Как очистить историю перерождений

      Лэй Цзы правил лошадьми, в то время как в экипаже расположились четверо — Сюань Юнь, Лань Цюань, Чу Цзюань и Вэй Цимин. Последний места себе не находил от беспокойства.       — Неужели последователи темного пути расположились во владениях генерала?.. Уму непостижимо! Надеюсь, с моей сестрой и ее мужем все в порядке…       — Не накручивайте себя, — произнес Чу Цзюань. — У нас только одна жертва, связанная непосредственно с поместьем. Хорошо, если получится найти хоть какие-то зацепки.       — И все равно у меня сердце не на месте… — продолжал вздыхать Вэй Цимин. — Дурное предчувствие…       Сюань Юнь и Лань Цюань сидели рядом, но будто порознь. Каждый смотрел в свое окно, оба молчали. Было в этом что-то странное. Раньше, когда Чу Цзюань видел их вместе, ему показалось, что они довольно дружны и даже более чем дружны… Если они находились в одном помещении, то Лань Цюань не спускал с Сюань Юня глаз и старался держаться поближе, теперь же — даже не смотрел в его сторону. Разругались?       Дорога до места где было найдено тело мальчишки занимала по меньшей мере полтора часа в хорошую погоду. Ехать нужно было через лес, а потом еще идти по бездорожью. Его нашли охотники в глухих дебрях. В отличие от парочки из той деревушки, которую оставили на виду… Убийца хотел чтобы парня и девушку нашли и похоронили родные, а вот мальчика он спрятал. Потому что он из поместья Сяо? Не хотел, чтобы следствие вышло на поместье? Неужели последователи тёмного пути и в самом деле скрываются под носом у генерала? А может быть, и сам генерал?..       Вэй Цимин трещал без умолку. Рассказывал о сестре и ее муже, об их новорожденном ребенке. А еще упомянул, что у генерала Сяо скоро день рождения и потому в поместье должна собраться вся родня. В Малом Запретном Городе и так всегда полным полно народу, а когда возвращаются все, кто уезжал на учебу или службу, покинувшие отчий дом дочери со своими мужьями и детьми, съезжается родня всех принятых в дом супруг — в этом огромном поместье становится даже тесно… Сейчас, стало быть, как раз такое время.       Дорога стала ухабистой и экипаж начало трясти. Каждый раз, когда колеса налетали на кочку, все, кто сидел внутри подскакивали на своих местах. Особенно хорошо это получалось у Лань Цюаня. Возможно потому, что из всех собравшихся он был самым тонкокостным и, следовательно, самым легким. А может быть из-за того, что скамейка именно с его стороны оказалась плохо закреплена и на каждой кочке с характерным грохотом подбрасывала евнуха выше других.       Чу Цзюань отчаянно косил взгляд и не понимал — все остальные только делают вид или действительно не замечают как это выглядит? Эти подскакивающие напряженные плечи и покачивающийся подбородок… это сбивающееся дыхание и легкий румянец… немного затуманенный взгляд.       — Остановитесь! — вдруг потребовал Лань Цюань, зажав рот рукой. — Меня сейчас… Вырвет!       Во время вынужденной остановки Чу Цзюань был готов расшибить голову о ствол ближайшего дерева. Какого дьявола на него нашло?! Что за безумные фантазии?! Это все — те картинки, попавшие ему на стол несколько дней назад… Похабные изображения разошедшиеся среди низших чинов, на которых, будто нарочно, совершенно не угадывался пол главной фигуры всех действий… Было достаточно очевидно, кто вдохновил художника, из-за чего популярность этих картинок вызывала еще большее беспокойство.       Лань Цюань скрылся в лесной чаще, но вскоре вернулся. Вид его был безупречным, будто ничего не произошло.       — Едем, — коротко бросил он.       Экипаж тронулся с места и продолжил путь по ухабистой дороге.       — Вот, — порывшись в рукаве, Сюань Юнь достал из него небольшую коробочку, в коробочке оказались свежие, будто только что сорванные листья какого-то растения, и только очень внимательный человек заметил бы на внутренней стороне крышки особые знаки. — Возьми один лист и разжуй, это избавит от тошноты, — предложил он Лань Цюаню.       — Не нужно, — отказался тот. — Все в порядке.       Сюань Юнь не стал настаивать и убрал коробочку, Лань Цюань держался стоически, но в какой-то момент, в очередной раз подскочив на кочке, все же не выдержал, зажал рот рукой и попросил о еще одной остановке.       — Этак мы только к вечеру доедем… — проворчал Вэй Цимин.       — Приношу глубочайшие извинения, — вернувшись, произнес Лань Цюань. — Должно быть недавнее ранение ослабило мой организм.       — Вот оно что, такое возможно, — подтвердил Вэй Цимин. — Я слышал ранение было не серьезным и вы довольно быстро восстановились, но нельзя исключать возможные осложнения. Если хотите по возвращении я вас осмотрю.       — Это ни к чему, — отказался Лань Цюань, а затем обратился к Сюань Юню: — И все же я воспользуюсь вашим средством. Не хочу и дальше доставлять неудобства.       Сюань Юнь молча протянул ему коробочку с листьями, Лань Цюань взял один и поднёс к губам, но остановился, поймав на себе пристальные взгляды всех своих попутчиков.       — Эта процедура настолько сложная, что требуется целая комиссия наблюдателей? — с вызовом спросил он. — Хотите убедиться, что я достаточно широко открываю рот и двигаю челюстью с необходимой скоростью?       Чу Цзюань и Вэй Цимин немедленно отвернулись, Сюань Юнь просто отвел взгляд в сторону. Хоть на него больше никто и не смотрел, Лань Цюань все же прикрылся рукавом и быстро закинул лист в рот.       Казалось, средство подействовало, на этот раз он продержался куда дольше, но через какое-то время снова потребовал остановки.       — Опять?! — возмутился Вэй Цимин.       — Дело в другом, — пресек его негодования Лань Цюань. — Я вижу призрака.       — Мальчика? — оживился Чу Цзюань. — Его тело нашли дальше, но где именно он был убит мы не знаем наверняка…       — Я не уверен, что это он, — предупредил Лань Цюань. — Фигура за деревьями.       — Давайте проверим! — воскликнул Вэй Цимин.       Вся компания дружно высыпала из экипажа, Лань Цюань уверенно направился в чащу, Сюань Юнь незамедлительно последовал за ним, Чу Цзюань решил не отставать, Вэй Цимин покосился на Лэй Цзы, сжимающего поводья, будто ожидая от него какого-то одобрения, но тот только пожал плечами. Вэй Цимин напряженно вздохнул и все же решился отправиться за остальными.       Лань Цюань пробирался через кусты, тщательно выбирая дорогу. Наконец, он настиг призрака и сообщил:       — Это не ребенок. Мужчина. Знатного происхождения.       — Знатного? — насторожился Чу Цзюань. — Может ли это быть кто-то из семьи Сяо?       — Спросите его! Как его зовут? — осторожно выглядывая из-за спины магистрата, попросил Вэй Цимин.       — Он не ответит, — заключил Лань Цюань. — Его состояние… Не знаю как описать. Люди, умершие неожиданно, какое-то время находятся в состоянии замешательства. Они ни на что не реагируют, скалят зубы от злости или кричат от боли, застряв в моменте своей смерти.       — Как ужасно! — Вэй Цимин поежился. — И что делает этот?..       — Кажется, он просто удивлен, — предположил Лань Цюань.       — Означает ли это состояние, что он умер совсем недавно? — хмуро уточнил Чу Цзюань.       Лань Цюань кивнул.       — Прошло не более получаса.       — Не может быть! — взволнованно выкрикнул Вэй Цимин. — Прямо у нас под носом! Кто же он?.. Бессмертный мастер Сюань, вы можете как-нибудь растормошить этого призрака?..       — Я могу исцелить живых, но не мертвых, — ответил тот.       — Еще кое-что… — произнес Лань Цюань и повернулся к чаще, вглядываясь в самую ее глубину. — Тут есть и другие.       — Другие?.. — напряженно переспросил Чу Цзюань.       — Призраки, — пояснил Лань Цюань. — Их десятки…       Всюду, куда дотягивался взгляд, среди деревьев маячили безмолвные белые фигуры.       Все вокруг заволокло черным дымом и красным маревом. Сяо Цинфэн ничего не видел и не слышал и совсем ничего не понимал.       Это сон или не сон? Неужели это реальность? Почему Сяо Ци и учитель…       — Эй! — кто-то тряс его за плечи.       — П-папа… Мама… — простонал сяо-Шу.       Кто говорил, что он взрослый не по годам? Не правда! Он еще маленький!       — Мама-а… — как и положено маленькому ребенку, он во все горло разрыдался.       — Страшно? Не бойся! Я с тобой!       Фигура перед ним была неразличимой из-за слез и голос совсем незнакомый.       — Кто ты?!.. — спросил сяо-Шу.       — Мое имя Янь Цзинси, я — последователь Ордена Десяти Тысяч Мечей. А тебя как зовут?       — Сяо-Шу-у… — провыл мальчик.       — Сяо-Шу! Не волнуйся! Я расправлюсь с демонами!       — С демонами?.. — переспросил тот.       — Да! Демоны напали на этот дом, — подтвердил Янь Цзинси. — Повезло, что я успел тебя спасти. Не знаешь, кому-нибудь еще нужна помощь?       — Я… я не знаю… — пробормотал сяо-Шу.       — Ничего! Я разберусь! — пообещал Янь Цзинси и поднял его на руки. — Давай я отнесу тебя в безопасное место, а потом вернусь и поищу других выживших.       — Хорошо…       Сяо-Шу и сам хотел поскорее убраться из этого места, он уткнулся в плечо своего спасителя, только чтобы больше не видеть это красное и черное вокруг…       — Не так быстро, — прозвучал голос учителя.       Сяо-шу вздрогнул. Ему было страшно, но он все же решился поднять глаза и посмотреть на этого человека. Одежды Фа Циньи были залиты кровью, но держался он, как и всегда, безукоризненно. В руке он держал что-то круглое… красное… красноволосая голова…       Сяо-Шу стиснул зубы и отвернулся, снова уткнувшись в плечо Янь Цзинси. Его маленькие пальцы скомкали черные одежды, все его тело дрожало от ужаса и отчаянной бессильной злобы.       — Мальчишка-заклинатель, как не кстати… — протянул Фа Циньи, отбросив голову лиса в сторону. — Ты убил Сяо Ци? Все же его боевые навыки оставляли желать лучшего. Даже с силой, которой я его наделил, он не смог совладать с одним заклинателем. Позор мне, как его учителю, — он с сожалением вздохнул, а затем добавил: — Мне все еще нужен кто-то из семьи Сяо. Раз уж все так сложилось, тогда мне точно не обойтись без этого ребенка. Отдай его мне.       Сяо-Шу не мог пошевелиться от страха, но еще он был зол. Да — он ловчее и быстрее других детей, да и некоторым взрослым за ним не угнаться. Незаурядный талант! Будь у него еще хотя бы десять лет. Просто чтобы вырасти. Тогда он стал бы еще сильнее и смог бы сразиться с этими чудовищами. А что он может сейчас? С этими маленькими слабыми ручками? Да он даже меч не сможет поднять!       Что-то вспыхнуло холодным светом и взвилось в воздух, а затем стремительно полетело в сторону Фа Циньи. Сяо-Шу было страшно, но в то же время ему стало любопытно, он не смог совладать с собой и проследил за вспышкой. Меч! Ему не привиделось! Это был летающий меч!       Сияние его было молниеносным, однако Фа Циньи удалось уклониться, а затем и отбить несколько ударов подряд. Вот только чем он их отбил, и как он сделал это даже не поднимая рук?..       Алые клинки возникали из ниоткуда и разлетались брызгами, отражая удары, а затем собирались вновь. Янь Цзинси отскочил в сторону. В том месте, где он стоял вырос частокол алых клинков. Лицо Фа Циньи исказила самодовольная ухмылка.       — Юноша, готов спорить, ты много тренировался и наверняка одолел парочку чудовищ, но тебе не хватает опыта и по тебе это видно.       Фа Циньи перешел в нападение и теперь Янь Цзинси приходилось уклоняться и отбивать атаки вспыхивающих то тут, то там алых клинков.       — Думаешь у тебя получится и дальше уклоняться с мальчишкой на руках? — откровенно насмехался Фа Циньи. — Отдай его мне, и я позволю тебе уйти. Мне нет до тебя дела, а твоему наставнику нет дела до меня.       — Что ты можешь знать о моем наставнике?! — уклонившись от череды ударов, выплюнул Янь Цзинси.       — Судя по твоей одежде, ты из Ордена Десяти Тысяч Мечей — одной из пяти Великих Небесных Школ. Мне много чего об этом известно. Например то, что высокомерным просветленным бессмертным мастерам совершенно плевать на мирское. Их не касаются политические распри простых смертных, а мои мотивы сугубо политические. Я всего лишь хочу свергнуть правящую династию и вернуть власть над страной людям Хань. Вы — даосы отстояли свое право не сбривать волосы и носить ханьские одежды, но на остальных вам плевать. Как же лицемерно и мелочно. Я же жажду справедливости для всех.       — Что за бред?! — выпалил Янь Цзинси. — Ради справедливости ты убил всех этих людей?!       — Все верно, — даже не попытался возразить Фа Циньи. — Именно во имя справедливости. Очевидно, ты еще слишком юн, чтобы это понять. К несчастью у меня нет времени, чтобы преподать тебе урок, придется просто избавиться от тебя.       — Сяо-Шу, — шепнул Янь Цзинси мальчику. — Сейчас я опущу тебя на землю, постарайся спрятаться…       — Нет! — мальчишка только крепче обхватил его за шею.       — Со мной опасно… Не бойся, я отвлеку его, чтобы ты мог убежать!       — А я и не боюсь! Я нужен ему живым, чтобы управлять армией Сяо! Пока я с тобой, он не будет бить в полную силу! Тебе ведь не нужны руки, чтобы сражаться! Я буду твоим щитом!       — Че-чего?.. — подобных суждений от малыша Янь Цзинси никак не ожидал.       — Сзади! — выкрикнул сяо-Шу.       Благодаря этому предупреждению заклинатель сумел уклониться от смертельной атаки.       — Сосредоточься на бое! Я буду следить за тылом!       — Ты…       Пораженный до глубины души Янь Цзинси признал, что в словах этого ребенка есть смысл. Собравшись с мыслями, он сконцентрировал ци в своем мече и снова перешел в нападение.       «Кровь… он использует кровь! — наконец, догадался заклинатель. — Создает клинки из крови, а она тут повсюду. Нужно сбежать туда, где меньше всего крови, тогда его атаки станут слабее».       — Догадался? — ухмыльнулся Фа Циньи, видя, что его противник изменил тактику. — Ты же не думаешь, что я позволю тебе так просто сбежать?       Целая стена кровавых клинков взметнулась с земли, преградив заклинателю путь.       — Дело плохо… — стиснув зубы, признал Янь Цзинси. — Он очень силен… Прости… я пока плохо управляюсь с парящим клинком, чтобы биться в полную силу, мне все же понадобятся мои руки…       — Тогда я его отвлеку. Он погонится за мной, а ты застанешь его врасплох! не волнуйся, я быстро бегаю и отлично знаю поместье!       — Хорошо, — согласился Янь Цзинси. — Но у меня есть одна идея.       Скрывшись за стеной одного из дворов, несколько мгновений спустя, он вынырнул вновь и тут же применил талисманную магию, создав дымовую завесу.       — Что за жалкие трюки? — фыркнул Фа Циньи. — Дитя, твоя тактика примитивна. Ты прикрылся мальчишкой как щитом, рассчитывая одолеть меня при помощи парящего клинка, но твоя техника слишком слаба. Да, я хочу заполучить мальчика живым и потому не атакую в полную силу, но и ты не можешь применить все свои навыки с ребенком на руках. Я предвижу каждый твой удар. Справа!       Он взмахнул рукой и алые клинки отбили нацелившееся на него лезвие, но в этот момент что-то блеснуло с другой стороны. Брови Фа Циньи дрогнули, но и этот неожиданный выпад он легко отразил. Объятые голубым сиянием мечи рассыпались на мириады сверкающих капель.       — Сумел призвать водные клинки? — усмехнулся Фа Циньи. — Вот только клинки из крови куда острее.       Алые всполохи разметали клубящийся вокруг густой дым, между ними промелькнула фигура. Продолжая придерживать мальчишку одной рукой, в другой заклинатель сжимал меч и двигался на удивление быстро. Кровавые клинки не устояли перед следующим ударом и Фа Циньи пришлось отскочить в сторону. Он стиснул зубы.       — Да как он…       Неожиданно его осенило — заклинатель больше не держал на руках мальчишку, он просто привязал к себе его верхнюю одежду! Так где же этот чертов сяо-Шу?       — Все же я тебя недооценил… — выдавил Фа Циньи, пытаясь разглядеть сквозь клубы рассеивающегося дыма маленькую фигурку.       — Куда это ты смотришь?! — прокричал Янь Цзинси, бросившись на него. — Твой противник здесь!       — Ты мне не противник, — высокомерно хмыкнул Фа Циньи. — Можно больше с тобой не церемониться.       Он поднял руку и алые пики взметнулись со всех сторон, нацелившись в заклинателя. Одна из них вонзилась в его плечо, другая проткнула ногу. Десятки пик, зажали его между собой, будто шипы терновника на тесно переплетенных лозах. От неожиданности и боли Янь Цзинси выронил меч.       — Быть не может… — отчаянно выдохнул он. — Настолько… силен…       Собравшись с силами, он закричал:       — Сяо-Шу! Беги!       Еще один кровяной шип вонзился в его живот. Он содрогнулся от боли и выплюнул кровь. Ци в его теле забурлила.       Только не это!       — Его ци нестабильна! Духовное ядро того и гляди треснет! — во всеуслышание возмущалась Тао Сянмэй. — Он едва может продержаться вне озера один год! Так и сидел бы на пике! Зачем ему ходить на задания?!       — Действительно не понимаешь? — грозно интересовался старейшина Цзинь. — Или только прикидываешься дурой?! Совершенствование в полевых условиях это самый эффективный и быстрый способ укрепить духовное ядро! Если собираешься это отрицать, будешь медитировать рядом с ним пока его духовное ядро не окрепнет! Поняла?!       — Да почему я должна с ним возиться?!       — Потому что из всех учеников только ты подходишь по уровню совершенствования!       — Да ну?! А что насчет вас?! Вы вообще-то тут старейшина! Или готовы признать мое превосходство?!       — Ополоумела?! Сразу видно, кто тебя воспитывал! Для начала не я ваш наставник, а глава У, я с такими уникальными дарованиями дел не имею!       — Вот не надо ставить меня в один ряд с этим недоразумением!       Недоразумение… Тао-шицзе всегда ненавидела его и было за что… Человек, который был ей дорог, пожертвовал собой ради спасения его никчемной жизни. Судя по всему он был великим героем, а Янь Цзинси даже не помнил его лица, знал только имя — Ма Цинсюй.       С тех пор, как он впервые очнулся ото сна на дне озера, в те недели и месяцы, что он мог находиться вне его пределов, не было ни дня, когда он не сожалел о своем спасении. Эта жертва стала для него невыносимой ношей. И как ему соответствовать? Как ему восполнить эту потерю для целого мира?       — Еще не все… — прохрипел Янь Цзинси.       Тело его безвольно повисло на шипах, с губ стекала кровь, руки беспомощно дрожали. Но разве у того, кто был спасен ценой чьей-то жизни есть право умереть?       — Я еще не…       Если он умрет, Тао-шицзе будет поливать его самой черной бранью, все выскажет, и будет права… Отправился проверить зацепку, и вляпался в такую переделку! Никого не спас и сам погиб, ничтожество…       Ци беспорядочно бурлила в среднем даньтяне, точно в котле. Отчаянные попытки поднять свой меч в воздух и разрубить эти пики ни к чему не приводили. Все бессмысленно и тщетно, как и само его ничтожное существование. Его жизнь не стоила той жертвы, которую ради нее принесли.       Жалкий. Вынужденный большую часть своей жизни проводить во сне на дне духовного озера, лишь для того, чтобы иногда просыпаться, проживать несколько жалких месяцев в бесплодных попытках совершенствоваться, и засыпать вновь. Нет смысла заводить друзей, ведь каждый раз, когда он просыпается, вчерашние его приятели превращаются в стариков, а то и вовсе сменяются новым поколением, а новое поколение считает его каким-то духом озера, едва ли не божеством, с которым и не заговоришь без уважительной причины… Бессменными остаются лишь глава, старейшины и Тао Сянмэй…       — Забудь о боли и восстанови контроль над дыханием, — будто наяву услышал он голос наставника. — Дыхание — основа всего.       Янь Цзинси попытался отбросить лишние мысли и изо всех сил сосредоточиться на дыхании. Это было совсем не то же самое, как когда он сломал ногу во время тренировки, и наставник обучал его сращивать кости, при этом не остановив бой. Пронзенный шипами, он истекал кровью, шипы впитывали его кровь и от этого становились толще и длиннее, наращивали новые слои.       Необходимо восстановить контроль над дыханием и кровотоком. Сделать так чтобы эти шипы больше не выкачивали из него кровь. Проще сказать, чем сделать… и все же Янь Цзинси почувствовал, что бурлящий котел ци в его груди больше не пытается взорваться. Он сосредоточился на дыхании и представил себе, как вокруг его даньтяня формируется твердая оболочка, ограждая и усмиряя ци, но не препятствуя ее равномерному течению по духовным каналам.       Кровь отчасти состоит из воды, если он сумеет очистить эту воду от демонической ци, и взять ее под контроль… Переплавить кровавые пики на кристально чистые парящие клинки!       — Сяо-Шу, негоже заставлять учителя ждать, — шествуя по вымощенной камнем широкой дороге меж дворов Малого Запретного Города, протянул Фа Циньи. Из-под ног его во все стороны расползались кровавые змеи. — Ты же понимаешь, что в крайнем случае я могу обойтись и без тебя. Мне бы не хотелось прибегать к подобным методам, но если ты продолжишь прятаться, я просто подниму из мертвых одного из твоих братьев и сделаю его своей марионеткой. Это будет хлопотно и придется немного изменить планы, но это решение уже не кажется мне таким уж плохим. Сяо-Шу, ты же понимаешь, что в этом случае тебе останется только умереть?       — Эй, мужик! — кто-то окликнул его, а в следующий миг голубая вспышка отбросила его назад. Техника та же, но атака куда сильнее, чем прежде. Фа Циньи отразил ее, но лезвие оставило кровавый след на его плече. — Так это ты тут резню устроил?!       — Еще один мальчишка заклинатель, — хмыкнул он, когда противник предстал перед ним.       — Глаза разуй! Я вообще-то барышня! Что, не видишь мой утонченный стан и изящные изгибы?!       — …       Заклинательница носила такие же черные одежды с серебряным узором, как и оставшийся позади юноша. Если между женским и мужским орденским облачением и была какая-то разница, ее трудно было уловить. Однако разница в их духовной силе улавливалась без труда.       — Ты сказал еще один? — перешла к делу Тао Сянмэй. — Значит, мой бесполезный шиди здесь? И где же он?       — Мертв, — коротко ответил Фа Циньи.       — Что ты сказал? — с напором переспросила Тао Сянмэй. Взгляд ее стал убийственно грозным.       — Уверен, ты хорошо расслышала, — усмехнулся Фа Циньи. — Не волнуйся, вы скоро свидитесь.       — Я от тебя мокрого места не оставлю! — прорычала Тао Сянмэй и ринулась в бой.       Десятки водяных мечей возникли в воздухе над ее головой, но не успела она обрушить их на своего врага, как точно такой же рой клинков ударил ему в спину. Сияющие лезвия пронзили его тело насквозь, он изогнулся, стиснув зубы от боли и злости. Рот его искривился в демоническом оскале, обнажились острые клыки, а на руках в мгновение ока выросли звериные когти.       — Бить в спину! Какая подлость! — прошипел он, обернувшись.       Янь Цзинси тяжело дышал, раны его кровоточили, но взгляд был полон решимости.       — А у нас с тобой не поединок! — не поддался он. — Ты просто чудовище, которое нужно убить!       — Жив! — облегчённо выдохнула Тао Сянмэй. — Отлично! Добиваем эту мразь!       — Ха-ха-ха! — вдруг зашелся хохотом Фа Циньи. — А все, детишки, уже поздно!       Там, где небо было особенно черным, с земли вдруг вырос столп алого света. Вся кровь, что была вокруг, даже та, что вытекала из ран Янь Цзинси, поднялась в воздух, подобно всплывающим со дна озера пузырькам, и устремилась к источнику этого света.       — Это еще что?!.. — выпалила Тао Сянмэй, вдруг ощутив невероятную угрозу. — Янь! Бежим!       Яркая вспышка озарила все окружающее пространство. Импульсом разнеслась подавляющая мощь, а затем последовала волна, крушащая все на своем пути, превращающая камни в песок.       Сяо-Шу бежал без оглядки, не разбирая дороги, пока не врезался во что-то и не упал. Поняв, что перед ним стоит человек, он в ужасе отпрянул назад. Кто это?       Белые одежды. Белые волосы и повязка на глазах… Незнакомец мягко улыбнулся ему и сказал:       — Ты спасся. Можешь больше ни о чем не волноваться.       Яркая вспышка озарила все окружающее пространство… Импульсом разнеслась подавляющая мощь… Незнакомец сделал всего один шаг, минуя ребенка, но в следующее мгновение оказался за спиной Фа Циньи. Тот не успел даже раскрыть рот от удивления, как его объяло беспощадное пламя и в мгновение ока сожгло его дотла…       Человек в белом перенес вес тела с одной ноги на другую, завершая шаг. Мощнейший поток ци вырвался из-под его подошвы и столкнулся с сокрушающей силой, исходящей от столпа алого света.