Алис, или Дневник сироты

8 декабря 1911

      Сегодня я впервые увидела, что ожидает меня через пять лет... Три взрослые девушки выпустились, и две из них сегодня же и покинули приют. Я почти не знала их — лишь с одной из троих мы как-то раз перекинулись парой слов, — но по случаю своего выпуска они обнимали абсолютно всех, и меня в том числе. Если честно, я даже чуть не заплакала, когда они ушли из спальни... Почему я неожиданно полюбила тех, кого знала лишь по именам? Почему они вдруг решили обнять каждую из тридцати девочек? Почему все начинают скучать по тем, с кем никогда не дружили, перед разлукой?       А началось все с прихода мисс Миллер и мисс Грейс этим утром... Честно говоря, я думала, что кого-то ждет наказание, ведь раньше они приходили вместе только для "вынесения приговора" провинившейся. Я даже испугалась, что это Марго и София оговорили меня, и пришли за мной... Однако надзирательница обратилась к девушкам, которые спали у самой двери: — Амелия Дженкс, Джулия Скотт и Линда Браун, одевайтесь быстрее и идите к гардеробной! Линда, вам выдадут форму выпускницы. Остальные же получат собственную одежду. — После мисс Скотт и мисс Дженкс должны будут подойти к моему кабинету, чтобы получить документы. Не забудьте об этом. У нас не так много времени... — прибавила управляющая, окидывая взглядом остальных. — И не думайте, что выпуск трех ваших подруг дает вам право опоздать к завтраку! Мисс Миллер, не давайте им поблажек. — Да, мисс Грейс, я позабочусь о том, чтобы все успели.       После же они ушли, а три счастливицы стали собираться, помогая друг другу. — Скоро и мы будем на их месте! Нужно лишь дождаться этого момента. И мы не расстанемся полностью после выпуска, обещаю... — сказала мне Анна, заметив, как я смотрю на этих трех взрослых девушек. — Да! Помнишь нашу клятву о верности друг другу? — прибавила Чарли с улыбкой.       Она хотела вытащить из ящика нашу тетрадь с уставом, но не нашла ее там... Это было очень странно, и потому мы втроем тут же бросились искать. Тетрадки не было ни в ящиках комода, ни на полу, ни даже под подушками на наших кроватях. Я проползла на коленях по грязным темным доскам пола, но не увидела ничего похожего на наш устав. — Эй, Братство Милосердия, вы не это ищете? — раздался вдруг насмешливый голос Марго. В руке она держала ту самую тетрадь, что мы потеряли... Она подняла ее высоко над головой и дразнила нас. — А ну отдай, рыжая бестия! — с этими словами Шарлотта бросилась на нашего врага. — Чарли, нет! — только и успела крикнуть Анна. Чарли в тот момент уже повалила Маргарет на пол и отняла у нее нашу реликвию... Когда она бросила мне тетрадь, я каким-то чудом поймала ее и успела спрятать, но их потасовку это не остановило...       Две девочки сцепились, и несколько минут все могли лишь смотреть на то, как они катались по полу, награждая друг друга ударами, пинками и, кажется, укусами. Это было совсем не похоже на описания боев из книг... Дрались они отчаянно, но в этом не было ничего красивого или героического. Я слышала тихую ругань, глухие вскрики и стоны после каждого удара... Никто не решился бы встать на пути у Марго — в ярости она страшна. Только Чарли отважилась дать ей отпор... Мы все думали, что она проиграет, ведь она ниже ростом и намного меньше.       Однако же через десять минут Шарлотта встала и победно улыбнулась. Она быстро пригладила растрепавшиеся короткие волосы... На свою противницу она даже не смотрела. — Многовато чести для этой хулиганки. Не переживайте, я ее не убила! — сказала она, уходя с поля боя. Наверное, ей казалось, что после этого поражения "королева" потеряет свою власть... Я тоже так думала несколько лет назад. Тогда я мечтала иметь достаточно сил, чтобы ответить ей, и мне казалось, что это станет концом моих страданий. Мне не хотелось никого бить, но и терпеть ее насмешки и бояться ее было почти невыносимо. Я думала, что проигрыш в драке станет для нее падением, и она не сможет больше командовать другими и натравливать их на неугодных.       Жаль, что на самом деле все намного сложнее... Маргарет правит здесь не только из-за своей силы, но и потому, что хитра, умеет нравиться и любима взрослыми. Даже если бы ее победили сотню раз, все только жалели бы ее и рассказывали надзирателям, что кто-то напал на нее и жестоко избил.       На этот раз кто-то позвал мисс Миллер, и она появилась в тот момент, когда побитую "королеву" поднимали с пола взрослые девушки. Она же мастерски притворялась испуганной и потрясенной. Я бы поверила ей, если бы не видела ее коварной улыбки за миг до того, как открылась дверь... Разумеется, все, кроме меня и Анны, говорили, что наша подруга напала первой без всякой причины. Наша надзирательница справедлива и добра, но она всегда верит словам большей части воспитанниц... Почему взрослые не понимают, что вся группа может врать? Почему они никогда не верят тем, кто говорит не то же, что остальные? Может быть, мисс Миллер просто не знает, что все здесь на стороне Марго? Я пыталась рассказать ей правду, но она лишь сказала: — Блак, твоя преданность подругам похвальна, но честность намного важнее... Раз Виннерберг совершила этот проступок, она должна понести наказание. — Я говорю правду, мисс Миллер! Марго взяла нашу вещь, и Чарли просто хотела забрать ее обратно, и... — я поняла, что пора замолчать, когда она печально вздохнула. Она не верила мне, даже если хотела поверить...       Шарлотту заставили пятьдесят раз написать: "Я не должна бить других детей"... Это не самое страшное наказание, но все же очень неприятное. Анна хотела пойти к управляющей и рассказать обо всем, но вернулась ни с чем: ее не пустили даже на порог кабинета. Нашей смелой подруге пришлось отбывать несправедливое наказание.       А после обеда мы все прощались с выпускницами... Джулия и Амелия переоделись в простые темно-синие платья вроде тех, что носят некоторые молодые учительницы. Они обе казались мне очень красивыми, и я поняла, что форма им совсем не идет... Много ли среди нас настоящих красавиц, которых просто портят эти платья с передниками? Может быть, и я буду выглядеть лучше в другом платье? Мои подруги в один голос говорят, что у меня вполне милое лицо. Теперь я еще больше мечтаю о выпуске, чтобы одеться по-другому... Хотя Линде выдали форму выпускницы — коричневое платье до пола с белыми манжетами и воротничком. Если Анна не сможет забрать меня, то мне тоже придется носить такую форму... Мне интересно, какова жизнь выпускников, живущих в приюте? Им приходится помогать взрослым каждый день, пока они не найдут себе места? И как люди находят себе работу? Знает ли об этом Линда? У нее сегодня был такой растерянный вид, что мне стало ее жаль.       Мисс Миллер объявила, что в этот день трое из нас стали взрослыми и что теперь их ждет новая жизнь. Девушки обошли всех и обняли каждую, а после их попросили поторопиться, потому что внизу их уже ждали... Некоторые хотели проводить их до порога, но им не позволили, потому что час игр мы должны проводить наверху. Спуститься могла лишь третья выпускница... Через несколько минут, когда мисс Дженкс и мисс Скотт вышли из здания, надзирательница вернулась вместе с последней выпускницей. — Линда, не могла бы ты отнести прачке белье со свободных кроватей? — спросила она мягко. Девушка кивнула и стала собирать белье с таким же растерянным видом, будто еще не понимая, что будет дальше. — Я слышала, что выпускники живут в маленьких спальнях на третьем этаже... — произнесла Анна задумчиво. — И еще они точно должны помогать взрослым. Когда я приехала, меня встретили две девушки в коричневых платьях, и именно они помогали найти для меня подходящую форму. А еще я слышала, как они говорили о каких-то объявлениях в газету — видимо, так места и находят, — рассказала Чарли со вздохом, глядя в окно. Наверное, она надеялась увидеть выходящих через заднюю калитку выпускниц... — О, я тоже помню, как меня в первый день водили эти девушки... Тогда я приняла их за надзирательниц и, кажется, расстроилась, увидев неприветливую мисс Грант, — прибавила моя первая подруга с грустной улыбкой. — И не удивительно! Эта Грант любого одним своим видом напугает... Злобная стерва! — после последнего слова Шарлотта опустила глаза и пробормотала какие-то извинения за ругань. Если бы она знала, что мы слышали от Софии, когда она только приехала! Кажется, до того как Марго и Элиза решили подружиться с маленькой воровкой ее даже пару раз оставляли в комнате для наказаний за сквернословие... После ее ужасных слов ругательства Чарли кажутся безобидными.       Сегодня я впервые увидела, как кто-то покидает приют навсегда, и узнала, что выпускники без наследства и правда живут здесь, пока не найдут места. Я очень рада за девушек, которые смогли уехать, но теперь я волнуюсь: что будет со мной через пять лет? Как на самом деле живется выпускникам в приюте? Что если свободы у них еще меньше, чем у воспитанников? Наверное, лучше мне пока не думать об этом. Этого все равно не избежать... Зачем бояться того, что будет не очень скоро?