Аидолон

Тэцуо сделал ещё один глоток из стакана и бросил взгляд на полупустую бутылку. Да, недурной неотокай, единственная настоящая ценность, которую удалось получить на том аристократском приёме, пусть от него и не было никакого толку: большинство изменяющих сознание веществ для талосов бесполезны. В дверь постучали. – Входи! – бросил Тэцуо. Дверь отворилась, и в комнату вошёл Арно. Квадратная физиономия выглядела угрюмой. Тэцуо лениво приподнял подбородок, предложив подчинённому начать. Тот поджал губы и процедил: – Как ты и говорил. – Недострой в Альбо? – Ага. Тэцуо хмыкнул – что же, предсказуемо. – Мины, так понимаю, не сработали? – спросил он. Ответом было сердитое сопение Арно, которое всегда забавляло алитарха. – Надо было заминировать там всё, – проворчал помощник. – До последнего сантиметра, чтобы и атомов от них не осталось! Тэцуо направил на него взгляд и долго не отводил глаз – пока одиссей не отвернулся с виноватым видом. – Там всё-таки живут люди, – проговорил алитарх. – Люди, которые пострадали от аристократов. Кем мы будем, если станем убивать и их? Арно вздохнул и опустил голову. – То-то же, – сказал Тэцуо. – Тем более, что взрывами Кэса не напугаешь – полный хаос для него родная стихия. Что мы можем использовать для настоящей ловушки. Улавливаешь, Арно? Аидолон-одиссей поднял голову, встретился взглядом с начальством и медленно кивнул. – Тогда двигай! – Тэцуо мотнул головой на дверь. Арно снова молча кивнул и двинулся к выходу. Когда за ним закрылась дверь, алитарх Конохара откинулся на спинку кресла и полез в карман своего плаща. Пальцы сами собой нащупали нужный кругляш, и через миг извлекли его на свет. Платиновый диск диаметром около трёх сантиметров был похож на монеты, которые были в ходу на Гайе в давние времена. На аверсе был изображён герб Алитархии: щит с альфой, из-за которой проглядывало кольцо из точек разных размеров, обозначающее обитаемые планеты Колхиды. Реверс же казался необработанным, но на самом деле это была матовая полировка, на которой выступали цифры и буквы идентификационного кода – они же часть идентификационного чипа, скрытого в толще металла. Синтема старшего алитарха. Воплощения закона и кодекса, выше которого только Станопулос, Логос и все прочие божества с идеями, которым поклонялись в Колхиде. Само собой, Тэцуо не рисковал показывать сейчас эту синтему на публике, особенно той, которая трудилась за дверью кабинета – кто знает, может, отца или деда кого-то из них она отправила на каторгу или орбиту Пустой? Затем алитарх спрятал синтему, допил вино и вышел из кабинета. Ясон за более чем полтысячелетия истории накопил в себе немало секретов – Тэцуо был уверен, что большинство жителей Ойкумены даже не догадываются, сколько всего сокрыто у них под ногами. В числе таких тайн были и остатки тоннелей подземного монорельса, давно забытого поверхностью: город рос вверх, а какое дело небожителям до того, что творится внизу? Кабинет, в котором обосновался Тэцуо, когда-то принадлежал начальнику станции, облюбованную эрминавтами, как их обозвали журналисты. Тускло освещённый коридор выходил наружу, непосредственно на станцию. Вдоль стен, ещё покрытых пятнами от воды, находились другие конторские помещения – в них квартировали остальные бойцы. Которых осталось ни много ни мало двадцать восемь человек – Кассий поработал на славу. «А что ты хотел? – думал Тэцуо, шагая по коридору. – Сам ведь научил парня быть безжалостным и эффективным». Ему следовало бы досадовать, но какая-то часть алитарха Конохары радовалась успеху воспитанника и чувствовала за него гордость – наука пошла куда надо, и парень стал настоящим членом их братства… Но всё-таки вернулся к жизни аристократа, пусть и не совсем по своей воле. А это значит, сейчас он такой же враг, с которым придётся разбираться. Однако сначала придётся разобраться с Господином Ураном – само собой, он недоволен событиями на «Валериане» и желает услышать всю историю из уст Тэцуо. Впрочем, он не собирался бежать по первому зову Господина Урана как вышколенный кион, поэтому сначала решил проведать своих людей. Сейчас оставшиеся члены банды находились возле монорельса – прибыл транспорт с припасами, и бойцы занимались разгрузкой. Сам Тэцуо поручил бы это дело автоматонам… не будь здесь аидолона-дедала, которого Уран оставлял в моменты, когда сам отлучался по делам. То, что этот парень творил с машинами, изумляло и пугало, поэтому для перестраховки он отказался от предложения покровителя. За этими размышлениями Тэцуо провёл всю дорогу до путей – пересёк коридор, вышел на обветшалую лестницу и спустился до перрона. Если верить рассказам Урана, городские власти закрыли подземку две сотни с лишним лет назад. Тэцуо как никто другой знал, насколько беспощадным бывает время, однако эту станцию оно потрепало меньше, чем могло бы – подтопило, но основные несущие конструкции как тоннелей, так и прилегающего помещения находились в неплохом состоянии. Поэтому перрон сохранился почти что в первозданном виде: широкая четырёхметровая полоса из полибетона, имитирующего местный розовый мрамор, за которым располагался открытый участок тоннеля для прибытия вагонов. Разумеется, оживлять монорельс никто не стал – по тоннелям ходили грузовые скиммеры. Когда Тэцуо оказался на перроне, как раз прибыли три таких – максимально неприметные «патисье ипсилон тридцать шесть», серые угловатые машины без номеров и опознавательных знаков, со вместительным покатым кузовом. Вокруг них сейчас копошились оставшиеся бойцы эрминавтов, которые под началом Яна, второго помощника Тэцуо, разгружали контейнеры с провизией и оружием. Ян, коренастый и широкоплечий внешник, стоял у самого края перрона, наблюдая за тем, как бойцы вынимают контейнеры и несут в приспособленный под склад зал ожидания, время от времени прикрикивая на нерадивых или неосторожных. Заметив начальство, он прищурился, а после жеста подошёл поближе. – Привезли всё, что обещал? – спросил Тэцуо у помощника. – Точно так, – кивнул тот, мотнув длинными сальными волосами. – Жратву, патроны и немного стрелял. – Насколько немного? – спросил Тэцуо и нахмурился, услышав уклончивый ответ: – Ну, нам хватит. Особенно сейчас, – в голосе помощника скользнула горечь. «Кстати», вспомнил Тэцуо ещё одну тему и спросил: – А что с вербовкой? Когда придёт новая партия? С ответом на этот вопрос Ян помедлил и ответил только после прищуренного взгляда начальника: – Па-Па слился. Говорит, что умывает руки и дал знать, чтобы больше к нему не обращались. Тэцуо почувствовал, как пальцы сжимаются в кулаки – вот грязный тифон!.. – Что-то объяснял? – он заставил себя задать этот вопрос. Ян, который почувствовал недовольство босса и втянул голову в плечи, коротко кивнул: – Говорит, что становится жарковато, фараоны могут сесть на хвост, а терять налаженный бизнес ему не с руки, – затем посетовал: – Как бы петь не начал, сволочь. – Не начнёт, – мотнул головой уже успокоившийся Тэцуо. – Па-Па знает, на что способен Уран, и что он делает с теми, когда начинают петь не по плану. Ладно, – он подбодрил подчинённого улыбкой, не совсем искренней, – гайин с ним. Как думаешь, у кого мы сможем получить людей? Ян задумался. – Наверное, – проговорил после доброй минуты размышлений, – можно перетереть с… – но тут его перебил голос Арно: – Босс!.. Тэцуо быстро повернулся к одиссею – тот уже подходил ближе. – Босс. – вид у него был настороженный. – Он прибыл. С вами хочет поговорить, сказал. Тэцуо поджал губы – он не ожидал, что Господин Уран так скоро почтит их своим присутствием. «Пряник и кнут, – подумал главарь эрминавтов, – припасы и визит высокого начальства». – Где обычно? – спросил он вслух у Арно. Тот коротко кивнул. – Оставайся с Яном, – приказал Тэцуо. – Заодно проверь припасы и сообщи, если что-то с ними будет не так. Одиссей снова коротко кивнул, после чего Тэцуо глубоко вдохнул, подошёл к краю перрона, спрыгнул на пути и двинулся в левую часть тоннеля. Здесь никто не трудился убирать воду, поэтому вскоре в ботинках алитарха захлюпало. «Очередной гайинов сын, – размышлял он, – упивающийся властью. Если бы не твои деньги и связи…» Мысли резко прервал яркий свет фар. – Обязательно постоянно так делать? – Тэцуо чувствовал, что начинает кипеть. – Банальная проверка, дружище, – раздался знакомый глубокий голос, после чего свет приглушился, позволив рассмотреть очертания машины и подойти к ней поближе. Это оказался очередной «патисье», ничем не отличающийся от тех, которые стояли на станции. Только внутри у него был груз иного рода. Дверца грузового отсека почти приветливо распахнулась, но Тэцуо помедлил, прежде чем забираться внутрь. Только собравшись с мыслями, он вскочил на уступ и залез в отсек. На скамейке слева от входа сидел молодой темнокожий мужчина лет двадцати пяти на вид, одетый в свитер с высоким горлом и широкие свободные штаны, заправленные в высокие ботинки. Круглое, почти детское лицо подходило субтильному телосложению парня – но не могущественному дедалу, который работал на Урана то ли в качестве телохранителя, то ли в качестве соглядатая. А может, и того, и другого вместе. Но сегодня он был не один. Господин Уран сидел у переборки между кузовом и кабиной – высокий сухопарый старик в дорогом, но неброском тёмном костюме из наглухо застёгнутого пиджака и брюк. Длинное тяжёлое лицо с ленивым интересом смотрело на Тэцуо. – Здравствуйте, господин Конохара, – поздоровался Уран – и судя по тону тихого, но разборчивого скрипучего голоса, здравия союзнику он точно не желал. – Здравствуйте, Уран, – Тэцуо ответил такой же любезностью и сразу перешёл в атаку: – Незапланированная проверка? Уран улыбнулся, не размыкая губ, и произнёс: – Запланированная проверка – не проверка, дружище. Затем улыбка сползла с его лица: – Укрытие в Альбо было раскрыто. Наш общий знакомый уже сунул туда нос. – Вопрос времени, – пожал плечами Тэцуо. – Всё равно арестованные рано или поздно запели бы. Уран откинулся к переборке, поднял подбородок и впился взглядом в Тэцуо. – Я думал, с этой проблемой ты разобрался, – затем сделал вид, что вспомнил: – Ах да, твой подчинённый с этим не справился! Тэцуо до такой силы стиснул челюсти, что, казалось, вот-вот начнут крошиться зубы. – Его застали врасплох, – процедил он. – И ранили. – Оправдания мне не интересны, – покачал головой Уран, затем пристально взглянул в глаза Тэцуо и проговорил: – Похоже, вы вовсе не так безупречны, как мне казалось. Это второй провал за месяц. – И второй провал за год, который мы с вами сотрудничаем, – Тэцуо не отводил взгляда от глаз Урана. – Второй провал подряд, – суровый взор Орихалкового Тэцуо Урана не смутил. – Сначала «Валериан», теперь потеря убежища… Кстати, – добавил он, прежде чем алитарх открыл рот, – насчёт «Валериана». Знаете, у меня сложилось впечатление, что вы ведёте двойную игру. Тэцуо раздражённо фыркнул: – Вы и правда так считаете? – Обстоятельства указывают на это, – развёл руками Уран. – Алитарх, которого вы воспитывали, привёл к провалу операции и дополнительным расходам. Странное совпадение, не находите? – Ещё раз назовёте моих людей дополнительными расходами, – процедил Тэцуо, – и ваши подозрения станут реальностью. Кроме того, ваш расходный материал, – он усмехнулся и кивнул на дедала, – тоже провалил попытку разобраться с лордом Олденом. Пока старик переваривал эти слова, Тэцуо подбоченился, ухмыльнулся шире и заметил: – Похоже, вы вовсе не так всесильны, как хотите показаться, Уран. Долгих несколько секунд царило напряженное молчание. Первым сдался покровитель – поднял руки в жесте примирения и произнёс: – Что же, счёт один-один. И всё-таки, – теперь его взгляд был пытливым, – вас и правда ничего больше не связывает с Кассием? Над этим вопросом Тэцуо размышлял с того самого момента, как повстречал своего бывшего воспитанника на том отвратительном сборище паразитов. – Нет, – покачал головой он, – наши с ним пути разошлись окончательно. И мне бы больше не хотелось поднимать этот вопрос. Уран участливо кивнул – получилось почти искренне – и проговорил: – Тогда вернёмся к предыдущей теме. Допустим, с зачисткой следов просто не повезло, – он сделал паузу, – но можно ли объяснить неудачным стечением обстоятельств пальбу, которую вы устроили на «Валериане»? Именно это, – в голосе Урана появился металл, и на этот раз алитарх понял, что лучше не спорить и не перебивать, –я считаю настоящим провалом. Тэцуо подмывало огрызнуться – о собратьях-паразитах печёшься, Тираново отродье? – но инстинкты подсказывали, что прямо сейчас Урана лучше не злить. – Я согласился вас поддержать, – молчание дало свои плоды, тон покровителя немного потеплел, – по двум причинам. Первая – ваши цели очень похожи на мои и моих соратников, всколыхнуть ясонское болото. Вторая причина – вы настоящий мастер своего дела, умный, осторожный, целеустремлённый. Но в том, что вы устроили, не было ума, осторожности и целеустремлённости. – Чакраборти меня узнал, – заметил Тэцуо. – Если бы я оставил его в живых, он бы точно навёл фараонов на след. – Боюсь, – покачал головой Уран, – наверняка полиция уже в курсе, – и объяснил в ответ на гневный взгляд: – С Кассием-то вы не справились. Несколько секунд Тэцуо и Уран смотрели друг другу в глаза, затем последний произнёс: – Вообще, у меня сложилось впечатление, что на «Валериане» вы разыгрывали сцену из какого-то триди или спектакля. – Строго говоря, так и есть, – не стал отрицать алитарх, в ответ на удивлённо поднятую бровь Урана объяснил: – Театральность привлекает к себе внимание, а это – один из аспектов достижения моей цели. Заодно это поможет завербовать ещё людей. – Ну да, ну да, – в голосе Урана прозвучал неприкрытый сарказм, – из смертников выйдут отличные сторонники… Затем он взглянул в лицо Тэцуо, собиравшемуся возражать, и проговорил: – Нельзя гарантировать безопасность операций, пока жив Кассий Олден. Сами должны понимать, что вас он в покое ни за что не оставит. Так вот, – взгляд бледных глаз старика стал испытующим, – я должен быть уверен, что вы сделаете правильный выбор, когда вопрос станет ребром. Алитарху пришлось задуматься. – Кассий хороший человек, – проговорил он. – Если спросите, то я уверен, что он лучше нас с вами. Но и хорошие люди ошибаются. Он запомнил мои наставления, но понял их…превратно. Поэтому и не присоединился ко мне там, на «Валериане». Плюс, – подумав ещё, добавил Тэцуо, – он отказался от плаща алитарха. Это значит, что теперь он враг, в драке с которым не дрогну. Уран безмолвно выслушал союзника, затем кивнул, скорее сам себе. – Вы ведь ненавидите аристократов, верно? – спросил он, чуть подавшись навстречу Тэцуо. – Очевидно, – ответил тот, но углубляться в тему не стал – Урану незачем это знать. – Тогда мне любопытно, – тот продолжил наседать, – как в вас уживается мысль, что вы работаете с одним из таких? Больше аристократов Тэцуо ненавидел только подобные вопросы. Пришлось подбирать слова, чтобы ответ не звучал ни оскорбительно, ни лебезяще: – Других союзников мне здесь не найти. Да и вы вроде отказались от титула. «Как Кассий от плаща алитарха». – Титул – лишь формальность, – покачал головой Уран, так и не дав понять, понравился ему ответ или нет. – Фактически же я всё тот же «паразит», как вы изволите выражаться. – Даже пиявки порой бывают полезны, – заметил Тэцуо, недвусмысленно намекая на закрытие этой темы, и сразу же добавил: – Благодарю за припасы, они пришлись весьма кстати. И поэтому позволю себе поинтересоваться – что вы хотите взамен? Уран покосился на своего дедала. Тот словно бы этого и ждал – приподнялся с места, полез за пазуху и выудил небольшую коробочку, которую и протянул Тэцуо. Он не без опаски взял предмет – рассмотрев поподробней, узнал в нём кристалл-накопитель. – Тут все нужные сведения, – сообщил тем временем Уран. – На этот раз – обычный налёт, никаких похищений, приходите, забираете груз и уходите, сорок процентов груза мои. Тэцуо не сдержал недоверчивый взгляд: – Так просто? – Так просто, – медленно кивнул покровитель. – На носителе найдёте все подробности, – добавил он, лениво мотнув подбородком в сторону коробочки. – Имею только два замечания. Во-первых, попроще с людьми на корабле, часть из них работает на нас. Во-вторых – сведите к минимуму самодеятельность, это обычный грабёж, а не игра на публику. «Я не обычный грабитель, ты, кусок аристократического дерьма!», хотел было выпалить Тэцуо, но инстинкты снова удержали на месте опрометчивое желание. У Урана здесь была власть. Были деньги. Были связи. Если пойти против него сейчас – раздавит, и даже не почешется. «Ничего, – думал Тэцуо, – ничего, Колхида тоже не сразу расцвела. Ещё пара удачных налётов и наше партнёрство можно будет заканчивать». – К слову, о самодеятельности, – произнёс он вслух. – Последняя девчонка всё ещё у нас. – Надеюсь, вы с ней ничего не сделали? – вопреки ожиданиям, в голосе Урана издёвки не слышалось, поэтому Тэцуо ответил даже вежливо: – Я могу быть суров, но я не зверь. – Хорошо, хорошо, – задумчиво кивнул Уран, затем сложил руки на животе, сцепил пальцы и несколько секунд смотрел куда-то перед собой. – Оплошность с ней тоже на моей совести, – добавил он, – надо было получше проверять списки. Но что сделано, то сделано. Отпускать её слишком опасно, а…другие варианты неприемлемы, полагаю? – Абсолютно неприемлемы, – мотнул головой главарь эрминавтов. – Что же, – Уран легонько хлопнул себя по колену, – тогда пускай ещё немного побудет у вас, я придумаю, как о ней позаботиться без…осложнений. Последнее задело Тэцуо, и он спросил с кислой улыбкой: – Глаз не видит, сердце не болит? – За кого вы меня принимаете? – сердито буркнул Уран. – Я ни слова не сказал об убийстве. Под осложнениями я подразумеваю Кассия Олдена. Тэцуо не выдержал и закатил глаза. В ответ Уран фыркнул и заявил: – Он будет её искать, а значит, рано или поздно доберётся и сюда. Жаль, что с автоматонами не вышло, – он покосился на своего дедала, который немедленно втянул голову в плечи и блеснул глубоко посаженными глазами. – Придётся импровизировать. *** – Эпсилон, – Кассий вещал, не отвлекаясь от маневрирования в потоках машин. – Тэцуо Конохара – талос класса эпсилон. Лейла от удивления аж откинулась на спинку сидения: – Эпсилон?! Но в отчётах говорилось, что он гиперкаппа! Кассий невесело засмеялся и покачал головой: – Гиперкаппа не переживёт трое суток в открытом космосе, – затем вздохнул: – Как и прямое попадание бронебойной пули в голову. Он вздохнул, и взглянул на своё отражение в лобовом стекле. Отражение смотрело с презрительным интересом. – Я сам не знаю точно, – добавил лорд Олден, – но говорят, он когда-то, ещё в молодости, нашёл резонирующий Талисман. Думаю, вы знаете, что это значит. Лейла тяжело вздохнула – в отражении на стекле Кассий увидел, что она потупила взор. – Пропустили это занятие по аидолонологии? – поинтересовался лорд Олден, а после короткого согласного кивка вздохнул и сам. – Я тоже не специалист, но если ничего не забыл, то суть в следующем. Талисманы, предметы с Изъянами, имеют определённый заряд рифт-энергии, со своими собственными колебаниями. Чаще всего выходит так, что большинство из них не совпадает с колебаниями рифта в аидолонах, и поэтому нарушает проявления Изъянов. – Работает как своего рода защита, – добавил Джун с заднего сиденья. – Носителю Талисмана не страшны влияния гипносов, заметны перемены протеев, его не видят аргусы… В общем, сложная цель. – Но иногда, – продолжил Кассий, – встречаются Талисманы, заряд и колебания которого резонируют с Изъяном аидолона. Что такое Нектар, знаете? – Конечно, – девушка приободрилась. – Эссенция из пыльцы растений с Изъянами, чаще всего каннабиса. Сильнейший аллерген, но так действует только на обычных людей. – А на аидолонов? – Что-то среднее между ноотропом и стимулятором – усиливает прохождение нервных импульсов, за счёт чего ускоряется и мыслительный процесс, а без этого использование некоторых Изъянов просто невозможно. – Неплохо, – похвалил её Кассий, секунду полюбовался на порозовевшие щёки девушки, затем продолжил: – Так вот, резонирующие Талисманы – это Нектар, который всегда с тобой. Никакой дури и побочных эффектов от неё – всегда и везде твой Изъян на пределе возможностей. Он снова взглянул на своё отражение – Аластор недвусмысленно косился на Лейлу – вздохнул и добавил: – Ещё и без сопутствующих побочных эффектов. Одно плохо – такой Талисман, антехейон, ещё попробуй найди. – По логике вещей, – сказала Лейла, когда алитарх замолк, – очень маловероятно, что Тэцуо получил такой себе в пользование. – Имея дело с аидолонами, – заметил Джун, – надо быть готовым, что возможен даже самый невероятный сценарий. Лейла с ним не согласилась: – И всё же, мы с вами видели его только мельком. С чего вы взяли, что у него имеется антехейон? Кассий тяжело вздохнул, но всё-таки рассказал: – Я пытался отбить у него Шинейд. Отправил дублёра, собрался было чехарднуть, но рядом с ним дублёр рассыпался, как в радиусе действия Талисмана. Нет, – добавил он, увидев, что Лейла и на это собирается возражать, – обычные Талисманы для него вредны, ухудшают регенерацию. В ответ на это девушка хмыкнула и задумалась. Кассий не стал её тревожить и сосредоточился на вождении. Они давно покинули Альбо – Кассий взял курс на северо-восток, в ном Эрроу, где располагался центральный порт Ясона для грузовых скипперов. Заброшенные недостройки за стёклами кабины сменились сначала жилыми башнями, затем – автоматическими заводами, вокруг которых постоянно была толкучка. В таких обстоятельствах стало не до разговоров – приходилось порой буквально прорываться через строй ским-грузовиков. Лишь четверть часа спустя Кассию удалось вывести «манту» на воздушную трассу, где можно было расслабиться и включить автопилот. Лейла словно только этого и ждала – спросила, едва Кассий закончил вводить в компьютер координаты: – Кассий, что вы можете рассказать о личности Тэцуо Конохары? Призрак с «Борея» вздохнул – рано или поздно этот вопрос должен был прозвучать. – А что о нём говорят ваши отчёты? – спросил он в ответ. Лейла нахмурила лоб, очевидно вспоминая, затем произнесла: – Помню основные детали психологического портрета, – и начала перечислять: – Темперамент – сангвиник с холерическими элементами. Характер скорее вспыльчивый, но научился держать его под контролем – подозреваю, чисто за счёт возраста. Друзьям предан, к врагам – беспощаден, но откровенную жестокость проявляет редко, исключительно к преступникам. Чтит закон… чтил, по крайней мере. Когда она умолкла, Кассий задумался. – В принципе, похоже на моего старого наставника, – заметил он. – Но у вас явно есть, что добавить, – Лейла пытливо взглянула в глаза Кассию. – Определённо, – не стал отпираться он. – Он – настоящий профи. Алитарх почти как по книжке – Тиран, да у него послужной список длиннее, чем перечень дам, которых Джун осчастливил! С заднего сиденья раздалось недовольное ворчание напарника, но Кассий не обратил на него внимание – волей-неволей в памяти возникли те славные дни, когда он был всего лишь воспитанником, младшим алитархом, а Тэцуо, недостижимо крутой и в то же время невероятно близкий и понимающий – наставником. – Про друзей и врагов – в точку, – проговорил Кассий, чтобы отвлечься от нахлынувших воспоминаний. – Особенно про врагов. Наверное, в Алитархии нет ребят, которые более сурово обходились с преступниками. – Это точно, – подтвердил Джун. – Стрелять парню по коленям только за то, что тот работал на Старика Андерсона – как по мне, перебор. – Этой истории я не знаю, – судя по загоревшемуся взгляду, Лейла заинтересовалась, но Кассий был вынужден её разочаровать: – Ничего такого, обычный наркодилер, который проворовался, вот Старик нам его и сдал, – и подумав, добавил: – Тэцуо ему не только колени прострелил, он ещё и пальцы переломал. Да, с тем, кого он считает врагом, жесток, очень. Лейла хмыкнула и спросила: – А насчёт друзей что? Кассий не сдержал улыбку: – Поддержка. И моральная, и материальная. Всегда и везде. Буду честен, – он взглянул в глаза Лейле, – без его наставлений я бы сломался после «Борея». – Сломались? – удивлённо вытаращилась девушка, на что Кассий печально улыбнулся: – Как-нибудь расскажу. На самом деле там было вовсе не так весело, как сочинили журналюги. Лейла отвела взгляд (Кассию показалось, что с разочарованием), но заметила: – Ну, я должна была догадаться. Так значит, – она устроилась в кресле поудобнее, – вот он какой, Орихалковый Тэцуо… Несколько секунд девушка разглядывала ряд скиммеров, идущих впереди, затем проговорила: – Что-то не похож он на человека, который готов легко преступить закон. Кассий не сдержал тяжёлый вздох. Положив руки на штурвал, он взглянул в отражение. Увидев знакомую презрительную мину, вздохнул ещё тяжелее и произнёс: – Для него закон – его собственные принципы. Доселе они, кодекс алитархов и уголовное право Колхиды совпадали, – Кассий закрыл глаза, – но, похоже, что-то изменилось. – Думаете? – покосилась на него Лейла. – Уверен, – ответил Кассий. – Ни один алитарх никогда так просто не перейдёт на другую сторону баррикад. Для этого должна быть очень веская причина. «Или же наоборот». Кассий вздохнул, откинулся на спинку сидения и проговорил: – Знаете, в чём байки и триди об алитархах правдивы? – В чём же? – вопросительно подняла бровь Лейла. – В том, что алитарх рано или поздно начинает мыслить, как преступник. Немудрено, что рано или поздно искушение становится очень велико. Так вот, каюту на «Бродячем правосудии» получают только те, кто доказал, что в силах справиться с этим искушением. Он поднял глаза и снова встретился ими с Аластором. – Но это искушение, – добавил Кассий, не сводя взгляда со своего отражения, – оно всегда с тобой. Где-то далеко, на периферии разума, сидит и ждёт, терпеливое как неотерий. Хороший алитарх обычно оказывается терпеливее, но иногда выдержки всё-таки не хватает. Особенно если искушение подпитывается благими намерениями. – Вы упоминали, что он раньше говорил что-то похожее на ту тираду на «Валериане», – скорее констатировала, чем спросила Лейла. – Да, – отрывисто бросил Кассий. – Это и стало одной из причин, почему мы не общались последние годы. – Он пенял вам происхождением? – спросила Лейла, и сразу же добавила: – Простите, если это личное… Кассий отмахнулся: – Личного в расследовании не должно быть. Нет, к чести старины Тэта, в спорах он ни разу не упоминал, что меня угораздило появиться на свет в роду Основателей. Затем Кассий повернулся к Лейле, заглянул ей в глаза и продолжил: – Нет, мы спорили о том, почему на Внешней не стало лучше со времён Тирана. Тэцуо говорил – система осваивается, медленно, но верно, экономика на подъёме, но его родина по-прежнему находится в полной заднице. Уже тогда он начал винить в этом аристократов. – Вы, так понимаю, с этим не были согласны? – спросила Лейла, не сводя взгляда с лица Кассия. – Частично, – признался он. – Я никогда не отрицал, что влиятельным домам Основателей выгодно, чтобы Внешняя оставалась малоразвитой. Но в то же время, подобный застой в долгосрочной перспективе куда вреднее. Не в силах больше испытывать пристальный взгляд девушки, Кассий отвернулся, снова вцепился в штурвал, но мысль закончил: – Хотя бы потому, что рано или поздно появится кто-то, кому такое положение дел не понравится – и он начнёт принимать меры. Он сделал паузу, сам не до конца веря, что способен такое произнести, но всё-таки выдал: – Похоже, Тэцуо стал именно таким человеком. Это и было нашим камнем преткновения – он говорил, что надо действовать, а не ждать. – А вы? – спросила Лейла. На этот вопрос Кассий ответил не сразу: – Пытался убедить его в том, что в Симпосии сидят не идиоты, и перемены к лучшему рано или поздно произойдут. Но знаете, – он бросил на девушку быстрый взгляд и тут же отвернулся, – знаете, вернувшись сюда и побывав на заседании, я всё больше и больше думаю, что мой старый наставник был прав от начала и до конца. В итоге, – Кассий не сдержал горькую улыбку, – мы не так уж и отличаемся друг от друга. Затем он снова заглянул в отражение, мысленно послал его в Тиранову задницу и добавил: – Но это уже не важно. Тэцуо Конохара сейчас – грабитель, похититель и убийца, который должен понести ответственность за свои преступления. «А это значит, что мы рано или поздно столкнёмся».