Часть 28. Тайна поместья «Нортвуд-Хаус»
12 августа 2021 г., 00:04
Для этой трудной поездки Демиан позаимствовал машину Маркуса, хотя зная здешние дороги, более логично было бы взять экипаж. Ему не хотелось, чтобы Эмилия тряслась по ухабистым дорогам Хэмпшира.
Не сказать чтоб у них произошло счастливое семейное воссоединение, но девушка немного оттаяла к нему, вела себя чуть менее вызывающе и гневно, однако не забывала при первой возможности подкалывать его ради забавы, а он не оставался в долгу и тут же возвращал пущенные шпильки, к великому раздражению сопровождавшего их Квентина.
Вёл машину Демиан, рядом, тоже на переднем сидении, помалкивал Мюррей, которого они также взяли с собой, посчитав его присутствие крайне необходимым. Позади обменивались любезностями Квентин и Эмилия. Демиан решился разнять их:
— Успокойтесь, мы почти на месте. Ты точно уверена, что нам надо именно в Портсмут?
— Я же сказала. — Эмилия поджала губы и демонстративно отвернулась, поправляя треплющиеся на ветру волосы, глядя на то, как мелькают бесконечные зелёные холмы на фоне графитного низкого неба. На горизонте уже виднелась ровная гладь пролива Те-Солент, отделяющего Англию от острова Уайт. — Я слышала много раз, как дед говорил с посыльными, и он часто отправлял их именно в Портсмут. А если учесть, что дед вёл дела напрямую с лабораторией, то нетрудно догадаться.
— Да, но кроме Портсмута в этот район входят многочисленные населённые пункты как самого Хэмпшира, так и острова Уайт и Западного Суссекса: Бембридж, Вентнор, Госпорт, Каус, Ньюпорт, Райд, Чичестер, Ярмут и ещё куча других. Куда конкретно?!
— Каус, — впервые за всё время поездки подал голос Мюррей, — это небольшой городок на севере острова Уайт.
Все с удивлением уставились на рыжего мальчишку, словно видя впервые.
— Я знаю, где находится Каус.
— А какого ж дьявола ты молчал всё это время?! — взъелся Демиан.
— Я... забыл название.
— А сейчас вдруг вспомнил?!
— Отстань от него, — вступилась Эмилия. — Скажи спасибо, что он вообще с нами... это, между прочим, моя заслуга.
— О да.
— Да. На дорогу смотри лучше.
— Так какой у нас план? — Демиан решил сменить тему.
— План прост, — ответил Квентин, — сначала освободим мою жену, я отвезу её в безопасное место, а вы займётесь своими делами в лаборатории.
— А, то есть, ты вот так нас бросишь? Получишь что хотел и взятки гладки? — возмутилась Эмилия.
— Представьте себе, юная леди. Я служил вашему сумасшедшему деду достаточно долго, часто рисковал своей жизнью и жизнью моей семьи. Разве после всего я вам ещё хоть чем-то обязан?! — раздражённо процедил Террлоу.
— Кровожоры... что с вас взять, — насупилась Эмилия. Но посмотрела она сейчас почему-то на затылок отца.
— Да и к чему я вам там? Папочка о вас позаботится.
От этого слова Эмилия аж вся скривилась.
— Он и о себе позаботиться не может. Вечно попадает в переплёт, словно дитя малое. Как идиот.
— Эмми, хватит сквернословить.
— Прекрати меня одёргивать. За своей речью следи.
— Мне можно, — ухмыльнулся Демиан. — Я старше.
— Ой, подумаешь. Скорее старее... Не вижу тут привилегии. Если бы это ещё как-то на уме отражалось.
Квентин не сдержался и прыснул со смеху, уж больно позабавило его кислое выражение лица Демиана.
— И этот туда же, — огрызнулся Ван Гард, сворачивая в сторону уже показавшегося впереди порта, который до обмеления Ла-Манша располагался в Портчестере.
— Приехали.
Они оставили машину у порта, сели на паром и переправились на остров Уайт, где взяли самый неприметный экипаж и отправились уже непосредственно в Каус. По словам Мюррея и Эмилии, лаборатория должна была находиться недалеко от дороги, но, скорее всего, это был не город, а небольшая деревня — место, которое не будет бросаться в глаза и будет хорошо защищено. Но никто не знал, где располагается сама лаборатория. Был ли это дом или подземная вереница ходов, как и в Лондоне, а потому каждый предлагал свой вариант поисков.
— И что, мы просто так приедем туда и будем ходить спрашивать «а где у вас тут лаборатория»?!
— Нет, дочка. Мы подождём покуда стемнеет, разделимся и поищем её, не привлекая лишнего внимания.
— Не называй меня так! Ты не имеешь такого права!
— Имею.
— С чего бы?
— С того, что я твой отец.
— Да пошёл ты!
— Тихо... оба! — рявкнул Террлоу, устав от их перепалок.
Оба как по команде замолчали и отвернулись друг от друга.
— Зачем нам ждать темноты? Мистер Мюррей, по-моему,— Квентин кивнул на помалкивающего всё это время юношу, — знает где что. А твоя дочурка будет нам прекрасным пропуском внутрь. Никто не в курсе, что Пирс мёртв.
— Логично и просто, — заключила Эмилия и полоснула глазами по отцу. — Учись.
— Но я не помню где она, — заверещал Мюррей. — Я был здесь всего раз, и это было даже не в этом году.
— А ты напряги свою память.
— Ну, я... не знаю... — Юноша задумался. Было видно, что ему непросто вспоминать, но он искренне пытается помочь. — Кажется... там рядом была река.
— Река? Ривер Медина?
— Может...
— Хорошо. Что ещё?
— Ещё... мы ехали примерно с четверть часа. И это был дом.
— Дом? Большой?
— Усадьба с парком.
— Я знаю только одну усадьбу с парком в этом районе, — задумался Террлоу. — Это Нортвуд-Хаус.
* * *
Найти поместье Нортвуд-Хаус не составило большого труда, тем более что сегодня там был приём. Хозяева, престарелая супружеская чета, отмечали годовщину свадьбы, и дом был полон народу. Поместье было довольно скромным, и большая его часть утопала в густо разросшейся дубовой аллее. Это был двухэтажный дом неприметного серого цвета, подпёртый с торца, видавшего виды, светлыми колоннами, выполненными в римском стиле. Северное крыло поместья заканчивалось куполом, под которым хозяева разбили зимний сад, там же был выход в беседку. С домом Маркуса сравнивать было бессмысленно. Всё равно что поставить рядом Королеву Англии и кухарку в засаленном переднике. Демиан ловил себя на мысли, что никак не может сосредоточиться и всё время думает о Маркусе. Последний их разговор вышел слишком уж жёстким, но он ставил себя на место Маркуса и понимал, что у того всё же была причина злиться. Ещё бы, такие вести. Он ушёл так стремительно, ничего не сказав, не оставив записки о том, куда направляется. Несколько сухих слов от Уоррингтона. Не хочет видеть? Ревнует? Страдает? Всё, что знал Демиан, что брат сейчас «занимается важными и неотложными делами». Это беспокоило, учитывая то, что Маркус был «не в духе».«Только бы ни во что не вляпался...» — переживал Демиан, осматривая территорию возле поместья. — Это тот самый дом? — спросил он Мюррея. Юноша кивнул, с опаской косясь на особняк, пестрящий огнями. Доносилась музыка. Скрипки, флейты... хозяева не поскупились на хороших музыкантов, отметил Демиан, прислушиваясь к звукам и гулам голосов, едва долетавшим из дубовой аллеи. — Слишком людно, — досадливо подметил он. — Каков теперь наш план? — поинтересовалась Эмилия, не удостоив отца даже мимолётным взглядом, хотя ни на минуту не упускала его из поля зрения. — Да всё просто. Проведёшь нас внутрь. — Всех? Ты в себе? — А что такое? Ты внучка Пирса, а тут никто не в курсе, что он благополучно преставился. Эмилии эти слова не понравились, она нахмурилась и сжала кулаки: — И как я должна объяснить охране кто вы такие? — Мы твои спутники, направленные по приказу Пирса за пленницей и Гайди. — Допустим, Гайди мы сможем так забрать, а вот без письма от деда пленницу точно не отдадут. — Значит, мы их убедим на словах, — коварно улыбнулся Демиан. — Не скалься. Пошли. Эмилия шла впереди. Демиан заметил: она очень взволнована, но всем видом пытается показать, что она тут главная и всё будет так, как она скажет. Своенравный получился ребёнок. Он украдкой улыбнулся. Глядя на девушку, горделиво вскинувшую голову, он видел скорее Маркуса, чем себя. Вот от кого могло получиться такое дитя. Без тени сомнения девушка направилась прямиком к охране, стоящей у парадной двери. Трое крепких мужчин, одетых в строгие костюмы, ступили ей навстречу, сразу же с интересом и подозрительностью рассматривая спутников девушки. Судя по их лицам, её они тотчас узнали. Охрана была немного растеряна. Они явно не ожидали увидеть девушку. Их не предупреждали о её прибытии, тем более в такой разношёрстной компании. Один из них приветливо улыбнулся и чуть склонил голову: — Мисс Эмилия... доброй ночи. — Доброй ночи, мистер Парсонс. Демиан удивился: «Она что, ещё и по именам их всех знает?!» — Вы так поздно. Что-то случилось? Мы вас не ждали. — Да. Я со срочным поручением от отца Пирса. — Почему он не с вами? — Занят. Поэтому пришлось ехать мне, да ещё в ночь. — Эмилия сделала недовольное личико и тяжко вздохнула: — Мы к мисс Гайди. — А эти господа с вами? — прищурился Парсонс. — Это мои спутники и телохранители, — указала девушка на Ван Гарда и Террлоу. — А это один из помощников мисс Гайди из лондонского филиала — доктор Мюррей. Смущённый вниманием Мюррей тут же густо покраснел и опустил глаза. — Хорошо. Парсонса такой ответ вполне устроил. Да и он не первый день знал мисс Эмилию, так как прежде был охранником при отце Пирсе. Часто мотался с ней по «делам» и не понаслышке знал скверный характер девушки, а ещё как отец Пирс носится с ней и потакает вольностям. Перечить этой девчонке всё равно что мочиться против ветра. Ему таких проблем не нужно. Надо ей к Гайди — да ради бога! Его дело спросить. — Проходите. Грейн, проводите мисс и её спутников к мисс Гайди. — Благодарю вас, Парсонс. Вы просто душка, — мило улыбнулась Эмилия, накручивая локон на пальчик. В доме было много гостей, но в основном это не первой молодости пары. Дамы в пышных, видавших лучшие времена платьях, поблёкшие украшения, смазанные жесты. Ярко горели свечи в канделябрах, звучал рояль. Их тут же окутал густой запах духов и дорогого шампанского. Несколько пар кружились в вальсе, остальные гости посматривали на них и обменивались комментариями. Демиан насчитал шесть охранников в таких же чёрных костюмах и наверняка среди гостей есть ещё несколько человек. Их провели через гулкий мраморный вестибюль в другой конец поместья, потом лестница вниз. Тут уже не было окон и длинный коридор убегал куда-то под сам дом, разветвляясь множеством поворотов и дверей. Их провожатый, дважды свернув, остановился возле одной из них, охраняемой ещё двумя, и молча откланялся, спеша удалиться. Местные охранники без единого звука пропустили их маленькую процессию, заботливо раскрыв перед Эмилией дверь.* * *
Тем временем в пригороде Лондона — Ладно, Маркус, будь осторожнее там, — неохотно согласился Кристиан, — от раненого вампира в слежке немного толка. В этот самый момент, неподалёку, обмазанного болотной жижей и землёй беглеца буквально парализовало услышанное имя. Солсбери вдруг понял всю чудовищную махинацию, в которую он попался. Его главный враг всё это время был жив здоров, и воротил за его спиной дела... он умудрился убить Аиду и чуть не уничтожил самого Солсбери, оставаясь при этом в тени! Беглец отпрянул в гущу леса, превращаясь теперь из жертвы в охотника. Не выдавая себя ни запахом, ни звуком, он остро вслушивался в шаги преследователей, всматривался в их спины, заводя их всё глубже в чащу, дальше от их спутников. «Тёмные волосы, этот твёрдый шаг... тот же рост и широкие плечи, голос... это Бёрн, без сомнения». — Мы потеряли его у этих болот, — произнёс Гриффин, когда они дошли до места. — Чертовски воняет тут, ничего не учуять... — фыркнул человек в маске, — ищи следы... хоть что-то. Они рассредоточились по участку, указанному Гриффином, и спустя некоторое время послышалось: — Тут его башмак! Мистер... — Глухой стук, всплеск, возня, клокот и затишье. — Гриффин?! В ответ ничего. Бёрн напрягся, осматриваясь по сторонам. — Гриффин... — Он медленно пошёл туда, откуда недавно слышался голос его напарника, весь обратившись в слух и зрение. Вонь, кваканье лягушек... шипение змей... хлюпанье жижи под ногами... стрекот насекомых... где-то гуканье совы и ночных птиц... он слышал всё и ничего одновременно... не найти худшего места для выслеживания. Однако Бёрн буквально кожей ощущал на себе чей-то цепкий ледяной взгляд. «Вот как чувствует себя жертва»,— вдруг подумалось Маркусу, и в следующий момент нечто большое и увесистое накинулось на него со спины, валя лицом в скользкий болотный мох. Слишком тяжёлое для вампира и даже оборотня... оно накрепко придавило Маркуса, впилось в его шею десятком острейших зубов. «Что это?!» Забвение слишком быстро накрыло обескровленный мозг вампира, чтобы он смог сопротивляться.* * *
Помещение, в которое попали Демиан, Эмилия, Мюррей и Квентин с трудом можно было назвать лабораторией. Мрачное, обшарпанное, душное, оно напоминало большой каменный мешок, освещённый газовыми светильниками, с парой шкафов, уставленными колбами, мензурками и книгами, стареньким диваном, щедро залитым кофе, и несколькими столами, за которыми работали люди в белых халатах. Их было трое: темноволосая кареглазая женщина лет тридцати с тугим пучком на затылке и двое седовласых мужчин в пенсне возрастом давно перевалившим за сорок. Когда вошли гости, все трое тут же подняли на них глаза, отрываясь от дел. Женщина сла́бо улыбнулась Эмилии, которая шла впереди остальных, скользнула взором по Демиану, — его она прежде не видела, — чуть дольше задержалась на Мюррее, потом взгляд её застыл на Террлоу. — Мисс Гайди, — Квентин чуть склонил голову, — доброй ночи. — Доброй, сэр... Что-то случилось? Эмилия посмотрела на старичков и, приоткрыв дверь, обратилась к охране: — Вывести дедов отсюда, нам надо поговорить наедине с мисс Гайди. — Но я ещё недоделал... — сопротивляться один из учёных, но суровый взор рыжеволосой девушки пресёк его попытку остаться. Охрана сопроводила не очень недовольных старичков вон из лаборатории. Гайди выглядела испуганной и уставшей, что прибавляло ей лет. По глубоким синякам под глазами было ясно, что она плохо спит, да и не известно спит ли вообще — на её рабочем столе Демиан увидел много пустых чашек из-под кофе. — Я вас слушаю, господа. — Гайди напряжённо смотрела на прибывших, ожидая худшего. Хотя что ещё может быть хуже? Она уже забыла, как выглядит небо, как шелестит трава и что такое день. В глубине души она была рада, что здесь сегодня только девочка, без старика. Всякий раз, когда он появлялся, случались какие-то неприятности. — Мисс Гайди, как проходят опыты с новой вакциной? Мы можем её уже применить? — на последних словах Эмилия неоднозначно и даже несколько маньячно зыркнула на папеньку, мол, испытать бы на тебе для начала. Демиан прищурился: «Вот язва!» Мисс Гайди встрепенулась, услышав вопрос Эмилии. — Опыты ещё продолжаются. Как раз об этом я тоже хотела переговорить с мистером Пирсом, но в прошлый свой визит он очень спешил, торопил меня и забрал не до конца протестированный образец. Я говорила ему, что надо ещё сделать ряд тестов, понаблюдать. Хотя на тот момент реактив не давал никаких сбоев, но сейчас выявился целый ряд побочных эффектов. Я связалась с мистером Пирсом, хотела предупредить его, чтоб он ни в коем случае не применил образец и как можно скорее вернул его в лабораторию от греха подальше, но этого так и не произошло. — Вот как. А когда это было? — поинтересовалась Эмилия. — Около месяца назад, — вместо Гайди ответил на её вопрос Квентин, припомнив, как получил указание доставить небольшой пакет в имение премьер-министра, срочно и без лишних свидетелей. Он также сопоставил запах, который исходил от посылки и тот, что он чуял здесь. — Его получил Солсбери. Лично в руки. Граф многозначительно переглянулся с Демианом. Тот сразу догадался что к чему: — Пирс надеялся, что некачественная вакцина мутирует Солсбери и тем самым он тихонько избавится от него, оставаясь в тени. Но всё пошло не так, как он хотел. Шло время, ничего не происходило, и тогда ему понадобилось... — Да, Демиан. Верно. Именно тогда он поручил Маркусу покончить с ним. Мисс Гайди. А что за побочные эффекты у этой вакцины? — Трудно объяснить, сэр... там... — Гайди замешкалась, а потом продолжила: — Лучше я вам покажу. Она попросила охрану проводить её и остальных к «Образцу 9». Других слов не понадобилось. Их немедленно и без лишних вопросов сопроводили до соседнего закоулка, заканчивающегося глухой железной дверью, поперёк которой стоял широкий запор. Охрана отсутствовала. Было тихо, но до слуха Демиана и Террлоу донеслись странные звуки, исходящие из-за двери, — не то дыхание, не то рык. Тихий, утробный, настороженный. Приближаясь к двери с каждым шагом, вампиры ощущали исходящую оттуда тревогу и возрастающую агрессию. Демиан не мог понять кто там, вампир или оборотень, но это был явно не человек. Едва они подошли, как что-то резко ударилось в неё изнутри. Раздался звериный рёв. Эмилия испуганно вздрогнула, скорее от неожиданности, нежели от страха, но Демиан оттащил её от двери и закрыл собой. Мюррей вскрикнул и спрятался за Квентина, как за стенку. — Ого! Почему нет охраны? — Демиан встревожился. То, что ещё раз шарахнулось в дверь в их сторону, явно не желало никого видеть. — Распоряжение мистера Пирса, — коротко выдал заученную фразу один из сопровождающих. — А если это дрянь вышибет дверь? А в поместье полно́ людей, между прочим! Эмилия недовольно оттолкнула от себя Демиана и решительно приблизилась к двери. Осторожно потянулась к окошку, через которое, видимо, за этим существом вели наблюдение. Животное, а иначе это и не назвать, затихло. Сквозь небольшую прорезь окна и решётки высветилась лохматая раскуроченная морда с налитыми кровью, дикими глазами и огромным ртом, полным нескольких десятков остроконечных зубов. — Что... что это?! — изумлённо пролепетала Эмилия. Квентин взирал на существо с отвращением. А животное вдруг сменилось в лице. Оно на глазах морфировало в человека, подобно тому, как это делают оборотни. И вскоре в дверь бился уже всклокоченный мужчина на вид лет сорока. — Выпустите! Выпустите меня! — надрывно кричал он, пытаясь просунуть руки сквозь решётку к личику Эмилии. Девушка ошарашенно отпрянула назад. — Он разумен? Это оборотень? Но ответы на её вопросы явил сам субъект, вновь озверевший и теперь брызжущий в их сторону вспененной слюной. — Твою мать! — не сдержался Демиан глядя на то, что ещё секунду назад было человеком. — Я, конечно, много чего видел, но это... — Он силой отволок Эмилию подальше от двери и крепко вцепился ей в руку, чтоб та не думала снова сделать какую-нибудь глупость. Гайди пожала плечами: — Раньше он был урождённым оборотнем. Мы сами ещё не поняли, что произошло. Длительное время вакцина работала прекрасно, субъект был на пике формы: сила, ловкость, выносливость, полное отсутствие старения, мгновенная регенерация тканей. Первые недели, практически месяц, субъект контролировал себя довольно чётко. Дальше самоконтроль непонятно отчего вдруг стал теряться всё больше, и он всё чаще становился безумен, уже надолго оставаясь в вот такой вот форме, представляя угрозу абсолютно любому другому виду, будь то человек, вампир или оборотень. В зависимости от того, как часто он потребляет живую плоть... в общем... в зависимости от того, кем питается, он приобретает гиперболизированные внешние признаки того или другого вида, затем комбинирует их. Демиан прямо почувствовал, как у него вздёрнулись брови и по спине прошёлся мерзкий холодок. Не сказать чтоб он испугался, но чувство тревоги в нём всё больше укоренялось. Значит, вот что ждёт Солсбери — он станет таким же. Причём, судя по времени, уже очень скоро. Он про себя молился, чтоб рядом с ним по какой-то невероятной причине в этот момент не оказался Маркус. Гайди закрыла окошко, но зверь никак не утихал и так бился о дверь, что с потолка на их головы посыпалась побелка. — Он невероятно силен. Чтоб его угомонить, когда он впервые потерял контроль над собой, понадобилось десять вампиров. Десять! Его заперли тут и больше не выпускали, хотя нам необходимо было делать тесты. Он всё реже стал морфировать в человека, перестал себя контролировать и потерял всякий разум, лишь изредка являя нормальный облик и адекватность. Для нас это большая проблема, потому как к нему стало невозможно приблизиться. Он теперь всё время крайне агрессивен и себя уже не контролирует. Тяжело выгадать момент, чтобы он был в форме человека — морфирует мгновенно. — А если эта тварь укусит кого-то? Он станет таким же? — спросил Демиан. — Нет. Слюна не заразна. — А если укусят его? — Сложно сказать. Скорее всего, нет. — Скорее всего?! То есть, вы не уверены?! — В его крови бушует мощнейший вирус, сэр. И он до конца ещё не изучен. И я допускаю, что при смешении его крови с чистой произойдёт всё что угодно. Конечно, у кого-то может случиться иммунитет даже к нему, но это, безусловно, лотерея. Но думаю всё же его укус, как и минимальные дозы его крови, безопасны. Ну, если не хлестать её пинтами, разумеется. Демиан был в шоке. — То бишь, ваша совершенная сыворотка превращает вкусившего её вот в такого вот говномонстра. И не за месяцы, а за считанные дни, — подытожил Ван Гард. Гайди коротко кивнула. — Гадство. — Как ЭТО убить? — насущно поинтересовался Квентин. — Да-да, убить эту дрянь! Как угодно, но убить! — приказным тоном произнесла Эмилия. — Кто бы знал. Мы пробовали усыпить, отравить. Ничего не вышло. Серебро его тоже не берёт. Точнее, ненадолго ослабляет, но даже смертельные для других видов раны ему нипочём. — Может, у него есть слабое место? — У него нет слабых мест. Именно на это и была рассчитана сыворотка — сделать совершенное существо. — Да уж, я смотрю, он само совершенство, — огрызнулся Ван Гард. — Думайте, сударыня. Не может так быть, чтоб вообще ничего его не брало. Должно быть хоть что-то! — Не знаю. — Может, аллергия какая... — На что? — Да хоть на клубнику! Охранники заржали, но стоило Эмилии к ним повернуться, все тут же притихли. — Кислота... — подал голос Мюррей. Все как один уставились на него, давно забыв о его существовании. — Кислота? — Да, серная кислота. Она разъедает всё: и плоть, и кости, и металл. Гайди задумалась. Идея была интересная. Просто и ясно. Лом, против которого нет приёма. Почему они сами до такого не додумались?! — Да вы гений, мистер Мюррей. — Предлагаете ему ванну из кислоты устроить? Ну, допустим, этому можно, а как насчёт того, что на воле?! — критично спросил Квентин. Но мысли его на самом деле были уже о жене и ребёнке, которых он до сих пор даже не увидел. Забрать их скорее отсюда, уехать из чёртового Лондона и забыть всё как страшный сон... Он тяжко вздохнул. Демиан словно прочёл его мысли. — Мы что-то придумаем. Мисс, и ещё. — Он чуть понизил голос, хотя за грохотом их и так мало кто слышал: — Где миссис Террлоу? Вы знаете о ней что-то? Её держат где-то здесь. Она немного виновато посмотрела на него, потом на Квентина. — Да, она здесь, в поместье. — Где она?! — Я не уверена, но кажется, в комнате, что дальше по коридору, есть пленники. Я сама их не видела, но при мне несколько раз туда раньше носили еду. Террлоу весь аж побелел. — Что значит раньше?! Эмилию не особо заботили эти семейные драмы графа. — Давайте вернёмся к нашим зверятам! — потребовала она. — Ну уж нет! — отрезал Квентин. — Мне нужна моя жена, а дальше сами разбирайтесь! Я сделал всё, что от меня требовалось! Эмилия прикусила нижнюю губу и нахмурилась — чего доброго, этот истерик выдаст их маленький секрет о смерти дедули... — Ладно. Отведите его к тем пленникам, — приказала она охране. И пусть катится ко всем чертям! — Но мисс Эмилия, мы не можем без приказа... — Дедули?! — рассердилась она. Охранник сглотнул и молча кивнул. — С ним я сама разберусь, если что! Мужчина не стал спорить с этой молоденькой бестией — опасно. А посему он жестом пригласил графа Террлоу следовать за ним. Демиан пожал ему руку. — Благодарю за помощь, друг. Удачи тебе. Можешь взять наш экипаж. — Спасибо. Тебе тоже удачи. — Террлоу покосился на девчушку и добавил: — И терпения. Много-много терпения. Демиан усмехнулся. — Да уж. Эмилия сделала вид, что её это никак не касается. Террлоу ушёл. Демиан был уверен, что у него теперь всё будет хорошо. Осталось решить маленькую пушистую зубастую проблему и скорее возвращаться в Лондон, чтоб покончить со второй. — С животным как же? — скромно поинтересовался Мюррей. — Я же сказала, убить эту тварь. Приготовьте кислоту или что вы там придумали, — раскомандовалась девчонка. — Может, шприц? Вколоть ему в позвоночник или шею, да и... — промямлил рыжий лаборант. — Тогда шприц надо побольше. — Найдём. Необходимо будет его как-то отвлечь, — согласилась охотно Гайди. Это был самый лучший вариант. — Только как? Эмилия многозначительно посмотрела на Демиана. — Нелюдь-оторва у нас есть. Пригласите сюда ещё с десяток охранников и шприц ему дайте. — Она кивнула на Демиана. — Ты же не против поучаствовать, папочка?!«Авось его сожрёт эта зверюшка, и я вздохну свободно, уж больно резво он принялся опекать. Раздражает». — Не против, конечно, милая моя доченька. Кто ж ещё может защитить своё единственное дитя как не родной любящий отец, — выдал Гард и всё это как можно более приторно, ласково и нежно, чтоб строптивая девчонка подавилась собственной желчью и перестала уже ершиться. — Уж я не подведу тебя, солнышко моё. Эмилия насупилась. «Чтоб тебя сожрало это чудище!» — говорил её взгляд. Меж всем Ирия и Мюррей подготовили заметных размеров стеклянный шприц и передали его Демиану весьма неуверенно. — Может, не стоит... ну его... а? — в надежде прошептал лаборант. — Надо, Мюррей. Не бойся. За дверью наконец-то всё угомонилось. Видимо, существо снова морфировало в человеческую форму. Это был хороший шанс. — Внимание! — скомандовал Демиан. Охранники приготовились. Дверь взяли в тесное кольцо и каждый из них сейчас целился в проход. Гайди и Эмилию отвели в сторону, чтоб убрать с линии атаки. Демиан прислушался. Шорохи. Тишина. Снова шорохи. Он рывком отодвинул засов в сторону и отворил дверь. Мюррей в этот момент сжался и закрыл ладонями своё конопатое лицо, чтоб не видеть, как кого-то разорвут на куски. А Эмилия, наоборот, с интересом смотрела во все глаза и даже сжала кулачки в нетерпении. Внутри камеры было темно, но можно было заметить едва поблескивающие глаза существа в отдалённом конце комнаты. Послышался утробный рык. Зверь может и был безумен в своей ярости, но видно чувство самосохранения в нём осталось. — Не убивайте... — произнёс зверь обречённым, вполне человеческим голосом. — Пощадите... Демиан медленно зашёл внутрь, делая как можно меньше резких движений. Пока тело его плавно передвигалось в тесном пространстве дверного проёма, он весь обратился в слух. Тело его менялось, обретая боевую форму. И без того длинные пальцы мужчины продолжились вытянувшимися когтями. Черты лица сильно заострились, меняя форму носа и глаз на более хищные, как у дикого зверя. Под верхней губой вытянулись клыки, до зуда в дёснах страждущие вонзиться в живую плоть. Чувства обострились до предела. Каждой клеткой он улавливал малейшее колебание воздуха, стук сердца зверя, запах крови и пота, густо полоснувший по острому обонянию. Существо стояло прямо напротив, чуть согнувшись, держась в углу, в темноте, обхватив себя исхудавшими руками-плетьми и втянув голову в плечи, словно надеялся вжаться в стену и исчезнуть. Столь жалкий и хрупкий, что у Демиана не поднялась бы рука на такого, даже будь он дважды голоден и трижды зол. Зверь внимательно следил за ним. Две пары светящихся глаз существ уставились друг в друга и ни на мгновение не теряли контакта, словно от этого зависело всё. — Тихо, друг. Давай для начала поговорим с тобой. Голос вампира звучал глухо, утробно, но в нём не было и тени агрессии. Существо не двигалось. Даже когда Демиан приблизился ещё на два шага, держа одну руку заведённой за спину. Сейчас монстр был человеком. Демиан отчётливо видел силуэт исхудавшего тела, взлохмаченные, склеившиеся запёкшейся кровью волосы до плеч. В тех местах, где на голове ещё остались волосы, он был седой как лунь и это в свои-то сорок с хвостиком. Бедолага. Ван Гарду жаль этого несчастного, но помочь ему уже было нечем. Пока Гайди найдёт вакцину, чтоб облегчить его существование, он измучается и озвереет так, что спасать будет некого. Ноздри существа раздулись, жадно втягивая запахи. Свежая молодая плоть вампира. Сочный, живой и аппетитный аромат туманил разум подопытного. Он прикрыл глаза и утробно зарычал, меняясь на глазах. Эмилия, не стерпев, приблизилась к дверям, привставая на цыпочках, чтоб заглянуть за спины охраны вглубь. «Что там? Отчего так тихо и не слышно предсмертных всхлипов хоть кого-то... Лучше бы папаши, конечно...» Хотя про себя она отметила его смелость, но аргументировала это скорее его желанием выделиться и вырасти в её глазах. «Что ж, пусть поплатится за всё, честолюбивый идиот!» Всего несколько мгновений, и от человека в существе не осталось ни намёка. Он взревел и молниеносно бросился на визитёра. Демиан успел среагировать. Он был готов к атаке и легко уклонился от несущегося на него зверя. Считанные доли секунд отделили его от сильнейшего удара, похожего на удар паровоза, сошедшего с рельсов. Существо со всей дури шарахнулось в оцинкованную изнутри стену, оставляя на металле явную прогнувшуюся внутрь воронку. Демиан тут же накинулся на него сзади, замахнувшись, чтоб всадить шприц с кислотой, но существо легко скинуло его и с размаху впечатало в противоположную стену. Завязалась драка. — Не стрелять! — Демиану не хотелось, чтоб существо было спровоцировано людьми. Если зверь вырвется из дверей, то пиши пропало. Его надо было одолеть здесь, в замкнутом пространстве, где нет места для манёвра. Существо не давало Демиану шанса оказаться у него за спиной и постоянно атаковало. Вампиру стоило большого труда не быть вспоротым когтями, проносящимися в паре дюймов от тела. Демиан был юрким и сильным, но не настолько, чтоб долго сдерживать натиск монстра. Любая нанесённая зверю рана тут же затягивалась. Даже голодный, зверь был куда сильнее и проворнее вампира. Его клыки едва не вцепились Демиану в глотку, когда он всё же исхитрился и всадил шприц в его загривок, но надавить на поршень не успел. Грохот был такой, что у людей заложило уши. Охрана заохала. Кто-то от неожиданности выстрелил. Пуля срикошетила от дверного косяка и полоснула Демиана по щеке. Воспользовавшись секундной заминкой, существо отбросило вампира от себя, ударив плашмя по животу, и Демиан хорошенько впечатался позвоночником в стену, согнулся пополам. Больно. Точно сломано несколько рёбер. Давно он не чувствовал такой острой боли. Из уголка рассечённой губы потекла бойкой струйкой кровь. Где-то наверху, в зале, люди стали обращать внимание на странный шум. Разодетые пары спрашивали друг у друга что случилось, откуда такой грохот, что даже звуки музыки не могут его перекрыть? Мюррей, перепугавшись, побежал прочь, его едва задержали стражи лаборатории. А вот Эмилия распихала охрану, выхватила у одного из них пистолет и дважды пальнула наугад внутрь комнаты. — Да убей уже его! Чего возишься?! — крикнула она, причём не понятно, кому сие было больше адресовано: Демиану или животному. Обе пули промахнулись, но глядя на девушку, охрана тоже открыла огонь. Демиан приник к стене, чтоб его не задело серебром. Пули вгрызались в металл, несколько угодили в существо, разозлив его ещё больше. Проревев, монстр кинулся к проёму двери, выбил косяк плечом и набросился на первого попавшегося под руку охранника, разбрасывая остальных словно щепки. Стоя́щую прямо за ним девушку отшвырнуло в сторону и ударило головой об стенку. Эмилия охнула и ослабела. Один взмах когтистой лапы, и голова охранника треснула об пол как переспелый арбуз. Кровавые ошмётки обрызгали девчонку с головы до ног, и та в шоке потеряла сознание. — Эми! Демиан взревел и бросился на монстра, запрыгивая ему сзади на загривок и с силой вдавливая поршень шприца по самую шляпку. Монстр взвыл. Демиан едва успел спрыгнуть с него и подхватить на руки дочь, когда существо, мучимое адской болью, начало метаться и биться в судорогах, чудом не задев больше никого. Кислота с шипением проедала его плоть изнутри. Разнёсся мерзкий запах палёного мяса и реагентов. Демиана затошнило. Он прижал к груди Эмилию и отошёл подальше, глядя на муки существа. Это было ужасно. Демиан не раз видел, как умирают. Да чего уж там, он убивал сам, но то, что сейчас происходило, было похоже на какой-то кошмар. Монстр стонал, ревел, бился, извивался, пока тело его распадалось на куски, и даже когда кислота проедала его голову, он продолжал истошно кричать, а потом вдруг затих. На полу лежала бесформенная куча изуродованной плоти. — Мёртв? — выглянул один из охранников. Никто не смел приближаться. — Думаю, его надо сжечь, — заключила Ирия Гайди, виновато смотря на итог своих многомесячных трудов. Эмилия простонала в руках Демиана, неохотно распахнула мутные глаза, узрев его лицо прямо перед собой. — Совсем уже... во сне ещё мне являться... — промямлила она, сла́бо пихнув отца ладошкой в грудь. — Такое милое личико и такой острый язычок у вас, юная леди. — Демиан мягко улыбнулся ей, но не позволил выпустить из объятий, держа всё так же крепко, пусть даже сломанные рёбра отзывались ноющей болью. Потерпит. Главное, что она жива. Не понятно, откуда это появилось, но когда он смотрел на неё, внутри пробуждалась нежность. Это было и странно, и приятно, ведь Демиану не приходилось прежде ни о ком так заботиться, не считая Маркуса, пока тот, пусть и совсем недолго, но был человеком. — Пусти. — Не двигайся и помолчи. Ты сильно ударилась. Мисс Гайди, осмотрите её, пожалуйста. И ещё, нам необходимо как можно скорее вернуться в Лондон. Вы поедете с нами. Эмилия насупилась, но возражать не стала — всё-таки слишком кружилась голова, тикали виски и затылок. «Плевать, пусть пользуется моей слабостью пока я добрая», — подумала девушка, но ещё приметила, что приятное в этих руках что-то всё же есть. Ирия же удивилась и обрадовалась новости, что наконец-то покинет свою «тюрьму» и выйдет на свет божий. Она осмотрела девушку и констатировала лёгкое сотрясение. Охрану распустили на свои места и распорядились прибрать ошмётки чудища и пострадавшего. Мюррей, в услугах которого больше не было нужды, боялся, что его убьют, ведь он слишком много знает. Но вопреки всему, его просто отпустили, взяв с него обещание помалкивать. Впрочем, Эмилия выразилась так: — Можешь жить и дышать, пока молчишь обо всём, что видел и слышал сегодня! Естественно, он был готов пообещать что и кому угодно, только бы его никто не трогал. Мальчишку отпустили на все четыре стороны. Он даже не стал ждать, чтоб его подкинули хотя бы до Лондона, предпочёл убраться из поместья побыстрее и никогда не возвращаться в Лондон, отправился к своей тётке в Суррей. Спустя три четверти часа Демиан, Эмилия и Ирия покинули Нортвуд-Хаус, оставляя позади его мрачный секрет, и направились в поместье Маркуса Бёрна. Залезая в экипаж, краем глаз Демиан увидел в саду Квентина, благополучно воссоединившегося со своей семьёй. Его жена была в порядке. Он крепко обнимал молодую супругу, гладил её уже обозначившийся животик. Она была похожа на ангела, и выглядел граф совершенно счастливым. В уголках его глаз блестели слёзы. Демиан улыбнулся сам себе. Хоть у кого-то теперь всё хорошо. Экипаж тронулся. Он хотел было окликнуть Террлоу, но не стал, лишь проводил долгим взглядом и от души пожелал ему и его близким счастья. Наверное, они больше не свидятся с ним. Демиан оказался прав, в тот же день Террлоу с семьёй спешно покинул Лондон. Навсегда.
