Алис, или Дневник сироты

11 марта 1910

      Сегодня довольно тепло и солнечно. Гулять в зимних пальто и теплых фетровых шляпках было жарко, но снять их нам не позволили... — Если однажды летом пойдет снег, нас все равно выгонят гулять в обыкновенной форме... Не удивлюсь, если будет именно так. Какие же дураки нами руководят! — произнесла Марго, зло поглядывая на мисс Грант, которая запретила ей снимать шляпку и расстегивать пуговицы на пальто. — А чего еще можно ожидать от тех, кто работает в таких учреждениях? Подобные места только для глупцов и раболепных святош... Своего ума у этих плебеев нет — они лишь создают внешний порядок, чтобы разные высокие гости были довольны, — ответила Элиза надменно. — Да даже моему брату в тюрьме лучше, чем нам здесь с этой кучкой идиотов! — вставила София.       Мисс Грант уж точно могла их услышать, но она даже не взглянула в их сторону. Этой троице здесь прощается любая дерзость, потому что их все любят... Кажется, даже надзиратели, которых они ни во что не ставят, любят их. Почему это так? Их есть за что любить, потому что они умные, красивые и талантливые... Но как любить тех, кто называет тебя дураком и плебеем? Я не очень люблю Марго, Элизу и Софию.       В это время я сказала вслух, но негромко: — Как же жарко... Хотела бы я снять эту шляпку! — Поверь мне, Алис, я тоже с нетерпением жду середины весны, чтобы гулять в обычной форме... — тихо ответила мне подруга. Я не знаю, как мисс Грант услышала нас, но она тут же подошла. — Как это понять? Неужели в вас нет и капли смирения и почтения? Тебе, Крайт, еще простительно оступиться впервые, но Блак... — произнесла она с таким видом, будто мы сказали ей что-то очень обидное. — А что плохого мы говорили? Мне просто было жарко, и... — Молчи, Блак, я запрещаю тебе оправдываться! Это отвратительно! Ты вновь проявляешь вопиющее неуважение к разумным правилам, установленным твоими благодетелями. О, если не вмешаться в это, то ты, несомненно, вырастешь опасной преступницей... Мой долг — не допустить этого! — Простите, мисс Грант, но нам просто было жарко. Мы и не думали бунтовать против правил, — произнесла Анна твердо. — Я запретила вам эти лживые оправдания, но вы не следуете и этому приказу! Берегись, Крайт, ведь ты попадаешь под влияние маленькой бунтарки... На этот раз я прощу тебя, но остерегайся ее примера! — Если вы считаете Алис дурной, то я еще хуже. Если она должна быть наказана, то накажите и меня! — пока Анна говорила это, я стояла молча, глядя на носки своих черных ботинок на шнуровке. — Раз ты так упряма, то я накажу обеих... Во время ужина вы обе должны будете стоять на стульях на середине столовой без передников! В следующий же раз за подобную дерзость вы будете наказаны розгами.       Мисс Грант ушла дальше следить за детьми, а мы остались посреди двора ловить насмешливые взгляды... Только ободряющая улыбка Анны помогла мне сдержать слезы. — Ах да, и еще одно важное свойство местных взрослых: они все сплошь лицемеры с двойной моралью. Любимчикам прощается все, а других наказывают за каждый косой взгляд, — произнесла Марго не очень громко. — Мне даже жаль Снежку и ее мечтательную подружку — так страдать из-за пары слов... — Ты права, Марго: они стали необходимыми, но несчастными жертвами дурного настроения нашего тирана, — ответила Элиза, бросив взгляд на надзирательницу. — Пожалуй, это можно считать поэтичным.       Почти весь вечер я думала об их словах, и эти мысли как будто помогали не вспоминать о наказании... Почему они пожалели нас, если обычно ненавидят? И почему Элиза не побоялась назвать мисс Грант тираном при всех? Ее все считают хорошей, и она дорожит этим. Разве после этого взрослые не разозлились на нее? Неужели она совсем этого не боится? И почему Марго говорит так зло о тех, кто любит ее и дает ей разные привилегии? Мне всегда казалось, что она считает справедливостью только то, что приятно ей... Или я думала о ней слишком плохо?       Сейчас же я не плачу только потому, что Анна рядом со мной. Скоро ужин, и я не знаю, выдержу ли все эти любопытные взгляды... Почему-то то, что со мной будет моя лучшая подруга, придает мне сил.

24 апреля 1910

      Сегодня мне совсем не хотелось вставать утром... Сегодня пасмурный и влажный день, А в такую погоду хочется только спать. К тому же у меня был чудесный сон про то, как я была русалкой и жила в море... Я была совсем одна в тихой бухте, вокруг меня были лишь необыкновенные рыбы и водоросли, которые оказались вкусными. Я все время плавала в теплой воде, а по ночам спала в кровати, сделанной из большой ракушки.       Со временем, правда, мне надоело просто жить в своем домике на мелководье, и тогда я поплыла куда глаза глядят... Любуясь светящейся морской травой и яркими рыбками, я не заметила, как заплыла в открытое море. Там было так глубоко, что я даже не видела дна! Мне стало страшно, и я тут же попыталась вернуться, но мне это не удалось, ведь я заблудилась. А в это время налетел сильный ветер, от которого очень быстро стало холодно, небо начало стремительно темнеть, и рядом со мной зашевелилось что-то огромное... За мной плыла рыба размером с дом, а я пыталась спастись от нее. Наверное, наяву я бы никогда не смогла плыть так быстро, но в этом сне я была наполовину рыбой, и потому то морское чудовище не могло меня догнать... Но вдруг оно заговорило со мной: — Стой, маленькая русалка! Я не злой... Я помочь хотел! — голос у него был очень низкий и глухой, как будто из бочки. — Правда, господин рыба? Разве вы не хотите поглотить меня? Вы такой... — ответила я немного растерянно. — Знаю, я огромный и уродливый, но у меня доброе сердце, поверь мне, хрупкая морская фея! Я довезу тебя до дома, если позволишь, и я хотел бы быть твоим другом... — кажется, этот добрый великан даже заплакал, и я тут же остановилась. — Вы вовсе не уродливый — просто очень большой, и я испугалась вас только поэтому... Я с радостью буду вашим другом, если вы хотите! — ответила я, подплывая к нему поближе, чтобы погладить его большие плавники. Рыба улыбнулась и, кажется, хотела меня обнять, но в этот момент зазвенел звонок к подъему.       Я весь день стараюсь не делать недовольное лицо, но я даже немного зла на то, что распорядок дня в приюте прервал мой чудесный сон... Я почти подружилась с рыбой-великаном во сне! Мне бы очень хотелось, чтобы он приснился мне снова. Может быть, в следующий раз меня не разбудит так быстро звонок...