Афродизиак

      Какаши поднялся, мельком взглянув на обнаженную женщину в своей кровати. Вчера он сильно перебрал. А Ханаре, как всегда, воспользовалась этим. Мужчина надел штаны и, прихватив пачку сигарет, вышел на балкон. Голова гудела, а мысли путались.       После войны их деревни заключили мирный договор, теперь Ханаре иногда отправлялась в Коноху с дипломатической целью.       После встречи с Пятой женщина сама предложила ему зайти куда-нибудь выпить. Он прикурил сигарету и жадно затянулся. В такие встречи они стали видеться чаще. Какаши не думал, что у них могло что-то получиться — она была предана своей деревне, а он никогда бы не покинул Коноху. Несмотря на ее красоту, обаятельность и чувство юмора, мужчина не испытывал к ней ничего серьезного. Ханаре тоже не особо надеялась на что-то. Просто секс без обязательств.       Головная боль вколачивалась в виски, но все-таки Хатаке был рад, что женщина вытащила его из дома. Еще немного наедине с мыслями и он бы сошел с ума.       Но даже ее объятия, обычно приносящие облегчение, не смогли подавить растущие чувства внутри. Он чувствовал себя только хуже… Пустота в груди разрасталась, несмотря на все его старания.       — Куришь? — раздалось за спиной. Какаши почувствовал, как горячие ладони легли на его лопатки, мягко очертили круги и опустились на поясницу. Мужчина обернулся. Ханаре стояла, укутавшись в одну простыню, длинные растрепанные волосы водопадом ложились на белоснежные плечи. Женщина, так и не дождавшись ответа, аккуратно забрала у него сигарету и сделала затяжку.       — Какой-то ты не такой, — хрипло проговорила она, опираясь локтями на балконное ограждение.       — С чего ты это взяла? — мужчина забрал сигарету из ее пальцев.       — Вчера ты был особенно горяч, — Ханаре обворожительно улыбнулась, натягивая простыню на оголившиеся груди. — Мне ходить тяжело, ты совсем меня не бережешь. Так сильно соскучился по мне?       Какаши усмехнулся и сделал еще затяжку.       — А если серьезно, тебя же что-то беспокоит, да? — голос женщины вдруг изменился. Хатаке искоса взглянул на нее. — Куришь, а вчера был сам не свой. Напряженный, взгляд как у побитой собаки.       — Все в порядке, просто устал.       — Меня ты не обманешь, Хатаке Какаши, — Ханаре криво усмехнулась. Мужчина вновь глубоко затянулся. — Ты как всегда. Ничего из тебя не вытянешь.       Она замолчала, а ему тоже ничего не хотелось говорить. Они постояли пару минут в тишине, наблюдая за тем, как лучи рассвета постепенно окрашивают облака в лиловые оттенки.       Ханаре медленно подошла к нему, мягко убрала сигарету и поцеловала в подбородок.       — Не зависай в своих мыслях рядом со мной, — капризно проговорила она, а потом добавила, — если ты сейчас вернешься со мной в постель, то я успею тебя еще порадовать напоследок.       Какаши криво усмехнулся и позволил женщине утянуть себя обратно в комнату.                     Поднявшись с кровати, Сакура устало вздохнула. Из-за кошмаров девушка не спала почти всю ночь. Сегодня все было намного хуже — только она погружалась в сон, как липкие ладони разрывали на ней одежду, заставляли погружаться в черную пучину ужаса. Даже отвар из успокаивающих трав, который девушка выпила перед сном, не помог ей успокоиться. В тяжелой голове с трудом ворочались мрачные мысли.       Заваривая себе крепкий чай, девушка уже не в первый раз подумала о том, что неплохо было бы купить кофе. Ее силы от бессонных ночей истощились, еще немного и нервный срыв точно будет обеспечен.       Она старалась быть сильной. Но контролировать свои сны не могла…       Сакура подошла к окну с кружкой горячего чая и сделала глоток. Через десять минут ей нужно выходить, иначе опоздает. А опаздывать к Цунаде-сама нельзя.       Девушка надела свою обычную форму, застегнула пояс и вышла из дома. На улице почти никого не было, деревня только начинала просыпаться. Устало потерев глаза, она попыталась хоть немного взбодриться, но ничего не помогало.       Вдруг, невдалеке, она заметила две фигуры. Приглядевшись, девушка поняла, что одна из них — это Какаши-сенсей, а вторая… какая-то женщина. Они стояли близко друг к другу, и Сакуре не хотелось вмешиваться в чужой разговор, поэтому она решила свернуть. Но вдруг поняла, что ее увидели.       Сакура на мгновение прикрыла глаза, а потом ускорила шаг.       — Доброе утро, — бросила девушка, коротко кивнув.       — Йо, Сакура, — расслабленно проговорил в ответ учитель, но ей одного взгляда на него хватило, чтобы понять — выглядел он не лучшим образом.       — Постой, ты же та девчушка, — вдруг остановила ее спутница учителя. Харуно обернулась и взглянула на женщину, которая смутно казалась ей знакомой. — Какаши, это ведь та девчушка, которая была в команде с теми оболтусами?       — Да, Ханаре, — в голосе учителя девушка услышала напряжение.       — Здравствуйте, Ханаре-сан, — Сакура слегка поклонилась.       — Так, значит, это ты — Сакура Харуно, героиня войны, — женщина оценивающе оглядела ее, отчего девушке стало не по себе. — Так выросла с последней встречи. Какаши, какая у тебя очаровательная ученица.       — Бывшая ученица, — Харуно натянула на лицо улыбку. — Я вас, кажется, знаю, но не могу вспомнить.       — О, это же вы тогда упали на нас с Какаши и застали наш первый поцелуй, — женщина заливисто рассмеялась, приобнимая сенсея за талию. — Помнишь, Хатаке?       Сакура вспомнила. Это та женщина, шпион, которая много лет назад прогуливалась с учителем…       Точно, они же заключили соглашение с ее деревней. Цунаде-сама как-то упоминала об этом.       — Сакура, значит, — Ханаре еще раз оглядела ее, от этого взгляда стало неприятно. Сакура здесь сейчас явно лишняя.       — Извините, я… — начала было девушка, но вдруг женщина привлекла к себе сенсея и через маску поцеловала в губы. Сакура заметила внимательный взгляд, брошенный в ее строну.       Происходящее показалось Харуно неправильным. Она растерянно отвела глаза, понимая, что стала свидетелем чего-то очень интимного.       — Надеюсь, в следующую встречу ты немного побережешь меня, а то после нашей жаркой ночи я чувствую себя очень уставшей.       — Ханаре! — голос ее учителя прозвучал угрожающе.       Сакура почувствовала, как в лицо бросилась кровь. Она опустила голову, смущенно рассматривая свои сандалии.       — Ладно, ладно, мне пора отправляться, ваши ниндзя уже окружили нас, — девушка услышала смех женщины, но не стала поднимать взгляд. — Приятно было познакомиться, Сакура. Какаши, не скучай без меня.       Послышались удаляющиеся шаги, а Харуно все не могла поднять глаза.       — Сакура, — вдруг мягко позвал учитель. Девушка все же подняла взгляд, на лице учителя сквозило явное раздражение. — Извини за эту сцену. Не хотел, чтобы ты присутствовала при этом.       Куноичи кивнула, снова опуская лицо.       Повисло неловкое молчание.       — Извините, сенсей, я спешу к Цунаде-сама, — бросила она и поспешно удалилась.                     Какаши смотрел на опущенные плечи своей ученицы, и раздражение поднималось изнутри, наряду с болью. Он не понимал, что нашло на Ханаре. Обычно спокойная и сдержанная, она при Сакуре вела себя отвратительно.       Как же это выглядело в глазах ученицы…       Хатаке сгорбился, закрывая лицо рукой. Хоть сегодня ночью он забылся в алкоголе и объятиях женщины, все запрятанные эмоции вновь вернулись. Мало его ученице того, что произошло, еще и Ханаре набросилась на нее, устроила дурацкую показушную сцену.       А во всей этой ситуации был виноват только он.       Ему страшно было представить, что подумала Сакура. Так это он пытается снова сблизиться с ней… Но с другой стороны, может это и к лучшему. Себя Какаши пока не контролировал в эмоциях.       «Хатаке, ты полный придурок» — пронеслось в голове. Голова разболелась еще больше.       Мимо него, почтительно здороваясь, проскользнуло несколько гражданских. Деревня просыпалась.       Мужчина, сжав кулаки, направился в резиденцию хокаге.       Когда он шел к кабинету, по коридору мимо него вновь проскользнула ученица. Выглядела она плохо. Усталость отпечатком ложилась на ее бледное лицо. Пока Хатаке пил и развлекался, Сакура мучилась. Обжигающее чувство вины толчками всплывало внутри.       Как же он ненавидел себя сейчас…       Постучавшись, Какаши вошел в кабинет. Пятая стояла к нему спиной, и по ее позе было видно, что она напряжена. Женщина обернулась.       — Один другого краше, — Цунаде выдохнула, прикусывая ноготь на большом пальце. — Сегодня ночью пришло зашифрованное послание от анбу, которых я отправила отследить поставщиков Орхидеи.       По напряженному голосу Хатаке понял — что-то произошло.       — Они прислали послание, но прошло больше шести часов, и никто из них больше не выходил на связь, — женщина прикрыла глаза. — Ты понимаешь, насколько все серьезно. Созывать совет старейшин я пока не могу, потому что уже вляпалась по самые уши. Объяснить, почему я направила шпионов не смогу, доказательств никаких нет. Мы расшифровали письмо, там прописаны примерные координаты. Я отправлю туда несколько джоунинов, но уверена, что никаких улик там уже нет. След снова оборвался, а мы потеряли своих людей.       Какаши сжал кулаки.       — Пока отряд туда направляется, я хочу, чтобы Сакура ничего не узнала, — Пятая заглянула в его глаза. — Не знаю, как ты это сделаешь, но нужно, чтобы она последняя поняла, что происходит. Чувствую, что мы не оберемся проблем…       — Я вас понял, — мужчина поклонился.       — Какаши, и еще — возьми себя в руки, — Цунаде устало заглянула в его глаза. — Вечером соберемся, я уже предупредила Шикамару. Наруто на миссии, что нам пока на руку. Подумай, что мы можем сделать. Может, кто-то из твоих источников что-то знает. Нужно продумать несколько вариантов, а еще составить речь для старейшин. Черт, одна головная боль.       Хатаке снова поклонился и вышел из кабинета.       Бессильная ярость вновь завладела им, но он пытался взять себя в руки.       Настало время подавить в себе все эмоции ради деревни, ради людей, павших сегодня и ради самой Сакуры.       Мужчина вздохнул, постоял немного, а потом вышел прочь из резиденции.       Вечер предстоял сложный.                     — Сакура-сан, — раздалось рядом, девушка встрепенулась, повернувшись на голос. Возле ее стола стояла девушка-ирьенин, ее помощница, которой она поручила принести результаты анализов. — У вас все в порядке?       — Да, задумалась просто… — Харуно потерла лицо ладонями, пытаясь выкинуть из головы ненужные мысли. — Спасибо, Харуко.       — Я сегодня с утра заварила травяной настой, — девушка заглянула ей в глаза. — Он отлично снимает усталость и тонизирует. Вам принести?       — Спасибо, — Сакура натянуто улыбнулась, — но не стоит.       — Хорошо, еще что-нибудь нужно?       Девушка помотала головой. Харуко почтительно поклонилась и вышла за дверь, а Харуно уткнулась лицом в ладони.       Ей вновь завладели мысли. Она никогда не видела Какаши-сенсея с женщинами. Ну, если не считать тот случайный поцелуй с Ханаре.       «После нашей жаркой ночи я чувствую себя очень уставшей» — вспомнились слова женщины, и по телу прошлась какая-то незнакомая ей до этого дрожь. В ее голове Какаши-сенсей словно раздвоился: знакомый ей молчаливый чудак, заботливый, местами милый, но в бою безжалостный, готовый защищать, не жалея жизни и этот незнакомый мужчина, который спал с женщинами, выпивал и курил.       Какаши-сенсей, которого она знала и не знала. Ее учитель. Мужчина, который в щекотливой ситуации столько раз доводил до пика.       Перед глазами пронесся отрывок воспоминаний, который казался ей просто сном — учитель       рядом, его горячие пальцы обхватывают ее запястья, а второй рукой он… Тяжелый стыд обжег щеки, девушка выдохнула и стукнулась лбом об стол, чтобы боль привела ее мысли в порядок.       О чем она вообще думает?       Это же Какаши-сенсей… Ее учитель, близкий друг… мужчина, о котором она знала так много и по факту, почти ничего.       Какие отношения у них с Ханаре? Они встречаются? Сердце как-то неприятно кольнуло.       Какое-то чувство поселилось в груди, она пыталась понять, что чувствует, но не могла.       Лучше ей перестать думать об этом…       Выдохнув, девушка поднялась, чтобы сходить за кофе. Ей определенно нужно было взбодриться, а то в тяжелую голову лезли странные мысли. Она вышла из кабинета, прикрыв за собой двери.       — Эй, Лобастая! — вдруг услышала девушка и обернулась. С лица Ино тут же сползла улыбка, а взгляд стал обеспокоенным. Она сделала два шага, подойдя почти вплотную и уже негромко спросила. — Сакура, что случилось?       Харуно сжала губы под пытливым взглядом подруги.       — Я сейчас принесу кофе, а ты дождись меня, — Ино пошла в сторону автоматов. Сакура помедлила и зашла обратно в свой кабинет. Поговорить с подругой с одной стороны хотелось, а с другой — нет. Рассказывать ей о том, что произошло? Или…       Но когда блондинка зашла в кабинет, закрыв за собой дверь на замок, слова сами полились. Сакура рассказала все, что произошло, обо всех своих эмоциях, не тая ничего, кроме того, кто ее накачал афродизиаком.       Ино внимательно слушала, эмоции на ее лице сменяли друг друга.       — Вот ублюдки! — наконец, взорвалась девушка, ударяя кулаком по столу. Сакура сжала губы и опустила взгляд. — Вот только не говори, что ты себя винишь?! Черт, я думала, что ты умнее.       — Я себя чувствую виноватой перед Какаши-сенсеем…       Подруга тяжело выдохнула, поднялась и положила ладони на плечи девушки.       — Он тебя спасал, будто у вас двоих был выбор, Лобастая, — Ино сжала пальцы на ее плечах. — Заканчивай с хандрой уже. Я понимаю, что все это сложно осознать и пережить, но еще раз повторяю, у вас не было выбора.       Харуно блекло улыбнулась, кивая. Ей стало немного легче, чувство вины перестало быть таким обжигающим. Но с другой стороны, почему, если никто ни в чем не виноват, они с учителем не могут общаться как раньше?       — Кстати, Саске пишет тебе? — прямой вопрос в лоб заставил Сакуру задержать дыхание. Она до боли закусила губу, прикрывая глаза.       — Нет, от него давно не было никаких писем… — едва слышно проговорила девушка, непрошеные слезы обожгли глаза, а Ино, заметив реакцию подруги, сильнее сжала пальцы.       — Кстати, как оно? — вдруг голос блондинки стал игривым.       — Что — оно? — Сакура удивленно посмотрела на подругу.       — Ночь в объятиях Какаши-сенсея. Уверена, он искусный любовник… — Ино смешливо наблюдала за ее реакцией.       В лицо девушки бросилась краска.       — Да что ты такое говоришь?! — задыхаясь от смущения и злости, воскликнула Харуно. — Он мой учитель!       — Бывший учитель, Сакура, бывший, — блондинка пригнулась к уху подруги, обдавая свежим цветочным ароматом духов. — Он, кстати, очень горяч, несмотря на возраст. Многие девушки в деревне были бы не против, чтобы сенсей помог им в таком ключе. Он ведь делал это пальцами?       По спине Сакуры пробежалась толпа мурашек, а щеки вспыхнули.       — Д-даа… — выдохнула Харуно, а потом распахнула глаза. — Хватит, Ино! Я не хочу слышать это!       — Эхх, Лобастая, — подруга отодвинулась от нее. — Можно было бы залезть тебе в голову, чтобы посмотреть. Уверена, это было очень горячо.       — Свинина, это уже не смешно! — Сакура подскочила, сжимая кулаки. — Меру то знай!       — Все, все, — Ино примирительно помахала ладонями и засмеялась. — Я же шучу.       — Дурацкие шутки у тебя… — девушка выдохнула, разглядывая подругу. — Я очень уважаю Какаши-сенсея…       Лицо блондинки внезапно стало серьезным, она вздохнула и тихо проговорила:       — В этом то и проблема. Это то, чего ты никак не можешь увидеть и понять, Сакура, — подруга скрестила руки на груди. — Невозможно так заботиться о чувствах другого человека без сильных эмоций… Ты как Саске, все держишься за прошлое.       — К чему ты это все мне говоришь? — Харуно нахмурилась.       — Ох, я пыталась… — Ино подошла к подруге и щелкнула ее по лбу. — Такой лоб широкий у тебя, Лобастая. Только это не мешает тебе глупить.       — В чем глупить? — внутри Сакуры разгоралась уже не поддельная злость.       — Сама подумай, ты же умная, — блондинка развернулась. — И прекрати себя винить, так до нервного срыва недалеко. Выглядишь ужасно. Хотя… Оно мне и на руку.       Ино откинула свои длинные светлые волосы с плеч и, обернувшись, обворожительно улыбнулась.       — У меня не будет соперниц.       — Свинина!       Девушка усмехнулась, выпорхнув из кабинета. А Сакура осталась на месте, сжимая кулаки от ярости и возмущения.       Но, когда первая вспышка гнева прошла, девушка почувствовала, что благодарна подруге, несмотря на злость. Она обессиленно опустилась на стул и все-таки улыбнулась. Свою уникальную способность Ино перенесла в жизнь, ведь уметь вывернуть все эмоции собеседника наизнанку — это талант. Так сказать — шоковая терапия.       Ей и вправду стало легче, а еще она немного взбодрилась.       Но мысли вернулись к учителю и к тому, что сказала подруга сегодня.       «После нашей жаркой ночи я чувствую себя очень уставшей»       «Многие девушки в деревне были бы не против…»       Сакура закрыла лицо руками, пыталась отогнать мысли, но они все лезли и лезли в голову.       Эмоции внутри приобретали странный, непонятный и неправильный оттенок. Хлопнув себя по щекам, девушка поднялась и вышла в коридор. Ей нужно было отправиться в кабинет Шизуне, у нее был справочник с видами синтетических афродизиаков.       Пока у нее есть время, ей нужно найти хоть какую-то информацию по Орхидее. Анализы ничего не показали, и девушка хотела взять более обширный спектр анализов. Нужно еще заглянуть в лабораторию, взять несколько пробирок.       Вдруг Сакура почувствовала знакомый сладкий аромат. Она вдохнула, и холодные мурашки прошлись по ее спине. Паника резко ударила в голову, дыхание перехватило. Все вокруг смялось в одну точку, зрение резко заострилось.       — Сакура-сан, с вами все в порядке? — до нее, словно сквозь вату, долетел голос Харуко. Тело Харуно не слушалось, окаменело, а паника билась внутри, выталкивая все разумные мысли. — Сакура-сан!       Задыхаясь от ужаса, Сакура перевела распахнутые глаза на двух молоденьких медиков, в руках одной из них был стеклянный флакон духов.       Это просто духи…       — Сакура-сан!       — Все хорошо, — прохрипела девушка, разлепив онемевшие губы. Она попятилась назад, ударилась спиной в стену. Вдох дался с трудом, но дался. Легкие обожгло, девушка резко развернулась и влетела в свой кабинет. Там, не способная справиться с паникой, она осела на пол, хватаясь пальцами в ткань медицинского халата. Горло сжимало, перед глазами все плыло. Ужас заволок ее сознание мягкой темнотой.       — Сакура-сан! — холодные пальцы легонько били ее по щеке, и Сакура открыла глаза. Побледневшая Харуко издала не понятный звук, а потом с облегчением выдохнула. — Как вы? Я так испугалась.       — Все в порядке, просто устала сильно, — девушка тяжело начала подниматься, ее помощница помогла.       — Вы совсем себя не бережете, — Харуко помогла девушке дойти до кушетки и присесть на нее. — Я сейчас сообщу Цунаде-сама, что вы плохо себя чувствуете.       — Не нужно, ей и так забот хватает, — Сакура устало откинулась спиной на кушетку и прикрыла глаза. — Можешь принести мне воды?       — Вы уверены? Цунаде-сама бы дала вам отгул, — девушка также обеспокоенно заглядывала в глаза Харуно.       — Уверена, я немного отдохну и дальше продолжу работу.       — Но…       — Харуко.       — Хорошо, сейчас принесу воды, — лицо помощницы посерело. Сакура заглянула в беспокойные глаза девушке и натянула на лицо улыбку.       Как только ирьенин вышла из кабинета, девушка судорожно выдохнула.       Она поняла, что ее психическое состояние становится только хуже…                     Несмотря на усталость, Сакура сидела за книгами. Паническая атака хоть и выбила ее из колеи, она старалась не думать об этом. Ей нужно быть сильнее, после войны ведь было намного тяжелее.       Но она справилась и с этим тоже справится.       Девушка провела дополнительный анализ крови, но спустя столько дней уже ничего нельзя было определить. Все показатели в норме, но она должна была что-то сделать.       Рабочий день закончился полтора часа назад, но она тихо сидела в своем кабинете. Ей не хотелось возвращаться в пустую квартиру, потому что все, что ее там ждало — это ночные кошмары.       Девушка поднялась со стула, потянулась, разминая затекшую спину. Сильное успокоительное, которая она выпила несколько часов назад, еще действовало. Ей надо было сразу его принять, может, и спать было бы легче.       По-хорошему, еще нужно попросить Шизуне дать ей снотворное.       Сакура взяла бумаги, вышла из кабинета и закрыла двери.       В коридоре царил какой-то ажиотаж.       — Что-то случилось? — она подошла к Харуко, судорожно перебирающей бумаги на столе приемной.       — Сакура-сан, вы еще здесь? — бледное лицо девушки побелело еще сильнее. — Цунаде-сама дала распоряжение, чтобы вы отправлялись домой.       Харуно как-то кольнули эти слова, она вгляделась в беспокойные глаза помощницы.       — Почему госпожа Пятая дала такое распоряжение?       — Вам нужно отдохнуть, — голос Харуко дрожал. Мимо девушек пробежали ирьенины, неся чемоданчики с лекарствами.        — Что случилось? — чутье Сакуры говорило о том, что прямо сейчас что-то происходит. Она положила бумаги на стол.       — Пациенту срочно понадобилась помощь…       Харуно видела напряжение на лицах пробежавших медиков, она перегнулась через стойку и увидела, что лампочка второй операционной горит красным.       — Срочная операция?       Харуко побледнела еще больше, теперь цвет ее лица приобрел цвет бумаги.       — Да, но вы не беспокойтесь, Цунаде-сама и Шизуне…       Да что здесь происходит?!       Сакура резко развернулась и, на ходу собирая волосы в хвост, побежала ко второй операционной.       — Сакура-сан, стойте! Вам нельзя туда!       Но Харуно ее не слышала, она пробежала несколько процедурных, заворачивая в длинный коридор.       Внутри все полыхало от страшного предчувствия. В коридоре сновали ирьенины, она почувствовала тяжелый запах крови.       Почему Цунаде-сама отправляла ее домой и почему сама проводила операцию?! Неужели кого-то из близких тяжело ранили?!       Девушка оттолкнула ирьенинов, попытавшихся ее остановить. Кровь пульсировала в ушах, и она не слышала их криков.       Когда Сакура влетела предоперационную, она увидела, что здесь уже находились Какаши-сансей и Шикамару.       — Что происх… — Какаши-сенсей внезапно вырос перед ней, закрывая обзор, но девушка увидела, что они прятали от нее. От этого горло сжал непроизвольный спазм.       За стеклом, на операционном на столе, лежала девушка. Цунаде-сама склонилась над ней, активировав Бьякуго.       Сакура успела разглядеть нежно-розовые волосы, пропитанные кровью, и изорванное бордовое платье, которое так сильно напоминало ее обычную форму…