Я умираю от любви

So I'm trying my hardest to be what you made Like a court jester, my smile won't fade Giving it all, rising to fall to my grave Answer the call, living in thrall, you're the one born to save

      Утро у семьи Айеро не задалось. Из-за отключенного будильника, им пришлось собираться впопыхах, исключив из расписания завтрак. После просмотра фильма Джерард был слишком уставшим, поэтому даже добраться до кровати стоило ему немалых сил, а проснуться утром он просто не мог. — Интересно, Майлз добрался до школы или нет? — Фрэнк застегнул предпоследнюю пуговицу на рубашке и накинул сверху пиджак. — Ты же не думаешь, что я буду его палить тебе? Я ему обещал, между прочим, — Уэй слегка приподнял брови и улыбнулся. — Он взрослый парень, его будущее в его руках, перестань его так контролировать.       Фрэнку нечего было добавить к этому замечанию. Он прекрасно понимал, что чрезмерная опека до добра не доведёт, но ничего не мог с собой поделать.       Джерард впервые спустя долгий промежуток времени доехал до работы на машине. Ему не пришлось бежать на транспорт, боясь, что следующий автобус придется ждать минимум пятнадцать минут. Он наслаждался поездкой и думал, что Майлз, скорее всего, разнес по всей школе, что его учитель гей. Возможно, кто-то посчитает это трагедией, но только не Джерард. Он не стеснялся своей ориентации и думал, что каждый вправе любить кого угодно. — О чем думаешь? — Фрэнк остановился на светофоре и, когда его взгляд упал на часы, громко вздохнул. — Может ты меня высадишь и поедешь в клинику? Я вижу, что ты нервно поглядываешь на часы каждые 2 минуты и громко вздыхаешь. — Айеро усмехнулся. — Ты так и не ответил на вопрос. — Есть какие-нибудь новости по делу о смерти Райана? — его голос задрожал на последнем слове и ему пришлось сделать глоток кофе, чтобы скрыть перед Фрэнком свою нервозность. — Джи, я не уверен, что это было бы хорошей идеей — впутывать тебя в дело о смерти твоего бывшего. Ты не так давно закончил пить антидепрессанты. Зачем вновь ковырять еще не зажившую рану? — машина повернула за угол и через пятьдесят метров остановилась на парковке школы. На открытой территории сидели ученики. Кто-то из них готовился к предстоящему уроку, кто-то болтал на присущие подросткам темы. Майлз был как раз из тех, кто прохлаждался с друзьями. — Я хочу знать, кто его убил, — Джерард опрокинул голову на подголовник и прикрыл на секунду глаза. — Как бы я его не ненавидел, я хочу знать, кому ещё он насолил. — У меня пока нет никакой информации. Местная полиция прекратила расследование по этому делу; они передали его ФБР. Готовься к тому, что скоро тебя снова попытаются разговорить. — Айеро мягко коснулся резко похолодевшей руки и, повернув голову Джерарда к себе, оставил краткий поцелуй на его губах, и он не пожалел, что окна его машины тонированы. — Давай вечером об этом поговорим? Мне ехать надо.       Скрестив руки на груди, Майлз уперся взглядом в машину отца, из которой выходил Джерард. Его глаза были закрыты солнечными очками, но влажные губы не скрылись от внимания подростка. Отчасти, ему было все равно. Нет, он был рад за отца, но смущало его, что за этим наблюдала большая часть школы. Уэй закинул рюкзак на спину и, заправив волосы назад, двинулся прямой наводкой к входной двери, ухмыляясь. — Май, это же машина твоего отца? — Билл, наблюдавший со стороны, подошел к приятелю и указал пальцем на отъезжавшую машину. — Что в ней забыл мистер Уэй? — как же Айеро не хотел отвечать на этот вопрос, и каково было его облегчение, когда классный руководитель пригласил его пройти в кабинет в срочном порядке, чтобы поговорить.       Залетев в классную комнату, Майлз запер дверь и, бросив рюкзак на парту, с претензией кинулся на Джерарда. — Вы можете не привлекать к себе столько внимания? Мои друзья уже подозревают, что отец спит с тобой. — его глаза налились кровью, но стоило Джерарду к нему повернуться, как весь пыл поубавился. Осознание сказанного пришло к подростку гораздо позже, чем должно было и он увидел немного раздраженное лицо перед собой. — Успокойся, пожалуйста. Мы с твоим отцом уже взрослые люди и можем за свою честь постоять при необходимости. Если ты боишься за свою репутацию, то не стоит. Тебя наши отношения касаться не будут, — Джерард положил на стол буклет и пододвинул его поближе к Майлзу. — Я договорился с моим хорошим знакомым насчет тебя. Он готов по окончании школы посмотреть тебя и выделить место в школе изобразительных искусств* в Нью-Йорке. — С ума сойти. Ты шутишь? — восприняв реакцию подростка, как радость, Уэй улыбнулся во весь рот и принял его объятие. — Нет, я не шучу, но будь, пожалуйста, серьезно настроен на учебу, тебе предстоит много готовиться к поступлению. — Джерард укоризненно посмотрел на Майлза. — Я не хочу, чтобы твой отец нами полакомился потом.

***

— Ты чего сегодня довольный такой? На тебя это не похоже, — Сняв солнечные очки с глаз, Айеро подошёл к стойке ресепшен и, получив расписание на день и письма, направился в свой кабинет. У него, действительно было хорошее настроение, которое даже упреки и насмешки со стороны Эндрю* не могли испортить. — Ты веришь в сглаз? — улыбнувшись, Фрэнк снял с себя пальто и, повесив его в шкаф, накинул белоснежный халат. Присев в кресло, медик открыл письмо, адресованное от ФБР и принялся его читать. — Не хочешь, значит, говорить? Скрываешь от меня что-то? Бессовестный. Я тебе жизнь свою готов доверить, а ты? — буквально упав на клиентский диван, Бирсак изобразил из себя обиженного.

Уважаемый Мистер Айеро. В связи со случившимся ранее убийством в вашей клинике, мы будем вынуждены провести проверку на территории больницы. Просим Вас не распространяться об этом.

      Нахмурившись, Айеро собрал письмо в четыре сложения и, втянув носом воздух, потер горящие от напряжения веки. И что делать в этом случае? Как объяснить людям, почему по клинике гуляют сотрудники ФБР?

А если убийцей является кто-то из моих подчиненных? Что делать в этом случае?

— Фрэнк! — Энди потребовалось время, чтобы достучаться до своего коллеги. Тревожное лицо Айеро нагнетало страх и тревогу и на самого Бирсака. — Что такого ты увидел в этом свертке бумаги? На тебе лица нет. — Нас ждет проверка от ФБР на днях. — подскочив с места, словно ошпаренный кипятком, Айеро бросился перебирать личные дела пациентов. Он прекрасно понимал, что с документами у него никогда проблем не было, но боялся власти как огня. Эти люди словно фокусники, творят что хотят и когда хотят, и при необходимости могут достать кролика из шляпы. — Это пиздец. Ты хоть представляешь, что они могут сделать с клиникой? Да нас уничтожат из-за смерти этого придурка.       Энди спокойно обошел стол и, отодвинув кресло, подошел к взбешённому приятелю. Его взгляд был полон холода и спокойствия, и это он собирался передать сему комку нервов. Криками здесь было не помочь, поэтому Айеро необходимо было вытаскивать только спокойными и долгими беседами, ведь именно так он спасает своих пациентов от, казалось бы неминуемой гибели. Положив руку на плечо товарища, Энди заставил его повернуться и посмотрел в карие глаза, вселяя в его душу спокойствие. — Айеро, это всего лишь проверка. Они хотят убедиться, что в твоей клинике нет среди членов персонала убийцы. Это абсолютно нормальная практика у сотрудников полиции. — усадив Фрэнка в кресло, он сел напротив и пододвинул к себе лист бумаги и ручку. — У меня есть идея. Доставай личные дела сотрудников.

Ты помнишь как весело бились витрины Мальчишеским смехом областных магазинов Четыре аккорда, бутылка портвейна И кто что умеет от Горшка до Кобейна Варёные джинсы, рваные кеды За каждым углом гопота и скинхеды И первая ночь в 16 лет в отделении Зато мы узнали кто мы на самом деле.

      Буквально завалившись в кабинет Уэя, Майлз нащупал первый попавшийся стул и упал на него, держась за глаз и бровь ладонью. С его щеки медленно капала кровь, падая на белый паркет. — О, Господи. Майлз? — Джерард поднялся со стула и, схватив из ящика аптечку, подошел к парню, встав перед ним на колени. — Что стряслось? Кто тебя так? — Неважно. Пройдет. — в попытках перевести внимание подростка на открытое окно, Джерард налил на ватный диск перекись и приложил к разбитой брови, промачивая открытую рану. — Ай! Больно. — А драться не было больно? Терпи, ребенок, — Майлзу казалось, что хуже уже не будет. Его честь и самолюбие не задеты, благодаря разбитому лицу. И пусть ему придется пару дней походить с синяками, зато слухи теперь распространяться не будут. — Так ты расскажешь мне, что случилось? И как ты теперь будешь оправдываться перед отцом? Хотя нет. Как перед отцом буду оправдываться я? Ты подумал, о том, что он спрашивать в первую очередь будет с меня?       Подростки зачастую бывают весьма импульсивны в своих действиях и Майлз не был исключением. Встав на защиту своего отца, он не думал, что ему придется оправдываться перед Джерардом за что его разукрасили в разные цвета радуги. Он прекрасно понимал, что за драку его по головке не погладят, и скорее всего Фрэнку придется отвечать за поступок сына, но ничего не мог поделать. — Ты когда-нибудь дрался? Защищал кого-нибудь? — Джерард задумался. У него было довольно скучное детство и вспоминать об этом он не хотел. — В школе я был пухлым мальчиком для битья. На мне отрывались хулиганы, мочили в унитазе и выкидывали мой рюкзак в помойку. Так что гордится мне нечем, знаешь ли. — усмехнувшись, он стер последние кусочки запекшейся крови и, выкинув салфетку в мусорку, вернулся к своему столу. — А вот у твоего отца было прекрасное юношество. — оглянувшись на открывшуюся дверь, Джерард присвистнул и сел на стул, в ожидании шоу. — Какого черта, Майлз? — хлопнув дверью, Фрэнк подошёл вплотную к парте и, вытащив из-под нее стул, поставил его перед сыном. Айеро понимал, что нет никакого смысла орать на подростка. Его прошлое тоже не было идеальным. Но воспитывать сына ведь кто-то должен? — Ты в порядке? — Все нормально, пап, — Майлз тихо зашипел от резко проявившейся боли в правом уголке губ, но стер маску недовольства, дабы никто этого не видел. — Сильно тебя подбили, — аккуратно приподняв лицо подростка, Фрэнк коснулся разбитой брови. — Ничего, жить будешь. Радуйся, что шить не надо.       Минута молчания затянулась. В лице сына он увидел себя и свое прошлое. Побеги из дома, закрытые вечеринки с запрещенными веществами и кучей алкоголя, полумертвые тела и тяжелый панк-рок. Еще будучи подростком, он носил ирокез и тяжелую одежду. Лучшей подругой зачастую были гитара и блокнот с текстами песен. Он вспомнил как возвращался под утро, будучи в стельку пьяным, с разбитым лицом и расшибленными ребрами. Как папа клялся отдать его на лечение, а мама плакала в своей комнате и боялась, что сын подохнет где-то в канаве от передозировки запрещенными веществами. И это была его юность, где он совершал ошибки. Но юность проходит, а воспоминания остаются. Главное — вовремя остановится и не пасть на самое дно. — Я надеюсь, тот парень заслужил получить по морде? — усмехнувшись, Фрэнк приобнял сына и посмотрел ему в глаза. Майлз лишь кивнул и улыбнулся в ответ. — Прости меня. Я был слишком черств по отношению к тебе. Не хочу больше давить на тебя и держать на коротком поводке. Ты волен делать, что хочешь, но в рамках разумного. Помни, что доучиться ты обязан, и слышать ничего вопреки не хочу. Мы договорились с тобой? — Я уже пообещал Джерарду, что не брошу учебу и сдам экзамены на восемьдесят баллов.* Не переживай, пап, — накинув на плечо рюкзак, Майлз отсалютовал преподавателю и, оставив взрослых наедине, покинул кабинет. — Ну что, мистер панк, — Джерард улыбнулся и, подойдя к мужчине, коснулся рукой его щеки, — Я горжусь тобой. Ты смог извиниться перед собственным сыном. — Мне пришлось сорваться с работы из-за какой-то драки, Джерард. Ты хоть представляешь, что сейчас творится в клинике? Сколько еще я могу бегать туда-сюда? — Таковы правила, Фрэнк. Директор обязан вызывать тебя в школу при малейшей необходимости, а драка — довольно серьезное нарушение школьного распорядка. Поэтому пока ты являешься его единственным опекуном, тебя будут дергать при каждом его промахе, — раскинув руки в разные стороны, Уэй поджал губы и пожал плечами. — Как ты смотришь на то, чтобы я приехал сегодня к тебе в клинику после работы, дождался окончания твоей смены и после мы бы сходили куда-нибудь поужинать? У меня через полтора часа как раз заканчивается рабочий день. — Мне подождать тебя? — Айеро нежно провел по руке возлюбленного, остановившись на его талии. — Не стоит. Я сейчас буду орать на класс твоего сына. Не хочу, чтобы ты попал под горячую руку, — облизав пересохшие губы, Джерард оставил чувственный поцелуй на искусанных губах и, отодвинулся, оставив между телами дистанцию. — Уходи. Уже через минуту ко мне ворвется пятнадцать озлобленных учеников.       Фрэнку все же пришлось покинуть кабинет и вслед за ним в кабинет влетело пятнадцать мертвых душ, о которых мистеру Уэю предстояло позаботиться. — Итак, дамы и господа. Сегодня у нас с вами будет очень интересная лекция на тему: «Буллинг и агрессия в старшей школе. Как его избежать и где найти совесть?»       По классу мгновенно разнеслось гудение, а для Джерарда это стало неким толчком к перевоплощению из доброго учителя в тирана. Конечно, он этого хотел избежать, ведь он любил свой класс, но пути назад не было. — Рты закрыли, — повысив голос, он добился результата в мгновение ока. Все замолкли и он смог продолжить мысль. — Харпер и Блэккер, встали со своих мест. Какого черта вы устроили драку на территории школы?       Молчание чаще всего несет за собой самый красноречивый ответ. И пусть эти двое выглядели так, словно проглотили свои языки, Уэй прекрасно знал, что именно они начали конфликт и втянули в него Майлза. — Чего молчим? Где же ваша наглость? Может расскажете мне, что послужило началу конфликта? Майлз, ты тоже поднимись, будь добр, — бросив на стол учебник, Джерард оперся задницей на стол и скрестил руки на груди. — Не хотите говорить, хорошо. Тогда послушайте меня. В мое время за оскорбления человека стыдили на глазах у ровесников. И мне очень жаль, что сейчас у вас есть закон о вседозволенности. Вас нельзя трогать, потому что ваши души слишком ранимы. Так ведь говорят психологи? Вы гнилые, дети. Как можно оскорбить человека, осудив его за ориентацию? Или из-за расы? Вы думаете, я не знаю, что вы не поделили с Айеро? — Майлз первый начал драку. — Джексон осмелился начать диалог с учителем, развязав очередной конфликт на глазах у всего класса. — А видеокамеры считают иначе, Джексон. — Джерард перевел изображение с ноутбука на доску и указал на зачинщика драки. — Я еще раз спрашиваю, что случилось? Почему началась драка?       Роковая тишина пронеслась по кабинету и Джерарду пришлось завершить диалог. — Вы трое, встали и пошли к директору. Пусть с вами разбираются высшие силы, — выпроводив учеников из класса, Уэй закрыл за ними дверь и продолжил вести урок, больше не отвлекаясь на сторонние темы.