Неправильный путь

Белоснежная с Блеск Луны дошли до дома Одди, переплетя хвосты. — Вернулись, не запылились. — ворчливо фыркнул домашний кот, умываясь. — А как же! Мы обещали. — промурлыкала сиамка и подошла к мейн-куну. Они сидели возле двери гнезда Двуногих. — А не слишком ли вы близко сидите? Двуногие выйдут и сразу цапнут. Не боитесь? — прорычала Белоснежная как можно спокойнее, но вышло, наверняка, наоборот. — Во-первых, я не страшусь собственных слуг. А во-вторых, твоя подружка сама выбирает, где лежать! Наглый тон откормленного кота не давал мыслям оруженосца покоя. Почему он так себя ведёт? Неужели из-за хорошей жизни можно настолько обнаглеть? Белоснежная призадумалась и решила, что всё же прекрасным был выбор — уйти в племя. «Прочь от жалких людишек! Они делают из нас игрушки и мишень для собственного гнева! Я лучше буду спать в холоде, чем с ними в душной клетке!» Ученица покосилась на притихшего Ириса, сидящего дальше всех. Он тенью наблюдал за происходящим, особо не высовываясь. Белоснежная стиснула зубы в порыве ярости. «Кстати, Ирис… Я помню свой должок оторвать тебе ухо!» Сидеть в компании незнакомцев на промозглом сквозняке оказалось не сильно приятно. Кошки то и дело ёжились, лизали лапы, дабы согреться. — Кстати, Одди. Расскажи, пожалуйста, о себе. — вежливо попросила Блеск Луны, доброжелательно пошевелив усами. — Хмф. Что же рассказывать? — пошевелил ушами гордый кот, даже не глядя на собеседника. Он продолжил лизать подушечки лапы после долгих раздумий. Блеск Луны оставалась спокойной, хотя Белоснежная заметила, что ей начало даваться это с трудом. — Я обычный домашний питомец Двуногих. Они меня кормят наивкуснейшей дорогой едой, вычёсывают шёрстку, сплю я в своём мягком тёплом гнёздышке. Всё прекрасно. — А ты хоть раз пробовал мышь самостоятельно ловить? — с каким-то угрожающим рыком спросила Белоснежная. Её бесила манерность домашнего увальня. В его глазах не читалось ничего, кроме тщеславия и гордыни. — Мышь? Сам? Да ты что?! — вылупился Одди. — Ни за что и никогда! Ещё лапки марать в чужой грязной шерсти! Фу. Мерзость. — скривился чёрно-белый незнакомец. Белоснежная вжала когти в землю от кипевшей злости. «Держи себя в лапах… Просто держи себя в лапах» — Ребятки, сумерки сгущаются, когда уходить? Думаю, Одди уже устал. — впервые за вечер заговорил Ирис, подходя к группе болтунов. — Я вас провожу. — Стой-стой, не так быстро. Куда вы торопитесь? Неужели нельзя уйти завтра? — Нет, нельзя. — буркнула Белоснежная. — Нас ждут. — Кто? — Тебя не касается! — Эй, Одди нам предоставил кров и пищу. Мы можем с ним поделиться. — воскликнула Блеск Луны. — Ты спятила? Мы о чём недавно разговаривали? Опять не слушаешь меня? — Прости… Просто… Я бы хотела рассказать ему о лесных племенах. — Тц!.. — А, про блохастиков? Я много знаю о них, так что, не старайся. — хмыкнул Одди. — Не говорите, что вы одни из них. Белоснежная переглянулась одними зрачками с Блеск Луны в неловком молчании. Тогда Одди прыснул со смеху. — Быть не может! Настоящие лесные воители прямо перед моим носом! Приятно познакомиться, что ли. — А может ты прекратишь постоянно беседовать с насмешкой и пассивной агрессией? — зарычала Белоснежная, прижимая уши к затылку. — Нет. Невозмутимость Одди разжигала пламя внутри кошки всё больше. — ПОЧЕМУ?! — вскрикнула кошачьим визгом ученица и тут открылась дверь. Взрослая Двуногая выбежала наружу, заликовав. «О, нет…» — Бежим! — Постой! — Да чтоб тебя! Блеск Луны остановила Белоснежную собой, громко замурлыкав. Двуногая чуть ли не прыгала от радости, хлопая в ладоши. Затем она ушла вглубь собственного гнезда и вскоре вынесла щедрый поднос кошачьей еды. — Ва-ау, как много! Пришлось Белоснежной смириться с мыслью, что Одди живёт действительно, как предводитель, ест полную витаминами пищу и спит в тепле, без страха ночного нападения. «Пахнет будоражаще…» Коллекция запахов наполняли слюной пасть котов. Они медленно приближались к щедрой тарелке. На ней лежали мясо, рыба разных сортов, какие-то зелёные кружочки и разрезанные белые шарики с ещё одним жёлтым посередине. — Что это? — Паштет, фарш, кусочки говядины и кролик. Также, нежирная рыбка в меру солёная, огурцы, яйца. — важно промурлыкал Одди, наблюдая со стороны высокомерным взглядом. «Пусть он противная личность, однако великодушие мейн-куна приятно удивляет меня» Четверо путников принялись за сытную трапезу. Мясо действительно было великолепным, зелёные кружочки придавали свежести, а яйцо показалось Белоснежной безвкусным. Тревожный червяк таки копошился в жилах ученицы. «Почему Одди так пристально наблюдает за нами? Чересчур странный тип» — всё нутро белого оруженосца кричало, дабы бежать отсюда. - «Надо бы поторопиться» — Блеск Луны, ты закончила? — Почти. — сиамка с нескрываемым удовольствием хрустела серебряной рыбкой, не притронувшись к мясу. — Давай быстрее. Нам надо идти. Внезапно она почувствовала дыхание на загривке. — А ты… Случаем… Не знаешь Пиранью? — Знаю. А что? — выдохнула сдавленно ученица. — Можем поговорить в сторонке? — Конечно. Я скоро вернусь. — предупредила подругу мейн-кун и поплелась за Одди. «Откуда он знает, как зовут мою мать? Неужели он бывший воитель или…» — сердце бешено застучало в рёбра. - «Невозможно…» — дышать сталось тяжелее. — Белоснежная, правильно? — Ну, да… — Я знаю эту кошку. Сварливая, угрюмая, однако достаточно заботливая. — Заботливая? Издеваешься? — позабыла о тревоге Белоснежная, немедленно вставая на свою защиту. Никто не посмеет обвинить её в непослушании слов собственной матери! — Значит, всё же плохо знаешь. Пиранья никогда не заботилась обо мне. — Ошибаешься. Я помню, как она хотела котят. — Тем не менее, это её не оправдывает! — сплюнула ученица, разрывая траву когтями. Обида грохотала в ней, словно грозовая туча. — Наверняка… Как она сейчас поживает? — В полном порядке! В отличие от меня! Я уверена, Пиранья даже усом не пошевелила, чтобы спасти нас! Вечно плутает за трёхцветным Орешником, как пчела за мёдом! Такой королеве нет прощенья! Она и не заслуживает такого высокого ранга, как «королева». Чёрно-белый Одди вздохнул, повернувшись к Белоснежной. — Я твой отец. Догадки юной кошки подтвердились, ни капельки не смутив её. Подделанная заинтересованность в жёлто-зелёных льдистых глазах вымораживала Белоснежную. Оруженосца невозможно было обмануть этим жалким взглядом, полным предательства. — И что? Что ты хочешь этим сказать? — Разве ты не рада? Я — твой отец! — А дальше? Будешь распинаться, как тебе жаль, бросив нас, или начнёшь звать жить к себе домой? А может вообще уйдёшь на поиски Пираньи? Не много ответственности берёшь? — прошипела ненавистно Белоснежная. — Слушай, я виноват, признаю, но у меня не было другого выбора. — Не было?! Выбор есть всегда! Только ты в ответе за свои действия! Конечно, мне всегда хотелось узнать, кто является моим папочкой, но сейчас даже жалею! Ученица повернулась спиной, небрежно шлёпнув Одди пушистым хвостом. Ворох мыслей туманили трезвость разума. «А может дать ему шанс? Нет! Он предатель! Он бросил нас! А знает ли он о гибели собственных сыновей?!» Блеск Луны, нам пора уходить. — серьёзно мяукнула Белоснежная, пихнув лапой сонную кошку. — М? А-ах, — зевнула она. — Может, завтра.? — Нет! Здесь не безопасно. — прошипела на ухо ученица и чуть ли не за шкирку подняла подругу. — Ай! Аккуратнее! — насупилась сиамка. — Что значит не безопасно? — Потом расскажу. Забирай Мельхиора. Блеск Луны с тревогой оглядела местность и тюкнула лапой лысого друга, безмолвно приказывая встать. — Что ж, Одди, — поддельно ухмыльнулась Белоснежная. — Спасибо за гостеприимность. Мы пошли. — Уже? — низким баритоном фыркнул домашний кот. По всему его виду можно сказать как недоволен этот гламурыш. — Вы же обещали остаться на ночь. — М-м, не помню такого. Мы решили двинуться ночью. Сумерки давно окутали землю, пора выдвигаться. Одди помрачнел, раздражённо похлестав себя хвостом. Троица прошла мимо него, кивая на прощание. Ирис отстранённо глядел в другую сторону, даже не двигаясь. Тени покрыли его светлую шёрстку, создавая впечатление мистического персонажа. Рычание Одди заставило ушки Белоснежной повернуться в его сторону. В тот же момент мейн-кун накинулся на своего сородича, прижимая к земле. — Знай, мышеголовая! Что скоро ты убедишься в силе домашних! — кот с подпалинами приблизил пасть к пасти оторопелого оруженосца. — Оборачивайся каждый раз, когда слышишь шорох в кустах или треск веток. Не забывай обходить свой лагерь ночами по несколько раз. А самое главное, не спускай глаз с той, которую ненавидишь. Одди спрыгнул с плеч Белоснежной, яростно хлестнув хвостом. — Когда-нибудь ты поймёшь, почему я выбрал «сладкую» жизнь в доме Двуногих. Важно, в первую очередь, ТВОЯ судьба, а не каких-то смердянышей. Белоснежная в исступлении уставилась на кота, числившегося ей отцом. Блеск Луны подбежала к ней, загородив телом. Она зашипела, угрожающе вытягивая когти. — Только попробуй напасть на нас и я сниму с тебя шкуру! Ишь, накормил нас, задобрил, а сейчас выкабенивается, будто он самый лучший! Белоснежная, ты была права. Им нельзя доверять. Пошли быстрее же отсюда! Желаю Вам издохнуть в пасти у собак! — сплюнула Блеск Луны и потащила подругу за хвост. Одди лишь издевательски усмехнулся, провожая их взглядом. — Посмотрим, кто засмеётся последним. На улице значительно стемнело и по морозному похолодало. Прозрачный иней покрывал стеклянно дорожку, по которой шли путники. Блеск Луны неутомимо и громко проклинала «спасителей», Мельхиор ей поддакивал, а Белоснежная плелась позади всех. С того момента в душе не утихала тревога за собственную жизнь. «Наверное, тот кот лжёт. Он не может быть моим отцом. А ещё он не может напасть на меня со спины» — кошка затравленно обернулась и выдохнула. — «Бред. Бред. Сплошной бред.» — успокаивалась ученица, разглядывая лапки. — Наверное, нам следует остановиться. Я уже вижу впереди пустырь. Скорее всего, за ним начинается племя Ветра. Ещё немного и мы дома! Ты рада, Белоснежная? — восхищённо подпрыгнула Блеск Луны, наконец, перестав вякать про окаянных врагов. — Ага. Соплеменница сразу потеряла боевой дух при виде отрешённой подруги. Ранее она никогда не видела настолько задумчивые и туманные глаза пылкого оруженосца. — Мм. Как насчёт того дерева? — Хорошо. Белоснежная, не дожидаясь друзей, отправилась на ночлег под ветхое, корявое деревце, потерявшее свои сочные зелёно-жёлтые листья. Ветер просторно гулял по переулкам, поддувая в кошачьи бока. Блеск Луны и Мельхиор легли по традиции вокруг Белоснежной. Так проще согреться. — Слушай. Ты же знаешь, что можешь высказать мне всё накопленное на душе? Без разницы негативное или позитивное. Я всегда готова тебя выслушать, помочь. Сиамка ткнулась носиком в щёку подруги, заботливо приглаживая шёрстку шершавым языком. Белоснежная устало прикрыла веки. — Знаю. Но не хочу. — Хм-м. Давно эта колючка у тебя на затылке? — ученица с тихим треском вырвала кругляшок с мелкими белыми волосками, который торчал долгое время глубоко под шубкой мейн-куна. — Наверное. — Ладно, не буду мешать. Спи, дорогуша. Утро вечера мудренее! Белоснежная шумно вздохнула, подняла устало зрачки к тёмному синему небу без единого облачка и звезды, зябко поёжилась. Иногда в десяти прыжках проезжали чудища, тем самым побуждая сонных путников каждый раз вздрагивать. А белой ученице так и не давал покоя Одди. Она шкурой чувствовала его присутствие, хотя понимала — невозможно. «Одди — домашний кот. Прекрати себя накручивать. Он не умеет драться, не имеет приспешников. Обыкновенный хвастун!» Вероятно, прошло более двух часов, пока юная кошечка мерила шагами землю. Ей невыносимо хотелось спать, но сомкнуть глаза равняется поражению. Виски пульсировали. Страх бежал по хребту. «Вдруг, он сейчас придёт?» — бредила она. - «Вот-вот поймает.» На каждый сквозняк и скрип Белоснежная подпрыгивала, выпуская когти. Пыталась найти невидимого врага, пока её соратники напряжённо спали под деревом. «Может, мне тоже стоит расслабиться и вздремнуть? Нет! Иначе противник застигнет нас врасплох! Я не имею права спать!» Жёстко одёргивая себя, Белоснежная смело уселась прямо на тротуар, изо всех сил держа уши востро, а зрачки суженными. Темнота сгущалась бездонной пустотой, пока оруженосец не повалился набок от усталости.