Птица в клетке

Самое тяжелое было даже не передвигаться с тростью, а подниматься по ступенькам. Конечно от физры меня освободили, но я всё равно торчала на улице и недовольно смотрела на Динару. Эта стукачка бегает вместе со всеми, но всё ещё в синей форме. — Яна, — ко мне подошла Ася. — Надо поговорить. Мы вошли в школу, Ася придержала передо мной дверь и оглядевшись быстро зашептала: — Виктория Станиславовна велела втереться тебе в доверие, — сказала она, а я даже не удивилась, этого стоило ожидать. — Чтоб быть в курсе на что ты способна. — А зачем ты решила об этом рассказать? — Как по мне это подло. А я не из таких. — И тем что ты рассказала мне, значит ты отказалась? — Нет, просто решила предупредить тебя. Докладывать я ей буду, но постараюсь докладывать ложную информацию. А тебя предупреждать об её планах. Виктория Станиславовна сказала что ты бросила ей вызов. Очень глупо. Ты же понимаешь, что в этой борьбе выиграет она? — Если учесть, то что она давно не занимается и её возраст. — Ты так говоришь о её возрасте словно она старая. Ей даже полтинника нет. А в форме она в прекрасной. Если ты не обращала внимания, а ты точно не обращала, то директриса каждое утро бегает по территории школы. А ты там какой срок дала? Месяц? А если в течении месяца твои кости не срастутся? Как будешь с ней бороться? Тростью попытаешься защищаться? Смотри, как бы эта твоя трость не оказалась в твоей заднице. Она может, поверь. — Что ты должна докладывать ей? — Все твои планы и идеи. Если замечу что-то подозрительное в тебе. Мне больше интересно как она с тобой вообще согласилась заключить такое пари? — Я ей сказала, что буду послушной и делать всё что она захочет. — Странно. Ты ей понравилась именно тем что такая дикая, а не послушная. Что-то тут не то. — Меня больше не это волнует, а то что Дадашева так меня подставила. — Эта лысая девчонка в синем? Так она ещё та подлиза. Ты просто не видела как она директрису пытается обхаживать. Всё на коленях перед ней ползает. Всячески ноги перед ней раздвигает. Правда я сомневаюсь, что директриса её имеет. Виктории Станиславовне не нравятся такие люди. А так я понимаю, что этот лысый чёрт из тех людей что пойдёт по головам, но достигнет своего. А тебе надо думать как побороть директрису. Есть идеи? — Вообще нет, — да даже если были, то Асе рассказывать не очень хотелось. Может она двойной агент? — Как бы она тебя ударами не убила. Хотя если учесть, то что она профессионал, то она должна знать куда бить. И в этом кстати тоже огромный минус для тебя. Она знает куда бить чтоб было больно и чтоб ты быстро сдалась. — Не нагнетай, — простонала я. — Мне и так паршиво. Думаешь я не думала о том, что проиграю? Меня больше пугает то что со мной она потом делать будет. — Ладно, я пойду. Что-то слишком долго тут с тобой стою. Ещё заметит кто и доложит. Ася ушла, а я с печалью ждала конца месяца. Как оказалось, Дунаевская была права. Ровно в пять утра директриса в спортивном костюме выходила на пробежку. Заметила это я случайно когда просто проснулась ночью. А потом уже просто решила проверить. Бегала Виктория Станиславовна каждый день и даже в выходные. Как-то я даже решила встретить её. Сама не знаю зачем, но захотелось. Так что в пять тридцать, когда директриса вернулась с пробежки я торчала в холле в одной пижаме и облокачивалась на трость. — А в этой одежде вы выглядите необычно, — намного моложе чем в том старомодном платье. — Ты что не спишь? — Директриса подошла ко мне и огляделась словно я могла быть тут не одна. — А вы готовитесь к борьбе? — Больше к боксу, — усмехнулась она. — Хотя и в борьбе я тебя могу спокойно победить. Надо было плаванье выбрать. Она бы точно не смогла бы проплыть даже километр. — Место нашего сражения будет мой кабинет. Секундантом будет Дунаевская. Я с нетерпением жду, когда с тебя снимут гипс. Иди спать, сегодня воскресенье. Ну да, в воскресенье нам разрешено вставать на час позже. Выронив трость, я просто обняла её уткнувшись лбом ей в грудь. Меня всю трясло — И чего же ты? — Она улыбается, это понятно по голосу. — Так боишься со мной сразиться? Ну да, ты же спортсменка, такие как ты имеют страх поражения. Но я не откажусь, сугубо от одного удовольствия избить тебя. Увидеть то как ты проиграла, разочарование на твоём лице. Пытаюсь обнять её ещё крепче, но с гипсом неудобно. — Ты ведь не хочешь близости со мной, — хватает меня за волосы и оттягивает голову назад. — С нетерпение жду того момента, когда ты осознаешь всю ситуацию. Она просто взяла меня на руки и совершенно забыв про мою трость понесла наверх. — Вы меня несете к себе? — А ты хочешь этого? — Она усмехается, глядя на меня и как-то я засмущалась и покраснела вся. Она только ухмыльнулась, но оказавшись на третьем этаже всё же повернула в сторону своей комнаты. Вся сжимаюсь, не зная, чего ожидать дальше. — Постой пока. — Аккуратно она поставила меня на ноги перед своей дверью и достав ключи открыла дверь. Толкнув дверь, она снова взяла меня на руки и внесла в просторную комнату и пройдя уложила на широкую двуспальную кровать. Сама вернулась и включила свет закрыв дверь. — Мне больше интересно. — Она сняла олимпийку и оказалась в обтягивающей майке, легла ко мне на кровать подперев голову рукой и улыбнулась. — Это спонтанно произошло или ты придерживаешься какого-то плана? Смотрю на свою загипсованную руку и поджимаю губы. Ну неловко мне как-то под её пристальным взглядом находиться. Тем более, когда я сама не понимаю, чего хочу, хотя нет, прекрасно понимаю. Главное изучить своего врага. Эта женщина мой враг и мне надо понять её. Запомнить её движения и мимику и надеяться, что это хоть как-то поможет мне. Если не силой то мозгами взять её. Найти больные точки на которые можно будет надавить. Но также нельзя и отметать то что эта женщина будет делать тоже самое. Тем более она читала моё личное дело. — Поспи, — вдруг сказала она и поднялась. — У меня ещё есть кое-какие дела. — Виктория Станиславовна, а вы можете убить ударом? — Может это и глупо, но можно попробовать сделать так чтоб она просто привыкла ко мне или прониклась, тогда бить меня ей будет трудно. — Нет, — она улыбнулась и подошла к шкафу открыв его. — Но я уже прекрасно знаю по каким местам буду тебя бить . — Вы разве не по правилам дерётесь? — Зеваю. Всё же я привыкла спать куда дольше. — По правилам, — она стала переодеваться, не обращая внимания на мой взгляд. — И одно уже нарушено. Я дерусь с неподготовленным человеком. — Ну давайте тогда плаванье? — Удобней устраиваюсь на её кровати. — Посмотрим кто сможет доплыть до того берега. — С теми травмами что я тебе нанесла, ты никогда больше не сможешь плавать на профессиональном уровне. — Да вы мне одолжение сделали, — снова зеваю. — Весь этот большой спорт. Я его просто ненавижу. Особенно когда его ставят превыше всего и начинают гнобить за второе или третье место. Как-то незаметно для себя я заснула. Просто вырубило в комнате моего врага. Проснулась я в обед и сама удивилась что так долго проспала. Наверное это была компенсация организма за все мои недосыпы. Оглядываюсь а в комнате кроме меня больше никого. Сажусь на кровати но трости своей нигде не вижу. Даже интересно как это она меня одну оставила в своей комнате? И не побоялась что я могу что-нибудь натворить. Даже странно. А может у неё тут камеры и она следит за мной? Верчу головой, но никаких камер не вижу. Встаю на здоровую ногу и начинаю прыгать до двери, но она оказывается запертой. — Да блин! — Дёргаю за ручку двери. — Но не торчать же мне тут! Ещё час я ждала директрису и мучалась от голода. Я толком и не помню когда ела последний раз. Но организм стал давать о себе знать. Голова стала кружиться. И так уже второй день. — Ты только проснулась? — В комнату вошла директриса, в руках у неё была моя трость, но отдавать её она что-то не спешила. — Есть хочешь? — Да. Она жестоко улыбнулась и подойдя ко мне села рядом обняв одной рукой меня за плечи и прижав к себе. — Поцелуй меня, — сказала она, держа мою трость на расстоянии чтоб я не могла до неё дотянуться. Вздохнув мечу ей в щёку и просто быстро чмокаю. Вот только судя по лицу женщины, ей не особо это понравилось. Прислонив мою трость к кровати, она села боком лицом ко мне и взяв обеими руками меня за лицо нежно поцеловала в губы. Закрываю глаза и позволяю углубить этот поцелуй. Её язык медленно с наслаждением изучал меня. От этого поцелуя всё внутри кипело, а внизу живота стало просто беспощадно ныть. Когда наши языки соприкоснулись я издала такой душераздирающий стон что даже испугала директрису. Женщина тут же отстранилась от меня и подозрительно посмотрела. Я же тяжело дыша просто обняла её здоровой рукой и прижалась к ней дрожа всем телом. — Госпожа директор, Мамаева кажется пропала… В комнату влетела запыхавшаяся Дадашева и застыла при виде меня. А потом и перепугалась, когда директриса повернулась к ней и недовольно встав подошла. Вижу, как Дарину всю трясёт, а потом она получает пощечину. — Убирайся, ты наказана, — прошипела Говорухина. — Сегодня вечером жду тебя в своём кабинете для получения наказания. Вижу недовольство в глазах Дадашевой. Она выбежала и мне что-то подсказывает что надо ожидать скорой мести. — Никогда до этого ещё не встречала настолько наглых и сволочных особ, — сказала женщина, вернувшись ко мне. Она подняла трость и протянула её мне. — Пойдём в столовую. Самое ужасное что гипс стал крошиться. Это я заметила не так давно. И то я думала, что он ещё продержится, но, когда за мной начала оставаться гипсовая крошка, стало казаться что от гипса у меня скоро ничего не останется. Он и так трещинами пошёл. — Садись, — Виктория Станиславовна взяла поднос. — Что тебе взять? — Кофе, — смотрю что там лежит. — Суп и макароны. — Всё? — Да. Она поставила поднос передо мной и сама села рядышком на скамейку. — Вы так и будет со мной? — А ты против что ли? — Скучающе спросила она, положив руку на моё колено. Сглатываю и отворачиваюсь чувствуя, как горят мои уши. — Если хочешь, можешь ночевать в моей постели, — вдруг предложила она и я чуть не подавилась супом. — Как я поняла то ты достаточно крепко спишь в чужих кроватях нежели в своей. — А вы… — Ну конечно я не буду против, — она убрала у меня выступившую прядь за ухо и пододвинувшись в плотную прошептала: — Думаю и ты желаешь этого не меньше меня. От этого шепота между ног стало горячо и мокро. Я не могу возбудиться от такого пустяка. Пошло всё на хер! Я попала сюда за правду. За то что до меня домогались а маман не поверила. И вот тут опять до меня домогаются. Вот только никто мне не поможет. — Не ломайся так, — ещё сильней прижалась и стала придерживать одной рукой меня за плечо. Вторая же рука женщины полезла под пижамные штаны к самому сокровенному. — И не сжимай ноги. Я ведь всё равно доберусь. — Её пальцы проскользнули ниже и прикусив мочку моего уха женщина стала ласкать меня пальцами. Я застонала поняв, что ни фига не поем и безнадёжно опустила ложку в тарелку. Дыхание у меня стало тяжелым а женщина только ускоряла темп. Ещё немного и я стала уже громко стонать. Стискиваю зубы чтоб не застонать снова но не выходит. Ещё немного и директриса это прекрасно понимала, и я кончаю. — Хорошая моя. — Женщина поцеловала меня в щеку. — Послушная и ласковая девочка, которая так долго этого хотела, что так ярко кончила. Меня всю слегка трясло. Признаюсь, мне очень понравилось. Даже расхотелось как-то побеждать эту женщину. Вот только это ведь всё равно всё неправильно. — Так не борись со мной, — и она облизала мою смазку со своих пальцев. — Вы… — Заметь, — она погладила меня по голове. — В нашем договоре не было и слова сказано, что я не могу иметь тебя до нашего боя. Так что отдыхай, но ночью я жду тебя в своей постели. Как бы это тупо не звучало но я реально к ней пришла. Ещё конечно причина была в том, что мне не хотелось находиться в одной комнате с Динарой. Тем более я слышала её крики когда была на втором этаже. Как же надо было так кричать? Чем её наказывали? Тоже кочергой? — Ты весь день ходишь в пижаме? — Схватив меня за пижаму она потянула на себя. — Лентяйка. — Это не так, — женщина садится на кровать и держа меня за талию сажает к себе на колени. — Ну да, — усмехнулась она и стала расстёгивать на мне пижаму. — Ходить весь день в пижаме и даже не думать переодеться. И дайка угадаю, ты прикроешься тем что сегодня воскресенье. — Она сжала мою грудь. — А до нашей битвы совсем ничего. Ты можешь отказаться, правда моя победа тогда засчитывается автоматически. — Никогда! — Бью её по руке и соскакиваю с её колен, тут же вскрикиваю от боли в ноге и пошатнувшись падаю на пол. — Даже в гипсе, но я буду драться! Она как-то грустно улыбнулась и встав схватила меня за руку и рывком поставила на ноги и развернув спиной к кровати легонько на неё толкнула. — Посмотрим. Открыв глаза пытаюсь перевернуться на другой бок, но тут же перестаю всякие попытки связи с неудобством. Этот гипс просто задолбал. — Да спи уже, — обняв меня сказала Виктория Станиславовна. — Хватит ёрзать. — Ну неудобно мне в гипсе! — Простонала я или больше прокричала. — Можно было и не ломать мне конечности. — Можно было и не сбегать, — сонно сказала она крепче прижав к себе. — Спи давай. Подумав ещё немного прижимаюсь к ней. Прекрасно понимаю, что проиграю. Даже не представляю что со мной будет. А главное смогу ли я продержаться так хотя бы до лета. Думаю, что маман всё же да заберёт меня на летние каникулы. Хотя, зная то как она любит наказывать то вполне может оставить меня и на всё лето. Но по идее школы же не работают в каникулы. Так что меня тут никто оставлять не будет. А там уже летом попытаюсь уломать маман вернуть меня в нормальную школу. Расскажу ей обо всё что тут творилось. Сомневаюсь конечно что она поверит. Но попытаться всё же да стоит. С этой мыслью я и заснула. Проснулась правда всё равно, когда директриса поднялась и стала одевать спортивный костюм. — Спи, — сказала она стоя ко мне спиной и натягивая штаны. — Разбужу, когда пробегусь. — Не запирайте, — сажусь. — Я в туалет. И мы разошлись. Не знаю, что меня дёрнуло войти в учительскую душевую. Просто вдруг решила зайти туда и попялиться на ту ванную. Прохожу через раздевалку и уже идя мимо кабинок замираю при стонах. В одной из душевых кто-то стонал. Иду на звук и остановившись у штор слегка их отодвигаю. В кабинке были двое. Я даже не сразу узнала Асю. Она стонала в объятиях… Ярославы Максимовны. Обе были обнажены. Женщина целовала одиннадцатикласснику, а после Дунаевская встаёт на колени перед женщиной и сжав ягодицы той утыкается лицом ей в… Смотреть дальше я не стала. Прохожу мимо и смотрю на ванную. Вот в этом месте меня изнасиловали. А теперь я в одной постели с той, кто меня отымел. Я уже собиралась уходить как вдруг кто-то грубо толкнул меня в спину. Не удержавшись на ногах, я упала на плитку. — Почему она спит с тобой? — Сказала Динара схватив мою трость и крепко сжав. — Я ради неё готова на всё, а спит и идёт на уступки она только тебе. Я даже ответить ничего не успела как эта сволочь просто принялась бить меня моей же тростью. Выставляю вперёд загипсованную руку и трость попадает по гипсу. Яркая вспышка боли и я кричу. Ещё удар и я снова прикрываюсь гипсом. Мне не к чему ещё и левую ломать. — Я хотела стать элитой! — Кричала Динара так что я всё ещё удивлена как это её не услышала Ася с Ярославой Максимовой. Они же не так далеко. — Я хотела эту зеленую форму. Даже на подлость пошла. А ты и сбежала, и хамила, но всё равно получила эту чёртову зеленую форму! — Да ты рехнулась что ли? — Гипс на руке пошёл трещинами. — Зачем тебе всё это? Она не ответила но снова замахнулась. Очередной удар разломал окончательно гипс. — Помогите! — Закричала я, отталкиваясь правой ногой и прижимая к себе правую руку. — Помогите! — Из-за тебя Госпожа директор выпорола меня, — по лицу Динары текли слёзы. — Это было так унизительно. — А чего ты ожидала? — Хватаюсь здоровой рукой за ванную и поднимаюсь на ноги. — Тех, кто носит зеленую форму наказывают ещё хлеще. Если для тебя обычная порка ремнем унижение, то что тогда для тебя будет наказание кочергой? — Я займу твоё место, — прорычала Динара. — Занимай! Мне плевать. Я и не рвусь в любимчики к директрисе. — Да ну?! — Возмутилась она. — А как по мне ты делаешь всё чтоб привлечь к себе внимание. Вот это заявление. А мне казалось, что я делаю всё чтоб показать, как мне не нравится директриса и её правила. — Да я тебя! — Стой! — Выставляю вперед руку. — Убьёшь меня, так директриса тебя никогда не полюбит. Сжав губы Динара специально ударила меня по сломанной руке. — А-а-а! — Падаю на пол глядя на свою руку. С виду она вроде была нормальной, но это только с первого взгляда. Стоило приглядеться и видно было что она кривая. Не сильно, но эта волна была видна. — Когда пришла та девчонка к нам в изолятор и стала говорить про директрису. Я сразу поняла что это будет интересно. Мне хотелось побывать на её месте. Чтоб почувствовать какого всё это. Это почти получилось вот только директриса не желает иметь со мной никакого интима. Она велит ублажать её, и я с радостью это делаю, но чтоб прям она ласкала меня, такого даже нет. — Да ты, мать его, рехнулась! — Держа её на расстоянии я встала. — Мне всё это внимание на хер не сдалось! Я наоборот пытаюсь чтоб от меня отстали. А ты, поскольку на тебя вообще никак внимание не обращают, так значит стоит задуматься, а не поменять ли что-то в своём поведении. Тебе так не кажется? Динара пошла на меня но поскользнулась и упала. Этого мне хватило чтоб со сломанной ногой побежать. Ладно спасал гипс хоть и было больно. Пробегаю мимо кабинок в одной из которой уже в открытую стонут и схватив штору просто срываю её. Слышу визг и успеваю скрыться. Стоя за дверью пытаюсь отдышаться. Травмированные рука и нога больно пульсируют, а я вздрагиваю при крике Ярославы Максимовы которая по-видимому поймала Динару. Хромая я иду в медкабинет чтоб снять второй гипс. Через два дня у меня будет бой. Вот никогда не дралась и тем более с директором. — Если вы не снимете гипс, то я сама его сниму, — требую, глядя на врача. — Да как погляжу ты уже один сняла, — женщина пускала кольца дыма в потолок. — Кто помог? — Это не важно. — И трости я не вижу. На тебя напали что ли? — Нет, — сажусь на кушетку. — Но бой через пару дней. Мне надо готовиться. То, что врач просто будет надо мной смеяться я не ожидала. — Она размажет тебя по стенке и никакие двухдневные подготовки тебя не спасут. Вообще это было очень глупо вот так лезть на рожон. — Но не терпеть же мне всё это следовало? — Твоё дело. Но я бы никогда бы не стала так рисковать. Тем более собой. Женщина взяла ножницы и подошла ко мне сев рядом на кушетку и взяв мою загипсованную ногу положила себе на колени. — Ну буду надеяться, что Виктория Станиславовна будет с тобой мягче.

***

— С одной стороны я хочу ей помочь, но с другой стороны я боюсь наказания, — Дунаевская прижалась к Ярославе Максимовне. Хоть спать с другими ей было нельзя, но именно с Бурдуковой она чувствовала себя спокойней. — То, что решила делать Мамаева, это очень тупо. — Тебя это так сильно беспокоит? — Женщина наклонилась и поцеловала Асю в висок. — Помогай незаметно тогда. Только очень осторожно. Да и сама понимаешь что Мамаева ну никак не победит. И даже если ей каким-то чудом это удастся. Ты правда веришь, что Виктория Станиславовна её отпустит? Мне кажется, что нет. — Тогда зачем она согласилась? — Ася выпрямилась и посмотрела в глаза женщине. — Могла же проигнорить. — Ну а сама как думаешь? Ей просто скучно. А тут такое разнообразие. Главное конечно, чтоб Виктория Станиславовна не разошлась, тогда от Мамаевой ничего не останется. Но ты не смей вмешиваться в этот бой. Вмешаешься то и тебе достанется. Слышишь? — Мне надо идти, — Ася высвободилась из столь любимых объятий. — Директриса велела к ней прийти. — Сходи в душ, не нужно чтоб она ещё почувствовала что-то. Однажды Госпожа директор почувствовала чужой запах на её теле. Тогда она впервые ударила её кулаком поставив фингал. Вот тогда она и угрожала раскалённой кочергой. Стоя под душем Ася думала как быть. Два дня и будет этот бой. Это конечно всё детский сад, но от этого зависит жизнь Яны. Мамаеву было жалко. Ася всё ещё содрогалась при воспоминании как директриса ломала той конечности. — Снова после душа, — сказала Виктория Станиславовна, сжимая влажные волосы девушки. — Мне уже кажется, что ты что-то скрываешь. М? Или кого-то. — Ай! — Ася вскрикнула, когда её грубо дёрнули за волосы. — С кем ты трахаешься? — Не с кем, — в глазах девушки появились слёзы. — Я только ваша. — А засос на твоей шее говорит, что не только, — Говорухина сбросила со своих колен девушку и встала. — С кем ты трахаешься? Кто тебя ещё имеет кроме меня? — Это просто синяк, — Асю всю трясло от страха. — Ну а это просто раскалённая кочерга, — директриса подошла к камину и вытащив кочергу сунула её в огонь. — Подойди сюда. — Нет, — Дунаевская еле держалась на ногах. — Надо же, — усмехнулась женщина. — Голос прорезался. С кем из моих сотрудников ты спишь? Или из учениц? — Я только ваша, — слёзы текли по щекам. — Правильно, — дождавшись пока кочерга покраснеет, а потом побелеет, женщина достала её и пошла на девушку. — Только моя. — Пожалуйста, не надо, — Ася падает перед ней на колени. — А теперь послушай меня, — кочерга находилась в опасной близости от лица девушки. — Я конечно уверена в своих силах, но ты сделаешь всё чтоб Мамаева отказалась и струсила. Если не выйдет, то помешаешь ей во время самого боя. Подножку подставишь или ещё что-то в этом роде. Тогда я прощу тебя, и ты можешь и дальше трахаться без вреда жизни с Ярославой Максимовой, да, я прекрасно знаю, что вы имеете близость. — Вы же и так победите, зачем вам это? — Я хочу сломать её. Думаю, что очередного предательства она не выдержит. Поняла меня? — Да.