному пути. Даже если будет тяжело и уйдёт много времени.       — Неужели темный путь так плох? — спросил Сэн Гу. — Разве с ним не получится развиться быстрее? Тот одноглазый, с которым я дрался, стал намного сильнее всего за несколько месяцев.       — Такое развитие требует огромных жертв, — пояснил Сюань Юнь. — Не только чужих жизней, но и твоей собственной. Даже если тебе не претит путь убийцы или ты надеешься опираться на какие-то принципы и убивать лишь тех, кто заслуживает смерти, тебе придётся пожертвовать годами собственной жизни, и если ты не успеешь достичь бессмертия за отведённый срок, тебя ждёт преисподняя. Последователям тёмного пути уготована высшая мера наказания, можно не надеяться на скорую реинкарнацию и счастливую новую жизнь.       Сэн Гу глубоко задумался. Если его продвижение по Небесному пути будет слишком медленным, рискнёт ли он? Так ли страшна преисподняя, если это цена за время, проведенное с Сюань Юнем?       — Не думай об этом, — произнес Сюань Юнь. — Когда покинем это место, тогда и подумаешь. Поспи.