Оплачено сполна

Вэй Усянь еще какое-то время пребывал в бреду и бормотал себе под нос несвязное: - Лань Чжань!.. Лань Чжань!.. Ты же обещал, что мы встретимся… Цзян Чэн наблюдал за ним с напряженным выражением лица, и хоть бормотание слуги было сложно разобрать, он всё равно понимал, кого тот звал в своем беспокойном сне. - Принеси воду и полотенце, – приказал принц Юньмэна своему евнуху. - Зачем, Ваше Высочество? – уточнил Не Хуайсан. – Я позабочусь о нем, вам не нужно волноваться… - Хочешь, чтобы тебя выпороли? – раздраженно спросил Цзян Чэн. – Ты же прекрасно знаешь, что я терпеть не могу повторять дважды! Хуайсан облизал пересохшие губы, раскланялся в извинениях и поспешил выполнить наказ. «Если меня не выпорет он, то точно выпорет его матушка…» – мысленно вздохнул он. Тем временем наследник клана Цзян взял Усяня за руку, и тот впился в него с такой силой, что аж побелели костяшки пальцев. - Лань… Чжань… Цзян Чэн почувствовал, как неприятно кольнуло у него в груди и что-то с силой сдавило. Вот он здесь, живой из плоти и крови, старается позаботиться, наплевав на все правила, но этот несчастный слуга совсем не видит его стараний и продолжает звать другого человека… Что ему сделать, чтобы его наконец простили и заметили? А если бы… он умер вместо принца Гусу, тогда Вэй Ин проронил хотя бы слезинку по нему?.. Не Хуайсан вернулся с медным тазом и полотенцем. Цзян Чэн намочил его в воде, неуклюже выжал и протер лицо Вэй Усяня. Это напомнило ему о моменте, когда они были в бегах в Гусу, и Усянь свалился от заражения раны… Тогда принц Юньмэна сделал всё, чтобы помочь ему, и собирался это повторить сейчас. - Попроси сестрицу Вэнь Цин о снадобье или отваре, – сказал Цзян Чэн Хуайсану. - Кстати о сестрице Вэнь Цин… – вздохнул евнух. – Вы помните, что хотели с ней поговорить, и что скоро она станет вашей наложницей?.. Наследник клана Цзян ничего не ответил, сосредоточившись только на Вэй Ине. Не Хуайсану ничего не оставалось, кроме как следовать приказам своего господина. Однако до знахарского крыла он так и не добежал и поспешно вернулся в покои со сбившимся дыханием. - В чем дело? – нахмурился Цзян Чэн. – Почему ты вернулся без… - Плохо дело, Ваше Высочество!!! – глотая ртом воздух, донес Хуайсан. – В ваши покои… направляется… второй принц Вэнь Чао! Принц Юньмэна сразу же вздрогнул. - З-зачем?.. - А вы как думаете?! Нет времени объяснять, прячьте евнуха Вэя! В голове Цзян Чэна хаотично сменялись мысли: что ему надо? Неужели всё из-за Вэй Усяня? Но какое кому до этого дело? Если только… его супруге… - Куда его прятать?! – в панике воскликнул принц Юньмэна. Не Хуайсан пару секунд походил из стороны в сторону, как очень взволнованная курица-наседка, потом его осенило: - В ванну! В это время низшие слуги как раз заливали в комнате для омовения воду в большую каменную ванну, не обжигающе горячую, но от нее всё равно шел пар. Хуайсан выгнал всех и на спине перенес Усяня в помещение. - Ты хочешь… утопить его?! – испугался Цзян Чэн. - Не утопить, а спасти! – нервно поправил Не Хуайсан. – Только подумайте, Ваше Высочество, если второй принц найдет здесь евнуха Вэя, достанется и вам, и мне! А я, например, не очень хочу умирать молодым… С секунду наследник клана Цзян усиленно думал, но времени на долгое раздумывание не оставалось – в его покои уже ворвались, и послышался отдаленный голос раздраженного Вэнь Чао: - Где этот мальчишка А-Чэн?! Хуайсан покрылся холодным потом и на этот раз сам отдал приказ своему господину: - Быстро снимайте верхнюю одежду и залезайте в воду! Он помог сорвать с Цзян Чэна верхнее ханьфу, пока тот не остался в нижних одеждах и не залез в ванну, потом они уложили Вэй Усяня на дно, и Не Хуайсан посыпал поверхность воды лепестками лотоса, скрывая юношу. - Но он же задохнется! – зашептал принц Юньмэна губами. - Выгоните второго принца побыстрее! – зашикал Хуайсан в ответ. Именно в этот момент в комнату для омовения ворвался Вэнь Чао, который уже успел провести «инспекцию» в покоях. - Ах вот ты где… – прищурился он. Цзян Чэн выглядел испуганно, но Не Хуайсан посылал ему знаки гримасами, чтобы тот вел себя более естественно. - Покинь нас! – рявкнул Вэнь Чао евнуху, и Хуайсан поспешил выйти. - В чем д-дело? – стараясь держать голос ровно, спросил наследник клана Цзян. Вэнь Чао внимательно осмотрел его, потом обошел помещение, заглянул во все углы и вернулся к Цзян Чэну, чтобы продолжить разговор лицом к лицу. - Моя дражайшая двоюродная сестра, твоя достопочтенная супруга… Как ты мог унизить ее? Принц Юньмэна мгновенно напрягся. Он неосознанно бросал взгляды на лепестки лотоса, которые скрывали под собой Усяня, и постоянно волновался, чтобы его не обнаружили. - Чего молчишь? – нахмурился Вэнь Чао. – Есть, что сказать в свое оправдание? - Мне… безмерно жаль… – пролепетал Цзян Чэн. – Но, дражайший троюродный брат… Не могли бы мы продолжить этот разговор после того, как я закончу омовение? - То есть ты считаешь, что твое омовение важнее чести твоей супруги?! – возмутился Вэнь Чао. – Какого же ты высокого мнения о себе! Стоило тебе только породниться с Вэнь-ваном, и ты подумал, что в безопасности? «Да уйди ты уже наконец!» – взмолился про себя наследник клана Цзян. - Я не смею так думать… Я очень уважаю свою супругу и никогда не хотел причинить ей боль… Я обязательно подумаю над своим поведением и буду молить ее о прощении! – запальчиво пообещал он. - Где евнух? – сухо спросил Вэнь Чао. - Какой евнух?.. Мой личный евнух? Ты только что его выгнал… - Не играй со мной в невинность. По дворцу уже поползли слухи, как ты заботишься о каком-то безродном евнухе! Цзян Чэн закусил нижнюю губу и, изо всех сил стараясь поддерживать на лице равнодушное выражение, скрупулезно пытался придумать ответ. - Но на то это и слухи… С чего им быть правдой? Или ты нашел кого-то у меня в покоях? Мне кажется, во дворце любят преувеличивать… Вэнь Чао выглядел очень недовольным. Принц Юньмэна прикинул в голове, что прошло около пяти минут… Плохо дело, если этот ненавистный ему родственничек задержится на подольше, то Вэй Усянь точно утонет! В этот момент в комнату вошел слуга Вэнь Чао и что-то прошептал ему на ухо. - Это мои личные покои или проходной двор какой-то… – пробурчал себе под нос Цзян Чэн, внутри чувствуя, как бешено колотилось его сердце. - На этот раз я уйду, – неохотно произнес Вэнь Чао и пригрозил: – но в следующий раз, если я найду, что ты кого-то у себя прячешь и порочишь репутацию моей сестры, ты так просто не отделаешься! - Я понял, – закивал головой Цзян Чэн. – Я обязательно извинюсь перед Лин-эр! Вэнь Чао покинул комнату для омовения вместе со своим слугой. Когда шаги за дверью стихли и шум от них растворился в тишине, наследник клана Цзян наконец позволил себе выдохнуть, но взгляд его тут же скользнул вниз, в глубину ванны, где на дне неподвижно лежал Вэй Усянь. Сердце Цзян Чэна болезненно сжалось: если тот не дышит… Он больше не раздумывал: задержал дыхание и скользнул под воду. Лепестки лотоса разошлись, открывая бледное лицо Усяня. Принц Юньмэна обхватил его и, дав себе лишь секунду на размышление, прижался губами к его губам, передавая ему воздух – единственное, что мог сейчас дать. Только потом он рванулся вверх, на поверхность, прижимая Вэй Ина к себе, будто возвращаясь к жизни вместе с ним. В помещение ворвался Не Хуайсан – как раз в тот самый миг, когда Цзян Чэн вынырнул с юношей, тяжело переводя дыхание. - Ваше Высочество! – воскликнул Хуайсан. – Вы в порядке?! - Не меня спрашивай… – откашлялся наследник клана Цзян. – Лучше проверь, что там с Вэй Усянем… Они вытащили его из ванны, и евнух склонился, чтобы проверить дыхание Усяня и его сердцебиение. - Дышит! – обрадованно констатировал Не Хуайсан. - Почему он тогда не открывает глаза? – нахмурился Цзян Чэн. Хуайсан начал оказывать первую помощь и давить на грудь Вэй Ина, а потом склонился, как будто намеревался прикоснуться к губам… - Ты что творишь?! – вытаращил глаза принц Юньмэна, останавливая его. - Я это в книжках видел… – сбивчиво попытался объяснить Хуайсан. «Никто не смеет прикасаться к губам Вэй Усяня!!! – неосознанно пронеслось в голове Цзян Чэна подобно весеннему вихрю. – Никто, кроме… меня». Пока они спорили, как привести Усяня в чувства, тот сам пришел в себя и начал отплевывать воду. - Вэй-сюн, хвала богам, ты живой! – вздохнул со спокойствием Не Хуайсан. - Быстрее, высуши его и укутай во что-то теплое, чтобы ему не стало хуже! – распорядился наследник клана Цзян. – И сходи, наконец, за лекарствами! Вэй Ин был немного дезориентирован в пространстве и не брыкался – сил всё равно не было, лишь сильная слабость и ломота в теле. Когда его уложили в постель, и Хуайсан побежал в лекарское крыло, рядом с кроватью остался только Цзян Чэн. Вэй Усянь расфокусированным взглядом пытался понять, он ему только привиделся или сидел по-настоящему. - Опять рожа, которую я не хочу видеть до скончания веков… – пробормотал он. – Я умер и попал в ад, раз вижу тебя… Принц Юньмэна глубоко вздохнул, чтобы не сорваться. «Я, вообще-то, тебя спас!» – насупился он. - Ты всё еще бредешь, – вслух вздохнул Цзян Чэн. – А мог бы поблагодарить… Усянь издал подобие смешка. - Поблагодарить… мне послышалось? Поблагодарить… Он снова провалился в беспокойный сон. Наследник клана Цзян почувствовал себя оскорбленным. Он так старался! Был на волосок от опасности, если бы Вэнь Чао все-таки раскрыл его умысел… И взамен вот такое холодное отношение! В такие моменты… Цзян Чэн действительно думал о смерти. Лучше бы тогда Вэй Ин не спасал его… Лучше бы… он умер еще в Гусу… Затем принц Юньмэна неосознанно прикоснулся пальцами к своим губам. Он действовал инстинктивно, не задумываясь, что конкретно хотел в тот момент: спасти Вэй Усяня или же понять, что чувствует рядом с ним. С одной стороны, он намеревался передать воздух, а с другой стороны… уже давно грезил о том, как смог бы к нему прикоснуться. Это пугало и одновременно будоражило. Цзян Чэн только сейчас явственно для себя осознал: его физически тянуло к Усяню и совсем не тянуло к супруге. И что теперь с этим делать?! Он почувствовал, как по спине пробежали мурашки, и сердцебиение предательски участилось. С кем ему было поделиться и обсудить столь деликатную тему?.. Понятно, что не с матерью и никак не с Вэнь Цин, которую дядя собирался сделать наложницей… Но не с Хуайсаном же?! Цзян Чэн облизнул пересохшие губы. И как его угораздило возжелать слугу?! Если об этом узнают… Его мысли прервал возвратившийся Не Хуайсан, который пришел… вместе с Вэнь Цин. - Что… что ты тут делаешь? – удивился наследник клана Цзян. – То есть, я хотел сказать… - Пока что я всё еще целительница и пришла сюда из-за пациента, – сухо отозвалась девушка. Она не стала задавать никаких посторонних вопросов, тихо осмотрела Вэй Усяня, дала ему целебный отвар и поделилась с Хуайсаном дальнейшими инструкциями, как заботиться о больном: - Никаких ванн, делайте ему обтирание, если простыни мокрые, нужно заменить на свежие, главное, чтобы он лежал в сухом, следите за испариной, давайте ему побольше воды, а вот этот отвар нужен хотя бы раз в сутки… Цзян Чэн молчаливо следил, как Вэнь Цин перечисляла всё самое необходимое, а Не Хуайсан очень быстро выводил кисточкой иероглифы, чтобы ничего не забыть. - Спасибо… – поблагодарил принц Юньмэна, когда она закончила. Внешне Вэнь Цин выглядела собранной и серьезной, и никто бы не догадался, какие переживания одолевали ее внутри. Она кивнула, собираясь покинуть покои, но Цзян Чэн ее остановил: - Подожди… Разве… тебе нечего сказать мне? - О чем нам говорить? – спросила девушка, не поворачиваясь полностью. – Вэнь-ван уже оповестил меня о своем решении. - И… ты согласна? – сглотнул наследник клана Цзян. Вэнь Цин тяжело вздохнула и полностью развернулась к нему. - Разве в этом дворце… твое или мое мнение кого-то интересует? Цзян Чэн потупил взгляд. Он запоздало сообразил, что было глупо спрашивать ее о таком… - Но не волнуйся, – поспешила добавить она. – Я не собираюсь делать ничего, из-за чего кто-то из нас или наших близких… могут пострадать. - Я… – Кадык принца Юньмэна дрогнул, и юноша пытался подобрать правильные слова, которые давались с трудом. – Я просто надеюсь… что ты не станешь меня ненавидеть. Вэнь Цин внимательно посмотрела на Цзян Чэна: он подрос с момента, как вернулся из Гусу, стал больше походить на молодого человека, чем на неуклюжего подростка – словно из неоперившегося птенца превращался в статного журавля, и всё равно в душе он оставался для нее больше ребенком, чем мужчиной. - Ты не виноват, что ни у тебя, ни у меня… нет власти что-либо изменить, – сказала Вэнь Цин напоследок, попрощалась и ушла. Цзян Чэн чувствовал себя виноватым перед ней. Власть… всё в итоге сводилось к чертовой власти! Без нее они все были бессильными… Он перевел взгляд на спящего Вэй Усяня, дыхание которого стало более ровным. «Подожди меня… Подожди момента, когда я стану более сильным… И тогда…» – наследник клана Цзян не успел додумать мысль. Он и сам не до конца понял, что хотел донести до себя самого… Но когда-нибудь этот день, когда ему никто не будет указ, обязательно настанет! Следуя инструкции от Вэнь Цин, это принесло свои плоды, и вскоре Усянь пошел на поправку. Туман и слабость отступали, и он начал нормально есть (Не Хуайсан помогал, потому что Цзян Чэна гнали взашей). Однажды юноша открыл глаза с ясным сознанием: - Что я здесь делаю? - О… – протянул Хуайсан и потер затылок. – Ты ничего не помнишь? - Очень смутно, – признался Вэй Ин. - Ты серьезно заболел, и мой господин… выхаживал тебя. На какие-то мгновения между ними повисла тишина: Вэй Усянь обдумывал его слова. Так значит, кошмары о принце Юньмэна… ему вовсе не приснились. Он видел его по-настоящему. Усянь беззвучно усмехнулся и встал с кровати. - Ты куда?! – спохватился Не Хуайсан. – Тебе следует еще пару дней придерживаться постельного режима… - Евнуху как я это не положено, – покачал головой Вэй Ин, а потом вздрогнул. – Ты… раздевал меня догола? - Ну, я только тебя переодевал и протирал, – ответил Хуайсан. – Госпожа Вэнь Цин сказала следить, чтобы ты был сухим… Вэй Усянь с подозрением рассматривал Не Хуайсана. Он что-то заметил или нет? Усянь старался пользоваться своей заплаткой из рыбьей кожи, потому что никогда не мог быть уверен, нагрянет ли внеочередная внезапная проверка или нет, но пока он болел и как в тумане ходил в туалет, она уже пришла в негодность… Однако Хуайсан выглядел настолько невинным и недоуменным, что Вэй Ин подумал, что такой как он не смог бы держать его секрет долго за зубами, что-то в его мимике непременно выдало бы… Убедившись, что ситуация находится под контролем, Вэй Усянь завалил его вопросами: - Сколько я здесь нахожусь? Что я пропустил? Главный евнух искал меня? - Ох, примерно неделю, может быть, чуть больше… – задумавшись и считая на пальцах, ответил Не Хуайсан. – Но не волнуйся, главный евнух знает, что ты болеешь. Я оповестил его, что как только ты встанешь на ноги, то сразу вернешься к своим обязанностям. - Хорошо, – кивнул Усянь. – Что-то еще, о чем я должен знать? - Нууу… – протянул Хуайсан. – За это время по дворцу прошло много слухов, не знаю, что из этого может быть тебе интересно… У Вэй Ина мгновенно щелкнуло в голове, и он воскликнул: - Что с принцем Гусу?! Его смерть подтвердили? Тело нашли? - Насчет этого… тело не нашли. Не Хуайсан виновато опустил взгляд, беспокоясь, что у Вэй Усяня может повториться приступ, но тот на этот раз отреагировал более спокойно. - Вот как… Наверное, это можно считать хорошим знаком. Усянь тяжело вздохнул и посмотрел куда-то в сторону, в видимую только ему точку, задумавшись о чем-то своем. Если тела нет, Вэй Ин всё еще может верить, что Лань Чжань жив… Иначе, какой ему смысл поправляться, если жизненные ориентиры были утеряны?.. - А, еще госпожа Вэнь Цин вот-вот станет наложницей моего господина, – припомнил Хуайсан из важных новостей. В этот момент к ним подошел Цзян Чэн, и Вэй Усянь очень неохотно окинул его взглядом. Он не знал, где тот был, давно ли ошивался поблизости, слышал ли их разговор с Не Хуайсаном, Усяню в принципе было всё равно. - Ты… выздоровел? – осторожно спросил наследник клана Цзян, будто боялся, что его снова прогонят. И это в его собственных покоях! - Я слышал, что Ваше Высочество… выхаживали меня, – холодно обронил Вэй Ин. Цзян Чэн сглотнул и почувствовал, как у него вспотели ладони. Пока слуга был без сознания и в бреду прогонял его, юноше было чуть легче, чем столкнуться с ним в полном сознании! - Я… рад, если ты в порядке, – выдавил из себя принц Юньмэна. - Премного благодарен вам за заботу, но… в следующий раз не делайте этого. Просто дайте мне умереть, если такова моя судьба, – отчеканил Вэй Усянь, и от его слов Цзян Чэн разозлился. - Может, ты перестанешь так себя вести? Я, вообще-то, жизнь тебе спас! А ты мне говоришь, что она тебе без надобности? Усянь промолчал. Если Лань Чжань действительно умер, он бы охотно последовал за ним… но пока не убедился в его смерти, и раз уж поправился, накладывать на себя руки специально в его планы не входило. Тем более, у него всё еще оставалась мать… - Позвольте мне откланяться, – сказал Вэй Ин, собираясь покинуть покои. – Я больше не осмелюсь злоупотреблять вашим временем… Он развернулся к двери, но Цзян Чэн, сжав зубы и заткнув свою гордость, поспешил за ним, чтобы остановить за руку. - Что мне сделать, чтобы ты… перестал смотреть на меня с таким презрением? – в отчаянии спросил принц. – Я правда ненавижу себя… Ты говоришь о смерти, но если уж говорить о ней, то уж лучше бы умер я! Я так стараюсь загладить свою вину перед тобой… но ты не даешь мне даже шанса! Ты можешь попросить меня о чем угодно – я постараюсь сделать, если это в моих силах… Что мне сделать? Умереть, как принцу Гусу, тогда ты немного сжалишься над моей беспомощностью?.. У Хуайсана чуть челюсть не отвисла. Он постарался очень незаметно отойти в сторонку и спрятаться где-то за ширмой или вазой, а то ему стало непозволительно неловко… Какое-то время Вэй Усянь стоял к Цзян Чэну спиной, и у того бешено билось сердце от волнения, как будто от реакции Усяня зависела жизнь принца. - Всё, что в твоих силах? – хрипло повторил Вэй Ин. - Да, – чуть нервно кивнул наследник клана Цзян. – Как ты знаешь, я незначительный человек в этом дворце… Но ты можешь использовать меня как хочешь, если я хоть чем-то могу помочь… - Я слышал, что Вэнь Цин… станет твоей наложницей? Цзян Чэн слегка нахмурился. - Это правда, но… так решил дядя, а не мы с ней… Что-то обдумав, Вэй Усянь повернулся к нему, его лицо выглядело серьезно настроенным, и он сказал: - Сделай меня евнухом Вэнь Цин. Если она станет твоей наложницей, уж слуг-то ей ты назначить сможешь?

* * *

Лань Ванцзи беспокойно спал: ему снился Вэй Усянь, зовущий его по имени, но как бы мужчина ни пытался догнать его и дотянуться – тот исчезал. - Вэй… Ин! – Лань Чжань резко проснулся с именем юноши на устах, но вместо него… обнаружил, что на нем сидела Мянь-Мянь. - Снова это имя, – фыркнула девушка. – Ты уже несколько месяцев живешь в моем стане, но продолжаешь звать кого-то из своей прошлой жизни, когда перед тобой такая красотка как я? Ванцзи без слов спихнул ее с себя. - Ты так и не перестанешь пытаться овладеть мной во сне? – сухо поинтересовался он. - Мне не нужен мужчина без сознания, – поморщилась Мянь-Мянь. – Я хочу соблазнить тебя в сознании! И почему ты такой упертый как баран?.. Он не стал ей отвечать. С тех пор, как они с Сун Ланем пробрались в лагерь варваров, прошло несколько месяцев. Им удалось сохранить свои жизни, а еще узнать, что предводителем была женщина. Это сыграло на руку: благодаря тому, что Лань Ванцзи оказался в ее вкусе, а также его убедительные речи про то, что они хотят избавиться от прихвостней Вэней, Мянь-Мянь не стала их убивать. Конечно, в ее планах было просто задержать Ванцзи на подольше и поскорее сделать его своим мужем, но она никак не ожидала, что он окажется таким крепким орешком. Лань Чжань вышел из юрты и встретился с Сун Ланем. Последний Мянь-Мянь не интересовал, но раз уж он был помощником ее «будущего мужа», его никто не трогал, хотя варвары продолжали следить за каждым их шагом. - Сегодня ночью, – обменялся Лань Ванцзи тихим посланием с Сун Ланем, – отправь весточку в лагерь Вэней. Пусть готовятся к нападению. «Подожди меня немного, Вэй Ин… Я обязательно скоро вернусь и найду тебя», – дал обещание Ванцзи.