Я умираю от любви

      Джерард забыл, как дышать. Его сердце билось так, словно его накрыл приступ тахикардии, но он молчал, он игнорировал бешеный стук, отдающий в глотку, боясь даже шелохнуться. Он отвечал нежно, почти незаметно, не касаясь Фрэнка. Его руки болтались вдоль тела, пока он безвольно стоял, прижатый к подоконнику. Что это? Слабость и потрясение или страх перед напором и чем-то новым?       Стоило Фрэнку отойти, как Джерард ощутил холод, прошедший по его телу. И это чувство не покидало его вплоть до момента, когда открылась дверь. Что делать в этой ситуации? О, как же ему хотелось броситься вновь в омут этих ощущений, прокричать «вернись» и одновременно с этим убежать и больше не возвращаться к этому. — Что же ты делаешь? Я же только вышел из отношений, — непонятно, до кого он пытался это донести. В момент, пока он размышлял о произошедшем, Айеро уже ушел. Возможно, это было правильно — оставить Джерарда со своими мыслями наедине, а может, и нет. Фрэнк был уверен в своих действиях, и это было главное.       Поприветствовав учеников, Джерард написал мелом тему на доске и, натянув улыбку, повернулся к ним лицом, сложив руки в замок. Он еще не знал, что в коридоре его ожидает человек, только что переломивший его судьбу.       Так как у Айеро был выходной, он домой не торопился, зная, что там его уж точно никто не ждет. На улице была прекрасная погода, что не могло не радовать, ведь впервые за всю неделю над Сан-Франциско не упало ни капли дождя, и к тому же, мужчина впервые выбил себе выходной за долгое время. Еще несколько дней назад сын заставил его задуматься над тем, что он пропадает на работе чаще, чем появляется дома, а ведь Майлз скучает, даже если не показывает этого. Поэтому с этого дня он решил разделять работу и дом, семью и пациентов. Пора учиться правильно расставлять приоритеты.       Присев на диванчик, стоящий в холле, Айеро достал ноутбук и принялся за работу. Конечно, он не собирался исключать работу из своего расписания в принципе, но зная, что выдалось свободное время и никому его посвящать не нужно, он мог уделить ей некоторое время. Обратив внимание на электронную почту, Айеро заметил отправленное его товарищем письмо.

Ход расследования убийства пациента Района Пирса приостановили, благодаря подкупу. Кому-то невыгодно, чтобы в этом деле разбирались.

      Не раздумывая, Айеро набрал номер, сохраненный в быстром наборе. С его работой приходилось довольно часто звонить Хэнксу, ведь ситуации в клинике случались абсолютно разные, и исход у них наблюдался тоже разный. — Так, и что мне с этим делать теперь? Я не хочу сидеть и думать, что убийство в клинике было первым и далеко не последним.

Не закрывай глаза Знаки читают тебя, читают тебя Воздвигая замки в твоём будущем мире Не закрывай глаза Знаки читают тебя, читают тебя Раздвигая рамки всё шире и шире.

— Папа? — идущий в сторону кабинета истории искусств Майлз резко остановился, не зная, что ему делать. Уйти или спросить, какого черта он тут забыл? — Ты почему здесь?       Подняв взгляд на сына, Айеро оскалился и пригласил сына присесть, но делать этого Майлз не стал, решив остаться в стороне. — Я решил сегодня поговорить с твоим новым классным руководителем о твоей успеваемости. И каково же было мое удивление, когда Джерард охотно рассказал обо всех твоих успехах. — Джерард еще ничего о нас не знает. У него сегодня первый день. — подчеркнул подросток, морально приготовившись к тираде. — Ты думаешь, что его не просветили обо всех оценках и отношениях между учениками и преподавателями? Он прекрасно осведомлён обо всем, что касается вас. — Айеро поднялся с места и, приобняв сына за плечи, отвел его к подоконнику. Позорить сына на глазах у всех он не хотел, — Майлз, я буду с тобой груб, но откровенен. У тебя в оценках полный пиздец, на тебя жалуется добрая часть преподавателей, а твой директор горит желанием отчислить тебя к чертовой матери. Еще одного такого звонка я не потерплю. Если тебя отчислят, пойдешь драить унитазы в придорожной забегаловке. Ты меня понял? — младший Айеро лишь кивнул на это, но Фрэнку этого было недостаточно, поэтому он завел парнишку в кабинет Джерарда и закрыл за собой дверь.       Джерард не был удивлен такому повороту событий. Он предполагал, что раз пришел Фрэнк, то разговор с сыном состоится в его присутствии. Майлз добровольно прошёл к свободной первой парте и, дождавшись, пока сядет отец, повернулся лицом к Джерарду. — Мистер Уэй, — подросток начал издалека, не зная как правильно начать диалог, ведь еще час назад он всячески пытался обидеть его. — Я бы хотел взять у Вас несколько уроков рисования, если Вы не против? — Джерард опешил. Он никогда бы не подумал, что у известного психотерапевта сын будет увлекаться изобразительным искусством. — Что? — Айеро в упор уставился на сына в попытках понять, не послышалось ли ему это все и действительно ли Майлз увлекается рисованием. — Майлз, мы ведь обсуждали то, что ты пойдешь по моим стопам. Я тебе уже место в ВУЗе подготовил.       Джерард боялся даже рот открыть. Он понимал, что это разборки только семьи Айеро и лезть ему в это дело уж точно не стоило бы, хотя с другой стороны, ему не нравилось это давление со стороны Айеро на своего сына. Это как минимум не педагогично. — Остановитесь, пожалуйста. — Уэй поднял руку и остановил начавшийся спор между членами семьи. — Это, безусловно, не мое дело, но, мистер Айеро, Вы не правы. У Вашего ребенка есть увлечение, и это ведь прекрасно. Подумайте, что его плохие оценки могут быть не из-за неуспеваемости, не из-за его безалаберности, а из-за того, что парню точные науки просто не даны. На прошлом уроке он блестяще пересказал тему из университетской программы. О таких вещах не знает никто в школе именно по той причине, что этого нет ни в одном школьном учебнике. У Вас очень талантливый парень, и я уверен, что рисование, как Вы называете мой предмет, сделает из Майлза прекрасного художника.       Джерард улыбнулся младшему Айеро и незаметно для Фрэнка подмигнул, но мужчину такой исход событий не особо порадовал. Фрэнк несколько секунд поразмышлял над сказанным и нахмурился. Он уже приготовил для сына перспективное будущее и никто не смел рушить его планы. — Хорошо, Майлз. Раз уж ты выбрал себе этот путь, то попробуй реализовать себя в нем. — Джерард удовлетворенно кивнул и спокойно попросил подростка выйти из класса. — Подходи сегодня после уроков. Я тебе помогу. — Нет, Джерард придет к нам домой. Я хочу посмотреть на то, как ты, Майлз, будешь брать дополнительные уроки. — покинув кабинет, Айеро-младший выпустил весь скопившийся в его лёгких воздух. Ему казалось, что он не дышал последние минут двадцать от напора двух противоборствующих сторон. И всё-таки это было чертовски странно, что отец пришел в школу именно в тот момент, когда его классным руководителем стал Джерард. Эта мысль не давала ему покоя до окончания школьного дня.

Mama put my guns in the ground I can't shoot them anymore That long black cloud is comin' down I feel I'm knockin' on heaven's door

      Джерард потерял десять минут своей жизни, просто простояв у входа в дом семьи Айеро. Он уже забыл, как нужно вести себя в гостях, что говорить, какую позу принимать на диване. Быть скованным или свободным? Расслабиться или наоборот, напрячься под строгим взором хозяина дома. — Ладно, будь что будет, — он осторожно надавил на кнопку звонка и громкий звон трели резко разнесся по всему дому. — Проходи, Джерард, — Фрэнк отошел на шаг в сторону и пригласил гостя пройти в дом.       Для Уэя этот дом был поистине волшебным. Он не привык жить в роскоши, поэтому каждая мелочь для него играла огромную роль. Декоративная штукатурка стен, натяжной потолок высокого качества, дорогие статуэтки, расставленные по всему дому цветы, как Джерард понял, от пациентов. Но больше всего его удивил бар, расположенный в гостиной, где находилась довольно большая коллекция спиртных высокоградусных напитков. — Присаживайся на диван. Майлз сейчас спустится, — Айеро поставил на журнальный столик перед Джерардом чашечку с зелёным чаем и печеньку на блюдце. — Тебе что-то понадобится? — Ну, мне бы стол повыше. За журнальным Майлзу будет неудобно. — Тогда идем в кухню. Там и свет получше, — Айеро направился в кухню, и Джерард последовал его примеру, стараясь не смотреть на хозяина дома. Он впервые за долгое время чувствовал себя ужасно неловко. — У тебя все хорошо? — Да, не переживайте, — парень разложил кейс с карандашами и фломастерами, положил скетч-альбом перед стулом Майлза и опустил руки на стол, не зная, куда ему смотреть. — Я же вижу, что с тобой что-то не так, — Джерард судорожно вздохнул и прикусил губу. — Ты зажат, скован и избегаешь взгляда. У тебя трясутся руки, ты не можешь удержать ноги на месте и тяжело вздыхаешь. Ты думаешь, я не вижу, что с тобой происходит? — Можете позвать сына, пожалуйста? — Джерард бросил на него взгляд лишь на секунду, но тут же отвернулся, не желая больше думать об этом человеке. Ему нужно было сосредоточиться на ученике, и ничего больше не должно было его отвлекать.       Майлз спустился буквально сразу после того, как отец появился в его комнате. Оказалось, что все это время ребёнок просидел в своей комнате в наушниках, пропустив все на свете. Он присел рядом с Джерардом и, посмотрев на отца, не глядя на преподавателя, поздоровался. Он не хотел, чтобы Фрэнк присутствовал в момент его обучения. Не хотел, чтобы Айеро критиковал его и в очередной раз говорил о достойном образовании. — Мистер Айеро, Майлз вряд ли будет чувствовать себя комфортно, если Вы будете так стоять над ним. — Фрэнку пришлось выйти. Это было спокойно, без лишних разговоров и скандалов. Возможно, ему действительно стоило дать шанс своему сыну поступать так, как тому хочется. Может, ему наконец стоит принять тот факт, что у его сына своя жизнь и другие планы на существование? Может, ему и стоит ослабить планку и позволить ребенку немного расслабиться, ведь именно из-за невыносимого контроля подросток и начал бунтовать. — Так, Майлз, начнем с самого начала. Покажи, что ты умеешь.       За два часа занятий Фрэнк успел привести в порядок свою голову, немного почитать, разгрузить поток мыслей и наконец понять, что ему нужно делать дальше. Как жить, что делать с Майлзом и Джерардом. Как сопоставлять работу и личную жизнь. И наконец, как ему перестать контролировать всех вокруг. Каждая чертова минута, проведённая наедине с собой заставляла пересмотреть абсолютно все, что с ним творилось последние годы. Возможно, именно сейчас у него появился шанс стать лучшей версией себя.       Когда дверь в кухню открылась и из помещения вышел Майлз, Фрэнк, закрыв книгу, перевел на него свой взгляд и впервые за долгое время увидел счастливое лицо сына. Он буквально светился. — Как позанимался? — Майлз подошёл к лестнице, ведущей на второй этаж, и, сказав лишь «спасибо», поднялся к себе. Проводив подростка взглядом, Айеро проследовал в кухню, где нашел мужчину, собирающего свои вещи. — Ты не знаешь, почему Майлз только что убежал наверх и ничего не сказал мне? — Он боится, что Вы отберете у него последнюю отдушину, лишив кистей и красок. — Уэй сложил последний лист в рюкзак и тихо вздохнул. — Поговорите с ним по душам, если желаете счастья своему сыну.       Фрэнк подошел к Джерарду фактически вплотную и, подняв его голову за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. — А если я желаю и тебе счастья, но ты меня игнорируешь? Как опять не влюбляться? В тебя не влюбляться? Скажи.