Любовь на улицах Питера

      Открытие казино «Золотой дракон» стало грандиозным событием в мире Питерской элиты, строившей на этот вечер весьма крупные планы. Кто-то пытался забыться алкоголем, представленным бесчисленными экземплярами в баре, кто-то строил необходимые связи и знакомства, а кому-то нужна была информация.       Широкий, роскошный, плотно уделанный золотом, вход в старое историческое здание, выкупленное под пристанище ничтожной аристократии, встречает капитана полиции с распростертыми объятиями, пока она выглядит подобающе. Дорогое шелковое платье в пол, на которое ушла добрая часть зарплаты, сейчас идеально подчеркивало фигуру девушки, а длинный разрез обрамлял нежную кожу бедра, заканчиваясь там, где положено. Красная помада, чёрные, блестящие изыском лодочки и уложенные волосы не придавали нужной уверенности Романовой, сюда прийти ее вынудила исключительно работа и желание засудить зажравшегося ублюдка, являющегося сегодня чуть ли не главным гостем в «Золотом Драконе».

* * *

      Стройная мужская фигура, расположившись на дорогущем бархатном диване с золотой вышивкой подстать фигурным колоннам, обрамляющим один из многочисленных залов казино, лениво разглядывала посетителей данного заведения. После выпитого элитного алкоголя Сергею больше всего хотелось отсидеть столь ужасный вечер на удобном диване, но, переведя взор, он увидел весьма интересную персону. Теперь Лолита стала самым волнующим объектом среди других людей.

* * *

      Спустя время девушка расположилась за барной стойкой, заказав какой-то слабоалкогольный коктейль. Вся нужная Лоле информация давно уже находилась у неё в кармане, а точнее в подвязанной под платьем портупее. Не все части полицейского обмундирования казались Лолите дурацкими, некоторым находилось применение и в обычной жизни. Сейчас для Романовой самой дорогой вещью являлось совсем не роскошное платье, а небольшой рабочий диктофон, хранивший в себе чисто сердечное раскаяние кое-какого пьяного миллиардера. Медленно потягивая и наслаждаясь немного приторно сладким коктейлем красного цвета, название которого девушка не удосужилась запомнить, капитан почувствовала на себе чей-то слишком заинтересованный взгляд, не покидающий ее фигуру уже минут пятнадцать. Уверенно обратив свой взор на знаменитую личность, Лолита, ни чуть не растерявшись, подмигнула своему наблюдателю. Тот, хоть и покраснел, глаза отводить не собирался. Утратив интерес к Разумовскому, которого она, конечно, узнала, Романова перевела взгляд на кружащиеся в танце под приятную мелодию пары и замерла. Девушка совсем не ожидала увидеть здесь Грома, тем более в окружении не самой приятной для капитана компании. С Пчелкиной у Лолиты свои счёты. Безумно разозлившись на майора, очаровавшего девушку и сейчас уверенно кружащегося в танце с другой, Лола решительно двинулась к мягким, обитым бархатом диванчикам. — Не желаете составить компанию прекрасной даме и закружить ее в танце? — Романова не желала тратить времени на приветствия и знакомства, поэтому сразу перешла к сути их разговора. — Но мы с Вами даже не знакомы, — Сергей под руководством выпитого шампанского решил побыть сентиментальным, чем стал раздражать девушку. — Вы достаточно долго изучали меня со спины, думаю для танца этого достаточно. Тем более, я Вас знаю, — Лолита была зла, но от цели не отступала. Сейчас слишком сильно хотелось показать Грому, что у неё тоже есть достойная пара на вечер, и уж точно получше надоедливой журналистки.       Сергей молчит. Лолита злится. В следующий миг капитан полиции уже тянет мужчину на танцпол, усеянный людьми лишь на четверть, поближе к майору. Лола хочет, чтобы он видел, чтобы желал быть на месте ее нынешнего спутника, совсем ничего не значащего для девушки. Разумовский, находящийся в недоумении, все же решился положить одну свою ледяную руку на талию Лолите и второй ухватить ее же ладонь. Пара молодых людей отдаётся моменту и забывается, плавно кружась под нежную мелодию, льющуюся откуда-то позади. Они перемещаются по залу, постепенно растворяясь в танце, переходящем в более страстный и быстрый. Ладонь, упокоившаяся на талии, ползёт ниже, надавливая на позвоночник, из-за чего девушка прогибается, встречаясь взглядом с тем, ради кого и был сыгран весь спектакль. Игорь смотрит ошарашенно, не хочет верить, что взгляд любимых глаз отрывается от него и достаётся Разумовскому. Лолита за доли секунды, проведённые рядом с Громом, видит то, чего безумно жаждала. Зависть, ничем не прикрытую ревность. Никогда ещё Романовой не было так сладко и приятно доставлять кому-то толику боли. Мелодия обрывается, послав последний аккорд в толпу собравшихся гостей этого вечера, наслаждающихся алкоголем, музыкой и компанией. Лолита отходит от Серёжи, говорит что-то наподобие «спасибо за танец» и уверенной походкой отправляется обратно к бару, точно зная, что Гром пойдёт за ней. Их ждёт разговор, возможно, короткий, но наполненный эмоциями и чувствами, ведь Лола знает Игоря как облупленного. — Будьте добры "Маргариту", пожалуйста, — произносит Романова в ту же секунду, как чувствует чужое дыхание совсем близко к ее уху. — Не надо ей ничего, — Гром почти что рычит, настолько зол и растерян. Рывком повернув капитана за предплечье, мужчина уставился на неё глазами, наполненными долей безумства. Лола чувствует себя победительницей, хоть и последней эгоисткой, для которой эта маленькая месть - победа, а самый желанный приз стоит прямо перед ней, безумно разозленный, словно обезумевший от ревности. Игорь ненавидит Разумовского почти также, как Лолита ненавидит Пчёлкину. Оба сделали неприятно друг другу. Обоим это нравится.       — Что. Ты. Тут. Забыла, — Гром первый прерывает затаившуюся тишину, сверкая глазами, будто размахивая молниями. Лола обожает его такого. Злого, властного, безумно сексуального. — Романова, ты оглохла что ли? — Мне нужна была информация, я ее нашла, а потом и тебя. С Пчёлкиной. Не думала, что тебя интересуют такие личности, — произнося ненавистную фамилию, Лолита морщит бледное нежное лицо в крайней степени неодобрения. — Меня не интересуют никакие личности, кроме тебя, ты же знаешь, — Капитан смеётся. Ей смешно. Очень. — Именно поэтому ты обжимался с ней у меня на виду, да, Гром? — Неприятно вспоминать эту картину. Пчёлкина находится слишком близко с её мужчиной. Пусть и звучит ужасно эгоистично и по-собственнически, но именно это застряло в голове Лолиты.— Чего же ты не беседуешь с ней, а тратишь своё время на меня? — Прекрати нести ерунду. Мне эта журналистка нахрен не нужна. Больше интересно, где ты этого рыжего откопала? — Игорь приближается к лицу девушки и кладёт свою тёплую шершавую ладонь на тонкую, словно лебединую, шею Романовой. Он ждёт ответа, смотрит своими карими глазами, которые так любит девушка напротив. — Какая разница? Сейчас это уже не важно, — Лолита отворачивается от Грома, подзывая бармена, чтобы заказать уносящий разум напиток. Но не успевает ничего сказать, как майор хватает ее за запястье и тащит на выход из здания, красота которого стоит безбашенных денег и исторической памяти. Рука Игоря железной хваткой вцепилась в ее, поэтому Лола совсем не может вырваться, хотя и знает различные приемы для этого.       Грому удаётся вытащить удивленную Романову на улицу, хоть и не избежав заинтересованных взглядов каких-то олигархов и их спутниц. Никто из этих ничтожеств даже не подумал предложить помощь девушке. Никто этого бы и не сделал.                          — Уходи. Здесь опасно, — холодно, почти безучастно произносит Игорь, остановившись и отпустив запястье Лолиты. Та смотрит на него глазами полными обиды и… разочарования? Не хочет падать в ее глазах, но и не хочет, чтобы она была тут, куда в любой момент может ворваться псих с огнеметами. — Ты совсем сбрендил? Я никуда не пойду, — Лола всеми силами противится, не хочет слушать мужчину. Упрямая до безумства. — Уходи, — единственное, что произносит Гром перед тем, как развернуться к зданию и пройти в него спешной походкой. Для него сейчас главное уберечь Лолу, пусть она обижается и злится, главное, что у себя дома, в тепле и безопасности.       Романова смотрит вслед Игорю. Хочется кричать, материть мужчину и почему-то плакать. То ли от бессилия, то ли от обиды, такой детской, глупой, но жгущей сердце.       Девушка стремительно удаляется от этого места. Теперь оно ей противно, настолько, что она уверена, что больше никогда и ни за что на эту улицу не придёт. Отойдя на приличное расстояние, Лолита замедляется и теперь нерасторопно бредёт по мостовой домой. Безумно хочется закурить, поэтому девушка сворачивает к первому попавшемуся ларьку, желая запастись никотином. Этот вечер Романова запомнит, хоть и изо всех сил будет стараться забыть.