Китайская шкатулка

Казалось, совсем немного дней прошло с того момента, когда прозвучали сбивчивые признания в храме Гуаньинь, но вот уже на Облачные глубины опустились холодные облака и вслед за ледяными ветрами осени, туманами и моросью пришла зима, а Вэй Ин и Лань Чжань всё это время жили как супруги и никто не пытался укорить их за это. В то утро Вэй Ин проснулся необычайно рано, чем даже удивил Лань Чжаня. Но вовсе не холод разбудил его до рассвета. В цзинши было тепло — Лань Чжань принёс и расставил несколько жаровен ещё до того, как начались настоящие холода. Как бы ни косился с неодобрением Лань Цижэнь, но Лань Чжань оберегал Вэй Ина со всем рвением, на какое только был способен. Вэй Ин выбрался из-под одеяла и набросил на плечи нижнее ханьфу, улыбнулся уже собранному Лань Чжаню, замершему с чашкой чая в руках. — Что-то непременно случится этим утром, — заявил он, словно в попытке объясниться. — Мгм, — согласился Лань Чжань. Едва умывшись, Вэй Ин выбрался за дверь, остановился на крыльце. Небо над Облачными глубинами затянули сизые тучи, тяжёлые, с тёмным нутром, в котором обычно прятались ливни… или снежные бураны. Рассматривая, как они неспешно плывут в росчерках сосновых крон, Вэй Ин задумчиво сощурился. Он впервые оказался в Облачных глубинах в такое время. Да, заставал раньше поздний весенний снегопад, но никогда не видел, как снег укрывает каждое строение и дорожку. И если прежде ему не нравился холод, то теперь было даже любопытно посмотреть, как это всё же происходит здесь. Удивительная тишина расстилалась вокруг. Вэй Ин спустился на белые камни дорожки и сделал несколько шагов, подходя к скромной и маленькой, давно уснувшей до весны мэйхуа. Узловатые ветви выделялись на фоне серых небес, как выписанные тушью. Вэй Ин на миг прикрыл глаза, представляя, как рисовал бы это, и тут его лица коснулось что-то невесомое и прохладное. Вздрогнув, Вэй Ин запрокинул голову и убедился — начался снегопад. Снег не падал крупными хлопьями, напитанными влагой, а летел мелкими пушинками, лёгкими и сухими. Очень скоро весь мир обнял тихий и мягкий шорох, точно зима пришла нашептать сказку, убаюкать в своих объятиях. Вэй Ин зачарованно смотрел на снегопад, обо всём позабыв. Он даже не заметил, когда открылась дверь цзинши, выпуская на улицу и Лань Чжаня. А мгновением позже Вэй Ину на плечи опустился плащ из плотной тёплой ткани, подбитый мехом. В пушистый воротник оказалось так удобно опускать замёрзший подбородок. Вэй Ин усмехнулся, когда Лань Чжань защёлкнул серебряную застёжку. — Боишься, что зимний холод украдёт моё сердце? — фыркнул он. — Оберегаешь ревниво?.. — Не простудись, — коротко ответил Лань Чжань. Вэй Ин шагнул к нему ближе, отрывисто поцеловал в уголок губ. — Но ты ведь согреешь меня, Лань Чжань?.. Они встретились взглядами, и уже от той нежности и любви, что отразились в золотых глазах, по озябшему телу побежало живое тепло. Однако и это было только начало. Лань Чжань поймал его за подбородок, поцеловал глубоко и страстно, а потом выдохнул в губы: — Согрею Вэй Ина. Обещание. А Лань Чжань никогда не нарушал данного слова. Снег всё летел и летел с небес, а они стояли вместе, любуясь им, и их сердца бились в унисон.