Партия (Король и пешка)

      Насиловать позицию – совершать ход, несмотря на сложившиеся требования позиции.

Шахматный термин

             По своему обыкновению, паркуя автомобиль, мерзавец не щадил шин. Он не заглушил двигатель, просто вышел и захлопнул дверцу. Я огляделась по сторонам: мы остановились в переулке, куда выходили черные ходы нескольких видавших виды зданий. Повернув голову назад, я увидела, что позади нас остановились два знакомых серебристых внедорожника.       Неро обошел кузов и остановился у моей двери, глядя в сторону внедорожников. Больше ничего не происходило. Я опустила стекло и высунула голову. Он посмотрел на меня искоса и бесцеремонно подтолкнул мою голову обратно в салон автомобиля. Меня подмывало высунуться еще раз и кое-что сказать по этому поводу, но он опустил ладонь на нижнюю часть рамы, перекрывая выход для моей головы. Мне не оставалось ничего, кроме как, раздраженно откинувшись на спинку кресла, сдуть со лба упавшую прядь волос.       Все еще ничего не происходило.       – Неро, что мы…       – Оставайся на месте.       – А я что, по-твоему…       – Молча, пожалуйста.       Наконец, кивнув кому-то невидимому для меня, он распахнул дверь и позволил мне выйти. Я не успела опомниться, как он схватил меня за локоть и повел в сторону, мы прошли метров пять, он потянул на себя тяжелую железную дверь и подтолкнул внутрь. Я успела заметить, что за закрывающейся дверью встали два охранника, Кас и Пол прошли с нами.       Внутри было темно, играла музыка. Я сняла очки. Пройдя по коридору, мы попали в более освещенный зал. Кас с Полом остались в темноте. Из колонок негромко доносилась знакомая песня, популярная прошлым или даже позапрошлым летом. Яркие разномастные прожекторы мигали, наполняя помещение скачущими бликами. По периметру темных стен стояли низкие кожаные диваны, в центре – металлические клетки для раскрепощенных танцев, и все бы ничего, но… зал был абсолютно пуст.       Неро зашел за барную стойку, сел на высокий стул и потянулся к витрине с сигаретами, выбрав классическую красно-белую пачку «Мальборо», распаковал ее и прикурил. Раскуривая сигарету, он избавился от пиджака. Швырнув его на стойку, опустил глаза вниз, немного скривил губы и достал из-под стойки стеклянную пепельницу. Все это время я стояла напротив него, посреди пустого танцпола. Неужели предполагалось, что я буду танцевать?       Я забралась на высокий барный стул и уставилась на мерзавца, подперев рукой подбородок.       – И что мы будем здесь делать?       Он приподнял брови.       – Ты хотела в клуб, разве нет?       – Тут никого нет.       – Сколько должно быть человек? – этот взгляд с вызовом не сулил ничего хорошего.       – Только не говори, что заставишь свою охрану танцевать для меня.       Он выпустил вверх струю дыма.       – Вообще-то, я подумал о блондинках, – Неро кивнул на металлические клетки. – Как считаешь, они бы неплохо там смотрелись, а?       Я поджала губы.       – Гораздо эффектнее там бы смотрелись блондины, – выражение его лица дало мне понять, что я отомщена.       Однако он быстро сориентировался:       – Сказать Касу, что очков тебе недостаточно, и теперь ты хочешь приватный танец? – прошла секунда, прежде чем я сообразила, что Кас был образцовым блондином.       – Ну и мерзавец, – я против воли засмеялась, опуская голову на стойку. Он улыбнулся в ответ, удерживая во рту сигарету. – Разве ты куришь?       – Когда не могу выпить.       – Почему ты можешь выпить с утра вместо завтрака, но не можешь сделать этого в клубе, куда большинство людей приходят именно выпить?       – Вечером нужна трезвая голова, если ты понимаешь, о чем я.       – Собираешься читать чьи-то мысли? – он кивнул. – А что вечером? Куда вы идете с Эриком?       – Еще не время об этом думать.       – Ты такой загадочный… – я подперла голову рукой. – Постой, – я убрала руку. – Ты хочешь сказать, что мы приехали в клуб, где нет ни единой души, и даже выпить не можем? – он молчал. – Что же мы тогда будем здесь делать, Неро?       Мерзавец пожал плечами и затушил сигарету.       – Я хотел, чтобы ты повеселилась.       – У тебя своеобразное представление о веселье.       – Критикуешь меня? – он поднял одну бровь.       – Только потому что ты даешь поводы для критики, caro.       Музыка переменилась на медленную – из недр памяти поднялось давно забытое чувство, которое в последний раз я испытывала, наверное, на школьной дискотеке, когда наступало время медленного танца и разгоряченные девчонки отходили в сторону, ожидая: пригласят или нет.       – Потанцуем? – он вышел из-за барной стойки и подал мне руку, я соскочила со стула. Неро обнял меня, отводя чуть в сторону. Я положила голову ему на плечо. – Ты веришь в бога? – спросил он после паузы.       Я посмотрела вверх, встречаясь с ним взглядом. Неро был серьезен.       – Скорее, в судьбу.       – В чем разница?       – Ну… – я положила голову обратно ему на плечо. – Наличие бога, на мой взгляд, гарантирует справедливость, а судьба… от нее просто не уйдешь.       Танцевать с Неро оказалось на удивление просто: он слышал и партнершу, и музыку. Вообще, в нашем с ним физическом взаимодействии – будь то секс или танцы – царила полная гармония, однако, видимо, в ущерб психологической совместимости.       – Даже если очень постараться?       – Даже если использовать все, что тебе доступно, – подтвердила я.       – Ты только что обесценила все людские стремления и начинания, – он прижался щекой к моим волосам. – Например, крушение лайнера из-за неисправности двигателя… бывает, что его удается посадить, увильнув от гибели, благодаря действиям экипажа.       – Если удалось увильнуть, значит, такой и была судьба.       – Хочешь сказать, что бы я ни делал, исход будет один?       – Нет, – мы медленно покачивались в такт музыке. – Хочу сказать, что судьба знает, что ты будешь делать, поэтому исход предопределен.       Неро замолчал на минуту.       – А что ты скажешь о своей судьбе?       – Я ей признательна.       – За что?       – По многим причинам, – на самом деле причина была всего одна, зато очень весомая.       Больше он не задавал вопросов. Когда закончилась песня, Неро подвел меня к стойке и опять закурил. Я поморщилась: запах сигарет перебивал запах мерзавца.       – Тебя убьет цирроз печени или рак легких.       – Меня убьешь ты.       Я подняла подбородок.       – Как же ты тогда выполнишь обещание убить меня собственноручно?       – Я что-нибудь придумаю, amore mio, – он улыбнулся и потянулся за пиджаком. – Если не планируешь показать, насколько хорош твой стриптиз, нам лучше уехать. Есть пара вещей, которые мы должны успеть сделать.       – Как скажешь, – я пошла к выходу.       В коридоре нас ожидали Кас с Полом, они вышли первыми. Неро взял меня за руку, одновременно пряча за своей спиной до самой машины. Он открыл для меня дверцу, дождался пока я сяду и тихо ее захлопнул. Это начинало действовать на нервы. Охранные мероприятия, по-моему, выходили из-под контроля. Если так пойдет дальше, мне не то что работа не светит, а даже посещение туалета в одиночестве. С другой стороны, я склонялась к тому, что Неро относится к типу людей, которые зря не драматизируют, а это, в свою очередь, означало, что над моей головой сгущались тучи.       Подтверждая мои опасения, мерзавец вел автомобиль сосредоточенно: не превышал скорости, не игнорировал знаков дорожного движения и даже останавливался на красный сигнал светофора. Я внимательно посмотрела на него – внешне он оставался спокойным. И все-таки, когда плохой мальчик притворяется хорошим… Жди беды.       – Что? – он повернул ко мне голову.       – Ничего.       – Скажи мне.       – Уже и посмотреть на тебя просто так нельзя?       – В моем мире подобные взгляды обязательно что-то значат, так что будь осторожнее.       – Хочешь сказать, у меня могут быть проблемы не только из-за того, что я болтлива, но еще и потому что… глазлива?       Он немного поддал газу.       – Хочу сказать, что у меня могут быть из-за этого проблемы.       – Почему?       – Потому что теперь все твои проблемы – это мои проблемы, Химена.       Автомобиль резко отвело в сторону – такова была манера Неро парковаться. Осмотревшись, я отметила, что место казалось смутно знакомым. Два угловатых подростка пили пиво из алюминиевых банок, сидя на ступеньках перед одноэтажным зданием. Расклеенные на его стенах афиши выглядели блеклыми. Чуть впереди, где заканчивался асфальт, мягко стелилась дорожная пыль. Охрана выбралась из внедорожников, перешла дорогу и покрутилась на месте, затем Кас кивнул Неро.       – Подожди здесь, – мерзавец обошел корпус машины, открыл дверцу и помог мне выйти. – Теперь иди впереди.       – А куда мне идти?       – Туда, где стоит Кас.       Я пошла, прислушиваясь к шагам позади себя. Перешла дорогу и ступила на сухую утрамбованную землю. Неожиданно раздался громкий свист. Плечи неосознанно дернулись. Вероятно, мне следовало бежать, но я стояла как вкопанная и ничего не могла с этим поделать. Я больше не слышала позади себя шагов Неро – это напугало меня еще сильнее.       Медленно обернувшись, я выдохнула с облегчением. Мерзавец стоял на ногах, даже больше – он целился в сидящих на ступеньках полупьяных подростков. Угол, под которым он держал ствол с глушителем, был идеальным. Я не сомневалась в том, что он выстрелит.       Теперь до меня дошло, что это был за свист: он предназначался мне. Неожиданно Неро опустил пистолет. Парни, неловко толкаясь, поспешили скрыться. Правильное решение.       – Я собирался выстрелить, – он нагнал меня широким шагом.       – Это было заметно.       – Передумал в последний момент.       – Потому что…? – мне хотелось знать, какая сила может изменить принятое им решение.       – Подумал, что их смерть огорчит тебя больше пошлого свиста, – по-моему, мои зрачки расширились: я увидела его яснее, хотя и до этого он никогда не казался мне мутным.       – Ну, – я сделала шаг к нему, – это самая милая вещь, которую для меня когда-либо делали.       Неро улыбнулся, движением подбородка указывая, что нужно двигаться не к нему, а в противоположном направлении – это было похоже на то, как идти против течения. Когда мы подошли к дверям, где нас ожидала охрана во главе с Касом, я узнала место. При свете дня оно выглядело иначе.       – Еще тату? По-моему, тебе достаточно.       – Мне – да, достаточно.       Я сразу поняла, к чему он клонит.       – Нет! Даже не думай, – я поискала глазами пути для отхода.       – Почему нет?       – Как минимум, потому что это больно.       – Разве я не стою немного боли?       – Стоишь, – я согласилась с очевидным. – Но причем тут ты? Эта боль… она бессмысленная.       – Сегодня четверг – наша первая годовщина. Сделай мне подарок.       – Неделя – это не годовщина. Годовщина от слова «год», понимаешь?       Он перечеркнул мои доводы одним словом:       – Пожалуйста.       Я закрыла глаза. Пожалуйста? Тогда да, забирай все, что хочешь.       Неро взял меня за локоть, подводя к двери, которую охрана уже распахнула. Внутри было как прежде темно, узкий коридор не располагал окнами. Оказавшись у поворота, я услышала тревожную музыку. Неро открыл дверь и пропустил меня вперед. Спайк сидел в кресле, уложив ноги в другое кресло, и глядел в потолок.       – Неро, ты сказал, что приедешь утром. Я сижу тут весь день и никого не принимаю, – Спайк посмотрел на часы, которые показывали половину третьего.       – Я возмещу ущерб, скольких клиентов ты потерял?       – Дело вовсе не в клиентах, – он поднял ноги с кресла и опустил на пол. – Дело в том, что это отвратительно скучно.       – Я возмещу и этот ущерб тоже.       Спайк покачал головой и перевел взгляд на меня.       – И как только ты с ним живешь?       – На самом деле, не так плохо, как может показаться сначала.       – Да брось, временами тебе ведь хочется что-нибудь разбить о его физиономию? Мне – очень, – Спайк скосил глаза к носу. Неро обошел меня и встал перед ним, я потеряла зрительный контакт.       – Спайк, ты меня нервируешь, займись делом. Химена, – он обернулся ко мне, – садись в кресло. – Мы выполнили его требования. Он продолжил раздавать указания: – Под кольцом на ладони мое имя.       – Полное? – уточнил Спайк.       – «Неро» будет достаточно.       Я задумалась. Неро будет достаточно. Это были три слова, которые обозначили все: мои чувства; то, чего я хотела; даже ситуацию, в которую попала. Неро будет достаточно. Ни добавить, ни убавить. Спайк продезинфицировал мою ладонь и включил машинку. От звука меня передернуло.       – Это займет три минуты, – я видела лишь его хитрые веселые глаза, все остальное скрывала голубая медицинская маска. Он не обманул: через три минуты или около того все действительно было готово. Имя мерзавца блестело в моей руке. Неро подошел посмотреть и, судя по всему, остался удовлетворен увиденным, он помог мне подняться и повел к выходу.       – Приходите еще, – Спайк махнул нам рукой.       – Мы больше не увидимся.       – Где-то я уже это слышал… – Неро ничего ему не ответил.       Оказавшись на воздухе, я не останавливаясь шла к машине, мерзавец шагал следом. Охрана, разделившись, двигалась по бокам. Возле машины я остановилась и, обернувшись, поймала его за край пиджака.       – Неро, я хочу понять смысл.       Он открыл рот, но затем закрыл его. Потом все-таки сказал:       – Есть не только враги, но и друзья. Они должны знать, что ты действительно ценна. Я даю им небольшую подсказку, – он кивнул на мою ладонь. – Так что руку не прячь.       Неро обошел машину и открыл дверь с водительской стороны.       – А я действительно ценна?       Не ответив, он сел в кресло и захлопнул дверцу. Я продолжала стоять на улице, тогда он перегнулся через коробку передач и открыл для меня дверь.       – Садись в машину, mia perla.       Perla. Жемчужина. Я села в машину.       Мы ехали молча и опять по правилам дорожного движения. Я придумала этому объяснение и меньше нервничала: скорее всего, он не хочет, чтобы нас потеряла охрана. Неро остановился на светофоре, и, ослепленная солнцем, я вспомнила…       – Нужно вернуться в клуб! – он посмотрел на меня недоверчиво. – Я забыла очки на барной стойке.       – И? – мерзавец пытался быть терпеливым.       – Мы должны вернуться за ними.       – Мы едем домой, там не будет солнца.       – Дело не в солнце, мы забыли очки!       Некоторое время он сосредоточенно молчал.       – Я пытаюсь уловить смысл, но его нет.       – Неро, – настала моя очередь быть терпеливой. – Мы одолжили очки у Каса, значит, должны их вернуть ему.       – Ерунда, – моя челюсть напряглась, он это заметил. – Хорошо, я куплю ему новые. Успокойся, – мерзавец резко вошел в поворот, заезжая на парковку. Через секунду мы уже остановились, и я покинула салон.       Сказал ли он, что купит новые, лишь бы я отстала от него? Или действительно… Я не успела додумать мысль, потому что сильное, цепкое движение отвело меня в сторону, прижимая к прохладному боку машины.       – Разве я сказал, что ты можешь выйти? Разве. Я. Это. Сказал? – его взгляд сверлил во мне кровавую дыру. Кажется, я даже видела мелкие брызги собственной крови на его выбритом лице. Пока я пыталась не умереть под его взглядом, на парковку въехали два внедорожника.       – По-моему, ты перебарщиваешь, Неро. Отпусти.       – Нет, это ты недооцениваешь ситуацию, – он отпустил меня.       – Такова цена твоего подарка.       – Что?       – Ты подарил мне неведение, – напомнила я и, похоже, стала свидетелем первого за всю историю случая, когда он не нашелся с ответом.       Мерзавец развернулся и направился к лифту, под внимательным взглядом Каса я зашла в кабину за Неро. Стоило лифту выпустить нас, как мерзавец решительно зашагал в свою спальню.       – Через два часа ты должна быть готова к официальному мероприятию, – сказал он, не оборачиваясь.       – Что за мероприятие? – ответом мне послужил треск захлопнувшейся двери. – Понятно.       Оценив свою прическу в зеркале, я решила вымыть голову, несмотря на то, что уже делала это с утра – легче начать сначала, чем пытаться исправить то, что есть. Смывая пену, я пыталась взять в толк, что происходит с Неро. Он и раньше был… темпераментным. Но сегодня его радикальнее обычного швыряло из стороны в сторону. Связано ли это с предстоящим мероприятием? Или все же вытекает из ночного звонка Рикардо? Оборачиваясь в полотенце, я нашла еще одну возможную причину – что, если он так входит в образ, перед тем как порвать на мне очередное платье?       Толкнув запотевшую дверь, я шарахнулась назад. Легок на помине. Неро стоял напротив двери, облокотившись о стену.       – Пойдем со мной, – мерзавец оттолкнулся от стенки и пошел к себе в спальню. Я отставала, поэтому он оставил дверь открытой. Зайдя, я обнаружила Неро на кровати, он лежал поверх скользкого шелкового покрывала, раскинув руки в стороны и глядя в потолок. Я подошла к изножью кровати. – Полежи со мной, – я послушно пристроилась рядом, покрывало и рукав его рубашки мгновенно намокли под моей головой. – От тебя пахнет шампунем.       – Это потому что я помыла голову.       Он улыбнулся, продолжая смотреть в потолок.       – Ты забавная.       – Если это комплимент, тебе стоит сменить тактику, – он снова улыбнулся и закрыл глаза. Мы долго лежали в тишине, и я чувствовала… покой? Выждав пару минут, я попросила: – Дай телефон.       Неро сунул руку в карман брюк и, разблокировав устройство, протянул его мне. Я нашла нужное приложение – заиграло вступление Gangsta's Paradise, и я задвигала в такт головой, а Неро засмеялся.       Когда песня закончилась, началась новая – BangBang в кавер-версии Нэнси Синатры, я любила ее. Неро перевернулся набок, я повторила за ним. Он положил руку на мою щеку и посмотрел в глаза. Нэнси пела: «Он был в черном, а я – в белом. Он всегда побеждал в драках…».       – Мне жаль, – вдруг сказал Неро.       – О чем ты?       – Обо всем.       – А мне нет, не жаль.       – Ты не знаешь, о чем говоришь, – он закрыл глаза.       – Я так чувствую.       Неро придвинулся для поцелуя, который получился медленным, внимательным и нежным. Я не позволяла себе думать о том, на что это похоже, окончательно принимая его подарок – неведение. Скоро его губы исчезли, взамен он вложил в мою руку телефон.       – Позвони отцу.       – Что я должна сказать?       – Просто поговори, – он поднялся и вышел из комнаты.       Я набрала номер, папа ответил после второго гудка.       – Слушаю, – на том конце провода шумел телевизор, папин голос показался мне сонным.       – Привет, пап.       – Мена! Как ты, малышка? – шум телевизора смолк.       – Хорошо… даже отлично. А ты?       – Обо мне не переживай, что со мной сделается.       – Как Сью?       – Скучает по тебе. Спрашивает, когда вернешься. Кстати, а когда ты вернешься? – я не знала, что ответить. – Мена? Ты тут?       – Связь плохая, что ты сказал?       – Ты скоро вернешься?       – Наверное, не очень скоро, пап. Мы улетели на юг Европы, думаем тут перезимовать. Я пришлю тебе фотографии.       – Где ты сейчас? Ты с Неро?       – Да, с ним. Мы… на Сицилии. У него тут родственники, – я закатила глаза, ругая свое воображение.       – Должно быть, там красиво. Тепло? А что этот Неро? Не обижает тебя? Вообще-то, он мог бы поговорить со мной, прежде чем увозить так далеко.       – Он славный, – я поверить не могла, что сказала это. – Просто у него много работы.       – Почему ты скрываешь его фамилию? Он хулиган? – знал бы ты, папа, какой он хулиган…       – Я же сказала, он славный. Как дела в магазине?       – Прекрасно, скоро я стану цветочным магнатом и прилечу к тебе на Сицилию. Будем пить коктейли на набережной. Как тебе? – сердце сжалось.       – Люблю тебя. Еще позвоню. Передай Сью, что я тоже скучаю.       – Я тебя тоже люблю, – мы помолчали. – Мена, ты еще здесь?       – Я здесь.       – Больше не посылай мне деньги, у нас со Сью все хорошо.       – Какие… Хм. Ладно. Ну тогда до связи.       – Давай, малышка, – я отключилась.       Неро появился в дверном проеме голым. Его волосы были мокрыми и казались чернее обычного. Шрам на груди больше не кровоточил. Он держал в руках полотенце, взлохматил им свои волосы, вытер плечи, живот. Солнце садилось, красиво подсвечивая мерзавца оранжевым.       – Зачем ты посылаешь моему отцу деньги? – я сидела на кровати, обняв руками и ногами прямоугольную подушку.       – Дела в его магазине идут неважно.       – Но он сказал… Черт возьми, почему меня постоянно обманывают мужчины?       – Я никогда тебя не обманывал.       – Ты сказал, что код от лифта знаю только я, но на нем ездят и твоя охрана, и доктор, и Эрик, и даже… фея чистоты.       – Кто?       – Неважно, – я мотнула головой. – Ты тоже обманщик.       – Ты знаешь постоянный код, остальные пользуются одноразовыми. Они действуют в течение заданного времени: десять минут, час или больше, – этого было достаточно, но он продолжил: – Мне приходят оповещения обо всех перемещениях на лифте. Я все контролировал, ты была в безопасности.       – Я не об этом переживаю, – ему не понравилось то, что я сказала, но я не дала себя перебить: – А чтение мыслей? Эрик тоже знает!       – Не знал до сегодняшнего утра.       Я осеклась.       – Ладно, тогда… – он поднял брови. – Прости. Ты не обманщик.       – Прощаю, – Неро улыбнулся уголком губ. – Осталось не так много времени на сборы.        Я поняла намек, но, прежде чем выйти из комнаты, все же спросила:       – Зачем ты сказал ему?       Неро задумался над вопросом.       – Похвастаться, – я сузила глаза, но он не дал никакой реакции, и я вышла из комнаты.       Тщательно высушив волосы, я подняла их наверх и закрепила шпильками. О том, как прическа выглядела сзади, оставалось только догадываться, но в анфас смотрелось красиво. Синяки заметно посветлели, так что на их маскировку не ушло много времени. Я накрасилась, но отложила помаду, чтобы воспользоваться ей после того, как надену платье.       В моем распоряжении было три вечерних наряда, причем два из них – серый и красный – уже выходили в свет, так что выбора не оставалось. Я застегнула боковую молнию белоснежного платья и посмотрела в зеркало: нижняя юбка из плотного материала заканчивалась выше колена, верхняя уходила в пол, но была полупрозрачной. В целом, мне понравилось то, как я выгляжу. Не хватало только…       – Откажись от помады, – мерзавец украшал собой дверной проем.       – Я думала, мне идет красная помада?       – Мне не идет, miaamata, – намекал ли он на публичные поцелуи? Я дважды моргнула, только теперь замечая, во что он был одет: смокинг угольно-черного цвета с атласными лацканами. Боковой пробор, волосы аккуратно зачесаны. – Ты готова?       – Куда ты меня ведешь? – я была напугана его видом.       – Как ты знаешь, – он приблизился, – у меня не сложились отношения с украшениями, но… – Неро вытащил из-за спины правую руку и протянул мне плоский бархатный футляр. Я смотрела на него молча, не двигаясь. – Мы уже почти опаздываем.       – Что там?       – Нужно открыть, чтобы узнать.       Я потянула вверх крышку: на бархатной поверхности, переливаясь черными и синими камнями, лежали два небольших гребня.       – Спасибо, – он ничего не ответил. Я осторожно вынула их из футляра и закрепила в прическе. – Полагаю, – я покрутилась у зеркала, – моя голова прежде никогда не стоила так дорого.       – Ошибаешься, – Неро вышел из комнаты.       Мы встретились у лифта, мерзавец пропустил меня внутрь.       – Неро, куда мы едем? – он держал голову прямо, уперевшись взглядом в стальные двери лифта. Ответа не последовало. Я втянула воздух носом, стараясь сохранять спокойствие. Лифт приехал. – Неро, – створки открылись, – я не выйду из этого лифта, пока ты…       Настала его очередь глубоко вздыхать.       – Мы едем на празднование свадьбы, Рикардо и Эйвери поженились.       Я вышла из кабины следом за мерзавцем, соображая, откуда взялось смятение. С новостью, которую он мне преподнес, было что-то не так.       – Так скоро?       – Они знакомы дольше, чем мы, – он открыл для меня дверцу машины.       – У нас были особые обстоятельства, – я заняла свое место.       – У них тоже, – Неро собирался закрыть за мной дверь, но я вскинула руку, чтобы придержать ее.       – Постой! Я не могу пойти в белом платье на чужую свадьбу: белый только для невесты, – он аккуратно убрал мою руку и захлопнул дверь.       Отлично. Теперь меня будут ненавидеть не только Маттео с Агатой, а все их семейство, включая Эйвери. Неро завел двигатель, и мы выехали. Его настроение мне не нравилось. Он вроде питал нежные, насколько это возможно, чувства к Рикардо. Так почему не радуется? Я пыталась решить головоломку, пока мы мчались по темным автострадам города. Неро избегал дорог, пользующихся популярностью. Минуты тянулись, сгущались сумерки. Ответ все никак не находился.       Внезапно он сбавил скорость, я села ровнее.       – Отбой, прекратить следование, – Неро бросил телефон в подстаканник, что был между нами, и съехал на обочину, гравий зашуршал под колесами.       Я выглянула в окно: в нескольких километрах от нас, через мост, горели яркие огни – это была оживленная по вечерам зона старого города, все лучшие заведения находились именно там. Мы что, собирались отсюда идти пешком? Ноги в неудобных туфлях похолодели.       – Время отдавать долги, – мерзавец заглушил двигатель.