Как очистить историю перерождений

      — Нахальный и самоуверенный, — усмехнулся Сы Цзянь, заложив руки за спину. — Так вот какой путь ты избрал? Но знаешь ли, это очень сложная роль. Потянешь?       — Не понимаю твое хрюканье, — все так же высокомерно ответил Лань Цюань.       Ухмылка Сы Цзяня превратилась в оскал. Одним рывком он оказался рядом с Лань Цюанем и навис над ним, а затем с силой сдавил его горло пальцами и вонзил острые когти в белоснежную кожу.       — Считаешь меня уродливым? Но видишь ли, не обязательно быть красивым, чтобы радоваться жизни, достаточно окружить себя красотой. Как бы тошно тебе ни было, вскоре ты будешь мечтать о том, чтобы ублажить меня своим сладким ротиком или же своей задницей, лишь бы уберечь ее от демонических тварей, которым я отдам тебя на растерзание. Я ведь могу насладиться и зрелищем.       — Не понимаю… хрюканье… — прохрипел Лань Цюань. — Все лучше… чем сношаться со свиньей…       — Вот как… — протянул Сы Цзянь. — А ведь это идея. Прикажу раздеть тебя и бросить в свинарник, обмазав возбудителем для свиней. А может быть, лучше в конюшню? Или же тебе больше по вкусу собаки? Опробуем все варианты! Но сначала опробую тебя сам, пока твой зад не превратился в отхожее место для скота. Чтобы тебе было с чем сравнить и о чем мечтать.       Сы Цзянь жадно впился в губы Лань Цюаня своими губами и грубо протолкнул в его рот свой язык. Лань Цюань со всей силы стиснул зубы, так, будто без тени сомнений намеревался откусить его. Сы Цзянь отпрянул и утер кровь. Рана на его языке быстро затянулась. Лань Цюань брезгливо сплюнул.       — Отхожее место для скота — это твой вонючий рот, — с презрением произнес он.       — Что? Хрюшка научилась понимать человеческую речь? — подловил его Сы Цзянь. — Посмотрим, как ты будешь визжать и хрюкать подо мной.       Он снова набросился на Лань Цюаня и принялся срывать с него одежды. Сопротивление было сломлено мгновенно, этот демон был намного сильнее… он грубо вцепился в промежность Лань Цюаня.       — Ну надо же, и в самом деле евнух! — рассмеялся Сы Цзянь, сдавив еще сильнее. Лань Цюань стиснул зубы в бессильном отвращении. — Евнухов у меня еще не было. Если я и увечил своих любовников, то на эту часть никогда не покушался. А, может быть, ты женщина? Дай-ка взглянуть поближе!       — Еще насмотришься, когда я сделаю из тебя евнуха! — сквозь зубы выдавил Лань Цюань.       — Ха-ха-ха! Заманчивое предложение! Да только мне ничего не стоит отрастить потерянную конечность! Даже если умудришься отрубить мне голову, я отращу новую. О тебе-то такого не скажешь, да? Если отрубить тебе ногу или руку — она уже не отрастет. Благодари небеса, за то, что у тебя такие красивые ноги, я пока не намерен их отрезать.       Разорвав штанину, Сы Цзянь впился зубами в его бедро, укусил до крови. Лань Цюань всхлипнул от боли, едва сдержав крик, а затем со всей злостью и яростью вцепился зубами в руку демона. От удивления тот разомкнул окровавленные зубы и рассмеялся.       — И что это ты творишь? Думаешь это тебе хоть как-то поможет?!       Лань Цюань сжал сильнее и демоническая кровь хлынула в его рот, только после этого он отстранился и с отвращением плюнул Сы Цзяню прямо в лицо.       — Ну и дрянь, будто дерьма хлебнул, — криво ухмыльнувшись, выдавил он.       Этого Сы Цзянь стерпеть уже не смог. Он сжал пальцы на шее Лань Цюаня с такой силой, будто собирается вырвать ему гортань, прижался лбом к его лбу и глядя ему в глаза процедил сквозь зубы:       — Я смотрю ты разбираешься в сортах дерьма. Раз ты такой ценитель, не могу тебе отказать — между сношением со свиньями, будешь питаться свиным дерьмом! Прямо с земли! Потому что я отрежу тебе руки и ноги! Сам станешь человеком-свиньей!       Этому жалкому человечишке действительно удалось вывести его из себя. Но хуже всего было то, что он прекрасно осознавал — все эти омерзительные угрозы он никогда не воплотит в жизнь. Он любил помучить своих любовников, но никогда не уродовал их. Ничто так не портило ему настроение, как уничтоженная и растоптанная красота. Один раз он даже расплакался, когда его любимый наложник догадался об этом и изуродовал себя. Сы Цзяню пришлось убить его на месте, потому что красоту было уже не вернуть.       Ярость его вдруг сошла на нет, он разжал пальцы и отстранился, поднялся на ноги и отвернулся.       — Прикажу слугам позаботиться о тебе, — сухо бросил он, заложил руки за спину и направился к выходу.       — Слабак, — с презрением бросил ему в спину Лань Цюань.       Сы Цзянь замер на мгновение, но все же не обернулся и пошел дальше.       Лань Цюань ядовито ухмыльнулся.       — Похоже ты и сам — евнух.       Плечи Сы Цзяня дрогнули, он снова замер на месте, но не обернулся.       — Ты идиот или пытаешься спровоцировать меня? Хочешь легкой смерти? Не дождешься.       Лань Цюань промолчал. Подождав, пока Сы Цзянь покинет дворец, он разбил кувшин и решительно направил осколок себе в горло. Острый край взрезал кожу, брызнула кровь, но Лань Цюань не почувствовал боли… Чья-то рука перехватила осколок, не позволив ему достичь цели.       — Не думал, что мы так скоро дойдём до этого, — сквозь зубы процедил Сы Цзянь.       Услышав из-за двери как разбился кувшин, он сразу же понял, что произошло и поспешил назад. Он успел остановить Лань Цюаня, но учитывая, как глубоко осколок вонзился в его руку, можно было сделать неутешительный вывод — его пленник был настроен серьезно. Он действительно хотел себя убить.       — Что ж, ты не первый, — опалив его уничижительным взглядом, произнес Сы Цзянь. — Путы крови.       После этих слов руки Лань Цюаня обвили красные нити. Заклятье развело их в стороны, лишив его возможности пошевелиться. Сы Цзянь взмахнул рукой и зубы Лань Цюаня крепко сжались, так, что попытки их разомкнуть приводили лишь к мучительным судорогам.       — Это чтобы ты не откусил себе язык, — любезно пояснил Сы Цзянь. — Придется потрудиться над твоим воспитанием. Но ничего, у меня есть опыт.       Он коснулся подбородка своего пленника и провел большим пальцем по его губам.       — О-ох, эти губы… Я сделаю так что они будут молить меня о снисхождении. Нужно подобрать благовония, которые направят твой пыл в нужное русло. А пока повиси здесь и подумай — верную ли тактику ты избрал.       Лань Цюань смерил этого демона презрительным взглядом. Ни пошевелиться, ни открыть рот — его план полностью провалился. Он знал, что небеса не позволят ему умереть раньше срока и потому, окажись он вдруг на грани смерти, непременно явили бы ему какое-нибудь спасение. К несчастью спасение оказалось не таким, на которое он рассчитывал. Уж лучше бы пол под ним провалился или внезапно налетевший ураган сорвал крышу… Кто бы мог подумать, что этот демон сам бросится его спасать?       Впрочем, рана на его руке заросла почти мгновенно. Сы Цзянь самодовольно ухмыльнулся, всем своим видом демонстрируя превосходство, когда только успел утереться от плевка? Не удостоив пленника более ни единым словом, он направился к выходу, но не успел приблизиться к двери, как она разлетелась в мелкие щепки. Сы Цзянь отшвырнул в сторону последователя, пробившего двери своей спиной, но следом прилетел меч, брошенный будто варварский топор. Проще всего было увернуться от меча, но Сы Цзянь побоялся, что Лань Цюань может пострадать и потому, изловчившись и подгадав момент, поймал крутящийся с огромной скоростью меч за рукоять.       В дверном проеме возникла устрашающая черная фигура. Мужчина, источающий темную ци, сделал шаг, минуя порог дворца, а в следующий миг оказался прямо перед Сы Цзянем и наотмашь нанес удар хлыстом. Молнии засверкали вокруг. Сы Цзянь спешно попытался отразить атаку мечом, но меч оказался не из простых. Это было духовное оружие, не готовое признавать хозяином любого, кто вцепится в его рукоять, да к тому же жадное до демонической ци! Всучить такой меч в руки врага — блестящая стратегия! Будь Сы Цзянь послабее, мог бы и не заметить, что меч тянет из него духовную энергию, которая в конечном счете обернется против него. Недолго думая, он отбросил меч в сторону, а затем сформировал из крови копьё.       — Как и ожидалось, дорогой племянник, ты быстро нашел это место, — усмехнулся он. — Я решил не откладывать нашу встречу в долгий ящик и приказал Акану ослабить барьер. Не хочется начинать новую жизнь, не завершив старые дела. Моя сестрица спуталась с небесным псом, но к счастью эта ветвь оказалась бесплодной, пора отломить ее и положить конец этому позору.       Сюань Юнь не счел нужным что-либо отвечать на эти слова, вместо этого он атаковал Сы Цзяня шквалом молниеносных ударов. Подобрав Баофэн он снова швырнул его в своего противника, и в этой атаке не было ни капли изящества с которой последователи Ордена Десяти Тысяч Мечей управляли своими мечами в воздухе.       — Что за варварский стиль боя?! — фыркнул Сы Цзянь, отбив меч копьем. — Красивый мужчина должен быть прекрасен во всем! Ты же… какое-то недоразумение!       Однако, он не мог не заметить, что Сюань Юнь куда опаснее, чем ему показалось при их недавней встрече. Почему же он тогда предпочел сбежать, поджав хвост?       До сих пор Сы Цзянь встречал в этом новом мире только безнадежных слабаков и не мог оценить слаб он или силен по нынешним меркам. Обменявшись с Сюань Юнем сотней ударов он пришел к выводу — они примерно на одном уровне. Вот только Сы Цзянь мог в любой момент стать сильнее, а что насчет Сюань Юня?       — Надеюсь это не твой предел? — усмехнулся он. — Если ты один из сильнейших в этом мире и это все, на что ты способен, захватить власть будет проще простого. Это даже немного… разочаровывает.       — Ты умрешь сегодня, — холодно произнес Сюань Юнь и усилил натиск, не щадя стены и крышу дворца.       — Как самоуверенно, — усмехнулся Сы Цзянь, отразив очередную серию ударов. — Кто бы мог подумать, что однажды мы с тобой станем соперниками в любви!       За его кровавым копьем тянулся непрерывный алый шлейф, словно шелковое знамя в руках танцора. Движения были столь быстрыми и плавными, будто этот шлейф был частью его одежд. Успешно парировав все удары хлыста, он перешел в наступление. Теперь уже Сюань Юню пришлось всерьез взяться за меч, чтобы противостоять копью.       Лань Цюань не мог пошевелиться, мог только наблюдать за разразившейся битвой и надеяться, что потолок не обрушится на его голову. Он знал, что не умрет, но перспектива — провести остаток жизни без ног или рук, или без половины головы, его совершенно не устраивала. Впрочем, хоть бой и казался хаотичным и разрушительным, ни один волос еще не упал с головы Лань Цюаня, будто оба — и Сюань Юнь и Сы Цзянь отчаянно старались не навредить ему.       Между тем, взгляд Лань Цюаня был полон торжества и азарта, будто он вовсе не стоял на коленях в разорванных одеждах с разведенными в стороны руками, обездвиженный заклятьем, а восседал на троне, наблюдая за боем рабов. В его голове зародилось и набирало обороты постыдное ликование:       «Он явился за мной! В логово злодея! Как настоящий герой! Герой любовного романа!».       Непревзойденный евнух Цзюэ и раньше имел привычку проваливаться в воспоминания о любовных романах во время рутинных собраний или когда император отчитывал его при всех, демонстрируя свою властность и непредвзятость, но в последнее время эти воспоминания превратились в настоящие фантазии, причем не о героя тех самых романов, а о нем самом. О нем и о Сюань Юне. В то время как вокруг сверкали молнии, в душе его расцветали цветы. Он едва сдерживал улыбку.       — Владыка!!! — Акан вдруг появился в дверях. Опираясь на стену, он едва не валился с ног. — Этот… не смог их сдержать…       — Акан! — Сы Цзянь метнулся к нему, позабыв о Лань Цюане и Сюань Юне. — Я велел тебе избегать битв!       — Больше… никого не осталось… — пробормотал Акан. — Простите… я не смог собрать достойных последователей…       — Плевать.       Сы Цзянь возвел вокруг него барьер, лицо его сделалось по-настоящему серьезным.       В небе над дворцом появилась неопознанная летающая конструкция и разразились крики:       — Сянмэй! Полегче! — настойчиво требовал мужской голос.       — Да все нормально! — заверял женский.       — Мы сейчас упадем!!! — возмущенно прокричал еще один мужской.       — Это конец!!! Нам конец!!! Разобьемся!!! — отчаянно вопил третий.       — Да не падаем мы! Просто посадка будет… немного жесткая… — от женского голоса так и веяло пьяным азартом.       — Немного?! — три мужских голоса слились в один.       — Что за?.. — протянул Сы Цзянь, прищурившись.       Небесная колесница неслась прямо на него, но он и не подумал отступать. Вместо этого он перехватил покрепче свое копье и ударил на опережение. Мощная волна ци сотрясла воздух и разнесла колесницу в щепки. Послышались возмущенные крики и отборная брань.       Тао Сянмэй немедленно призвала свой меч и перескочила на него. Магистрат Чу успел отпрыгнуть в сторону, к счастью крыша дворца была не так уж далеко. Сыщик Фань мёртвой хваткой вцепился в уцелевший гроб и прямо в нем с протяжным воплем продолжил полет. Сы Цзянь замахнулся и приготовился нанести еще один удар, чтобы снести их всех одним махом, но копье его неожиданно столкнулось с огненной алебардой, а перед глазами возникло белое лицо.       Седые волосы… и повязка на глазах…       — Он же… — ошарашено выдохнул Сы Цзянь, а в следующий миг возмущенно прокричал: — Акан!!! Он молод и красив! А ты говорил, что он старик!!!       — Я сказал… что он сед и слеп… — напомнил Акан. — Но не говорил, что он стар…       — Ну уж юнцом меня не назовёшь, — усмехнулся Чжуан Шэнкай, оттеснив Сы Цзяня градом тяжелых огненных ударов. — А вот по поводу красоты — не поспоришь.       — Проклятье! — Сы Цзянь осклабился в ухмылке. — Придется быть с тобой поаккуратнее, чтобы ты мог украсить мой гарем!       — Какая честь! — радостно воскликнул Чжуан Шэнкай. — К несчастью для тебя у меня другие планы, в которые не входит твое существование.       Видя, что Сы Цзянь нашел для себя новую цель, Сюань Юнь поспешил к Лань Цюаню, но на его пути неожиданно возник барьер. Под Лань Цюанем появилась алая печать, тысячи кровавых лезвий устремились к его шее со всех сторон, отсекли волосы и замерли едва не вонзившись в кожу. Сюань Юнь застыл на месте.       — Вы все! — грозно произнесла Лань Линь. Голос ее достиг каждого. Она появилась рядом с Лань Цюанем.       — Что это ты вытворяешь, женщина? — поинтересовался Сы Цзянь, после того, как они с Чжуан Шэнкаем прервали свой бой, чтобы обратить на нее внимание.       — Не поймите меня неправильно, Великий Предок, — невозмутимо произнесла Лань Линь. — Я действую в ваших интересах.       — В мои интересы не входит отсекать эту прекрасную голову. По крайней мере пока.       Лань Линь невозмутимо продолжала:       — Поскольку все здесь заинтересованы в спасении этого человека, — она пренебрежительно кивнула в сторону Лань Цюаня. — Надеюсь нет необходимости объяснять, что произойдет, если хоть что-то мне не понравится?       — Тебе лучше убрать эти клинки, — пригрозил Сюань Юнь.       — Уберу, как только вы все сложите оружие и позволите нам с Великим Предком отступить.       — Тебя забыл спросить! — возмутился Сы Цзянь. — Кем ты себя возомнила? По-твоему мое положение настолько плачевно, что нет иного выбора, кроме как прибегнуть к такому жалкому шантажу?       — Великий Предок непостижимо силен, — произнесла Лань Линь. — Как и другие бессмертные древней эпохи. Сегодня погибли или были ранены множество ваших последователей. Я знаю, вы считаете нас никчемными слабаками, однако каждый, кто сегодня погиб мог достичь большего, следуя за вами. В наше время не так много талантливых совершенствующихся, нам не сравниться с бессмертными древности. Поэтому мы и призвали вас — чтобы это изменить.       — Гхм… — Сы Цзянь нахмурил брови. — И мы, разумеется, изменим. Но почему бы мне прямо сейчас не избавиться от тех, кто может нам помешать? С какой стати мне отступать?       Лань Линь смерила его многозначительным взглядом, в котором так и читалось: ты точно демон?       — Полагаю, барышня, хотела вынудить нас сложить оружие, чтобы вы после этого на нас напали, — пояснил Чжуан Шэнкай.       — А-а-а! — протянул Сы Цзянь. — Вот оно что… Какой коварный план!       — Он бы все равно не сработал, — вздохнул Чжуан Шэнкай. — Барышня считает, что ты нас недооцениваешь, но и сама, похоже, ни во что не ставит наши умственные способности.       — Что ж, — усмехнулась Лань Линь. — Тогда буду более прямолинейна. Сложите оружие и сдайтесь. Тогда этот человек останется жив.       — Если он умрет, ты умрешь следом, — произнес Сюань Юнь.       — Но ты ведь не хочешь, чтобы он умер, — парировала Лань Линь. — Будем стоять здесь, пока он не умрет от старости? Мы-то бессмертные, можем себе позволить.       — Барышня Лань Линь — предсказывающая смерть, разве вы не предсказали день его смерти? — поинтересовался Чжуан Шэнкай.       — О? Вам об этом известно? — ничуть не смутившись, спросила Лань Линь. — Тогда вы понимаете, что ждать осталось не так уж и долго. А вот то, о чем вы не знаете — я не могу спасти человека от предначертанной смерти, но могу сделать так, чтобы он умер раньше отведенного срока. Есть два пути, по которому мы с вами можем пойти. Первый — вы сдаетесь и позволяете сковать себя, я оставляю Лань Цюаня в живых. Второй — вы пытаетесь спасти Лань Цюаня и я немедленно убиваю его. Конечно, после этого вся ваша ярость обрушится на меня, но у меня все же есть шанс спастись. Вдруг удача мне улыбнётся? В конце концов, мне больше нечего терять кроме собственной жизни, а если я смогу забрать этого человека с собой в могилу, то умру я без сожалений.       — За что же вы так ненавидите родного брата? — спросил Чжуан Шэнкай.       — Брата? — переспросил Сы Цзянь. — Вот это да!       — Брата?.. — озадаченно пробормотал Чу Цзюань, наблюдавший за происходящим с крыши. — Разве эта женщина не Призрачная сваха?..       — Небеса, ну и денек… — жалобно пробормотал сыщик Фань, которому посчастливилось спастись, спрыгнув на ту же крышу. — Что здесь происходит?..       Он подполз к Чу Цзюаню и проследил за его взглядом.       — Ну и дела! Эй… Это же Талантливая супруга Лань из царства Юэ! А тот человек в самой гуще событий… Разве это не евнух Цзюэ?..