Как очистить историю перерождений

      — ПОМОГИ!       Лань Цюань привык ко всякому, но такое даже его заставило вздрогнуть от неожиданности и крепче сжать пальцы на метле. Его глаза расширились, а зрачки сузились когда перед ним вдруг появилось ужасающее лицо призрака. Терзаемый болью и страхом, он успел прохрипеть лишь мольбу о помощи, затем, взявшиеся из ниоткуда, черные нити опутали его и утащили вглубь дома… Лань Цюань помешкал немного, но все же решился проследить за ним. Он увидел, как черные путы волокут призрака вверх по лестнице, туда, где располагались комнаты хозяев… Лань Цюань взбежал следом и застыл перед восточной комнатой, принадлежавшей загадочному Сюань Юню. Прямо сквозь закрытую дверь черные путы втащили призрака в эту самую комнату и все стихло.       — Сяо-Цюань? — Из западной комнаты вышел Чжуан Шэнкай. — Доброе утро. А ты чего здесь?.. Подметаешь?       Лань Цюань все так же сжимал в руках метлу и не отрываясь смотрел на дверь. Чжуан Шэнкай тоже как будто посмотрел в том же направлении сквозь ленту на глазах.       — Что там? — поинтересовался он. — Что ты видишь?       — Чем он там занимается? — задал ответный вопрос Лань Цюань.       — А на что похоже? — продолжил игру Чжуан Шэнкай.       Лань Цюань подумал немного, а затем ответил:       — Пытки.       — О…       Чжуан Шэнкай ожидал более расплывчатого ответа, однако то, что он услышал застало его врасплох.       — Вот как ты это видишь…       Конечно, он всегда понимал, что эксперименты Сюань Юня это, своего рода, преступление против небес, но закрывал на это глаза из-за их с Сюань Юнем соглашения. Он утешался тем, что после этих экспериментов, если уж они проводились в его присутствии, он лично следил за упокоением душ, да и Сюань Юнь бережно относился к своим подопытным — не вредил их телам, а после обеспечивал им достойные похороны, каких они не увидели бы в иной ситуации. Но каково было этим несчастным душам в течение семи дней, пока их терзала мелодия двухструнного циня?       Пытки. Вот как это охарактеризовал Лань Цюань.       — Ты, наверное, думаешь: почему этот даос не вмешается? — тихо спросил Чжуан Шэнкай, не сумев скрыть чувство вины в голосе.       — Меня это не касается, — бросил Лань Цюань, развернувшись и направившись к лестнице. — Пытки, так пытки — подумаешь.       — Даже если эта несчастная душа не заслужила страданий? — уточнил Чжуан Шэнкай.       Лань Цюань на это ответил лишь:       — Нет таких душ. На всё воля небес. Если небеса послали этой душе страдания, значит, она их заслужила.       — Вот уж не думал, что ты так ревностно веруешь в волю небес, — Чжуан Шэнкай последовал за ним.       — А что мне остается? Даже моя смерть уже предрешена.       — Сюань Юнь бы с тобой поспорил. Если ты расскажешь ему о своей предрешенной смерти, он несомненно попытается тебя спасти. Он уверен, что небеса не властны над ним.       Лань Цюань вздохнул.       — Чтобы избавиться от власти небес, нужно, по меньшей мере, испепелить небеса.       — Вот как? — Чжуан Шэнкаю невольно вспомнилась древняя легенда о бедствии, которую ему поведал один маленький джинн. — Скажи… Знаешь ли ты такие истории?       — Это всего лишь метафора, — произнёс Лань Цюань. — Не желаешь следовать правилам, измени их. Да только кому такое под силу, когда речь идёт о самих небесах?       К полудню в ритуальное бюро явилась женщина с просьбой уладить дело со злым духом. По ее одежде и манере говорить Лань Цюань сразу же понял, что перед ним хозяйка публичного дома. Провинциального публичного дома. Хоть она и была одета по последней моде, и даже со вкусом, ей не хватало утонченности.       Она представилась — мадам Хэ.       Еще с порога эта женщина заприметила очень красивого юношу с изысканными манерами и прежде, чем рассказать о своей проблеме, начала обхаживать его.       — Ах, я слышала, что в нашем маленьком городке появился еще один бессмертный мастер!       — Этот недостойный всего лишь ученик, госпожа, — мягко ответил Лань Цюань, наливая ей чай.       — Ах ученик? — проворковала та. — Быть может, еще не поздно сменить учение? Даочжан! — она повернулась к Чжуан Шэнкаю и похлопала длинными ресницами. — Уступите мне этого ученика! К несчастью вы не можете оценить его красоту из-за вашей слепоты, но можете мне поверить — он создан вовсе не для дао! Он создан для любви!       — Благодарю госпожу за высокую оценку красоты этого недостойного, но вам следует знать, что этот недостойный — евнух.       — Е-евнух?.. — воскликнула мадам Хэ. — Неужели совсем?.. Ах… досадно… Однако и такой изъян можно превратить в пикантную особенность!       — Госпожа, этот ученик не только красив, но и весьма одарён талантом в совершенствовании, не надейтесь, что я уступлю его вам, — вмешался Чжуан Шэнкай.       — Ах… Как я вас понимаю… И всё же!       — Госпожа, вы ведь явились сюда не ради моего ученика?       — А? И правда! — вспомнила та. — Совсем не ради него. Однако от такой красоты всю память отшибло! Вы только подумайте как он хорош!       — Я даже не сомневаюсь. И всё же давайте перейдем к делу, — вежливо напомнил даос.       — Ах да! — встрепенулась мадам Хэ. — Призрак! Прошу вас упокоить призрака, бушующего в Доме Лилии.       — Расскажите подробнее, — попросил даос. — Как этот призрак себя проявляет?       — Сперва служанки стали шептаться, мол, в комнате Шан-Шан слышен вой, хоть она и пустует. Затем там нашли разбитые духи и пудру рассыпанную по всей комнате. Я отругала новенькую служанку, думала это она такая криворукая… А затем произошло страшное! Семь дней еще не прошло, но комнат не хватало и Мань-Мань повела гостя в комнату Шан-Шан. Когда они приступили к делу, тут-то призрак и вселился в Мань-Мань! Она начала трястись, завывать и истекать кровью! До смерти перепугала гостя… Ах, такой кошмар! Мы с трудом ее откачали, но она все еще в ужасном состоянии… Она одна из лучших моих девушек, я не могу просто вышвырнуть ее… Надеюсь она сможет вскоре вернуться к работе… Но самое главное — это повторилось на следующую ночь, но уже в другой комнате и с другой девушкой! Так у меня работниц не останется! Девушки боятся работать! Они уверены, что это призрак Шан-Шан!       — Что же случилось с Шан-Шан? — выслушав это сумбурное повествование, терпеливо поинтересовался Чжуан Шэнкай.       — Она умерла! — выдала мадам Хэ и без того очевидный факт.       — Это я уже понял, — вздохнул даос. — Как именно она умерла?       — Ах, это так ужасно… Бедняжка была убита за день до свободы. Она почти полностью рассчиталась со мной и собиралась покинуть Дом Лилии, ей оставалось обслужить последнего клиента… Но ведь она умерла не в своей комнате и даже не в нашем доме! Её убили в какой-то подворотне! Я запрещаю им шляться по городу, но разве за ними уследишь? У меня не так много слуг, я не из тех хозяек, что целыми днями прохлаждаются и только считают прибыль. Я тружусь не покладая рук, чтобы у этих дурочек было всё необходимое!       — А убийцу поймали? — спросил Чжуан Шэнкай.       — Не поймали… — вздохнула мадам Хэ. — Этого негодяя еще не нашли. Офицеры судебной палаты никуда не годятся… Вот если бы делом занялся сам магистрат, он мигом бы навел порядок! Вы знакомы с магистратом Чу?       — Имели честь свести знакомство.       — Такой молодой и уже магистрат! Пусть и в нашем захолустье и все же чин есть чин. Поговаривают, правда, что дело в его родственных связях — он связан родством с императорской семьей. Кажется какой-то там сын наложницы принца. Конечно не императора, и все же кровь — не вода. Талантлив он или бездарен — трудно сказать, кто-то его расхваливает, а кто-то ругает, но кое в чем мнения сходятся — его побаиваются.       — Госпожа, — мягко вмешался Лань Цюань. — Вы слишком вольно обращаетесь с информацией.       — Называешь меня сплетницей, мальчишка? — возмутилась та.       — Сплетни могут стать оружием и поэтому они дорого стоят. Не разбрасывайтесь жемчугом понапрасну.       — Ах! — мадам Хэ была поражена его словами. — Даочжан! Мне необходим этот юноша! Я сделаю его своим советником!       — Какое скорое повышение, — с улыбкой подметил Лань Цюань.       Чжуан Шэнкай задумался о другом. «Разбрасывать жемчуг» — давно он не слышал эту идиому. Она возникла в эпоху Пяти Небес, так говорили о некой знатной женщине, ловко манипулирующей фактами при помощи сплетен и слухов. Это выражение забылось с падением империи Сяньюань, как и многое другое кануло в лету. Удивительно, что в царстве Юэ кто-то использовал его после сотен лет забытья. А может, это лишь совпадение? Может быть, то же самое выражение возникло само по себе при иных, но схожих обстоятельствах? Или же Лань Цюань услышал его от призраков?       — Что ж, — вернулся к обсуждению Чжуан Шэнкай. — Как бы то ни было нам следует упокоить душу несчастной девушки, а если удастся выяснить что-то о её убийце, мы передадим эти сведения магистрату.       — Хорошо! — обрадовалась мадам Хэ. — В таком случае жду вас в Доме Лилии! Чем скорее, тем лучше!       Несмотря на пожелание заказчицы, Чжуан Шэнкай не отправился в назначенное место немедленно, а занялся другими делами, вернувшись к этому делу лишь к вечеру.       — Не лучше ли было заняться этим днём? — спросил Лань Цюань. — Пока в Доме Лилии безлюдно.       — Ну и какой же в этом смысл? — не согласился Чжуан Шэнкай. — Нам всё равно не удалось бы выманить призрака раньше времени.       — Раньше времени?       — Я говорю о времени, когда девушки уединяются с гостями в комнатах.       — Думаете Шан-Шан появляется только в вечернее время?       — Призраков удерживают на земле самые разные причины, но чаще всего их можно отнести к двум категориям. Первая — это жажда отмщения. В этом случае призрак привязывается к человеку, месту или предмету, так или иначе, связанному с его гибелью. Вторая — незавершённое дело. Теперь подумай сам. Всё достаточно очевидно.       — Я понял, — кивнул Лань Цюань. — Шан-Шан была убита в подворотне, но её призрак появляется в Доме Лилии. Значит, дело не в мести, а в незавершенности. Судя по рассказу мадам Хэ, дело, которое Шан-Шан не успела завершить — это последняя ночь с клиентом, после которой она обрела бы свободу.       — Совершенно верно, — похвалил Чжуан Шэнкай. — По той же причине она попыталась овладеть телами своих сестриц, вот только им оказалось не под силу выдержать такую концентрацию тёмной ци.       — Вы хотите поймать её когда она попытается завладеть телом ещё одной девушки? — догадался Лань Цюань.       — М-м-м… Не совсем, — Чжуан Шэнкай хитро улыбнулся. — Сяо-Цюань, я бы хотел попросить тебя стать для нее временным сосудом.       Лань Цюань ничего не ответил, лишь бросил на него неоднозначный взгляд.       — Знаю-знаю! — рассмеялся Чжуан Шэнкай. — Просьба обескураживает. Однако, я думаю тебе будет проще совладать с призраком Шан-Шан и удержать ее, пока я буду проводить ритуал.       — Вы полагаете, это сработает потому что я — евнух? — уточнил Лань Цюань.       Ответа он не дождался, Чжуан Шэнкай неожиданно переключился и окликнул человека в толпе.       — Дружище Сюань! Какая встреча! Неужто с твоими делами покончено?       Увидев этого мужчину Лань Цюань и сам позабыл о своем вопросе. Это был один из тех редких случаев, когда самообладание подводило его.       «Он оставил после себя воду… чтобы я прибрался за ним? — лезли в голову навязчивые мысли. — Он принимает меня за слугу или… Он оставил воду, чтобы… А яблоко?».       — Я ходил на рынок. У меня закончилась куриная кровь, — пояснил Сюань Юнь. — И яблоки.       Лань Цюань вздрогнул.       «Кровь для его чудовищных экспериментов, а яблоки… для меня?».       Кончики его ушей покраснели.       — Как удачно! — воскликнул Чжуан Шэнкай. — Дружище Сюань, если ты пойдешь с нами, Шан-Шан непременно клюнет!       — Шан-Шан? — переспросил Сюань Юнь.       — Вы что задумали? — не сдержался Лань Цюань.       — Ты ведь уже догадался, — усмехнулся Чжуан Шэнкай.       — Это всё точно необходимо? Вы не можете поймать призрака каким-то иным способом?       — Дай подумать… Могу, хотя это и более хлопотно, но если ты не хочешь, ничего не поделать.       Лань Цюань поджал губы.       — Ладно, помогу, — хмыкнул он и покосился на Сюань Юня.       — Что нужно делать? — спросил тот.       — Идём с нами, на месте объясню! — радостно пообещал Чжуан Шэнкай.       Мадам Хэ уже собиралась послать служанку за этим даосом, когда он, наконец, объявился, а с ним ещё два красавца! Какое же прекрасное это было зрелище — не только девушки, но и мужчины не могли удержаться, чтобы не посмотреть.       Даочжана Чжуан Шэнкая все местные давно знали. Девушки повадились бегать к нему за предсказаниями, когда мадам Хэ поймала одну из них с поличным, она устроила грандиозный скандал. Чтобы уладить ситуацию Чжуан Шэнкай пообещал раз в месяц навещать девушек в Доме Лилии, так и повелось. Хоть он и выглядел как белая ворона, все к этому уже привыкли, а девушки заметили, что лицом он очень даже хорош. Появилось поверье — тот кто увидит этого даоса без ленты на глазах и будет удостоен его взгляда, получит благословение небес. В Доме Лилии девушки даже затеяли игру в день его визита, пытаясь украдкой стянуть с него ленту, но ещё ни одной это не удалось.       Даочжана Сюань Юня можно было увидеть так редко, что встреча с ним сама по себе считалась большой удачей. О нем мало что было известно, но время от времени в продаже появлялись чудодейственные средства его изготовления, и они пользовались большим спросом. Настолько большим, что была внедрена система предзаказа, но даже в этом случае количество было ограничено. Сюань Юнь всегда носил чёрное и поэтому они с Чжуан Шэнкаем смотрелись рядом особенно впечатляюще — как чёрный и белый духи смерти.       И наконец, третий красавец — свежая кровь, юный ученик мастера. Он появился совсем недавно, но о нем уже ходило немало слухов.       — До чего же красив… — шептались девушки, пожирая его любопытными взглядами.       — Жаль, что евнух…       — Я тоже об этом слышала, но что если это просто сплетни?       — Вот бы проверить! Разве может исходить от евнуха такая мощная энергия страсти?       — Тот кто его оскопил попадёт в ад на десять тысяч лет! Это же преступление против небес!       В одеждах этого евнуха преобладал красный цвет из-за чего рядом с двумя мужчинами в черных и белых одеждах он смотрелся необычайно ярко, точно цветок паучьей лилии среди сажи и пепла.       — Посчастливилось же сегодня повстречать всех троих!       Одна из девушек, проходя мимо, споткнулась и потеряла равновесие, случайно уткнувшись в грудь Лань Цюаню.       — Ах… П-простите… — смущенно пролепетала она.       — Барышня, вы не ушиблись? — учтиво спросил Лань Цюань.       — Сю-Сю! Вот хитрая лиса! — зашипели ее сестрицы.       — Ах… Все хорошо! Благодарю доброго господина! — кротко улыбнувшись произнесла она. — Позвольте в знак благодарности налить вам троим вина.       — На всех троих позарилась?! — продолжали возмущаться другие девушки.       Сюань Юнь смерил ее холодным безразличным взглядом, а Чжуан Шэнкай произнес:       — Барышня Сю-Сю очень любезна, но мы пришли к Шан-Шан.       — К Шан-Шан?.. — переспросила Сю-Сю. Ей понадобилось некоторое время, чтобы осознать смысл услышанного. — Ах!       — А ну не путайся под ногами! — прикрикнула на нее подоспевшая мадам Хэ. — Почтенные даосы пришли по делу!       Сю-Сю убежала прочь под ехидные смешки своих сестриц, а хозяйка поторопила гостей:       — Я вас заждалась! Что же вы так долго?!       — Всему свое время, — пространно ответил Чжуан Шэнкай. — Отведите нас в комнату Шан-Шан.       Оказавшись на месте, он бегло изучил обстановку.       — Темная ци сосредоточена здесь, это хорошо. Хоть дух и может покидать свою территорию, когда обретает полную силу, все же он привязан к этому месту, а значит можно его здесь запечатать.       — Запечатать? — встревоженно переспросила мадам Хэ. Ей, конечно же, не хотелось заколачивать комнату, отдав ее в вечное пользование призраку.       — Только на время, пока мы не избавимся от духа, — пояснил Чжуан Шэнкай. — Положитесь на нас и ни о чем не тревожьтесь. К утру дело будет сделано.       — К утру?.. — раздосадовано переспросила мадам Хэ, но немедленно встрепенулась и воскликнула: — Ах! Поняла! Конечно-конечно! Делайте свое дело! Дайте знать если вам что-то понадобится.       Хозяйка умчалась, а даосы принялись за дело. Войдя в комнату, в первую очередь Чжуан Шэнкай наложил на все стены защитные талисманы, чтобы призрак не ускользнул, а затем принялся разжигать благовония.       — И зачем тебе понадобилась моя помощь? — снова спросил Сюань Юнь.       — Ты будешь приманкой, — не стал ходить вокруг да около Чжуан Шэнкай. — Шан-Шан погибла не обслужив последнего клиента и из-за этого не может упокоиться с миром. Она овладевает телами других девушек, когда они со своими гостями, но они не выдерживают влияния ее темной ци, в результате чего она не получает желаемого — такой вот замкнутый круг.       — Так ты хочешь, чтобы я исполнил роль последнего клиента? — догадался Сюань Юнь. — А кто же будет сосудом?       — Доброволец прямо перед тобой, — произнес Чжуан Шэнкай.       Лань Цюань с большим трудом сохранил лицо и не отвел стыдливо глаза в сторону, когда Сюань Юнь посмотрел прямо на него. Он ведь и в самом деле на это согласился.       — Разве это не должна быть женщина? — уточнил Сюань Юнь.       — Лань Цюань — евнух, — пояснил Чжуан Шэнкай. — Инь и Ян в его теле находятся в идеальном балансе. Учитывая условия, которые мы создали, у Шан-Шан не останется выбора.       — Разве уровень его духовной концентрации достаточно высок, чтобы держать ситуацию под контролем? — задал еще один вопрос Сюань Юнь.       — Ну разумеется нет, — ответил Чжуан Шэнкай. — Держать ситуацию под контролем будем мы с тобой. Я спрячусь за ширмой и скрою свое присутствие, а вы должны будете исполнить роли любовников. Как только Шан-Шан объявится, я сразу же захвачу ее и проведу обряд упокоения.       Сюань Юнь пристально посмотрел в глаза Лань Цюаню.       — Ты точно осознаешь риски? — спросил он. — Если что-то пойдет не по плану это может быть болезненно.       — Тогда ты просто дашь ему немного своего эликсира, — весело заявил Чжуан Шэнкай, в очередной раз смутив Лань Цюаня.       С трудом сохранив лицо и стараясь не думать о каком таком эликсире идет речь, Лань Цюань решительно произнес:       — Мне не привыкать к боли. Бессмертный мастер Чжуан спас мою никчемную жизнь, я обязан отплатить ему.       — Ах, какая самоотверженность! — усмехнулся Чжуан Шэнкай.       Если бы эти двое могли обмениваться мыслями, они засыпали бы друг друга колкостями, воздух между ними искрился, от повисших в нем невысказанных фраз:       «А вы, даочжан, затейник».       «Позже поблагодаришь».       «Любите наблюдать со стороны?».       «Ты, главное, не забывай, что мы здесь по делу».       — Что ж, — прервал их безмолвную перепалку Сюань Юнь. — Давайте покончим с этим поскорее.