Лжец

      Глеб лежал на чужой кровати и думал о своем, пока девушка сверху него тёрлась бёдрами об его пах, одновременно жадно целуя шею. Алеся покусывала, посасывала каждый миллиметр его кожи, зарывалась руками в светлые волосы и томно постанывала на ухо от возбуждения, иногда проводя своим пальчиками по влажным трусикам. Парень же был сам не свой: лежал почти как бревно, втыкая в потолок, иногда выдавливая какие-то звуки. Голубин думал о том, что произошло час назад. Он просто ушел, нет, сбежал из дома, чтобы забыть это, но не получалось. Это был такой неправильный порыв… Он понимал, что должен был контролировать себя, но не удержал контроль над собой. Эта девчонка буквально притягивает к себе. Ещё хуже то, что Ева не оттолкнула его, а наоборот. Вот что в какой-то степени напугало Глеба. — Боже, Глеб, я уже вся мокрая… — вдруг прошептала Алеся. Девушка сидела сверху парня и всё так же ерзала бедрами. В ту же секунду она сорвала с себя лёгкое платье, которое полетело на пол, а за ним и лифчик с трусиками.       Блондин молча смотрел на обнаженное тело девушки и понял, что это тело — его привычка. Оно никак уже не удивляет.       Светловолосая в то время уже торопливо стягивала футболку с парня и расстёгивала ремень на штанах. Вся одежда летела в разные стороны. — Как же я тебя хочу, — возбужденно шептала она.       Пухлые губы Алеси скользили от губ парня до шеи, от шеи до груди, вниз до живота, оставляя мокрые следы. Мужские руки вцепились в светлые волосы девушки, сжав их с силой. Алеся довольно ахнула. Её худенькие пальчики обхватили возбуждённый член, от чего Глеб вздрогнул. Его глаза закрылись в тот момент, когда девушка медленно начала работать рукой. С каждым движением дыхание учащалось. Светловолосая это заметила и стала работать не только рукой, но и ртом. Теплый язык кружился на пульсирующей головке, постепенно спускаясь вниз.       Голубин тяжело дышал и часто сглатывал. Ему было ужасно приятно и ещё приятней становилось, когда он закрывал глаза и думал не о Алесе. Он обещал постыдиться этого, но позже. Блондин сжимал волосы девушки сильнее, когда её движения стали слишком быстрыми. Вдруг она перестала ласкать его ртом, а когда парень открыл глаза — увидел в её руке презерватив. Девушка быстро справилась с ним — и резко села сверху. Из её рта вылетел громкий стон. Руки блондина сжали её бедра и стали будто насаживать на себя. Чем быстрее она двигалась, тем громче были её стоны.       Глеб был чертовски возбужден. Он резким движением перевернул девушку на спину и был уже сверху неё. Алеся тяжело дышала и улыбалась. Ей ужасно нравились грубые движения Глеба — это возбуждало ещё сильнее. А парень смотрел на неё, на её растрёпанные волосы и видел в ней Еву. Он тяжело сглотнул от этой мысли. Хотелось выбить эту чёрноволосую из своей бошки, забыть её образ и тот неправильный поцелуй. — Глеб, давай, войди в меня… — умоляюще простонала девушка, сжимая свою грудь.       И Глеб резким движением вошёл в девушку. Очень влажно и тепло. Он схватил её за бёдра и стал двигаться вперёд-назад настолько быстро и глубоко, что совсем не слышал истошные стоны Алеси. Блондин прикрыл глаза и на миг представил на месте Кафельниковой Еву, её короткие запутанные волосы, большие глаза, приоткрытый рот и хрупкое тело. Хотелось входить в то невинное тельце, как бы это абсурдно не было. Он хотел её.       Рука переместилась на шею девушки, слегка придушив. Голубин открыл глаза и видел как его девушка закатывает глаза от удовольствия. Она закусывала нижнюю губу и быстрым движением теребила клитор в то время, как блондин входил прибавляя темп. Он глухо застонал и зарычал от удовольствия. — Да, Глеб, да! — закричала девушка, содрогаясь и прогибаясь в спине. Она довольно облизала свои два пальчика.       Парень всё ещё нависал над девушкой, опустив голову. Тела у обоих немного дрожали. Через несколько минут, он устало упал рядом, продолжая восстанавливать дыхание. Алеся убрала чуть мокрые волосы парня со лба и легла на его грудь; Глеб приобнял её, не отводя глаз с потолка. — Ты сам не свой сегодня, ещё и этот синяк под глазом. Что случилось? — вдруг начала девушка, обеспокоено подняв на него глаза. — Да так, неважно. — сразу отмахнулся тот. Алеся ведь не знала о том, что произошло на той чёртовой вечеринке.       Светловолосая неожиданно отстранилась от парня, что заставило перевести на неё взгляд. — Глеб, почему ты мне ничего не рассказываешь?! Я тебе девушка в конце то концов или кто? — она возмущённо смотрела на него, сложив руки на груди. — С кем ты подрался? — Боже, Леся, какая к черту разница?! Всё нормально, я же говорю! — вдруг Глеб встал с кровати и начал надевать нижнее белье. — Что значит «какая разница»?! А в чём проблема рассказать мне? Вдруг я переживаю! — подскочила светловолосая, встав на кровать. Глебу пришлось поднять голову. — Не надо строить из себя заботливую девушку. Мне это не нужно, — фыркнул блондин, застегивая ремень на джинсах. — А что тебе нужно, просто секс? Я тебе не проститутка на ночь, Голубин! — закричала Алеся, когда Глеб надевал футболку. Парень устало поднял на неё глаза. — Вот и отлично. Спокойной ночи, — и он направился к выходу. — Стоп, Голубин, мы не договорили! — девушка спрыгнула с кровати и побежала за парнем, но было поздно: перед её лицом захлопнулась дверь. — Сволочь!

***

      Еве совсем не спалось: дурацкие мысли лезли в голову, которые мешали уснуть. Она думала о ебучем поцелуе с Глебом и кажется поняла и приняла то, что это был всего лишь мгновенный порыв страсти что-ли… Самой смешно и грустно от этого. Но Ева старалась перестать думать об этом.       На часах было 23:32. Девушка отложила телефон на тумбочку и встала с кровати, решив пойти на кухню, попить воды. Она тихо вышла и на носочках пошла в прихожую. Вдруг она заметила горящий свет светильника, падающий из кухни, что показалось очень странным.       Чёрноволосая тихо пошла дальше и увидела там Глеба. Парень сидел за столом с пустой кружкой и смотрел в пустоту. Ева поежилась, но всё равно вошла. Брат резко поднял голову в её сторону и заметно удивился. — Почему ты тут сидишь? — шёпотом заговорила девушка, отвернувшись от брата к кухонному столу в поисках своей кружки. — Отдыхаю, — так же тихо ответил Глеб и хмыкнул. Ему было хуево. Причём он сам не понимал почему. Может хотя бы потому, что он проебал друга, поругался с девушкой и целовался с сестрой. — Аа. Ну, спокойной ночи тогда, — спокойно ответила черноволосая, попив воды. Она заметила какое-то отчаяние в его глазах, но не стала лезть. Это его дело. — Ага.       Выйдя уже из комнаты, Ева услышала тихое: — Какой же я уебок…       Она тяжело вздохнула и кивнула головой в знак согласия. Частично она понимала, что его состояние связано с последними событиями, а там как на самом деле — известно только ему самому. Димитрова решила не лезть в его проблемы, потому что Голубин навряд ли будет этому рад, да и нужно со своими сначала разобраться.

***

      Утро. Ева с трудом проснулась, хотя утро было совсем не ранним. Выйдя из комнаты, она пошла в кухню на вкусный запах сырников. Это Лена готовила завтрак, подпевая какую-то тихо включенную музыку. — Доброе утро, Лен. Вкусно пахнет, — отметила девушка. Она прошла вглубь комнаты и села за стол, протирая сонные глаза. — О! Евчик, доброе. Да, вот решила приготовить полноценный завтрак, — улыбнулась блондинка, повернувшись к девушке. — Как спалось? — Да так, как обычно. Ты выходная сегодня? Воскресенье же. — К счастью, да. На сегодня у меня всё равно есть небольшие планы: надо съездить за продуктами и к маме, бабушке Глеба. — А, понятно… — А у тебя какие планы? — женщина подошла к столу и поставила чайник и две кружки. — Собираюсь съездить к сестре в гости, давно не виделись, — пожала плечами Ева, отпивая клубничный чай, который поставила Лена. — Так может тебя подвезти? — Да не, я сама доеду. Недалеко ехать. — Как хочешь. — Хорошо, — черноволосая слегка улыбнулась, зарывшись рукой в волосах.       На столе уже стояли тарелки с сырникам, политые медом. Желудок Евы громко заурчал. — Кушай давай. Приятного аппетита, — Лена села напротив Евы. Она видела как слегка смущалась девушка. — Спасибо, и тебе.       Спустя минуту, черноволосая довольно забурчала с забитым ртом: — Это очень вкусно! — на это женщина улыбнулась ещё шире. — Глеб ещё спит? — вдруг спросила она. — Да я откуда знаю… — Ну, вдруг видела, — пожала плечами мачеха. Ева отрицательно кивнула головой. — Знаешь, я из-за работы практически дома не бываю, тебя с Глебом толком не вижу. Очень скучаю по вам, но этот чёртов завал на работе… Чувствую себя плохой матерью, — голос женщины стал тише. Она отложила столовые приборы и опустила голову. Ева заметила грусть мачехи. — Лена, ты чего? Ты хорошая мать да и мы не маленькие дети, которым нужна сильная опека. Всё хорошо, не волнуйся, — рука девушки сначала слегка коснулась руки женщины, а затем и вовсе накрыла её. Блондинка подняла голову и нежно улыбнулась. — И вообще, ты не виновата в том, что у тебя такой завал на работе. — Может ты и права, Ев, но мне бы стоило намного больше проводить с вами время… Думаю, нужно как-нибудь взять отпуск и в конце концов отдохнуть. — Отличная идея. Тебе будет полезно отдохнуть от работы, — Ева весело подмигнула и снова вернулась к завтраку. — А знаешь что?! — звонко вскрикнула женщина. Девушка от неожиданности дёрнулась. — Давайте все вместе в субботу поедем в наш загородный дом: шашлычки пожарим и всей семьёй время проведём! Там такая природа, озеро недалеко… Укачаешься! — Серьезно? Это крутая блин идея! — теперь уже Ева радостно вопила. Ей так хотелось отдохнуть где-нибудь, но не дома. — Стоп, а у вас есть загородный дом? — Да, при разводе достался. Дача так называемая. Глеб в детстве любил там отдыхать… В общем, я поговорю с Вовой и надо ещё Глебу сказать. — Кстати, когда папа приедет? — По идее во вторник. Ты не звонила ему? — Звонила, не ответил. Я оставила сообщение на автоответчик, но он не перезвонил… — Работа такая. Завтра у него последняя встреча и уже вечером вылетает. Надеюсь, планы не поменяются. — Я тоже…       Ева и Лена так хорошо болтали, что и не заметили как вошёл Глеб. Парень стоял в одних домашних штанах и с взъерошенной причёской. Вид у него был сонным и недовольным, что не удивило Еву. — Всем привет… — вяло буркнул он. Подойдя к столу, блондин взял кружку сестры и залпом выпил из неё чай. Глаза девушки чуть на лоб не вылезли от такой наглости. — Ты чё… — Глеб, на столе есть ещё кружки. Доброе утро, сынок. — Лена встала из-за стола и подошла к плите, чтобы наложить завтрак сыну. Голубин сел рядом с Евой, будто совсем не замечал её. Та продолжала на него глядеть. — Как спалось? — женщина обернулась и тут же застыла: — Глеб, боже мой! Откуда этот синяк? Что случилось? — блондинка подошла к сыну и заключила его лицо ладонями. Глебу это не понравилось, поэтому он недовольно крутил головой. — Ну, мам! Нормально всё. Просто на вечеринке в дверь врубился, случайно. — соврал блондин, запихивая в рот сырники. Чёрноволосая закатила глаза. — Кошмар! Как вечеринка, кстати, прошла? — женщина снова села на своё место. Дети молчали, опустивши головы. — Нормально, — тихо ответила девушка. — Было очень весело. Да, Глеб? — парень слегка поперхнулся чаем. — Д.да, Ева. Было круто, мам.       Светловолосая женщина смотрела на детей с поднятой бровью. Она заметила эту странную паузу и какую-то панику в глазах сына. Это было для неё странным. — Ну, ладно… Что собираешься делать сегодня, Глеб? — Ничего. А ты, какие планы? — Поеду за продуктами и к бабушке заеду. — Тогда я поеду с тобой. Давно у бабушки не был. — О, отлично, Глебушка! — Елена встала из-за стола и убрала тарелку. — Пойду тогда собираться, а вы ешьте и тоже собирайтесь. — Глебушка… — выпустила смешок девушка, прикрыв рот кулаком. Блондин повернулся и надменно посмотрел на неё. — Что-то смешное услышала, Дмитрова? — Да, Глебушка, — и не сдерживая смех, она засмеялась. Блондин закатил глаза. — Дура. — Сам ты «дура». Ой, кстати, Лена мне сказала, что мы поедем в субботу в ваш загородный дом. — Зачем…? — В смысле «зачем», Голубин? Провести время всей семьёй. В конце концов она скучает по тебе. — Вот как. ну, ладно тогда, — он безразлично пожал плечами и продолжил жевать сырники.       Ева перевала взгляд в тарелку, но аппетит пропал. Голубин сидел рядом и делал вид, будто ничего не произошло. Ей казалось, что только её одну всё это волнует. Живот тянуло от беспокойства, но, набравшись смелости, девушка вновь заговорила: — Глеб, то, что произошло вчера мы должны забыть.       Парень повернул голову и поднял бровь: — Не понял. В смысле? О чём ты? — Ты знаешь о чём я. Не притворяйся, — черноволосая нахмурила брови. — Или ты уже забыл? — Боже, Дмитрова, замолчи. То, что произошло вчера — ошибка, — слова эти стали для Евы как плевок в душу. Ничего другого она и ее ожидала. — Ошибка? Да, ты прав, Голубин. Но эту ошибку совершил ты! -- Ева подскочила из-за стола и уже смотрела на Глеба сверху вниз. — Да, я! — тут же и блондин встал из-за стола. — Я уже и так натворил кучу дерьма, вот только не обязательно об этом ежедневно напоминать! — яростно шипел он. Сестра сжимала кулаки. — Я, блять, просто не знаю, что будет дальше и что мне делать! Я в ебанном замешательстве. Мне тяжело! — он резко крикнул ей в лицо, от чего девушка вздрогнула.       Ева просто не знала что сказать. Снова говорить, что он сам виноват было бессмысленно и неправильно, он сам это понимает. Она же поняла, что ему нет никакой поддержки. Глеб тяжело дышал и продолжал яростно смотреть в пустые глаза сестры. Девушка просто молчала. — И что ты собираешься делать? — вдруг спросила она. Блондин сглотнул тяжёлый ком. — Что.? — С Артёмом. — Ничего. Навряд ли он меня простит, — он наконец-то выдохнул и сел обратно на стул. Чёрноволосая тоже села. — Попробуй с ним поговорить ещё, в более спокойной обстановке. Просто постарайся. — Ага…

***

      Ева уже ехала в маршрутке, заткнув уши любимыми наушниками и глядя в окно. Глеб и Лена уехали по своим делам, она — по своим. Погода портилась, но девушка всё-таки взяла с собой зонт на всякий случай. Осень — не предсказуемая пора.       Выйдя на своей остановке, она пошла в супермаркет, чтобы купить что-то к чаю. Девушка ходила по магазину и долго думала что взять. Всё же она остановилась на небольшом тортике с вишней.       От супермаркета к дому, где жила Лиза, было не так далеко — двадцать минут ходьбы. Совсем скоро она уже стояла у 75 квартиры. Стук в дверь. Послышался женский голос: — Иду! — и дверь раскрылась. На пороге стояла высокая, такая же худощавая девушка, с короткими волосами и челкой, цвета смолы. Они были так похожи, но было единственное отличие — родинка и цвет глаз. У Лизы имелась родинка под губой и светло-карие глаза, а у Евы родинки не было и глаза к неё были серо-голубые. — Евчик приехал! — радостно закончила сестра и затащила младшую в квартиру. Не дав опомниться, она заключила ту в объятия. — Привет! Я так рада, что ты приехала. — Привет, Лиз. Я тоже. рада тебя видеть… — смущалась чёрноволосая. Они довольно долго не виделись с сестрой. — Я тортик к чаю принесла, — и девушка подняла вверх пакет, который у неё забрала старшая сестра. — О-о, хорошо. Раздевайся давай и на кухню проходи, а я пока чайник поставлю. — Лиза ушла в другую комнату, пока младшая снимала обувь.       Сняв куртку и ботинки, Ева пошла искать в квартиру, которая, к её удивлению, была довольно просторной и светлой. В зале был светлый диван и такие же кресла. Но больше всего её внимание привлекли большие окна, которые открывали хороший вид на город.       Искала кухню девушка недолго и потому сидела уже за столом, пока сестра наставляла на стол еду. — Готовить я не особо люблю и зачастую времени на это нет, ты знаешь, поэтому решила заказать пиццу. — Пахнет ужасно вкусно! — черноволосая сделала глубокий вдох и закатила глаза, показывая удовольствие. — Очень. Что пить будешь? Есть твоя любимая ванильная кола, сок, чай и кофе. — Колу. Как твои дела, Лиз? Что нового? Как работа? — Да всё нормально, потихоньку. Работа-дом, работа-дом, ну и пьянки по пятницам. Частые командировки, — жаловалась старшая, — не помню уже когда был отпуск последний раз. — Ты, как папа. Вечно в работе и в командировках, — хмыкнула Ева, отпив напиток. Лиза улыбнулась, облокотившись головой об руку. — Видимо это семейное. Сама как, как в школе дела? Рассказывай. — Ох. как и у всех. Завал, но я справляюсь. — Умница моя! Ты писала мне что-то про вечеринку. Как сходила? — этот вопрос заставил на минуту Еву не жевать. Было неприятно вспоминать тот день, мало хорошего принёс. Но всё же Дмитрова успокоилась, не обязательно всё в подробностях рассказывать. — Ой, такая себе вечеринка, если честно, — фыркнула девушка. — Могло бы быть и лучше, — старшая сестра улыбалась широко и качала головой. — Все пьяные и всё. — Да, типичная вечеринка, но без бассейна. Без бассейна же была? — Без, — Ева слегка улыбнулась, на что сестра подмигнула. — В мои школьные годы особо тоже не было вечеринок, хотя бывали школьные дискотеки, но это другое. В любом случае ты все равно развеялась. — Это точно… Сёстры замолчали. Лиза предпочла занять рот пиццей. — Ты с папой общалась? — вдруг спросила младшая. — Ну да, две недели назад. Некогда ни мне, ни ему. Думаю, что его уже не особо интересуют мои дела, — пожала плечами Лиза, прожёвывая пиццу. — А с мамой…? — черноволосая сжала стакан. — Что? Боже, нет конечно. Ев, я вообще без понятия где эта женщина, — засмеялась старшая. — Ты ещё её и помнишь. — К сожалению да, но смутно. Ладно, плевать.       Сестры долго сидели и болтали о разном, доели пиццу и добрались к торту. Ева заваривал чай, а Лиза резала тортик. — Слушай, а как дела на личном? — младшая игриво подвигала бровями. Лиза хихикнула. — Никак, времени на это нет. Если повезёт — из клуба мальчик на одну ночь и всё. — Сильная и независимая. — Ну типа. А как на твоём? Есть та первая любовь? — веселилась Лиза, а вот Еве было невесело. Она молчала. — Ты чего…? — Я хотела поговорить на счёт этого… В общем, я влюбилась в одного парня… — замялась девушкам. Было трудно говорить. — …с которым у меня ничего не возможно, я так думаю. — Так-так, это ещё почему? — Он. мой брат. Глеб Голубин, знаешь же? — Ева испытывала ужасное смущение смешанное со стыдом. Она не знала как может отреагировать сестра. Старшая сестра молчала. — Я прекрасно понимаю, что это не правильно и может даже ужасно… — Нет-нет, подожди. Я тебя не собираюсь ругать или осуждать. — Дмитрова старшая отрицательно закивала головой. — Просто в шоке немного и не знаю, что сказать. Да, это странно, но не так страшно, как ты себя накручиваешь, Ев. Просто расслабься. — младшая сестра подняла бровь и посмотрела на неё, как на дуру. — Тупо, да? — Ещё как. Я сама не знаю, что говорить по этому поводу. — Он знает? — Да… — Да?! — вскрикнула Лиза. Ева знатно напугалась. — И что?! — Ничего. Делает вид, что всё как обычно. Нет, ну а что ему ещё делать? Это действительно странно, — на это старшая лишь в знак согласия кивала. — И как ты себя чувствуешь из-за этого? — Когда как. Стараюсь меньше об этом думать.       Ева и правда старалась меньше думать о чувствах, но когда Глеб появлялся перед ней дома без футболки ли после душа, в одном только полотенца, удавалось это уже не так легко. Её безумно возбуждал вид Глеба. — Ну, наверное так будет лучше… Извини, я правда не знаю что посоветовать в твоей ситуации. Я ужасная сестра, — девушка грустно улыбнулась. — Эй, всё ок! Не говори так, Лиз. Просто я захотела поделиться с тобой этим, вот и всё. Ты же не профессиональный какой-нибудь советчик. — подбадривала младшая. — Всё нормально, правда.

***

      Было уже 16:35. Ева медленно возвращалась домой. Она хорошо и долго просидела с сестрой, многое рассказала и услышала от неё. Она поняла, что порой не хватает общения с более близкими людьми.       Дмитрова вошла в квартиру и как оказалось — она была одна. Глеб и Лена ещё не вернулись. Ева всё равно обрадовалась, потому что быть одной дома ей удавалось редко.       Войдя в свою комнату, девушка скинула с себя верхнюю одежду и надела только свободную серую футболку, оставшись в трусиках. Она устало упала в кровать и взяла телефон. Чуть ли не сотня сообщений от одной Маши ждали её в ВК. Она быстро отвечала на них и рассказывала о поездке к сестре. В голове кружился разговор с Лизой о Глебе, его чёртов образ и тот поцелуй. Она хотела выбить из себя эти воспоминания, чтобы эти моменты не всплывали в голове. Внизу живота приятно тянуло. Ева не удивилась, потому как в голове был образ блондина после душа. Девушка сжала свою грудь и слегка начала мять, крутить пальчиками соски. Затем рука медленно спустилась вниз. Она осторожно и смущённо провела средним пальцем по ткани трусиков. Было влажно. Рука переместилась под нижнее белье. Она медленно начала водить пальцами между складочками вверх-вниз или из стороны в сторону, затем холодная подушечка пальца переместилась на клитор. Тело окатило приятно чувство. Палец двигался по кругу, постепенно набирая обороты.       Ева громко дышала, закрыв глаза и прикусывая нижнюю губу. Рука со временем двигалась из одного места в другое, делая приятно. В голове всё так же был один и тот же человек. Ноги начинало сводить. Чёрноволосая сильно сжала грудь, не прекращая теребить клитор. Она громко ахнула и прогнулась в спине, когда достигла пика. В глазах слегка потемнело. Но девушка не остановилась: она продолжила водить пальцами между складочками, медленно спускаясь к влагалищу. Два пальчика аккуратно вошли внутрь. Раздался приглушённый стон: — Чёрт… Глеб…! — прогнувшись в спине.       Глеб, стоявший в это время за приоткрытой дверью, молча смотрел. Видел как его сестра мастурбирует, представляя его, как сдержанно она стонет и проникает в себя пальчиками. Он тяжело сглотнул и наконец решил уйти.