Детективное агентство "Анна и её духи" - 3. История первая. Переполох в секретариате.

Павел ушёл домой, не пожелав остаться на ужин. Он чувствовал, будто с него слезает кожа, и из неё появляется вовсе не он, а кто-то другой. Тот, кто может отвлекать женщину, пока его напарница ворует документ из её дома. Тот, кто видит в дочери его шефа такие качества, которые хотел бы видеть в своём друге, а нашёл в совсем юной девушке, и теперь не понимает, как принять их в хрупком и нежном, по идее, существе. Слишком много сегодня в нём поменялось, ему даже дурно стало. Он пока не был готов к этому, всё внутри бунтовало, но в то же время он вдруг понял, что и старому ему нет больше места в его собственной жизни! Словом, ему нужно было лечь и подумать. Гастон, напротив, прилетел в особняк сразу после работы, столкнулся с Мартой в струящемся серебряном платье и вплетёнными в волосы хрустальными нитями — спасибо Анне — потерял дар речи, и они вместе отправились в гостиную. Им хотелось поговорить наедине. Ужин должен был быть подан через час. Все, кроме Гастона и его возлюбленной, стояли в детской гостиной и молча смотрели на Лидочку, которая виновато посматривала на родных, сидя на стуле. — И Попрыгуна? Почему нужно было брать именно его? — возмутилась вдруг Софья. — Ну это должно быть что-то дорогое для каждого из вас! — чуть не плача, ответила Лидочка. — Иначе что это за сокровище? Дело в том Лидия всё же сочла пиратский клад не достаточно шикарным и взяла у каждого из членов семьи по одной значимой вещи, чтобы пополнить свой сундучок. Софья лишилась своего совсем старенького Попрыгуна, коротавшего свой век на полке в детской гостиной. Алекс утратил сборник Римского права, подаренного Виктором Ивановичем в прошлом году. У Анны со стола была взята фотография, которую они сделали сразу после свадьбы с Яковом. — Однако, Лидочка! Сегодня ты превзошла саму себя! — покачал головой её брат. Дело в том, что девочка, запирая сундучок в подвале особняка уронила ключик в сточную решетку, и теперь все их памятные сокровища никоим образом изъять было невозможно, ибо для сохранности клада Лидия взяла несгораемый сейф, который перевезла туда на тележке для сада, потому как он был очень тяжёлый. Только осознав, что открыть свой сундук никак не получится, девочка поняла, что именно она натворила. Пришлось идти виниться перед семьёй. — Я не думала, что так получится! Простите меня! Я думала, что будет весело! Все будут искать клад и радоваться! — всхлипывала Лидочка. Штольман смотрел на плачущую дочь, на её дрожащие губы, расстроенную мордашку и пальчики, перебирающие оборку на платье, и понимал, что ругаться на неё он не в силах. А уж наказывать её тем более! Все её шалости были не от злого умысла или желания сделать что-то назло, а из-за любопытного характера, непоседливости и богатого воображения. — Всё понятно! — вздохнул Яков. — Бери инструменты, Алекс. И магнит захвати! — Будем поднимать решетку и искать ключ? — задорно спросил юноша, который очень любил что-нибудь разбирать и исследовать. Штольман кивнул. Последовало получасовое разбирательство с неподдающейся решеткой, поиск ключа, открывание сейфа, возвращение сокровищ — Софья Попрыгуна обняла и прижимала к себе всю дорогу до гостиной — и счастье Лидочки. Она была очень благодарна за помощь, за то, что её поняли, что её не ругали и очень быстро простили. — Я никогда-никогда так больше не буду, папочка! — обещала она, обнимая Штольмана и заглядывая ему в глаза обожающим взглядом. Штольман вздохнул. В это он верил. Лидочка никогда не повторялась. Наступило время ужина, и Анна попросила Алекса позвать Гастона с Мартой. Юноша вернулся через три минуты с несколько удивлённым, но при этом довольным выражением лица. — Они не придут! — постановил он. — Не придут? — удивилась Анна. Алекс покачал головой. — Нет! Они очень-очень заняты. Судя по тому, что я успел увидеть, они договорились-таки, что поженятся. А теперь…хм…активно это подтверждают! Анна открыла рот от изумления. Потом пришла радость — нейтралитету положен конец, они наконец перестали друг друга терзать и пришли к взаимопониманию! Она так любила их обоих, что сама измучилась чуть ли не больше их самих! Как же хорошо, когда с детьми всё ладно! — Хотя, наверно, лучше, чтобы кто-то из взрослых туда сходил! — задумчиво проговорил Алекс. — Меня они даже не заметили! Штольман усмехнулся. Да уж, пожалуй, лучше вернуть этих двоих на грешную землю. Анна радостно улыбнулась и направилась к влюблённым в гостиную. Лидочка наворачивала круги вокруг папы, подпрыгивая от счастья. Вдруг она остановилась и, серьёзно посмотрев на него, сказала: — Папочка, а ведь хорошо, что Гастон такой богатый у нас! Я слышала, как женщина в парке говорила о том, что свадьба — это целое состояние. Штольман смотрел на дочь и понимал, что опять одна её фраза натолкнула его на нужную мысль. Он теперь понимал и вторую часть истории с махинациями в посольстве.