Между Ветром и Водой

      — Они пришли за ней, Гаара. — Да, наверное. Два голоса — переполненный нервозностью женский и устало-спокойный мужской — проникли сквозь темноту забытья и заставили Нами вздрогнуть. — Дейдара наверняка уже сообщил Мидзукаге, что сделка не завершилась, потому что джинчуурики ушла у него из-под носа, — продолжил женский. — А главное — в чьей компании ушла. Если за нами пошлют ещё один такой же отряд… — Вполне возможно. — Да тысяча демонов, Гаара, почему ты так спокоен? — Я не спокоен, Темари. Я думаю. Мы победили, значит, в ближайшее время второй такой же отряд вряд ли смогут собрать. Бросить джинчуурики посреди леса — то же самое, что отдать её в руки Акацуки. Какую ты видишь альтернативу? — Да, кстати об Акацуки!.. Нами открыла глаза. — Ох, ты всё-таки очнулась! — Рядом сразу же оказалась взволнованная и очень утомлённая Сакура. Мокрая одежда на ней прилипла к телу, волосы приобрели неопрятный серо-розовый цвет и лезли в лицо слипшимися сосульками, но голос остался звонким: — Я так боялась, что у тебя уже начался откат от лекарств! Остальные пришли в себя быстрее. Но, видимо, это всё действие техник тумана, ох, слава Ками! — тараторила она. — Вы с Тен-Тен первыми попали в зону отравленного воздуха и вдохнули больше всех. Как ты сейчас себя чувствуешь? Нами поднесла к лицу руку и, медленно сжимая и разжимая пальцы, понаблюдала, как на толстом слое высохшей грязи на ладони появляются трещины. — Спасибо, Сакура-сан. Я в порядке. Только… помыться бы. Сакура почесала в затылке и с добродушным смешком протянула ей мокрое полотенце: — Прекрасно понимаю. Держи. — Йе-е-й, Нами, сестрёнка! Помыться — наша общая мечта, ттебайо! Запах тут, как будто ворона сдохла, скажи? — А таким весёлым мог быть только голос Наруто. — Что произошло? — Нами села, игнорируя лёгкое головокружение, и принялась стирать грязь с лица. — Как мы… вы их победили? — О! Ну, для начала я раскидал их своей супер-техникой, расенганом! — охотно похвалился Наруто. Его неиссякаемый фонтан энергии определенно вызывал зависть. Он болтал и одновременно делился чакрой с Неджи. — А потом такое было! Гаара показал своё офигенное дзюцу и закопал их всех, прикинь! — Наруто сделал рукой вдохновенный жест, изображая технику Гаары, и жертвой этого полёта мысли стал нос Хьюга. — Опс! Извини, Неджи-кун!.. А мы взлетели вверх на песке, вот. А до этого Шикамару сделал, чтоб было темно-темно, и тогда… Нами неуверенно покосилась на Сакуру. Та понимающе улыбнулась: — Не, не брешет. Когда появился ядовитый туман, клоны Наруто сначала остановили эту технику, вырубив того, кто её активировал. Они же раскидали приличную часть нападавших. Благодаря взрывам, которые устроила Тен-Тен, Шикамару смог создать западню из теневых пут, а благодаря рассвету удержал туманников на месте. Гаара достал из глубины почвы песок и устроил массовое… э-э, грязевое погребение. В общем и целом, всё, как Шикамару и спланировал на случай нападения. «Так вот почему там стало так темно и завибрировал лес… Шикамару — гений или везучий?» Нами огляделась: они сидели в какой-то пещере, в центре которой чадил еле живой огонь. Все старались высушить одежду и согреться. Было влажно, душно, а заволокшая всё пространство белая пелена щипала глаза — дзюцу не полностью нейтрализовали дым. Из весёлых лиц тут присутствовал, пожалуй, только Наруто, у которого запас чакры и радости не кончался никогда. — На вот, угощайся. Сакура протянула ей прогретую на костре и слегка обуглившуюся лепёшку, и Нами обратила внимание на то, как мелко подрагивает её тонкая бледная рука. Несмотря на относительное тепло вокруг, Сакуру трясло. Должно быть, она потратила много сил на бой и последующее лечение команды и к тому же сильно переохладилась. Нами сняла куртку и подала ей: — А ты вот, переоденься. Выглядишь ужасно… замерзшей. У меня одежда сухая. — В ответ на удивлённый взгляд пояснила: — Форма Кири не промокает, хорошо греет и отводит влагу от тела. Тебе нужнее, чем мне, бери. Сакура спорить не стала — поблагодарила и поспешила спрятаться за выступ, чтобы переодеться. А Нами с беспомощной тоской поняла, что провалила все попытки не привязаться к этой команде и уже движется по заведомо тупиковому пути. Чтобы отвлечься от неприятной мысли, она продолжила озираться по сторонам. Все были потрёпаны, но никто, кроме Ли, не ранен. Да и он уже вовсю подпрыгивал на одной ноге и демонстрировал технику вертикальных отжиманий. Хуже всех пришлось, пожалуй, Песчаной троице. Гаара сидел, опершись на камень и уронив голову на сгиб локтя. Было очевидно, что уровень его чакры близок к полному истощению. По правую руку от него обосновалась Темари. Она настойчиво пыталась просушить тёплые плащи всей команды, форменный плащ младшего брата и чёрную тряпочку, в которой Нами опознала капюшон Канкуро. В каждой руке у Темари было по небольшому вееру, которыми она завораживающе быстро махала, создавая потоки тёплого ветра, направленные на одежду, и заодно раздувая костёр. От костра во все стороны летел пепел и искры, что, впрочем, на целеустремлённость Темари никак не влияло. Канкуро же, насквозь промокший, с расплывшимся фиолетовым раскрасом и облепившими лоб и виски волосами, погрузился в чистку марионеток. У него хватало сил разве что изредка ругаться сквозь зубы, когда с его носа на протираемую деталь в очередной раз капала вода. Недовольные, ослабленные, но всё ещё живые… Коноха-Суна были сильны, раз в буквальном смысле закопали большой отряд Кири, при явном преимуществе стихий и численности у нападавших. От следующей посетившей её мысли Нами вздрогнула. — Вы уверены, что все убиты? Никто не ушёл? Если кто-то сбежал, то… …жди новый отряд, а то и самого Мидзукаге. А ядовитый туман, который продемонстрировали АНБУ, — не чета новым техникам Сакаи. Гаара с явным усилием поднял голову и глухо произнёс: — Точно. Все остались под землёй. — Земля против воды… Они могут просочиться. Буквально. Я не шучу. — Не могут. Это очень плотный саркофаг. Я смешал песок, минералы и металл. — Я перепроверяла, — тихо добавила Хината из своего угла. — Мы с Неджи-нии-сан сканировали лес перед тем, как уйти сюда. Облегчение. Вот что она почувствовала. Ни жалости, ни раскаяния. Только слабый проблеск надежды на то, что среди погибших не было человека, который рискнул назваться её другом и спрятать для неё оружие в лесу… Для Кири Нами окончательно превратилась в отступницу. Ну, зато теперь её статус, по крайней мере, не вызывал сомнений. Знает ли уже о случившемся сражении Сакаи? А о проваленной сделке? «Гляньте-ка, кто здесь!» — сказал Горо, увидев её, и тем самым выдал, что его отряд не был ориентирован на поиск джинчуурики. Скорее всего, это были пограничники и команды, возвращавшиеся с задания. Они засекли на нейтральной территории чужаков и объединились для нападения. А вот станет ли Сакаи отправлять новый отряд за «сбежавшим товаром», когда ему станет всё известно, — это вопрос. Сколько шиноби у него сейчас не на заданиях? Отправится ли он сам? Нами с радостью убедила бы себя, что достаточно попортила Шестому крови в прямом и переносном смыслах, чтобы он не стал гоняться за ней без точных данных о местонахождении… Однако, если он уже получил плату от Акацуки, те могут надавить на него и заставить бросить на поиски все силы. Темари тревожится не зря: второго нападения им не выдержать.

***

— Гаара, я настаиваю как твой советник! — Темари клонилась всё ближе к уху брата, нарочито игнорируя недовольно шуршащий под боком песок, а говорила всё громче. — Мы должны пересмотреть план. Мы уже три недели дружно ищем Учиху по всему лесу, мы чуть ли не землю носом роем. Команда из двух деревень! — На последней фразе её голос уже донёсся до каждого уголка пещеры и заставил всех прислушаться. Да уж, пусть послушают. Терпение Темари кончилось. Месяц прошёл — а найти хоть какие-то следы притона нукенинов или чего-то подобного не удалось. Они сужали и расширяли зону поисков, они совались в каждое мало-мальски заметно углубление по пути — как будто Учиха мог вылезти из беличьего дупла! Да только время потеряли. А по пути умудрились найти на свою голову новую проблему в лице чужой девчонки-джинчуурики, за которой хвостом потянулась череда неприятностей. Чем дальше, тем более неправильной и безнадёжной казалась Темари эта миссия. И не потому, что сердце рвалось домой к пескам и солнцу, а разум переживал за ситуацию в Суне, которая могла поменяться в их отсутствие. Нет, дело было скорее в ощущении нелогичности и… лживости. Ничем, кроме интуиции, ощущение не подкреплялось, но Темари своим плохим предчувствиям доверяла безоговорочно с тех самых пор, как сердце ножом полоснуло известие о смерти Гаары и тяжелом ранении Канкуро. Она долго давила в себе предчувствие и долго терпела. Терпела ливни, грязь и слякоть, от которых было никуда не деться. Терпела холод, усталость и нулевые результаты. Терпела то, что из-за немощной чужой куноити они ползли сквозь лес со скоростью сонных насекомых, и своё огромное желание скосить весь этот лес к чертям одним ударом ветра. Темари могла очень многое вытерпеть. Она была не тем человеком, который станет ныть на каждом шагу. Иногда — бывало, что уж — хотелось пойти, уткнуться лбом в плечо Шикамару, как глупая слабая женщина, и послушать, какой мудрый план он придумал. Только вот Шикамару и сам в последние дни пребывал в угрюмом замешательстве и ничего не мог ей предложить, кроме молчаливых утешительных объятий с запахом костра и кратких поцелуев. Темари и беспомощность Шикамару терпела, и упрямство младшего брата с его верой в Наруто, но нападение шиноби из Кири стало последней каплей. Она не намеревалась выносить это издевательство дальше. Она нашла глазами Шикамару и Наруто и настойчивым жестом подозвала обоих к себе. — Внеплановый совет, — сообщила она им, и те нервно переглянулись. Гаара вздохнул и сел ровно, перенимая инициативу. — Наруто, ты уверен, что наводка корректная? — спросил он, озвучивая, наконец, то, о чём Темари твердила ему последние несколько часов. Наруто озадаченно поскрёб затылок и попытался принять серьёзный вид: — Конечно! Я же увидел её у бабульки Цунаде. — Рассказывай с самого начала, — потребовала Темари, намекая интонациями, что лучше рассказывать всё и подробно. — Как вообще появилась эта миссия? Казекаге-наш-сама, — сердито смерила она взглядом брата, — конечно, тебе доверяет, как самому себе, а вот я уже нет. — Не сердись, Темари-чан, — Наруто смущённо заложил руки за голову и замахал локтями, как воробушек крыльями. — Дело было, значит, так… Когда бабуля Цунаде получила свиток с донесением, я как раз был у неё в кабинете. Смотрю — имя Саске. Там сообщались его координаты и что его видели недавно. Не знаю, чего там бабуля хотела, может, скрыть от меня собралась ту бумажку, но я вовремя заметил. Она, конечно, сопротивлялась, как обычно, но в итоге сказала, чтоб я сам шёл и искал напарников и что со мной никто не пойдёт, потому что я один такой балбес. И, мол, это мой последний шанс. Короче, я пошёл, ну и вот… собрал. — Он обвёл довольным взглядом друзей. — Ей пришлось дать добро на миссию. — Понятно, ты не одинокий балбес. Это мы уяснили, — подытожила Темари. — А официальный запрос о помощи в Суну Цунаде-сама лично отправила? Через тебя, да? Повисла неловкая тишина. — Темари, — осторожно сказал Гаара, — официального запроса не было. — Чего-о? То есть мы просто так попёрлись за вот этим?.. — Она возмущённо тыкнула пальцем в Наруто, бессовестно сияющего белозубой улыбкой. По ощущениям, все четыре хвостика на её голове встали дыбом от негодования. — Ну да, Темари-чан, я просто попросил всех сначала сбегать до Суны, а Гаара согласился помочь. Мы же друзья. Темари спрятала лицо в ладонях, чтобы больше не видеть всего этого, и застонала. Ещё немного, и она устроит взрыв похлеще Дейдары. Нет, она, безусловно, и уважала, и была тысячу раз благодарна Узумаки за всё. Но его невероятное, просто потрясающее, нечеловеческое, чёрт подери, легкомыслие не могло не выводить из себя. И братишка-Казекаге теперь туда же, чтоб их обоих. — Темари, я приказывал вам с Канкуро остаться, — холодно щурясь, напомнил Гаара. Она долго искала в своём лексиконе цензурные выражения, способные в достаточной степени выразить её чувства, но в итоге махнула рукой, отвернулась и с надеждой посмотрела на Шикамару. Шикамару всё это время гипнотизировал копии донесений. И вдруг его лицо стало таким, словно его внезапно пронзила догадка — пока ещё чисто теоретическая, но уже чертовски проблематичная. Взглянув на него, Темари почувствовала, как ощущение грядущей беды дышит ей в затылок. — Наруто, скажи-ка вот что, — медленно произнёс Шикамару. — Ты помнишь, откуда был тот свиток? Оригинал, имею в виду. Там было чьё-то имя или название деревни? Из другой страны он был или от нашей внутренней разведки? Следующие десять минут Узумаки морщился, кривился, изображал лицом чернослив — пытался вспомнить. Темари сделала медленный вдох-выдох: теперь даже ей не хватало лучшей подруги Шикамару. Ино бы мигом достала информацию из белобрысой бестолочи. Но Ино осталась в Конохе не то из-за обучения у Хокаге, не то по какой-то личной причине. — Ну… это… вроде Торимару их принёс, — выдавил, наконец, Наруто. — Так-с, Торимару носит иностранные свитки, — кивнул Шикамару. — О, щас! — воскликнул Наруто и принялся чертить палочкой на земле. — Сейчас я нарисую, там знак был. — Наруто… Скажи, что ты шутишь. Темари готова была поклясться, что Гаара слегка побледнел, произнося эти слова. — А? Что такое? Нет, я точно вспомнил, ттебайо. — Знак секретных донесений из Суны, — медленно произнес Шикамару, уставившись на Гаару. В наступившей тишине можно было расслышать натужный скрип извилин в головах. — Я подобной информации не отправлял, — натянуто произнёс, наконец, Гаара, — Канкуро? Темари? — И я. — И я. Вашу мать, — очень выразительно сказала Темари сквозь зубы. — Я, мать вашу, не стратег нихрена, но, по-моему, дело дрянь. Кто-то от имени Суны приложил все усилия, чтобы надолго спровадить девятихвостого с сильным отрядом из Конохи и завести в дебри. Нам надо возвращаться. Срочно. — Нам надо сначала в Коноху, её демона распечатывать. — Канкуро мотнул головой в сторону Нами, которая сидела в стороне и изредка косилась на их собрание. — Ребят, ребят. Не понимаю. Запутался, даттебайо! А чего насчёт Саске-то вообще? — искренне недоумевал Наруто, переводя взгляд с одного товарища на другого. — Наруто, не было реальной наводки на Саске. Это подделка. Или даже ловушка, — разъяснил Шикамару. — Саске, скорее всего, никто и никогда здесь не видел. — Наруто, скажи, ты сам решил, что надо попросить меня о помощи? Или кто-то подсказал? — уточнил Гаара ненормально спокойным голосом. Его нервозность выдало только дёрганное движение, которым он запустил пальцы в волосы. — Не-е, я сам, точно-точно. Бабуля бы мне за такую идею вломила не глядя. — Я бы тебе тоже «вломила», — прошептала Темари. Наруто опасливо покосился на неё и пододвинулся ближе к Гааре. — Но я подумал про вас сразу, потому что на столе у бабули Цунаде ещё письмо лежало, там имя Гаары было. Но я никому об этом не говорил, пока мы не вышли из Конохи. — Тогда нам тем более нужно сначала в Коноху и объясниться с Цунаде по поводу этой херни, пока конфликта не случилось, — мрачно заметил Канкуро. — Темари, а ты сможешь отправить Каматари в Суну отсюда? — Слишком далеко для него. Если только из Конохи. Оттуда точно смогу… И тут, прерывая их милую беседу, где-то в углу раздался хлопок. Реакция была молниеносна. Секунда — и восемь человек окружили место, откуда исходил шум, взяв тёмный угол на прицел всех возможных техник. — Ой, капец вы, конечно, нервные, ребята, — заявил из темноты насмешливый голос. — Я бы посоветовал вам почаще медитировать. — Гамакичи! — радостно завопил Наруто, гася расенган. — Я, брателло! — Из угла прямо перед ним приземлился оранжевый лягушонок. — А ты чё мелкий такой? — Сам как думаешь? Спецом уменьшился, чтоб никого тут не задавить! Давай к делу. Я батю по твоей просьбе озадачил поиском Жабьего Отшельника, но пока мы без понятия, где он шарится. Зато я по личной инициативе доскакал и предупредил вашего глазастого сенсея, он как раз недалеко был. — Какаши-сенсея? — Угу. Ждите подкрепления, если чё, и по сторонам смотрите. Поговаривают, тут какие-то подозрительные личности бродят. А где хоть ваша болезная? Наруто кивнул на Нами. — Здрям, восьмихвостая! — Привет… — задумчиво отозвалась она. — А ты не такая буйная, как однохвостый, да? О, вон он, тоже тут. Даров, бро! Ты хоть выспался наконец? Не? Сочувствую! Ну всё, бывайте, не помирайте. Я того, поскакал, дела имеются. — И с новым хлопком шебутной лягушонок исчез. Дождавшись нового рассвета, они продолжили продираться через мокрый лес. Мечта «помыться» сбылась мгновенно благодаря ливню, прибивавшему к земле всё живое, а эффект от отдыха у костра сошёл на нет после первых десяти шагов. Ветер и холод злыми колючками проникали под мокрую одежду и даже под кожу. Спасала только активная работа всех мышц и элементарное игнорирование неудобств. Нами, впрочем, и без куртки чувствовала себя неплохо — недаром же провела в этой местности большую часть жизни. Куртку она оставила Сакуре, рассудив, что самый сильный медик отряда болеть не должен. А озноб, что время от времени пробегал по позвоночнику и заставлял неметь руки, был точно связан не с погодой. Он лишь без обиняков сообщал, что для неё счёт пошёл на дни, если не на часы. Они выбрали самый краткий из возможных маршрутов. До границы страны Огня оставалось совсем немного, когда влажная лесная тишина обратилась в чёрное дымное месиво и ударила по ушам чередой взрывов. Комья земли взметнулись вверх фонтанами, наполнив воздух тяжёлым терпким запахом. Лес закипел. Листья зелёным вихрем летели в глаза, на полпути превращаясь в пепел. Дейдара напал сзади, но казалось, что он был везде одновременно. Неджи и Хината, ослабленные недавним поединком с АНБУ Кири, не успели заметить его приближения. А взрывная ловушка была расставлена заранее и замаскирована. Вероятно, Дейдара был неглуп и догадался, в какую сторону направится их отряд, либо же организовал засаду во всех направлениях. Он закидывал их бомбами остервенело и без устали. Сороконожки, пауки, птицы и взрывные твари всех сортов сыпались, ползли и летели отовсюду, перекрывая пути к отступлению. О, сверху это наверняка выглядело как настоящее искусство, неистовый танец огня и пепла. На земле это напоминало ад. Двое Хьюга среагировали быстро — быстрее всех. Встали между взрывной волной и друзьями, отводя вихрями угрозу и не позволяя навредить Шикамару, Сакуре и Тен-Тен. Вторую половину отряда закрыл песок Гаары и клоны Наруто. Нами едва успела заметить противоестественно быстро ринувшуюся к ней гусеницу и откатиться за дерево. «Кац!» — плечо опалило взрывом. Ерунда, плечо — не голова. «Кац!» — С другого бока стало горячо и очень больно. Нами отскочила от загоревшегося ствола, как вдруг грудь и спину что-то сдавило с огромной силой, а земля ушла из-под ног. «Чем-то» оказались когти уже знакомой глиняной совы. Нами схватилась за саи и, с трудом извернувшись в кольце когтей, воткнула оба острия в скользкую белую плоть. Прокрутила, надеясь отрезать хоть одну лапу, но безуспешно: оружие в вязкой глине застряло. Твою мать. Ещё попытка: нашарив на бедре железные звенья, она размахнулась и наугад швырнула вверх цепь кусари-фундо*. Второй её конец с грузиком повис перед глазами, цепь натянулась. Отлично, похоже, петля попала на шею птицы. Сверху раздался издевательский «хмык» Дейдары, явно адресованный Нами — этот гад специально хмыкнул погромче. Его правда: навредить глиняной твари обычным оружием было невозможно. Зато, подтянувшись на цепи, Нами обрела возможность нормально дышать в хватке когтей. Ничего-ничего, следующим шагом она и до самого Дейдары доберётся. «Кац! Кац! Кац!» — раздавалось со всех сторон. Видимость была нулевая. Одно мигание и красно-рыжие вспышки, обдающие жаром. От леса не осталось почти ничего, даже воздуха, чтобы вдохнуть. А сова парила в этом хаосе, совершенно безучастная к происходящему. В свете очередного сполоха Нами заметила, как по концу её цепи, который касался ветки дерева, промелькнула, змеясь, чёрная тень. Шикамару? Жив?.. Мир резко покачнулся. Уши заложило от свиста, спину обдало холодом. Что-то твёрдое с силой ударило в плечо — это порыв ветра заставил птицу Акацуки мотнуться в воздухе и приложить свою ношу о дерево, попутно едва не вогнав ей коготь между рёбер. Нами зашипела от боли и сделала вывод, что Темари тоже жива и сражается. Вдруг птица замерла, словно парализованная. Задрав голову до хруста в шее, Нами с трудом рассмотрела причину: и сову, и её наездника опутали чёрные плети теневой техники. Значит, не показалось. — Оодама Расенган! — раздался с правой стороны вопль, и в живот Дейдары врезался ярко-голубой вихрь чакры. Дейдара ошмётками разлетелся по лесу. Жаль, что всего лишь ошмётками глины. Хватка птицы, временно потерявшей хозяина, ослабла. Пользуясь шансом, Нами яростно задёргалась в плену когтей, высвободилась, из последних сил подтянулась на цепи и одном сае и в несколько приёмов вскарабкалась на широкую спину. Балансировать на скользком туловище без чакры оказалось невероятно сложно. Собственное тело, перегруженное борьбой, не слушалось — Нами вдруг поняла, что такое настоящие побочки от лекарств Сакуры. Ноги и руки то принадлежали ей, то, спустя секунду, делались чужими и негнущимися, а все мышцы сводило судорогой. Пришлось утопить пальцы в глине, чтобы не свалиться. Жизнь вроде налаживалась… но снова нет. — Рад приветствовать на борту, джинчуурики, хм, — прошептал прямо в ухо насмешливый голос. Нами подняла голову. На неё смотрел глаз с ярко-голубой радужкой и расширенным зрачком. Второй глаз был закрыт чёлкой, а вокруг ветер трепал длинные светлые волосы. Если она правильно успела подметить детали, перед ней был оригинал Дейдары — у взорвавшегося клона на поясе отсутствовал подсумок с глиной. Кажется, теперь выхода не осталось. Или… Инстинкты и желание разрушить планы Мидзукаге в очередной раз опередили апатию, захватили власть над телом, и всё дальнейшее произошло в секунды. Воспользовавшись тем, что Дейдара наклонился так близко, очевидно сочтя её никчёмным противником, Нами вцепилась в его космы — те очень кстати прилипли к перепачканной в глине ладони — и рванула вниз. Дейдара с воплем негодования «клюнул» носом в её подставленное колено. — Косички надо заплетать, когда в бой лезешь, — доверительно сообщила она ему и, одновременно, молясь, чтобы пальцы не отказали, выдернула свой сай из птичьей туши и вспорола им поясной ремень противника. Сил ранить самого Дейдару у неё всё равно не хватило бы. Увы, ремень оказался прочнее, чем Нами надеялась, а разгневанный Дейдара вырвался, оставив ей на память клок волос, и со всей силы толкнул в плечо. Не пытаясь удержаться, она нырнула спиной назад, но не забыла вцепиться в его подсумок с глиной. Наполовину подрезанный ремень хрустнул, не выдержав с размаху повисшего на нём человеческого тела, и на миг остановившееся было падение резко ускорилось. Одновременно с этим Нами заметила ползущего по рукаву её нательной рубашки белого паука. Он направлялся прямиком к шее и распухал, собираясь взорваться. За секунду до ослепительной вспышки рукав вместе с сидящим на нём пауком с хрустом выдрала и отшвырнула прочь песчаная клешня — только нитки остались болтаться в получившейся прорехе. А саму Нами на подлёте к ближайшей толстой ветке окутало мягкой золотистой сетью. Гаара. Опять… Что ж, обещания он держать умеет, что ни говори. Сумка Дейдары выпала из ослабших пальцев и исчезла в песчаном водовороте, бушующем у земли. Где-то внутри этой дьявольской воронки глухо бухнуло, мир перед глазами содрогнулся и растёкся бордово-оранжевыми пятнами. Нами уже почти коснулась ногами относительно надёжной поверхности ветки, когда песок внезапно отпустил её. И она провалилась в… озеро. «Озеро? Тут не было озе…» Она не увидела, как за несколько мгновений до этого воздух начал трескуче искриться и чирикать тысячей тонких голосов. Не почувствовала, как запахло озоном и весенней грозой. И не услышала, как неподалёку кто-то мягко и флегматично произнес: «Чидори», а второй голос, бодрее и басовитее, выкрикнул что-то про уже знакомую «весну юности».