Кажется, это был не тот герой!

      — Святое убежище — очень важное и ценное умение. — вещал отец Клерентин. — Оно позволяет создать подпространственный карман, в котором можете укрыться Вы и Ваши спутники.       — А что внутри убежища? — с выполнением уточнил Герой. После девятого деяния он получил новую способность и был весьма рад этому.       Первосвященник нахмурился.       — Я не знаю... Этого умения у меня нет. — признался он. Святой смутился. Он только сейчас окончательно осознал, что стал намного сильнее наставника.       Теперь святой отец мог помогать ему лишь теоретически.       — Я сейчас попробую и все расскажу. — пообещал юноша, применяя нужные чары.       Больше всего вход в убежище напоминал небольшой вертикальный водоворот — воронку из некоего подобия не мокрой воды. Словно сама реальность принялась крутиться. Сделав шаг внутрь Герой оказался в небольшом светлом помещении. Стол, скамейка. Места максимум на троих и то прижавшись. Вместо одной из стен — окно от пола до потолка. В окно было отчетливо видно соборный зал Лиранского дворца и высокую фигуру отца Клерентина в длиннополом одеянии. Священник нетерпеливо ходил туда-сюда.       Мэйс не стал нервировать его долгим отсутствием и спешно вернулся.       — Просто комнатка, очень маленькая. Ничего интересного. — сообщил Святой как можно небрежнее.       Первосвященник вздохнул.       — Хотите посмотреть? — предложил Герой.       — Как-нибудь потом может быть. — отмахнулся Клерентин. — Сейчас важно обучить Вас теории. Убежище можно использовать лишь полчаса в сутки в общей сложности. Оно способно защитить от неблагоприятных внешних условий — ядовитый воздух, взрывы и прочее. Выход всегда там же, где и вход — войти в одном месте, а выйти в другом не получится. Время в убежище и в мире течет одинаково.       — А можно делать вход не вертикальным, а горизонтальным? — моментально поинтересовался юноша.       — Хмм... — задумчиво протянул священник. — Никто не пробовал. Но теоретически это возможно.       Мэйс попробовал и удостоверился, что подобная модификация чар действует.       Закрыть созданное убежище, находясь снаружи тоже оказалось вполне реально. Святой потренировался вызывать "вихрь" входа почти мгновенно.                     — Тебе нелегко пришлось в последнее время... — с сочувствием проговорил Аттани.       Герой лишь отмахнулся: — Всем нелегко...       — Но от твоего состояния зависит судьба мира. — напомнил дриад.       Мэйс усмехнулся: — Миру не повезло. Ему достался очень измученный, нервный и депрессивный Герой. Наверное, худший из всех...       — Точно не худший. Один из лучших, пожалуй. — заверил рыжий.       — Ты не был знаком с другими. — напомнил Святой.       — Не был. — поспешил согласиться дриад. — Но много о них слышал и читал.       — Что ты думаешь о происходящем? — уточнил рыжий, глядя прямо в глаза собеседнику.       — Князю демонов пришлось тяжело... Но Лиран — не Пируан. Шегдон адекватный правитель. У Браггарда отняли прежнюю хорошую жизнь в родном мире. Я лишь выиграл, оказавшись здесь. Он был Высшим Героем, я — легендарным. Меня, как и его, многое не устраивает в мироустройстве. Но есть шанс все изменить. Главное — быть осторожным И не рассориться с союзниками... раньше времени. Ни Лиран, ни тем более Иешуна не поддержат мои планы не уничтожить Темных, а прекратить войну. Когда им станет известно — они возненавидят меня... Но иначе нельзя. Может, Грэг поймет. Но не святоши... — проговорил Мэйс.       — Логично. — согласился Аттани. — Ты очень разумно мыслишь...                     — Как все прошло, Вик? — Махалу, водный демон в прежней жизни носивший имя Гилорни, поднялся навстречу Князю... и своему другу на протяжении уже второго воплощения.       Он один из немногих имел право обращаться к правителю на ты. И то лишь наедине.       — Мы поговорили. Герой вполне адекватен и разумен. Он прислушался и взял кристалл для связи. — сообщил Виктор, ныне именуемый Браггардом.       — Хорошо. — водный тряхнул густыми сине-зелеными волосами и улыбнулся. — Какое впечатление производит этот Мэйс?       Князь задумался: — Совсем юный, но не наивный. Битый жизнью, но не ставший циничным. Имеет свое мнение, но готов прислушаться к чужому. Не хитрый стратег, но и не дурак. Похож на меня в том же возрасте...       — Если похож на тебя, да еще и легендарного уровня, то справится. Ты с юности упорный. — улыбнулся Махалу.       Виктор устроился на подушках подле друга. Какое-то время они молча сидели на краю небольшого бассейна.       Браггард вглядывался в черты товарища. Тонкая бледная кожа, огромные глаза, узкий подбородок, курносый нос, худые плечи и руки. Он мало изменился внешне с прошлой жизни. Разве что приобрел черты водного демона — самого редкого подвида демонов.       Ранее Гилорни был русалидом. После смерти он был весьма удивлен, очнувшись на дне озера в землях демонов, но уже представителем несколько иной расы и помолодевшим до подростка. На берегу его встретил Виктор и объяснил, что произошло. Гилорни полагал товарища давно погибшим и был рад его видеть... даже Князем Темных.       Увы — заранее спросить разрешение на эту волшбу Браггард не мог. Но Махалу принял его выбор и не сердился. Он вообще редко сердился. Сердечная теплота так и лучилась от водника, что в одной жизни, что в другой.              — Мы успели побывать в болотах, степях, лесах, горах, в подпространстве, в иллюзорном мире, посетить представителей фактически всех рас мира. Интересно, что ожидает при выполнении десятого задания? – рассуждал Мэйс по дороге во дворец. Спутники шли рядом, а почетный эскорт из Инквизитора, двух палладинов, включая Джессила, и толпы стражи держал оборону вокруг. Даже после устранения логова культистов в столице Героя продолжали усиленно охранять.              Десятое деяние оказалось весьма нетипичным.       — Отправиться на дно моря? — переспросил Мэйс ошарашенно.       — Да... — кивнул отец Клерентин. — Это было бы необычайно сложно, не будь среди спутников русалида. А так — проблем не ожидается. Извлечете из подводного дворца трезубец Повелителя морей и доставите сюда. Если все пройдет без неожиданностей — успеете за день.       — Это когда же у нас все шло без неожиданностей? — вздохнул Чанси. Первосвященник не нашелся, что на это ответить.                     Без посторонних русалид вел себя куда менее сдержанно.       — Мэйс, Мирра, мы отправляемся в легендарный подводный город Кианур. Там жил мой народ, когда был могущественным и многочисленным. — воодушевленно вещал Чанси. — Я не знал, что до него сейчас можно добраться. Нас разделяют пол континента и Огненная гряда из вулканических островов вокруг, неприступные скалы и такие волны и течения, что не выжить и русалиду. Но если нас перенесут порталом по ту сторону Гряды, то проблем быть не должно. Дальше море спокойное. Все шторма гасят скалы.       — Звучит и правда несложно. — согласился Святой. Чанси неожиданно смолк и погрустнел.       — В чем дело? — насторожился Герой.       — Я не хочу, чтобы трезубец оказался у людей... Это реликвия и мощнейший артефакт нашего народа. — проговорил юноша тихо.       Троица переглянулась: — А может не отдадим?       — Но... как же тогда быть? Изготовим качественную подделку? — уточнил Мэйс. Чанси закивал: — В задании говорится "добыть трезубец и доставить в Лиран". Про "отдать людям" — ни слова. Едва ли лиранцы точно знают ауру этого артефакта и как он выглядит. Заранее изготовим и припрячем нечто похожее на основании рисунков и описаний в свитках. Знак на алтаре вспыхнет, засчитав деяние, как выполненное.       — Надо снова обратиться за помощью к Аттани. Он может помочь в изготовлении подделки. Потребуется хорошо экранированный футляр — сначала для копии, а потом для оригинала. — рассуждал Святой.       — Это начинает походить на план. — улыбнулась Мирра.       Друзья отправились в Башню драконьего клыка. Им предстояло много работы.                     Лаэрн не находил себе места. Так больше продолжаться не могло. Он точно знал, что ему симпатичен Мэйс, а чувства к Саю — магический морок и наваждение. И с этим мороком надо было бороться.       Крайне противное ощущение — не контролировать себя, не принадлежать себе... смотреть на мир словно сквозь пелену.       Выход был только один — самодисциплина и самоконтроль. Как на воинских тренировках. Тело лунного привыкло терпеть боль и холод, не реагируя на них. Значит получится и с прочим.       Лаэ устроился поудобнее, закрыл глаза и очистил сознание от лишних мыслей.       Поначалу это было непросто, но постепенно образ инкуба перед внутренним взором начал бледнеть. Пелена рассеивалась.       Предстоял долгий путь. Но его нужно было пройти.       Сай-Мирро обратил внимание, что глава дивных начал звучать иначе — глубже, гармоничнее, спокойнее. В нем явно происходили перемены.              — Так что последние проверки показали — детей у меня быть не может. Королевский род продолжат только твои потомки. — произнес Лаэ тихо.       Ульри отвернулся от сферы, закусил губу и нахмурился.       — Если даже у меня и будут потомки, то точно не чистокровные эльфы. И едва ли они захотят побывать в Дамерре. — отозвался эльфенок.       — Понимаю... — терпеливо кивнул правитель. — Это твое право — не желать возвращаться к сородичам. Но не решай за других.       Ульри сжал кулачки. Он был рад изменениям, произошедшим в брате. И злился, что в данной ситуации прав скорее Лаэ.       — Как отнеслась к известию Бириэль? — уточнил эльфенок. Лаэ лишь отмахнулся: — Мы расстались. Хоть она и порывалась уверять, что для нее ничего не изменилось и отсутствие детей в нашем браке совершенно не важно.       Сай просканировал ее и уверяет — эта девица любит лишь власть, а не меня.       — Вот туда ей и дорога. Мне она никогда не нравилась. — обрадовался Ульри.       — Как там Ланайа? — голос дивного слегка дрогнул.       — Она в порядке. Хорошо устроилась. Выходит замуж за местного придворного. — сообщил Ульри.       — Понимаю... — протянул Лаэ, явно опечаленный данным известием.       — Странно, что мы с тобой стали общаться чаще, чем когда обитали под одной крышей. — эльфенок поспешил сменить тему.       — Да, это и правда странно. — грустно улыбнулся правитель лунных.              Волны с грохотом разбивались о скалы с одной стороны гряды, в то время как с другой было тихо – вода оставалась прозрачно-бирюзовой и гладкой.       — Пойдем вниз, тут есть тропа. – позвал Чанси.       Мирра и Мэйс последовали за ним. Плеск, крики чаек. Герой, никогда ранее не видевший настоящее море, с восхищением смотрел вокруг – ему нравилось все – от запаха соленой воды и водорослей до бескрайнего неба над головой. Спуск не занял много времени. Под ногами зашуршал песок. Святой наклонился и поднял витую ракушку. Потом его внимание привлек цветной полированный волнами камень, затем – осторожно крадущийся краб.       Чанси наблюдал за происходящим с теплой улыбкой. Его сердце тоже замирало от восторга при виде такого количества воды.       — Хотел бы я жить у моря… — прошептал переполненный эмоциями Святой.       — Да. И я тоже. Тут хорошо. – согласился русалид.       — Неплохо. – согласилась Мирра, судя по тону вовсе не разделявшая восторгов остальных.       Троица подошла к кромке воды. Водник навел на товарищей чары, позволяющие не мокнуть и дышать под водой. Шаг, другой, третий. Волны сомкнулись над головой. Чанси трансформировался и, пустив в дело мощный хвост, развил приличную скорость. Мэйс и Мирра ухватились за русалида, чтобы не отстать. Они погружались все глубже, попутно уходя все дальше от берега.       Вода была сначала приятно теплой, но постепенно становилась все холоднее. Света тоже проникало все меньше. Защита, наколдованная Чанси, помогала дышать и защищала от нарастающего давления.       Но Мэйс начинал нервничать. Толща воды над головой беспокоила его не на шутку. А вот русалид явно был доволен и лучился счастьем, ощутив морской простор. Мирра, любящая плескаться только в ванной и речке разделяла чувства Святого.       А потом Мэйс ощутил нечто... это нечто было огромным, живым и оно ПРОСЫПАЛОСЬ.       Странный гул, пузыри воздуха, поднимающаяся из глубин туша размером с половину города... а то и с целый город.       Если бы Герой мог, он бы неистово и громогласно завопил. Но антиводная защита не пропускала звук.       Как и почти все люди, юноша ощущал себя в глубокой воде маленьким, медленным и неуклюжим. Древний страх человечества, что в неизведанных пучинах таятся ужасные морские чудовища, нашел сейчас свое реальное подкрепление.       А потом напротив Мэйса открылся глаз. Вернее ГЛАЗ — размером примерно с дом. Глаз был желтым с вертикальным зрачком...И смотрел, казалось, в самую душу.       Мирра барахталась где-то справа от Чанси, все еще цепляясь за водника. Сам Герой — слева, слегка дрожа и испуганно округлив глаза. А Чанси замер, не шевелясь. Глаза русалида были закрыты.       — Сейчас нас съедят. Хотя мы этой твари даже не на один зуб. — в оцепенении подумал Святой. Что предпринять, он не знал. Магия Света против этого существа не годилась, а захваченные с собой артефакты были бесполезны против подобной громадины.       А потом Чанси открыл глаза. Они светились сине-зеленым, словно отражая блеск самой воды. Русалид протянул к существу руку и что-то проговорил — расслышать Мэйс не смог.       Только сейчас Святой запоздало понял, что не ощущает от морского существа агрессии.       Чанси махнул рукой товарищам. Создание сместилось так, что перед троицей теперь маячил плавник. Русалид первым ухватился за него. Мирра и Мэйс последовали его примеру, с трудом веря в происходящее.       А потом оно поплыло — быстро и уверенно. Спустя пол часа впереди замаячили очертания подводного города — купола, шпили, тоннели, лестницы, переходы...       Троица отцепилась от своего ездового животного и направилась внутрь. По счастью, город располагался не так глубоко. Свет в него проникал.       Держась за Чанси, огресса и святой плыли по коридорам, украшенным перламутром и цветной мозайкой. Арки, балкончики, залы. Сейчас все поросло водорослями, было облеплено ракушками и кораллами. Но все еще впечатляло.       Мозайки из полудрагоценных камней изображали сцены из жизни русалидов прошлого.       — Подумать только. Сейчас русалиды почти на положении рабов, а раньше были гордыми хозяевами морей — ходили важными, вели торговлю, заключали военные союзы, носили жемчуга и золото. — думал Герой. — Были гордым, свободным и сильным многочисленным народом.       В центральном зале путников встретила огромная мраморная статуя русалида в короне.       В руке у каменного изваяния был трезубец — небольшой, но невероятно тонкой работы.       Чанси повернулся с Мэйсу и выразительно посмотрел на него. Тот все понял без слов и наложил на друга дополнительное усиление способностей.       Водник подплыл к статуе и принялся колдовать — одни сложные чары за другими. Магические символы и знаки вспыхивали в полутьме и гасли... Лицо статуи, почти полностью скрытое мраком, выглядело пугающе и грозно. Мраморный русалид словно всматривался в потомка из-под насупленных бровей.       С каждым новым заклинанием статуя все больше и больше озарялась светом.       Святой снова наложил на товарища чары, повышающие способность к волшбе, и влил энергию.       Чанси продолжил свое выступление перед грозным зрителем. Водник выбивался из сил, старался, как мог. Пол часа, час... В какой-то момент Говорящий с водой просто опустился на пол и замер, обессиленный. Святой хотел броситься к нему, но не успел. Мраморное изваяние озарилось полностью. А затем выпустило трезубец из рук.       Чанси очнулся в достаточной мере, чтобы поймать медленно опускающийся на пол артефакт. Похоже, юношу сочли достойным такого дара.       Обратный путь по коридорам подводного дворца прошел медленно. Русалид так устал, что еле плыл. По счастью, снаружи ожидал "транспорт".       Уже привычно уцепившись за плавник, троица направилась к берегу. Морское чудище подвезло Героя и компанию пока хватало глубины. Остаток пути пришлось проделать самим.       Мэйс выполз на песок и рухнул, обессиленный. Он еще ни разу не проводил в воде столько времени. Рядом примерно в таком же состоянии лежали Мирра и Чанси.       — Что это была за тварь? — поинтересовалась воительница.       — А, это... Хранитель глубин. Не знал, что мы его встретим. Раньше наш народ жил в компании вот таких существ. Шаманов все еще учат с ними обращаться — на всякий случай. — небрежно пояснил Чанси.       — Это у вас раньше были вот такие домашние животные?! — уточнил Мэйс ошарашенно.       — Вроде того. Но здесь давно нет никого из моих соплеменников. И потому Хранители спят.       — Похоже, мы многого не знаем о русалидах. — заметил Святой.       — Надо заменить трезубец и идти обратно. — напомнила огресса. Она открыла оставленный на берегу массивный футляр. Оттуда был извлечен красивый витой трезубец с инкрустацией полудрагоценных камней, старательно изготовленный Аттани. Этот артефакт должен был фонить водной магией примерно пол месяца — как раз достаточно, чтобы Герой и спутники завершили деяния. Чанси с трудом поднялся, отряхнулся от песка и поместил в футляр оригинал, выглядевший даже скромнее копии.       Троица, пошатываясь, направилась по тропке вверх — туда, где должен был открыться портал. Футляр скромно нес Чанси — по официальной версии, предназначенной Лирану, там были водные амулеты для миссии. Подделка оказалась в руках у Героя. Ему предстояло вручить ее отцу Клерентину.