Собирая пазл

Проведя за чтивом полночи, Гермиона еле встала с утра. Поджарив два тоста и взглянув на термометр, она натянула свитер и собрала волосы в небрежный пучок. Устроившись за обеденным столом, Гермиона включила ноутбук. Компьютер сразу оповестил её о новых сообщениях. Среди них было письмо со ссылкой от Эвальда. "Посмотри это прежде, чем пойдешь на допрос к Поттер", – было в письме. "Окей", – откусывая тост с сыром, подумала Гермиона. Перейдя по ссылке, Гермиона попала на страницу с новостью о похоронах Гарри Поттера. Очень сухая заметка о том, что состоялась церемония погребения, вдова безутешна, власти, зная имя убийцы, ничего не предпринимают. Интерес представляли только фото, ради которых, Эвальд, скорее всего, и прислал ссылку. На одном из них крупным планом была запечатлена Джиневра Поттер. Гермиона, поглощая тосты и запивая их кофе, внимательно изучила снимок. Джиневра выглядела бледной и уставшей, лицо ее блестело от слез. Но глаза... Что-то в них было не так. Уголки губ не опущены, как должно быть при грусти, внутренние кончики бровей наоборот, опущены, а не приподняты. Гермиона пролистала еще пару фотографий, где была запечатлена миссис Поттер, и поняла, что фото крупным планом было сделано случайно: на остальных фотографиях Джиневра "позировала" так, как подобает по-настоящему скорбящей вдове. Приблизив один из кадров, Гермиона заметила серо-синие подтеки на щеках. "У нее даже круги под глазами нарисованные! Она притворяется! – с удивлением обнаружила Гермиона. – Но почему? Не любила мужа? Завела любовника? Избавилась от тяжелых отношений?". Мысли крутились в голове Гермионы, но по снимкам невозможно было определить причину наигранных эмоций. Бросив быстрый взгляд на часы, Гермиона поняла, что пора собираться. В голове у нее созрел план, и она полностью пересмотрела сегодняшний образ. "Мистер Спейдер, имею наглость опоздать сегодня, потому что обнаружила интересные детали касательно Джиневры Поттер. На допрос явлюсь вовремя, вечером задержусь. Простите", – набросала Гермиона смс-ку начальнику. В шкафу быстро нашлось простое черное миди-платье с небольшим разрезом на правой ноге. Волосы Гермиона собрала в строгую прическу, оставив несколько завитых прядей обрамлять лицо. На шею надела черную бархотку. В ее шкатулке также нашлось и простое золотое кольцо, которое Гермиона надела на безымянный палец левой руки. Больше всего времени занял макияж: она впервые рисовала себе круги под глазами. Когда же Гермиона осталась довольна результатом, она прихватила из шкафа для обуви первые попавшиеся чёрные туфли, надела любимые оксфорды – сегодня она не забыла обработать мозоли – и припудрила губы. В машине Гермиона нашла гигиеническую помаду и нанесла ее на губы для создания естественного блеска, прикрывающего следы пудры. В городе были пробки. До встречи с Джиневрой Поттер оставалось чуть больше часа, но Гермиона, оценив обстановку, все же решила заехать за кофе. Ее выбор сегодня пал на лавандово-ванильный латте. В офис SOCA Гермиона прибыла за 15 минут до назначенного времени. Быстро пробежав проходную, она даже не стала подниматься к себе, а сразу направилась на шестой этаж. – Ого, Гермиона, – воскликнул Эвальд, увидев вошедшую в преддопросную коллегу. – У тебя... э-э-э, новый стиль? – Нет, просто я решила сменить род деятельности, хочу пойти сниматься в кино или играть в театре. Вот и тренируюсь! – Погоди, это что, кольцо? – Да, – Гермиона подняла левую руку вверх, демонстрируя украшение. – И кто счастливчик? – в голосе Эвальда промелькнула грусть. – Скоро узнаешь, – подмигнула Гермиона. – А зачем тебе туфли, если ты... – Скоро узнаеееешь. Джиневра Поттер уже сидела в комнате для допроса, и Гермиона, вдохнув и выдохнув, поспешила к ней. – Доброе утро, миссис Поттер, – весёлым голосом прощебетала Гермиона, с порога бросая туфли на пол. Эвальд, находящийся за стеклом, тем временем удивленно вскинул брови, а затем посмотрел на вошедшую Элизабет. – Ого, – только и прошептала она. – Извините, что я в таком виде, я только что с похорон, – продолжала Гермиона, не обращая внимания на шок, отражавшийся на лице Джиневры. – С сегодняшнего дня я официально свободна! С этими словами Гермиона с ослепительной улыбкой вскинула левую руку, демонстративно сняла кольцо и кинула его в противоположный угол. В соседней комнате Эвальд кинулся было к двери, но Лиз остановила его, схватив за руку. – Не спеши, – завороженно глядя на разыгрывающуюся сцену, сказала она. – Это очередной спектакль. Нам бы нужно у нее поучиться. Эвальд нахмурился, но продолжил наблюдать. – Вам не знакомо это ощущение свободы? – облегченно выдохнув, спросила Гермиона. Джиневра некоторое время ошарашено смотрела в глаза собеседнице, затем она нахмурилась и выдавила: – Нет. Мой муж тоже умер, но я не чувствую ничего, кроме скорби. "Ложь, – подумала Гермиона. – У тебя на лице написано, что ты не скорбишь. Ты огорошена моим поведением, может, даже возмущена, но ни дрожи в голосе, ни опущенных плеч и уголков губ, смотришь с вызовом. Нет, ты не скорбишь. Ты лжешь". – Ох, простите меня, миссис Поттер, я и забыла, что вы только что сами пережили такую утрату, – Гермиона играла бесподобно. Обычный человек вряд ли понял бы, что она притворяется. – Меня саму срочно вызвали сюда к вам, и я не успела до конца ознакомиться с обстоятельствами дела. – Делом о смерти моего мужа занимаетесь не вы? – брови Джиневры чуть дрогнули в удивлении, но тон голоса выдавал ее с головой. – Нет, – Гермиона отметила этот странный вопрос. – Мисс Спейдер не смогла сегодня присутствовать, поэтому с вами поговорю я. – Как скажете, – безразлично сказала Джиневра. – Что ж, давайте начнем. О, извините, мне нужно кое-что сделать, надеюсь, это не помешает разговору. Итак, – Гермиона вытащила из сумочки флакон с жидкостью для снятия макияжа и зеркальце. – Опишите день, когда убили вашего мужа. – Ну, это был ничем не примечательный день, – Джиневра недовольно покосилась на Гермиону. – Утром Гарри уехал на работу, я осталась дома с сыном. Ближе к вечеру муж позвонил с просьбой заехать к нему. Мы должны были поехать в театр в тот вечер. Я приехала к нему... Джиневра прервалась, когда увидела, что именно делала Гермиона. Та, намочив жидкостью ватный диск и поднеся зеркало поближе к лицу, принялась смывать нарисованные под глазами круги. – Миссис Поттер? – глаз Гермионы выглянул из-за зеркала. – Э-э-э, в общем, – Джиневра опустила глаза. – Я приехала, а там... Там этот Снейп, а у него пистолет. Не знаю, как я среагировала, но мне удалось добраться до столика, на котором лежал пистолет Гарри, понятия не имею, как он там оказался, и я выстрелила в Снейпа. Я могла бы его убить. Жаль, что этого не случилось. Гермиона, закончившая смывать поддельный макияж, убрала флакон и зеркало обратно в сумку, сложила руки замочком на столе и вперилась взглядом в собеседницу. – Ясно. Вы действительно хотели убить Снейпа? – Да. "Ложь. Ни презрения, ни гнева, даже скрытого. Только... озадаченность?" – А вы встречались со Снейпом раньше? – Нет, я никогда не видела его. "Ложь. Поджала губы. Не скорбный или грустный жест. Просто лживый". – Зачем вы лжете мне, миссис Поттер? Вы не хотите, чтобы поймали убийцу вашего мужа? – Что... Что вы такое говорите? – страх отразился в глазах Джиневры. – Вы что-то скрываете, – Гермиона положила ногу на ногу. – Может, любовника? Или состояние, которое должно перейти к вам от мужа. А может, Снейп – ваш любовник? – Замолчите! – миссис Поттер вскочила со стула. Гнев, отразившийся на ее лице, был самым настоящим и искренним. – Как вы смеете говорить такие вещи? Заявляетесь сюда, несете какую-то чепуху про похороны своего мужа, обвиняете меня в том, что у меня недостаточно грустное лицо! А теперь приписываете любовные связи за спиной Гарри? Научитесь сначала разговаривать с людьми прежде, чем проводить допросы! Всего хорошего. С этими словами Джиневра, стуча каблуками лоферов, покинула допросную. В другую дверь тут же вбежали Лиз и Эвальд. – Гермиона, что это было? – растерянно спросил Эвальд. – Всего лишь маленькое представление, – усмехнулась Гермиона. – Не знаю, зачем ты это сделала, но это было круто, – Лиз подняла вверх большой палец. – Уровень считывания людей и владения ситуацией – дон Корлеоне. Гермиона подняла с пола туфли-лодочки, и взгляд Лиз мгновенно упал на ее мафиозные оксфорды. – Постой-ка, – протянула она. – Совсем не Корлеоне… – М-м-? – Донна Грейнджер, нет-нет, – Лиз театрально поднесла руку ко лбу. – Донна Гермиона! Идеально. – О, боже, нет, – Гермиона закатила глаза. – Только не это! И только не ты! – Нет-нет, вам не отвертеться, донна, – сказал Эвальд, и они с Лиз рассмеялись. – Ладно, я проигнорирую это, надеясь на то, что вы взрослые люди, работающие в серьезной организации, и вы не будете заострять на этом внимание. – Да, донна. – Конечно, донна, – сделался наигранно серьезным Эвальд. – Так, всё, забыли, – Гермиона закатила глаза во второй раз. – Вернёмся к делу. Все заметили, что здесь что-то не так? Ее коллеги, уже действительно серьезно настроенные, кивнули в ответ. – Предлагаю завтра утром собрать совещание. Думаю, что после твоего разговора со Снейпом, Лиз, картина немного прояснится, и мне будет, что рассказать. – Когда начинаем? – Давай минут через двадцать. Хочу допить свой кофе. * * * Через двадцать минут Северус Снейп сидел в допросной, в которой недавно Гермиона беседовала с Джиневрой. Лицо его сохраняло бесстрастие, но он явно был в предвкушении встречи. Гермиона внимательно наблюдала за ним из соседней комнаты. – Доброе утро, мистер Снейп, – поздоровалась Лиз, входя в помещение. - Я Элизабет Спейдер, сегодня вы будете говорить со мной. На лице Снейпа проскользнула тень удивления. – Где мисс Грейнджер? – спокойно спросил он, кладя ногу на ногу. – У нее дела, не терпящие отлагательств. Но вас это касаться не должно. Какая вам разница, кто будет вести допрос? – усаживаясь, ответила Лиз. – Совершенно никакой, – Снейп опустил глаза, рассматривая руки. – Итак, – бодро продолжала Лиз. – Мисс Грейнджер передала мне результаты вашей предыдущей беседы... – Даже той, где она пыталась соблазнить меня? – перебил Снейп, демонстративно сложив руки на коленях. – Вас это так волнует? – бесстрастно спросила Элизабет. – Просто интересно, – вторил ей Снейп. – И какой ответ удовлетворит ваш интерес? – Une seule sortie est la vérité, – Снейп угрожающе сверкнул глазами. Гермиона заметила промелькнувшую на лице Лиз тень страха. – Один выход – правда. – Правда в том, что ей не нужно соблазнять вас. Снейп как будто перестал дышать. Гермиона увидела, как его язык едва заметно прошелся по верхней губе. – А еще вы прекрасно знаете, что это была случайность. Итак, закончили с этим, – отрезала Лиз. – Сегодня приходила вдова мистера Поттера. Что бы вы сказали ей, если бы увидели ее? – Я бы сказал: "Жаль, что ты не застрелила меня тогда, это избавило бы мою персону от невероятно скучного времяпрепровождения в этом месте", – всплеснув руками, ответил с сарказмом Снейп. Лиз усмехнулась. – Вы давно знакомы с мистером Поттером? – О, да. "За этим "о, да" скрывается нечто большее, чем какое-нибудь бизнес-партнерство, дружба или длительное знакомство", – нахмурилась Гермиона. – Охарактеризуйте его, – Лиз внимательно всмотрелась в глаза подозреваемого. – Представьте, что вы – школьный учитель, – Снейп отвел глаза в сторону, подбирая слова. – А он – ваш ученик, то есть, я хотел сказать, ваш самый страшный кошмар. Это как... шрам на коленке: вначале болит и причиняет неудобства, но, по прошествии времени, вы свыкаетесь с ним. Возможно, он даже будет вызывать у вас приятные воспоминания или эмоции. А может, вы просто будете его терпеть. Гермиона приложила руку ко лбу. Все это было для нее так знакомо, что казалось нереальным. Эти язвительные нотки в голосе Снейпа, презрение, отразившееся на его лице на долю секунды, сменившееся какой-то очень слабой теплотой... "Терпеть", "неудобства", "как шрам на коленке" – явно не нейтральные слова, они ясно выдают отношение Снейпа к Поттеру. "И как его описать словами? – спросила саму себя Гермиона. – Презрительно-терпеливое? Нейтрально-агрессивное? Пренебрежительно-ироничное? Бред какой-то..." – В трех словах, – скомандовала Лиз. – Безрассудный, верный, миролюбивый, – последнее слово вызвало у самого Снейпа кривую улыбку. "Он что, реально его учитель? – Гермиона уже, кажется, была готова поверить чему угодно. – Ничего не понимаю". Элизабет, похоже, тоже пребывала в смятении. Однако оба профайлера знали точно, что Снейп не врет в данный момент. – Давно вы секретный агент? – воспользовалась возможностью Лиз. – Уже давно нет, – вырвалось у Снейпа. Именно вырвалось, потому что он сразу втянул щеки и сжал губы, уголки которых углубились. Казалось, он взбесился сам на себя. – Я пропустил, почему, вы сказали, мисс Грейнджер не может присутствовать на допросе? – Сегодня у нее выходной, а ваше дело не требует отлагательств, – не глядя Снейпу в глаза, ответила Лиз, сделав несколько пометок в бумагах. – Мне не о чем говорить с верификатором, который даже не может убедительно соврать. Лиз удивленно подняла голову. – Здесь я уличаю вас во лжи, а не наоборот. – Нет, здесь мисс Грейнджер докапывается до правды, – ядовито улыбнулся Снейп. – А вы не она. Можете быть свободны, mon chéri. Зоркий глаз Гермионы увидел, что еще чуть-чуть– и Элизабет будет готова взорваться. Поэтому не придумала ничего лучше, как позвонить коллеге. Лиз только собиралась ответить наглому собеседнику, как увидела имя звонившего абонента. – Это она, да? – Снейп снова ухмыльнулся. – Нет, это "пицца Ника", – с такой же ухмылкой бросила Лиз, показав тому имя на экране телефона, а затем вышла из допросной. – Донна, это какой-то кошмар! – защебетала Лиз с порога. – Извини, не придумала ничего лучше, – сказала Гермиона, как только Лиз вошла в соседнюю комнату. – Пожалуй, это и правда удачный выход из ситуации, – махнула рукой та. – Я готова его задушить. Он вообще всегда такой? – Спрашиваешь так, будто мы с ним были знакомы до того, как его привели сюда, – со смешком сказала Гермиона. В области сердца что-то кольнуло. – Но он и вправду та ещё задница! – Что думаешь делать? – Я думаю, сейчас он ткнул пальцем в небо, когда "уличил тебя во лжи", – Гермиона сделала характерное движение пальцами, изображая кавычки. – Понял, что попался и сказал лишнего, вот и решил перейти в наступление. Давай удовлетворим его, ну, то есть, я имею в виду, скажем, что на сегодня все. Повтори ту легенду про меня, можно даже с сарказмом. Сейчас ты чуть-чуть успокоилась, он не заметит подвоха. Он и в принципе-то не заметил его. А в конце добавь что-нибудь острое про меня, что ему понравится. – Ладно, поняла. Элизабет снова вернулась в допросную, делая вид, что заканчивает разговор по телефону. – Получили дальнейшие инструкции? – осклабился Снейп. – Да, доставщик попросил без сдачи и мелкими купюрами. Принести вам в камеру маргариты? – пародируя Снейпа, отвечала Лиз. Снейп молча усмехнулся. – В общем, на сегодня мы закончим, раз уж вам так необходима Гермиона, а она не может присутствовать. Но не волнуйтесь, как только она вспомнит о вас, она обязательно вызовет к себе. – Жду не дождусь, – Снейп как-то заметно расслабился. Он говорил правду. Без сарказма и притворства. – Ну, вот и еще подождете, – Лиз уже толкнула дверь на выход. Снейп встал, сделавшись убийственно серьезным. – Вы даже не можете представить себе, сколько я уже жду, – процедил он сквозь зубы. У Элизабет по телу побежали мурашки, и она поспешила ретироваться. Гермиона, по-прежнему наблюдавшая из соседней комнаты, застыла на месте. Как только Лиз закрыла за собой дверь, Снейп изменился. На лице его, мимолетно, но все же, отразилась боль и... пожалуй, Гермиона назвала бы это тоской. Глубокая, темная, бездонная. Давняя. Терзающая. Гермиона вдруг захотела пойти туда, к нему, сказать: "Я здесь, больше не нужно ждать!". Но хлопок двери – появление Элизабет – вывел ее из транса. Она еле оторвала взгляд от Снейпа, которого уводили из допросной. – Донна Гермиона, я, конечно, вас очень люблю, – начала Лиз. – Но больше я к нему не пойду, не знаю, как... Гермиона? Что с тобой? У Гермионы дрожали руки. Смесь ужаса, грусти и шока застыла на ее лице. – Гермиона? Боже, присядь. – Нет-нет, – выдавила из себя Гермиона. – Не надо, все нормально. – Ты уверена? – Да, мне просто... просто нужно немного побыть одной. Ничего больше не говоря, Гермиона вылетела из комнаты и побежала в свой кабинет. Ворвавшись к себе, она захлопнула дверь, повернула замок и прислонилась лбом к темной деревянной поверхности, часто дыша. Что это? Почему при виде Снейпа, на мгновение давшего слабину, сердце Гермионы будто сжала чья-то ледяная ладонь? Откуда эта нервная дрожь и прерывистое дыхание? Гермиона не могла вспомнить, когда в последний раз она испытывала похожие чувства к другому человеку. В голове мелькали какие-то смазанные образы, будто стая голубей, внезапно вспорхнувших в небо. Такая быстрая смена картинок не позволяла понять их. Гермиона видела лишь очертания какого-то замка, блики на озере, искрящиеся под ярким солнцем, и какого-то человека. Все ее существо тянулось к нему, но одновременно боялось. Гермиона пыталась сосредоточиться и определить, что же это за человек, и сама не заметила, как сползла на пол. Картинки продолжали меняться, как в калейдоскопе. Чья-то рыжая голова, существо, похожее на грифона, книги в бесконечной библиотеке, черные мантии, седовласый старик в очках-полумесяцах, женщина-кошка, в буквальном смысле... И снова тот человек, он стоит спиной, но вот-вот обернется... Видения вдруг закончились. Гермиона обнаружила себя на полу, прижимающей руки ко лбу. Все, что с ней происходило, было очень странным. Раньше никогда ничего подобного не случалось. Эти картинки вызывали дежавю. Словно она когда-то уже была там и видела этих людей и те места. Но ее мозг отказывался воспринимать это как собственные воспоминания, они будто чужеродные. Посторонние. И определенно пугающие. Телефон взрывался от входящих звонков и сообщений. Но Гермиона не спешила отвечать. Не вставая с пола, она достала из кармана пачку "Винстона" и закурила. Наваждение прошло, но она по-прежнему дрожала. Что же это за человек, этот Северус Снейп, раз он вызывает у нее такие чувства? Теперь необходимость разобраться в его деле была не только ее задачей по работе, но и личной целью. – Мисс Грейнджер? – постучали в дверь. Гермиона выдохнула плотный дым и приглушенно ответила. – Кто там? – Это Рита. Пришли видео с камер в офисе Поттера. Гермиона быстро, насколько позволяло ей ее состояние, вскочила на ноги и открыла дверь. – Спасибо, Рита, – попыталась улыбнуться она, но сразу же захлопнула дверь, как только получила конверт с уликами. Пока включался компьютер, Гермиона посмотрела телефон. Эвальд, Лиз, мистер Спейдер, который, очевидно, уже в курсе произошедшего, все беспокоились о ней. "Все нормально. Я работаю у себя", – два сообщения с этим текстом отправились Элизабет и Эвальду. Для Спейдера же Гермиона дописала "Спасибо за беспокойство". Щелкнув мышкой два раза, Гермиона открыла файл с видеозаписью. Камера зафиксировала, как Снейп вошел в офис Поттера. "Где он, черт возьми, спрятал пушку? Этот сюртук так облегает его, что невозможно спрятать оружие незаметно", – подпирая подбородок рукой, думала Гермиона. "Надо сказать, что он выглядит чертовски привлекательно". Снейп спокойно поднялся на лифте и прошел в кабинет Поттера. Там оба довольно тепло поприветствовали друг друга. Камера не писала звук, так что Гермиона не могла слышать, о чем говорят эти двое. К тому же, Снейп стоял спиной к ней, загораживая лицо Поттера, поэтому даже прочесть по губам не представлялось возможным. В целом, все было так, как и говорил Снейп. На пару минут он отошел в слепую зону, а затем вернулся. И тут Гермиона заметила губы Поттера. "Готов?", – вот что он спросил. "Готов? К чему готов? Что за...?" Не успела Гермиона развить свою мысль, как Поттер исчез из поля обзора камеры, а Снейп навел на него пистолет и решительно выстрелил. "Откуда он взял пистолет?". Все происходящее выглядело какой-то постановкой. Возможно, не такой очевидной, но слово, произнесенное Поттером перед выстрелом, говорило об этом. К тому же, на камере не было видно, как он упал, его рану, кровь. Как будто специально. Дальше, как и говорил Снейп, пришла Джиневра Поттер. Он только успел навести на нее пистолет, как она выстрелила, схватив пистолет с рядом стоящего столика. "Слишком быстрая реакция для человека, который стреляет впервые. Она не должна была промазать с такой решительностью на лице. Да и вообще, как можно выглядеть такой спокойной, когда твоего мужа только что убили?.." Внезапно пазл сошелся. Вся ранее полученная информация состыковалась с новой в идеальную картину преступления. Гермиона поняла все. Кроме мотивов.