Судьбы

Женщина с холодными глазами сидела в кресле. Она давно забыла обо всём, что было раньше. То, что происходило сейчас, было её жизнью. Ей не нужно было прошлое. Блондин вошёл в комнату и остановился напротив кресла. Он молча ожидал указаний. – Ты знаешь, – растягивая слова, произнесла женщина, – что случится, если она его увидит? – Нет, моя госпожа. – Она всё вспомнит, – женщина холодно улыбнулась, – и все наши усилия будут напрасны. Мы не можем этого допустить. Осталось совсем немного, и она станет такой, как мы. И её сила станет нашей. Она продолжительно посмотрела на парня, стоящего перед ней. – Ты больше не должен допускать таких промахов. Если она увидит его, любовь в её сердце заставит её всё вспомнить. И мы проиграем, потому что она уже будет знать о своей силе. Мы не враги против неё, – она усмехнулась. – Так случилось, что силы добра почему-то сильнее зла. Однако, Лорин, ты никогда не задумывался о том, что без зла не было бы добра? Женщина вопросительно смотрела на него. – Нет, госпожа. Она вздохнула: – Всё на свете относительно. Человек болен относительно здорового человека. Но будь все больны, этого понятия бы не существовало. Так и свет является светом только потому, что есть тьма. Одно не может жить без другого. – О чём вы, госпожа? – Будь я доброй, то сказала бы, что ради мира во всём мире должно существовать и добро, и зло. Но я не добрая. Поэтому зло мне ближе. Женщина жестом отпустила слугу. Лорин направился к двери, но она остановила его: – И ещё… Не должно быть свидетелей. Никаких следов. Нам не нужны доносчики и лишние люди. – Кого вы имеете ввиду, госпожа? – Я имею ввиду того парня, что приходил сюда, прорицателя. Он узнал слишком много. Не плохо было бы убрать и его подружку, которую ты так же видел. Наверняка она всё узнала. Избавься от них, пока не поздно. Лорин наклонил голову в знак согласия и вышел. Женщина, не мигая, смотрела на противоположную стену. – Не играй с огнём, девочка. Может, ты и не помнишь сейчас того, ради кого могла пожертвовать жизнью, но потом ты всё узнаешь. И… почему-то мне кажется, что ты простишь меня.

***

Пилос сидел в кафе и молча смотрел на друга. Купер спокойно пил из стакана воду и, казалось, не замечал вопросительного взгляда друга. Наконец он оторвался от стакана и спросил: – Что? – Как ты? Купер закатил глаза: – Превосходно. – Прошло уже две недели. Как ты можешь чувствовать себя превосходно? Купер поставил стакан на стол: – И что? Пилос строго, без улыбки смотрел на него. – Ты что… решил всё забыть?.. – Да, – быстро ответил Купер и отвёл глаза. Пилос расслабился: – Не лги. – Ты в курсе, что сейчас разрушаешь все мои баррикады? Пилос опустил глаза, слегка улыбнувшись: – Это бесполезно. И ты это прекрасно знаешь. Кстати… ты как, часто бываешь в доме Грейс? Купер вздрогнул от произнесённого имени, однако ответил: – Нет. Я не прихожу туда. Мне слишком больно. А что? Пилос отвёл глаза: – Ничего.

***

Амик заглушил мотор и повернулся к сидящей рядом Инфанте: – Ты готова? Инфанта неопределённо пожала плечами: – Как можно быть к этому готовой? К тому же… не лучше было бы рассказать другим? – Нет, я не хочу утруждать их. К тому же, это опасно. Ты всё запомнила? Инфанта вздохнула и медленно произнесла: – Ты вытравливаешь их оттуда, я хватаю Лили и Грейс, если увижу их, и веду к машине. Ты в это время отвлекаешь толпу, что, кстати, тоже опасно. И вообще, я не понимаю, как ты собираешься их оттуда вытравливать? Амик поднял руку с зажатой в ней дымовой шашкой. – Это заставит их подумать, что случился пожар. Запомни, ты не должна рисковать собой. Всю опасность я возьму на себя. Идём. Они вышли из машины и направились вдоль переулка по направлению к клубу. Они не заметили, как от дома отделилась тень и скользнула к машине. Лорин с насмешливой улыбкой посмотрел вслед ушедшим влюблённым, а затем перевёл взгляд на машину: – Это будет просто…

***

Грейс прошлась по бару в поисках сестры. Наконец она увидела её, сидящей на диване в одиночестве. Грейс подошла и подсела к сестре: – Привет, я тебя не отвлекаю? Лили усмехнулась и процедила: – Нет. Мне интересно, почему ты до сих пор не окоченела? – В смысле? – не поняла Грейс. – Госпожа говорила, – лениво пояснила Лили, – что, если не пить кровь, то можно стать живым мертвецом. – Я скорее стану им, если буду её пить, – тихо усмехнулась девушка. – Не знаю, почему так. Прошло уже две недели. По расчётам вампира, я должна была уже откинуться. Лили протянула руку к столику, взяла бокал с бордовой жидкостью и с наслаждением отпила. Грейс поморщилась и сказала: – Всё, что происходит здесь, мне не по душе. Это слишком жестоко. Мне не верится, чтобы существовало только две категории людей: тех, которые пьют кровь, и тех, которые её отдают. А вместе с ней и свою жизнь. – Не знаю, – пожала плечами Лили, – меня всё устраивает. Грейс помолчала, глядя на толпы людей, витающих вокруг бара. – Знаешь, меня не отпускает ощущение, что я забыла что-то важное. Что-то, что раньше составляло смысл моей жизни. Это не даёт мне покоя. Я хочу вернуть всё обратно. Она посмотрела на сестру: – Не знаю, какие у нас с тобой были раньше отношения, но я не хочу, чтобы ты жила такой жизнью. Нам нужно сбежать. Только как? В это время со стороны входа в клуб послышались крики: – Пожар! Лили и Грейс вскочили. Все бросились к выходу, вокруг которого быстро распространялся дым, наполняя помещение. Лили тоже рванулась к выходу, но Грейс удержала её: – Погоди, жертвы! Среди них могут быть ещё живые люди! Мы должны их спасти! – Плевала я на них! – взвизгнула девушка, вырвалась и кинулась к выходу. Грейс мучительно боролась между страхом за свою жизнь и жизнь сестры и желанием помочь. Последнее победило. Она рванула вниз, в камеры для жертв. Лили выбежала на улицу, и её ослепил дневной свет. Все вокруг стояли, не в силах открыть ослеплённые глаза. А потом дружно повернули головы на запах. Невдалеке стоял парень и призывно размахивал руками. – Кровь… – прошептала Лили. – Кровь! – взорвалась толпа и бросилась к парню. Тот побежал вверх по улице. Лили бросилась вслед за толпой, но тут её за руку схватила девушка: – Это ловушка! Это опасно! Бегите вниз по улице, там есть машина! Уезжайте и спасайтесь! Лили смутно почувствовала исходящий от девушки запах, но страх за жизнь был сильнее. Она схватила за руку пробегающего мимо Генри и сказала: – Это ловушка! Спасаемся! И они вдвоём бросились вниз по улице, к машине. – Грейс! Где Грейс? – кричала девушка. Лили неопределённо махнула рукой в сторону клуба, продолжая бежать. Вместе с Генри они быстро влезли в машину, и она повернула ключ зажигания. И в этот момент машина взорвалась.

***

Была середина января. После вышеописанных событий прошло два дня. Грейс, после того, как помогла всем живым спастись из подвала, отправилась к себе домой. Её силы и способности увеличились, и она не боялась быть застигнутой врасплох. Грейс пыталась разыскать свою сестру. После мнимого пожара они больше не виделись. Грейс ежедневно безопасными путями прочёсывала город, но ничего не находила. Да она и не могла найти. В одну из своих вылазок девушка была замечена. И не кем-нибудь, а… Немезидой. Когда Грейс вернулась домой, она подумала о том, что, возможно, с её сестрой что-то случилось. В этот момент в дверь позвонили. Грейс порхнула к двери, ожидая, что увидит на пороге Лили. Но это была другая девушка. Немезида робко жалась у входа и со страхом смотрела на Грейс, которая пыталась вспомнить имя девушки, показавшейся ей знакомой. Наконец она вспомнила: – Немезида?.. – Да! Прости, что беспокою. Мне просто не к кому больше пойти… – Что случилось? – отношения с Немезидой, как и многое другое, были стёрты из её памяти. – Все мои друзья не захотели мне помочь… От меня все отвернулись… И я вспомнила, что ты всегда была добра ко мне. Но я не была уверена, что встречу тебя… Мы считали тебя пропавшей… – Кто это – мы? – А… ты ничего не помнишь? – Немезида тут же поняла, что это ей на руку. – Мы с тобой были лучшими подругами… Но что с тобой случилось? И почему твои глаза… – Это долгая история. Лучше проходи в дом. – Я не могу. Мне сначала нужно узнать, сможешь ли ты помочь мне? – Да что случилось-то? Немезида вновь замялась. Страх вернулся к ней. – Ну… в общем… я беременна. – Что? – Грейс несказанно удивилась. – От Эдвина. Это имя ничего не говорило Грейс, но она, возможно, знала его раньше. – Никто не захотел помочь мне… И я пришла к тебе. – И как я сразу не догадалась… – задумчиво произнесла Грейс. – Ведь мне слышался второй стук сердца. Я просто не поняла, что это может быть ребёнок… Немезида во все глаза смотрела на девушку. Грейс вздохнула и кивнула: – Ладно, проходи.

***

– Мне очень жаль, Купер. Гордон умоляющим взглядом смотрел на друга, сжавшего кулаки и уставившегося в пол. – Повтори, что ты сейчас сказал, – голос Купера напоминал отдалённый грохот волн, разбивающихся о берег. – Мы опознали тела. Одно из них принадлежит Лили Роббер. Второе обезображено слишком сильно, и нужна экспертиза, чтобы установить личность. Но… это может быть Грейс. Мне очень жаль… – Сколько времени займёт экспертиза? – бесцветно поинтересовался парень. – Несколько дней, – Гордон посмотрел на друга. – Прошу, не делай глупостей… Купер резко встал, опрокинув стул. – Когда придут результаты, сообщи мне. Он вышел.

***

Немезида хорошо прижилась в доме Грейс. Она, конечно, знала о гибели Лили, но ничего не говорила расстроенной девушке. Грейс было тяжело сопротивляться запаху, исходившему от Немезиды, но она не хотела быть монстром. Она ещё помнила, что в прошлой жизни никогда бы такого не сделала. Под вечер, возвращаясь с вечеринки, Немезида шатающимся шагом шла по улице, когда вдруг перед ней появился Эдвин. Она застыла от удивления и неожиданности, смотря на парня, который сделал ей ребёнка. Он казался далёким и чужим. Эдвин равнодушно смотрел на неё. Он сказал: – Мне нужна информация. И предупреждаю: лгать бесполезно. Я пойму, если ты меня обманешь, и пощады не будет. Итак, твоя подруга сейчас у себя дома, так? Но мы не можем к ней приблизиться. – Что вам нужно от неё? – Она сама. И ты приманишь её к нам. Поняла? – Но… Эдвин взял её за горло: – Жить хочешь? Значит, поможешь. Задыхающаяся девушка кивнула.

***

Купер не мог ждать результатов экспертизы. Если бы она показала, что… Нет, это невозможно. Он стоял на крыше многоэтажного дома. Смотреть вниз с большой высоты было страшно и… абсолютно всё равно. Теперь всё равно. Сколько раз он мог погибнуть? Сколько раз смерть обходила его стороной? – Я буду умирать столько, сколько потребуется, – прошептал он, – столько, сколько потребуется, чтобы забыть всё. Я вновь буду падать отсюда, пусть это бесполезно. Почему я не могу умереть? Он вновь глянул вниз. В этот момент зазвонил его телефон. – Чёрт побери… Он ответил. Звонил его отец: – Купер, ты где? – Я… с друзьями. – Не мог бы ты приехать домой? – Зачем? – Мне нужно поговорить с тобой. – Говори сейчас. – Что ж… я просто хотел сказать тебе то, что никогда не говорил. К этому меня подтолкнула та девушка. Грейс, помнишь? У парня вдруг пересохло в горле. – Я много думал… И знаешь: она была права. Это твой выбор и твоя жизнь. И я всё равно люблю тебя, кем бы ты ни был. Трубка задрожала в руке у Купера. – Ты слышишь меня? Сын? – Спасибо, отец. Он опустил телефон. Упоминание о Грейс заставило его вновь дрожать. Вновь страдать. – Это невыносимо… Это абсолютно невозможно! Телефон вновь зазвонил. Купер, не глядя, поднял трубку: – Отец, я… – Купер, это Пилос, – парень был сильно взволнован, – тут такое… – Что? – он тут же насторожился. – Я сейчас вижу Грейс. – Где она? – Купер спрыгнул с края крыши, на котором стоял. – Пилос, не молчи! Где она? – Она… на крыше. Купер резко остановился, чуть не налетев на стену: – Что? – Знаешь самую высокую многоэтажку на окраине? Она там. Мы все здесь, внизу. Она собирается прыгать. Купер, ты должен приехать. Она не слушает нас, даже вряд ли слышит. Тебя она послушает. Купер отключил телефон и влетел в машину. – Игры судьбы… Только бы не опоздать…

***

Вампир сидела на поваленном дереве на окраине леса. Она с улыбкой щурилась, глядя на высокий дом, который был прекрасно ей виден. Хрупкая фигурка девушки на крыше также была видна ей. – Я привёл её, госпожа. Из-за деревьев вышел Эдвин, таща за руку Немезиду. Вампир обернулась и расхохоталась: – Это она предала её? Что ты пообещал ей, Эдвин? Парень улыбнулся: – Есть много способов. Она сказала, что там её ждёт сестра. Бедная Лили, ей, наверно, икается на облаках. – Скорее, в аду, – уверенно ответила вампир. – Однако игра почти выиграна. Девушка не ожидала засады. Теперь она в нашей власти. – Но неужели у нас остался только этот способ? – задумчиво спросил Лорин, стоя несколько в тени деревьев и задумчиво разглядывая дом. – Перерождение… Это самый верный способ. Тогда она станет нашей, и мы заберём её силу. Осталось совсем немного. – Что прикажете с ней делать? – холодно поинтересовался Эдвин, толкнув вперёд Немезиду. От толчка девушка упала на снег. – Избавься, – равнодушно сказала Сонвар. – Хотя нет, подожди. Я голодна. Нам предстоит увлекательное зрелище, для него нужны силы. Оставьте нас. Слуги растворились в лесу. Вампир пристально взглянула на дрожащую девушку, а затем перевела взгляд на дом и толпящуюся возле него кучку людей. Она произнесла: – Отсюда открывается прекрасная панорама. Это интересно – управлять судьбами людей, – она вновь посмотрела на девушку. – Скажи, ты боишься смерти? Девушка пронзительно закричала. Вампир улыбнулась.

***

Купер приехал очень быстро. Он остановился рядом с людьми, стоящими у дома и смотрящими вверх. Пилос тут же подошёл к нему: – Мы боимся действовать, Купер. Она невменяема. Если спугнуть её… К ним подошёл Гордон: – Ты должен торопиться, друг. Не похоже, что она делает это произвольно. Ею кто-то управляет. У тебя мало времени. Купер бросился в фойе и побежал по лестнице… Грейс стояла на самом краю. Она еле сознавала себя. Солнце светило прямо на неё, и было так легко… Вдруг рядом с ней появился незнакомец в белом одеянии. Он смотрел на неё, и глаза его были полны беспокойства. Он подошёл к ней справа и сказал: – Грейс, отойди от края. Это опасно. Но слева появился другой незнакомец. Он был в чёрном. Он улыбался и говорил: – Ты всё правильно делаешь. Осталось немного, и ты будешь свободна. «Кого слушать?» – подумала Грейс. Радужка её глаз была также разделена на белый и чёрный цвет, и неожиданно белого стало становиться больше. Девушка произнесла: – Самоубийство – это грех… Это удел слабых. Ангел улыбнулся. Демон возмутился: – Кто сказал тебе такую глупость? Это самый лёгкий способ покончить со всеми проблемами. – Я не хочу ничего лёгкого, – возразила девушка. – У тебя слишком короткая память, Грейс, – вкрадчиво заметил демон. – Ты уже забыла, из-за чего здесь оказалась? Грейс нахмурилась. Мысль мучительно витала рядом, но девушка не могла её поймать. – Я тебе напомню. Такие, как ты… Они никогда не пользуются популярностью. Делать добро теперь не модно. Гораздо проще делать зло. Оно не требует усилий. – Это… нечестно. Ангел продолжал смотреть на неё, молча улыбаясь. Демон тоже улыбнулся: – Хочешь, открою тебе секрет? Добро зависит от зла. Люди на протяжении веков борются со злом, считая, что побеждаю во имя добра. Но они лишь уничтожают самих себя. Ты никогда не думала о том, что останется, если со всей земли исчезнет зло? Если прекратится несправедливость? Если растворятся тени? Грейс вновь нахмурилась. Белое и чёрное в её глазах стало наравне: – Воцарится мир… – но она была не уверена. – Добро может быть добром, лишь когда побеждает зло! Что будет делать твоё добро, если не останется, с кем бороться? – Ты говоришь, что все те подвиги, что совершали герои, все те мучения, которые принимали святые, – всё бесполезно? Это невозможно. Это не может быть правдой… – Это длится миллионы лет. Люди сражаются и погибают во имя добра. Знали бы они, что, уничтожив зло, уничтожат и его антоним – добро. Именно поэтому правда до сих пор не может одержать верх над жестокостью. Потому что тогда наступит конец всего. Грейс вдруг стало не хватать воздуха: – Но Господь… не мог так поступить с нами… – Как? – насмешливо спросил демон. – Отправить вас, как послушных овец, исполнять его волю? Заставлять драться с тем, что поддерживает вас? Пытаться победить равновесие? Бороться за то, что никогда не может быть достигнуто? Вполне мог. И вы никогда не поймёте, что есть только два выхода: или прекратить борьбу и постараться уживаться вместе, или уничтожить всё из-за своей глупости. – Глупости? – возмущённо заметила Грейс. – Как можно считать глупостью самопожертвование? И милосердие? И доброту? – Ты не можешь меня понять, – холодно возразил демон, – я говорю о том, что если бы не было нищих, вам некому было бы подавать милостыню. Вспомни, из-за кого появляются нищие? Если бы не было злых и жестоких, вам некого было бы научить добру. Откуда являются в мир садисты? Если бы не было этих глупых террористов или маньяков, которые также являются благодаря нам, подумай, во имя кого бы ты жертвовала всем? Я лишь говорю, что ни ты, ни кто-либо другой не смогут победить зло. Поэтому сдавайся. Грейс молчала. Молчал и ангел, лишь стал более обеспокоенным. Демон посмотрел на солнце и сказал: – Мир может быть единен и цел, лишь когда обе его части будут наравне. Уничтожь одну – и воцарится хаос. Всё не будет тем, чем было прежде. И никто тогда не скажет тебе спасибо. Грейс взглянула на ангела: – Что можешь ты сказать мне? Ангел лишь улыбнулся и ответил: – Мы ничего не можем узнать раньше времени. Людям не дано знать истины, они могут лишь верить. И ты верь. И не сдавайся. – Однако у нас заканчивается время, – демон взглянул вперёд, и перед Грейс вдруг появился солнечный луч. – Ступи на него и пройди в новый мир. Это то, о чём ты всегда мечтала. Ангел взволнованно сказал: – Нет, Грейс! Это ловушка! – Это то, чего ты хочешь, – вкрадчиво говорил демон, и Грейс увидела перед собой нисходящий свет, падающий на конец луча. – Он – твоё счастье. Просто сделай один шаг. Только один шаг. Грейс хотела шагнуть, как вдруг, словно в отдалении, послышался голос, зовущий её по имени. И в тот же момент чёрное резко подавило белое, и глаза превратились в две равнодушные бездны. Однако Грейс узнала голос: – Купер… – и стала падать. Купер взбежал на крышу и тут же увидел любимую, стоящую прямо на краю. Вот она собралась шагнуть прямо в пустоту… – Грейс! Она обернулась. Но её глаза были пусты. Она не видела его. И она стала падать. Это был его последний шанс. Он резко бросился вперёд и упал с крыши. Схватив девушку в воздухе, он с силой прижал её к груди. И в тот же момент она исчезла. А в его груди забилось сердце. Он резко перевернулся на спину, чтобы при падении не ударится грудью, в которой хранил самое дорогое для него существо. Толпа ахнула и бросилась к месту, куда упал парень. Но когда они подошли, на снегу лежало двое. Купер обнимал девушку и пытался заставить её очнуться. Когда Грейс открыла глаза, она увидела того, кого пытались скрыть от неё, чтобы она не обратилась к свету. – Купер… И она всё вспомнила. – Лили? – спросила девушка. Купер опустил глаза. – Это она… – прошептала Грейс. – Это она! – крикнула девушка и вскочила на ноги. Купер торопливо поднялся на ноги, готовый помочь и недоумевающий. – Сонвар!!! – над толпой разнёсся ужасающий крик. Перед девушкой явились вампир, Лорин и Эдвин. Все трое были словно связаны верёвками, они не могли пошевелиться, и только затравлено смотрели на неё. Вампир, стараясь сохранить гордость, заметила: – Было слишком близко в этот раз… Я проиграла. Что ты будешь делать? Воцарилась тишина. Все, затаив дыхание, смотрели на хрупкую девушку, стоящую перед поверженными врагами. Каждый ждал, какую казнь придумает для них Грейс. Она медленно оглядела своих противников, и в её душе зазвучал голос: «Мы не можем знать истины. Ты не можешь знать, почему они все опустились до этого. Ты не можешь решать их судьбу». – Я… прощаю вас. Хотя вы и не заслужили этого из-за своей жестокости. Но я никогда не стану такой, как вы. Никогда не опущусь до убийства или мести. Помните: если я увижу вас ещё раз, то буду не столь доброй. Исчезните. Вампир улыбнулась: – Я знала, что так будет. Потому что я знала тебя. Прощай. Они растворились. Так показалось толпе, но Грейс знала, что они лишь тихо ушли. Она устало опустилась на плечо Купера, который тут же обнял её и тихо, успокаивающе гладя её по голове, сказал: – Теперь всё закончилось… Всё позади.

***

Грейс молча смотрела на три могилы, перед которыми она стояла. Лили, Немезида и Генри… Люди, когда-то ненавидящие её, люди, когда-то сделавшие большую ошибку… Купер слегка сжал её плечо рукой, утешая. Она положила цветы на могилы, и они ушли. Жизнь вошла в прежнее русло. Грейс оканчивала одиннадцатый класс, подшучивая над Эвлидой и Пилосом, которым не терпелось скорее пожениться. – Глядя на вас, – говорила она, – на ум приходят исключения из русского языка: уж замуж невтерпёж. Пилос смущённо улыбался, а Эвлида укоризненно говорила: – Кто бы говорил! Когда ваша-то с Купером свадьба? Так, подкалывая друг друга, они дошли до школьных ворот. Тут Эвлида заметила дожидающегося у машины Купера и протянула: – О-о-о… Не будем мешать. Она, подталкивая Пилоса, ретировалась. Грейс подошла к парню, улыбаясь ему светло и ласково. Парень тут же притянул её к себе и поцеловал. Так они и стояли, обнимаясь. Купер поинтересовался: – Когда у тебя выпускной? – Через неделю. Почему мне кажется, – хитро улыбаясь, заметила девушка, – что в июне будет три свадьбы? – Хм… Мы, Пилос с Эвлидой… А кто ещё? – А как же Амик и Инфанта? Те горят желанием не меньше нашего. Кстати, вон и они, – она помахала рукой парочке, вышедшей из школы. Они помахали в ответ. – Мы могли бы провести все свадьбы в один день. Как ты думаешь? Грейс задумчиво стала крутить пуговицу на его рубашке, но, встретив его скептический взгляд, засмеялась и бросила опасное занятие: – Я думаю, что это отличная идея. Она хотела сесть в машину, но Купер не выпустил её из объятий. Она вопросительно взглянула на него. – Я хотел бы обсудить ещё один вопрос… Он замолчал. – Какой? Ради Бога, Купер, не пугай меня! – Просто… я тут подумал… ну, я подумал… не могли бы мы… – Что? – Ну… то, что ты предлагала мне… помнишь? Грейс сдержала улыбку и небрежно заметила: – Ах, это… Знаешь, что я думаю? – Что? – внешне спокойно поинтересовался парень. Грейс коснулась пальцем кончика его носа, потом перевела его на губы парня, и сказала: – Я думаю, что ты был прав. Нам действительно стоит подождать до свадьбы. Она скользнула в машину. Купер вздохнул и сказал: – Хорошо, – он взглянул на профиль девушки и пробормотал: – И как Пилос выдерживает это? Надо будет не забыть попросить его поучить меня спокойствию и сдержанности. Иначе я сойду с ума. И он сел в машину. – Надо будет предупредить Пилоса о его планах, – прошептала Грейс, с хитрой улыбкой глядя в окно.