В незаметных мирах

Несмотря на опасения гения, который прекрасно знал, сколь невысокого мнения о племени трикстер, на вечерних кострах тот продемонстрировал лишь доброжелательность и готовность помогать в любых возникающих трудностях. После красивой байки о ночных небесных светилах, покровительствующих смелым и целеустремленным, предрек успешное начало перехода в далекую долину, из-за чего взгляды кочевников, всегда настороженные, слегка потеплели. Но вот совсем не нравилось в последующем переходе то, что бог обычно отправлялся с группой авангарда вперед, либо с Ричем на охотничьи вылазки, или беседовал в пути с вождем, а ему самому в обозе приходилось управляться с упертым животным, тянущим тележку с вещами. И не то, чтобы его сторонились, но попытки разговорить на любую тему кого из рядышком двигающихся пока были не особо успешными, ему предпочитали отвечать односложно и отмалчиваться. На кратких привалах у воды ему, стававшему в очередь с бурдюком, уступали дорогу, но дружеские разговоры поддерживать не собирались. К ним постепенно привыкали, и хотя по наущению Рича они размещались всегда в сторонке, ибо так правильно для шамана, возле них уже частенько пробегали стаи играющих ребятишек, которых никто не спешил поскорее от них убрать. Но всёравно две недели скучнейшего продвижения неимоверно бесили желающего более активных действий. В конце концов в очередной вечерний привал, готовя ужин и наблюдая за натягивающим палатку Локи, он и сам не заметил, из-за чего начал недовольно возмущаться, и осознал, что они уже ссорятся, лишь когда тот резко повернулся, развел руки и воскликнул: «И чего ты от меня хочешь, Старк?!» — Наверно ничего, — понуро ответил. — Смерть от жажды и голода не грозит, ты вроде как в безопасности. Что не так? — О чем твои беседы с вождем? — Налаживаю доверительные отношения, хочу акуратно узнать, почему тот Кло все же ему так важен. — Локи криво усмехнулся. — Подозреваешь меня в политических кознях? Что нежданно прикончу его? Или… — Самому странно, но нет, — Тони вздохнул. — То есть, если и да, то… Просто мне офигеть, как скучно. Знаешь, северный олень, ты мог бы… кроме «спасибо за ужин» хоть что-то рассказывать, а не только ставить палатку, спать, паковать вещи и снова сваливать до позднего вечера. Перебрав в уме фразы типа «Ну вот ты и винишь меня, что не за что здесь зацепиться твоему разуму» и «я не придворный шут развлекать тебя», трикстер присел рядом у потухающего костра. — У Кло, того который тебя иногда глазами поедает, — на эти слова изобретатель только фыркнул, — три сильных родственника. Два воина с кучей жен и подрастающих пацанов и торгаш, у которого больше всего рабов и телег в обозе, если не считать имущество вождя. — Если Кло убьет лидера, даже не через вызов, ему, скорее всего ничего не будет. — Предыдущий шаман возвел понятие мудрости почти к уровню силы и ловкости, ибо чтоб раздобыть самых вкусных мышей надо прежде всего знать, где они водятся. У старого вождя много было успехов, племя такое ценит… — И вызов силы уже не прокатит. Но просто убить и занять его место… — А вот тут не понятно как будет. Так как оба сына погибли, имущество отойдет старшей и младшей женам вождя, и обе недолюбливают Кло. Но забудем о богатстве. — Локи посмотрел в сторону скопления палаток. — Если его кандидатуру поддержат родственнички, то… — Тогда у него все на мази. Но если кто из них сам захочет на место вождя, то Кло показательно скажут «Ая-я-й, это же не был честный поединок, и ты не заслужил, а вот я поведу всех в светлое будущее». — Верно. И пока ввиду отсутствия прямых наследников вождь так благоволит кровожадному крепышу, ему выгоднее укреплять влияние на лидера, чем избавляться от него. — Я так понял, что жены не такие уж бесправные, наследуют и все такое. — А его жены, о, о них он треплется без умолку, занимаются травами, хотя забеременеть от старика снова не особо рассчитывают, еще и повитухи, так что они вполне уважаемые самодостаточные в племени особи. — Значит, никто не будет звать тебя принимать роды, — усмехнулся механик. — Спасибо норнам, нет. Мне хватило обращения одной жены мужской стати с вопросом не врачую ли я, ибо… — Локи запнулся, будто понял, что начал болтать лишнее, но, сделав непроницаемое лицо, продолжил фразу. — практически нет никакой возможности подлечить в пути болезненный вход в тело, которым страстный муж продолжает активно пользоваться. Гений прыснул со смеху. — А ты не мог магией помочь бедолаге, возложив руку на больное место? Все бы сразу уверовали в твою божественную сущность. — Я надеюсь, что возможность обратится к той малой толике магии, на что я способен, останется между нами. — Маг серьёзно посмотрел на собеседника, и когда дождался кивка, уголок рта дернулся вверх. — И, поверь, нам не нужна с утра перед палаткой очередь из кочевников, обращенных ко мне проблемным местом. Хоть Тони и захохотал в весь голос от представившейся картины, все же первый заметил приближающегося стройного юношу. — Привет, Рич. А я как раз хотел порасспрашивать тебя кой о чем. — Доброго вечера вашей крепкой семье. — Почтительно приветствовал тот. — Конечно, все, что знаю. — Хороший ты малый, даже напоминаешь кого-то. Не понимаю, чем племени ты мог не угодить. Темные глаза юноши опустились, и носок ноги ковырнул внимательно рассматриваемую им землю. — Если это единственное, что вы хотите узнать… — Нет. — сразу среагировал Тони. — Нет. Это была просто мысль, не обращай внимания. Меня интересуют права жен в вашем, пардоньте, нашем племени. — Права жен? — посветлевший взор оторвался от грунта и вернулся к лицу гения. — Ну, я видел, что многие обычно хлопочут у телег, костров и палаток, но некоторые уходят и возвращаются когда угодно. Так сколько по обычаям у них свободы? — Не скажу, что тут существует закон. Мужчины физически сильнее, поэтому в пути на легке с оружием перемещаются впереди нагруженных телег, позади и группами охотников во все стороны. Жены просто заботятся о сохранности имущества. Если есть толковый раб, который позаботится о необходимых вещах, то жена может заниматься, чем пожелает и умеет — может охотиться с мужем, или даже одна, если муж прямо не запретил. Хотя одной… Нападать на чужую жену, впрочем, как и на свободную, непозволительно, но… В обществе жен безопаснее. — Понимаешь, малыш-Ричи, смотреть на жопки тягловых животинок было очень увлекательно аккурат минут пятнадцать, но вот две недели уже слегонца перебор. Так если я найду, кто за минимальное вознаграждение присмотрит за нашим двуногим, тянущим воз, то я ни в чем неограничен? — Если муж, — еле заметный кивок в сторону мага, сохранявшего безучастный вид, — не укажет прямо, что… — Не укажет, — нетерпеливо перебил изобретатель. — Так не подскажешь, кто бы мог, скажем, за горсть корешков и кусок мяса присматривать за нашим барахлом? — Поспрашиваю. Под присмотром исчезать вещи шамана не должны, хотя… Уже немного жаль, что я продал других рабов, — подивился, что Тони каждый раз при этом слове слегка морщится, но продолжил: — полагал, что мне хватит одного. Если что, возможно, мой раб сможет подгонять и вашего диника вместе с моими, но если не уследит… — Никаких претензий, — поднял открытые ладони гений, делая вид, что не заметил упрекающий колючий взгляд трикстера. — Буду сам искать, куда укатил наш. диник. — Тогда я пойду. Приятной вам ночи. — Пасибки, малыш-Ричи, ты лучший. — И я уже давно не считаюсь малышом, — Рич мельком взглянул на хранящего молчание бога и удалился. — А для него твое звание шамана действительно значимое — постоянно косится в твою сторону, а ты хоть бы раз кивнул ему благосклонно. Молчание. — Ау, оленюшка, ты уснул с открытыми глазами? — Нет. — Локи поднялся и укрылся в палатке. Изобретатель, отряхнув на коленях штаны, последовал за ним и не удержался от подколки: — И не скажешь, что ввиду отсутствия шлема ты уже давно не северный олень? — Я никогда не считался… Старк, вот на что ты сейчас нарываешься? — Ну чего ты? Я же по-дружески. Разговорить пытаюсь, ты столько молчал. — Сказку на ночь рассказать, чтоб ты успокоился и уснул? — Маг улегся на шкуру, набросив на человека плащ, и смежил веки. — Можно, я не против, но лучше бы, о чем ты раздумывал. — Много о чем. — Верю. И все же? — А если тебе не понравится? — И с какого это времени забота о том, что мне понравится/не понравится, спать не дает? — Сейчас мне твоя болтовня спать не дает. — И не даст, так что колись уже. — Ладно. Ты мог бы облизывающемуся на тебя Кло незаметно подмигнуть, и когда он устремится за твоей вихляющей задницей в чащу, я его там убью за нападение на мою жену. Это вполне приемлемо устранило бы… — Против! Абсолютно не согласен. И я не виляю задом. — Ради плана мог бы и постараться… — Не будет такого! И мне подобные планы жутко не нравятся! — Настаивать не собирался, спокойнее. — А знаешь, что еще мне не нравится? — Сейчас узнаю. — Рабство. Они же ничем и не отличаются друг от друга, просто люди, которые оказались в плохом положении на обочине, или чуть слабее при какой-то там битве племен. С них издеваются, бьют, чтоб сломить и превратить сознательного ближнего в просто имущество. Это надо… — Стоп! Нет, Старк!. — Но!.. — Пока нельзя! Даже не вздумай заговаривать с кем-либо кроме меня о своих аболиционистских мыслях! В лучшем случае заподозрят в сумасшествии. — Да не бегу я подавать вождю билль о правах, так что ты тоже поспокойнее. Я понимаю, что сначала надо… — Упрочить свое собственное положение. Вот на этом и остановимся, а расшатывание их устоев отложим на далекое будущее. — Пока мне не повезло лишь раз издали увидеть, как дважды ударили раба, и я не успел ни… — Энтони! Что мне сделать, чтоб ты не вмешивался, когда кто-то будет наказывать своего раба? Я очень прошу… — Как ты можешь?! Мне закрыть глаза и отвернуться?! — взвился от негодования человек. — Да! — также приподнявшийся асгардец выкрикнул прямо в лицо. — Иначе это будет беспричинное нападение с твоей стороны! Думаешь, что проучишь рабовладельца? Никто и не поймет, с чего ты напал; тебя если на месте не прибьют, то схватят. И как мне тогда тебя защитить?! Воцарилась тишина, в которой слышалось лишь беспокойное сопение. Уловив кожей тепло дыхания, Локи наклонил голову, прикоснувшись лбом к челу изобретателя. — Ты же будто гений планетарного масштаба, но совсем не берешь во внимание последствия. — Я, — человек сглотнул, — не могу обещать, что просто отвернусь. — Я не хочу лишаться твоего общества, — совсем тихо прошептал бог. — Не могу обещать, — так же тихо повторил человек и прилег обратно на шкуру, повернувшись спиной к Локи, привычно укрываясь краем чужого плаща. — Спокойной ночи. Утром Рич пришел сообщить, что если готовы доверить его рабу свое имущество, то он займется этим. Тони сразу понес тому остатки завтрака с обещанием поделиться ужином, если не придется по всем окрестным лесам искать своего диника. А на заверения юного свободного кочевника, что раб у него не голодает, ответил, что за дополнительную нагрузку полагается дополнительная плюшка. — И как планируешь свершать свой путь, раз трястись на тележке уже нет необходимости? — как можно нейтральнее поинтересовался маг. — С чего ты взял, что я что-то планирую? Тот только закатил глаза. — Ты будешь пытаться вернуть каждое моё слово с первого дня знакомства? — Возможно. — Добавь еще: «Что здесь вообще можно планировать?» Будет вполне уместно. — Ага, вот только я честно без понятия. Для начала хотел узнать, что ты делаешь, когда не подлизываешься к вождю. — Старк, я не… — Могу у Рича спросить. — И уже сделал несколько шагов назад к обозу, когда трикстер его окликнул. — Тогда можешь подождать здесь. Он сейчас подойдет с копьями. — Копьями? — Да, у него их несколько, как и у всех воинов: метательные, для ближнего боя, для охоты. Мы частенько забегаем вперед, находим подходящее место для тренировки и упражняемся с этими копьями. Он немного не дотягивает до весовой категории воинов, но с его ловкостью у него есть шанс постоять за себя в бою. — А ты дерешься на копьях? — Я тоже учусь. Как насчет пробежки вместе с нами? — Думаю, неплохо было бы улучшить свою физическую подготовку, и не имею ничего против вашего общества. — Старк, может хватит отвечать фразами, которые бы произнес я? Давай уже свое «Да я писаю от восторга, что ты позвал» — А если откажусь? — Возвращаться к своей манере общения, или вместе тренироваться? — А ты, Тони, с нами? — поинтересовался подбежавший Рич, протягивая Локи одно древко с наконечником из мягкого железа. — Конечно. Разве можно пропустить возможность поупражняться с пилумом? Они начали почти ежедневные совместные путешествия на расстоянии от медленно продвигающейся основной группы, чередуя охоту с тренировками с местным оружием. И хоть трикстер стал реже искать общества вождя, чем был слегка недоволен, зато мог присматривать за неуемным смертным, и во время тренировок так выматывать его, чтоб едва хватало сил поужинать и заползти в палатку на ночь, не то чтоб искать во что ввязаться. А в гористой местности всем приходилось уже налегать на топоры, чтоб убрать сваленные бурями и обвалами деревья и тележки могли передвигаться дальше. Скорость продвижения убавилась еще и через обильные дожди, размывавшие тропы. Промокшую древесину невозможно было разжечь и Локи иногда, убедившись, что никого кроме Тони рядом нету, прибегал к магии. Когда костер весело разгорался, делились горящими поленьями и с Ричем, и с другими желающими побыстрее согреться, что убеждало всех в исключительности их нового шамана. Оставшихся сил мага еле хватало на восстановление обуви и высушивание одежды, чтоб можно было не трясясь от озноба полноценно отдохнуть ночью. И все же в неосознанных поисках тепла засыпающий человек все ближе пододвигался к живому телу, лежащего рядом. Однажды утром проснувшись обнаружил, что поверх плаща, служащим им одеялом, на его плече покровительственно лежит изящная рука, улыбнулся и не сумел удержать языка за зубами: — Полагаю, Оленюшка, у нас серьёзнее, чем случайный секс, раз просыпаемся в обнимашках. Тело позади заворочалось и, убрав руку, потянулось, разминая затекшие мышцы. — Не уверен, что полностью понимаю здесь прилагательное «случайный». Асоциируется с тем, как кто-то, скажем, выходя их купален, поскользнулся и случайно сел на чужую эрекцию. Хихикнув, Тони тоже начал разминать плохо слушающиеся конечности. — Напомнишь вечерком открыть тебе секреты восхитительных отношений у мидгардцев. — Не думаю, что ты сможешь удивить неизвестными ранее тайнами. Меня просто иногда удивляет ваш выбор слов, используемых для определения тех или иных понятий. — То есть шушукаться в темноте как подростки не будем? — Посмотрим хватит ли у тебя силенок хоть до палатки доползти. Впереди огромный завал, который надо расчищать. Угадай кому? — Всем свободноходябельным, включая жен и детей. — А так как большинство жен сейчас хлопочут с детьми, у которых от простуды температура и сопли по колени, а охотникам вождь дал установку сосредоточится на поимке всевозможной живности для будущей торговли, то… — То ты с Ричем убежишь на охоту, а завал разгребать мне одному, — простонал гений. — Не одному. Поэтому готовься воодушевлять своим примером всех рвущихся к труду, и особо отлынивающих от него, соплеменников. Пока дорожка не освободится разбирать палатки нету смысла, так что завтракай, закатывай рукава… — И вперед и с песней, — понуро пробормотал Тони, разглядывая хмурое утро в пелене моросящего дождика.