До конца лета

      Я знаю, что так не поступают. Чтобы Данни не говорил, а мне, вампиру, всё же отчасти понятна психология людей. Не скажу, что интересна, но понятна. Они куда больше поддаются эмоциям, легко ломаются под стрессом, а их отношение к неизбежной кончине их жизней… Впрочем я отвлёкся. Знаю я, что так не делается, тем более после того, как Данни мне помог. Благородный герой, спешащий на помощь угнетённому, за такое добро платят добром лишь в сказках. То, что я собираюсь с ним сделать приятным ему не покажется. Но он просто человек. А я вампир. И мы короли над людьми.       Я тихо захожу в его комнату и слышу его дыхание: оно не глубокое, не размеренное. Он точно не спит. Я подхожу к его кровати и аккуратно поднимаю край одеяла. Данни тут же разворачивается и умоляюще смотрит на меня. Он пытается меня отпихнуть. Небольшая борьба, ну что ты, малыш, ты ведь знаешь, что я сильнее, тише, тише я не хочу тебе навредить. Я перехватываю его запястья, выхватываю свой ремень и быстро накидываю ему петлю на руки. Сейчас, потерпи. Я привязываю его руки к спинке кровати и вопросительно смотрю на него, оперевшись руками о матрас по обе стороны от его корпуса. К чему вся эта борьба? Спрашиваю я одними глазами. Данни смотрит мне в глаза, затем шмыгает носом и отводит взгляд куда-то вверх и в сторону. Он злится, ему не нравится это подчиненное положение и то, что я собираюсь сделать.       Я наклоняюсь лицом к его шее и втягиваю носом запах его кожи. Чуть задержавшись, я легко целую его в шею и переключаю внимание пониже. Отбросив одеяло прочь я задираю его майку. Тёплое сонное тело и выпуклые аккуратные сосочки приветствуют меня, как маленькие пышные зефирки. Я беру в рот его сосок и начинаю легонько посасывать. Данни не нравится это, он вертится, стараясь уйти от моих губ. Я кладу руку ему на живот и фиксирую его положение. Не тебе решать, человек. Поцеловав напоследок его левый сосок я переключаюсь на правый и так же аккуратно сосу, чуть прикусывая зубами. Я чувствую, как напряжено тело Данни и нежно глажу его по бокам. Не помогает.       Выпрямившись, я облизнул губы. Я каждый раз получаю эстетическое удовольствие посасывая его соски. А ему не нравится. Но решать не ему. Я легко стаскиваю с него его семейники и бросаю рядом на кровать. Данни чуть вертится, подтягивая к себе ноги, ему не комфортно лежать вот так вот: настолько открытым передо мной.       О себе за много лет вампирской жизни я узнал многое. Я прямолинеен в мыслях и часто в словах, и здесь тоже я не буду манипулировать терминами. То, что я собираюсь сделать называется одним словом - изнасилование. Я искусный любовник, умею делать так, чтобы мой партнер получал удовольствие, но без согласия партнера то, что я делаю всё равно называется именно так - насилие. Я редко вру себе. Надеюсь Данни утешит, что его удовольствие меня интересует не меньше моего собственного.       Я подхватываю Данни под колени и ладонями провожу по внутренней стороне его бёдер, раздвигая его ноги. Я кручу головой и вижу лишнюю подушку. Да, то что нужно: я приподнимаю таз Данни и подсовываю подушку под его ягодицы. Он недовольно сопит, и сверкает глазами, но, малыш, я то знаю, что я делаю. Доверься.       Приспустив свои штаны я начал подрачивать свой член. Сейчас, Данни, сейчас всё будет. Я смотрю под его яички и немного оттягиваю левую ягодицу, чтобы увидеть анус. Он всё ещё красноватый, и явно слишком чувствительный с прошлого раза. Данни, не бойся, мне не хочется делать тебе больно, я постараюсь максимально аккуратно. Я тянусь к тюбику смазки и аккуратно выливаю её на член и капельку на сжатое отверстие. Я массирую его, и наслаждаюсь видом красивого тела раскинувшегося передо мной, какой же он всё-таки потрясающий, мой блондин. Данни испуганно смотрит на меня, но мне не нравится его страх, он же знает, я не люблю, когда ему больно. Я чуть массирую рукой его бедро изнутри, расслабься, Данни, будет куда комфортнее, если расслабишься - думаю я.       Я подношу головку к его дырочке и на мгновение замираю. Сегодня я всё же врал себе, когда шел в спальню Данни. Я говорил себе, что хочу, чтобы мой человек тоже испытал удовольствие этим летним утром, но, если бы меня волновали его желания, я бы дождался его согласия на секс. Или не дождался бы и переключился на кого другого. Нет. Этот акт, это всё обо мне и для меня. Я, Томас Монтагю, вампир, я хочу секса для себя. Я хочу, чтобы этот человек, мой человек, принял меня в себя, не зависимо от его желаний. Не здраво, Томас - сказал бы Данни. Да, Данни, не здраво.       Я толкаю головку члена внутрь и Данни всхлипывает громче. Как хорошо, что он осознал, как бесполезно со мной бороться и просто лежит. Дан, я аккуратно. Я медленно проталкиваю член внутрь парня. Он идёт туговато, я поглядываю на лицо Данни, ему терпимо. Я ныряю глубже, пока не касаюсь яичками ягодиц Данни, и снова смотрю на его лицо. Он прикрыл глаза и его дыхание участилось. Я начинаю мерно качать бедрами внутрь и наружу попки моего человека. Чуть ускоряю темп. Данни, ты как? Он дышит всё тяжелее. Тело не обманешь, если его стимулировать, оно отвечает независимо от того, что хочет сознание. Я беру его член и начинаю подрачивать. Он распахивает глаза и сердито смотрит на меня. Ну теперь-то уже что? Вопросительно смотрю в ответ. Если жизнь даёт тебе лимоны, делай лимонад, так вроде вы, люди, говорите? Да, ты этого не хотел, но раз уж ты лежишь подо мной, повод ли лишать твоё тело физической разрядки?       Он пытается махнуть бедрами - соскочить с моего члена и выскользнуть из моих рук. В ответ я хватаю его за талию и рывком насаживаю обратно на член. Данни болезненно всхлипывает и замирает, отдаваясь моим толчкам. Веди себя хорошо, тогда боли не будет - взглядом говорю ему я. Я чуть смещаюсь внутри него и вновь начинаю ласкать его член. Сейчас тебе станет очень хорошо, мой мальчик, я знаю твои чувствительные места. Данни делает глубокий вдох, когда я задеваю членом ту самую точку внутри него, и смущенный утыкается лицом в свою вытянутую руку стараясь спрятаться от меня. Глупенький, ну пусть будет так, если тебе так легче, в остальном-то ты полностью мой. Как же потрясающе хорошо внутри него, как бы Данни не вредничал, но с его телом мы хорошие друзья, я знаю как приласкать его так, что оно останется довольным.       Я дрочу его член всё быстрее и быстрее и готовлюсь, чтобы он кончил. Он стонет всё громче, захлебываясь вскриками и стонами и наконец кончает себе на грудь. Я поддеваю капельку его спермы и играючи обмазываю его соски, ущипнув за правый. Я чуть улыбаюсь. Классно тебе? Сейчас и я догоню.       Вытаскиваю свой член из Данни и начинаю быстро надрачивать, я чувствую, что кульминация приближается и засовываю член обратно в его попку. Меня бьют конвульсии оргазма. Я кончаю в него и валюсь ему на грудь. Спасибо тебе, мой мальчик. Спасибо.       Я аккуратно вытаскиваю свой член из Данни, струйки спермы выливаются из его попки на подушку. Данни чуть кривится и шипит, когда я выхожу из него. Затрахал я тебя, да, малыш? Я дам тебе недельку отдохнуть.       Поле боя выглядит красиво: мой блондин с руками за головой, на белых простынях, с ногами раскинутыми в разные стороны и белыми струйками и капельками по его телу. Данни лежит спокойно и выжидательно смотрит на меня. А что тебе остаётся, кроме как подчиняться мне, а Дан? С улыбкой думаю я. Я освобождаю его запястья от ремня и чуть массирую кожу его рук. - Завтрак сегодня готовлю я - говорю я Дану. - приводи себя в порядок и спускайся. Данни раскинулся на кровати и с улыбкой ответил: - Том, завтрак уже готов. - Что? - Томас, завтрак готов. Вставай! - Я… - Данни… Данни.       Я медленно сажусь на кровать не понимая, что происходит. В дверном проеме стоит Том. Он недоуменно разглядывает меня: - Дан, ты заболел? - Я? - Да, ты. Ты заболел? - Нет. - Спишь долго. - Я встаю. - Не напрягайся, - хмыкнул Том - завтрак сегодня сделаю я, как сумею. Так что изысков не жди.       Он усмехнулся и вышел из комнаты. А я со вздохом облегчения откинулся на подушки. Что это было? Я был Томом, который в моём сне трахал меня же? Нет, это не вопрос. Я был Томом и трахал себя же. Или Том был на месте Данни? Я провел руками по лицу, стараясь окончательно прогнать сонливость, и отправился в душ.       Стоя под теплыми струями, я думал, что стоило сперва сходить в подвал в тренажерку и сбросить напряжение. А оно было - это ярчайший сексуальный сон в моей жизни, не думаю, что я когда-либо испытывал хоть что-то подобное, чёрт, я будто до сих пор могу чувствовать кожу… Данни, из моего сна: его ноги у моих боков, член, и гладкую, горячую тесноту, в которую был погружен я весь. Кажется в этой ванной слишком жарко, я потянулся к крану добавить холодной воды, но даже холодные струи, бежавшие вниз по моему телу не могли унять моего напряжения. Я осторожно провел пальцами вниз по члену: картина из сна всё так же стояла перед глазами, и меня мутило от двойственности чувств - мне не хотелось видеть боль и страх в глазах Данни из моего сна, но мне так хотелось ещё хоть на секунду оказаться Томом. Стыд перебивал желание и наоборот, я сделал воду ещё холоднее и увеличил напор. Пусть эта картина растворится в моём сознании.       Сидя внизу за столом и завтракая, я лениво перебирал хлопья в своей тарелке, всё, на что хватило таланта и терпения у Тома, это залить молоком хлопья и зажарить тосты. Я не жалуюсь, мне вкусно. Два ярких сна подряд: сперва Диана, теперь вот Том… “Узнай чего он истинно хочет” - слова сестры эхом отозвались в моей голове. Я старался жевать свои хлопья не поднимая глаз, чтобы не смотреть на него вовсе, лишь изредка бросая на Тома взгляды. Проклятый сон всё не шёл у меня из головы, как я не старался прогнать его - Д'антре в моём сне было не очень приятно. А вот Томасу очень. И я был им. Это возбуждение, ощущение контроля и желания насладиться и заставить насладиться партнера, как же это всё непривычно и дискомфортно для сознания. Если бы Том хотел такого удовольствия, то почему до сих пор у нас не было секса? Прошёл уже почти месяц, как я здесь.       Я в очередной раз глянул на Тома, и неожиданно встретился с ним взглядом. - Данни, ну что? - чуть раздраженно спросил он.       Я отрицательно тряхнул головой. - Ты всё утро бросаешь на меня взгляды, ты сказать мне что-то хочешь?       Я опять отрицательно помотал головой. - Д'антре, ты слова забыл? - Я… нет, не забыл. Мне просто сон приснился очень странный. - О чём?       Вопрос Тома прозвучал буднично и бездумно, но хрен я сейчас скажу ему правду. - О… глупости всякие, бывает снится бред, - пространно отмахнулся я и тут же почувствовал горячую волну, что прилила на моё лицо. - Да, бывает, - я чувствовал, как Том ещё какое-то время смотрел на меня, я же очень сосредоточенно занялся своим завтраком. Если он и понял, что я вру, то ковырять правду в этот раз не стал, спасибо ему за это. - Так… а что за дело, с которым ты хотел, чтобы я помог тебе, ты говорил вчера, - я постарался быстро сменить тему. - О! Точно! - Том встрепенулся и оперся о стол, сложив руки домиком - Дело щепетильное, и мне очень повезло, что ты оказался рядом - Том выдержал паузу и продолжил - Дело в одной системе безопасности, Данни… Мне нужно, чтобы ты помог мне кое-куда проникнуть, - Том бросил взгляд на меня, и потер пальцами подбородок - Что будет не сложно, охраны никакой, а времени на взлом - масса. А то, что внутри… оно очень ценно для меня.       Ну приехали - подумал я - такого я точно не ожидал, и я явно не хотел продолжать свою карьеру уголовника, чёрт, мне одного раза хватило. А теперь я опять буду нарушать закон? Да к черту, я не собираюсь дальше катить свою жизнь под откос. - Том, то, что я сделал в банке Маунтайн Траст было от безысходности, прости, я не хочу больше воровать.       Том отрешенно посмотрел на меня, чуть улыбаясь, пожал плечами и сказал: - Ладно, как хочешь. Думаю другие справятся и без тебя. - Другие? У тебя своя банда грабителей? - Хах, каких грабителей, Данни? Ничего красть не надо будет. - Но как… ты же сказал… - Это ты не внимательно слушал, - смеясь, сказал Том - Нужно будет получить доступ в одно помещение, но брать оттуда ничего не нужно, всё что мне нужно, это открытая дверь. Моя дверь, моего сейфа.       Я хлопал глазами, ничего не понимая, наверное у меня было глупое выражение лица: Том расхохотался, глядя на моё недоумение: - Ты такой смешной, - заливисто хохоча, продолжал он - Данни, я слишком долго живу в этих краях, чтобы так нелепо рисковать своей свободой и репутацией, грабя чужие сейфы, мне нужен банальный тест безопасности. Видишь ли, вас, шестерку ковбоев никто не ждал в Маунтайн Траст, свалились, как снег на голову, я не хочу оказаться в такой же ситуации, а кто с работой взлома справится лучше, чем взломщик вышеупомянутого банка. - Том, я могу конечно попробовать… - Это всё, что я прошу, попробуй. В любом случае, не ты, так другие взломают, побудешь там, понаблюдаешь, расскажешь, что они сделают, ты увидишь всяко больше, чем я.       Том встал из-за стола, стряхнув салфетку с колен и добавил: - Мне нужно отправить пару писем, а ты приберись пока тут и через полчаса поедем, пора тебе наконец посмотреть, где ты работаешь замдиректора.       Он же только что сказал, что нужно взломать сейф, так, куда мы едем? Я проводил взглядом удаляющуюся фигуру Тома: изящную, гибкую и, в то же время, мощную, благодаря его вампирской природе он, наверное, долго не устает в сексе? Я тряхнул головой - долбаный сон.       Оставшись один я начал убирать со стола, стараясь гнать от себя любые мысли о сексе. Откуда у меня вообще такие фантазии? С девушками я занимался сексом в стандартных позициях, и никакого насилия даже понарошку у нас не было. Один раз моя пьяная подружка попыталась приковать меня наручниками к кровати, но в итоге приковала себя, проверяя как они работают. И потом мы полночи смеялись, пили разбавленный мартини и старались их снять, просматривая ролики взлома на Ютуб - да, она и ключ умудрилась потерять. Теперь Том хочет, чтобы я взломал ему сейф. При подготовке к ограблению Маунтайн Траст я потратил полгода, просто изучая документацию и перебирая варианты открытия одного конкретного замка. Полгода на один замок. Не думаю, что даже у талантливых ребят хоть что-то получится за пару дней. Я смахнул крошки со стола на бумажное полотенце и открыл мусорник, чтобы выбросить всё, как мой взгляд зацепился за то, что уже лежало в мусорном баке. Я аккуратно потянул за край листа и вытащил детский рисунок, похоже племянник Тома оставил дяде подарок, я смотрел на разводы и линии криво нарисованные Маттиасом, и чувствовал как начинает стучать сердце, а пальцы холодеть. Чёрт, этот дом никогда не перестанет меня пугать? Я никак не мог осмыслить увиденное: на рисунке было изображено два человечка - один с темными волосами и красными пятнами у рта, и другой со светлыми волосами и красными пятнами на руках и груди. Но больше всего на рисунке пугала подпись - одно слово, написанное корявым детским почерком, прямо над красными пятнами на груди светловолосого человечка, это слово - “раб”. Вдруг рисунок выдернули у меня из рук и я подпрыгнул от неожиданности: я не услышал, как Том подошёл ко мне из-за спины. С недовольным лицом он смял лист, швырнув его обратно в мусорник и пробубнил: - Я просил тебя со стола убраться, а не в мусоре копаться. Вперед, пора ехать.       Наблюдая за рядами одинаковых деревьев за окном Теслы, я решил спросить максимально спокойным и нейтральным тоном: - Так значит у вампиров есть рабы?       Том хмыкнул и бросил на меня короткий взгляд: - Мой племянник неправильно перевёл слово, - сказал он - В вампирском языке “раб” и “слуга” имеет единое написание и звучание. Наш язык не разделяет эти понятия, потому как функции и раба и слуги похожи, но вот для носителей других языков разница громадна, и потому повторюсь - мальчик неправильно перевёл слово. - Но люди вам служат, как слуги? - И работают на нас тоже, работают чаще, чем служат, - сказал Том с улыбкой. А я не улыбался. Я достаточно пожил с Томом, чтобы понять, когда он хочет перескочить скользкую тему. Как сейчас, Том видел как меня задел тот рисунок Маттиаса и единственное слово оставленное на нём, так что сейчас он пытается свернуть с рабства на рабочие отношения. И тем более я не стану спрашивать про обилие крови на рисунке пятилетнего мальчишки, и что по этому поводу думает Том, тогда он скорее всего вообще откажется говорить. Оставим изъяны в воспитании мальчика на совести его матери, а с Томом попробуем мягче: - Но рабы у вас всё же есть раз мальчик знает это слово не на вампирском языке? - Есть особенный тип слуг - те, кто добровольно сдают себя в услужение на несколько лет. В переводе с вампирского таких людей можно назвать слуги-рабы. У них можно просить куда больше, чем у обычных слуг, но чуть меньше, чем у рабов. Да и плата таким людям выдается единожды и лишь в конце служения - трансформация. - Какая еще трансформация? - удивился я. - Трансформация в вампира, Данни.       Том сказал это будничным тоном, не отрывая взгляда от дороги. А я несколько секунд смотрел перед собой. Опять я невнимательный. И опять я не подумал задать ему этот очевидный вопрос раньше. Для себя я решил, что раз уж слишком многое в Томе не сходится с мифами о вампирах, то и их способность превращать людей в себе подобных тоже не правда. Слишком это звучит… как бы сказал Том - “не научно”. - Что? Так таким, как ты, можно стать? - ошарашенно спросил я. - Таким как я - нет, - Том улыбнулся - Вампиром, да, можно. - И они… эти люди… - Да, добровольно сдают себя в рабство, выполняя любую прихоть хозяина-вампира. А прихоть действительно может быть любая, за исключением, может серьёзного физического вреда слуге. - И что, отказаться от такого служения нельзя? - Раньше было нельзя, за отказ от взятой клятвы человека убивали. Сейчас… многие кланы пересмотрели свое отношение к таким клятвам, давая слугам-рабам право выхода. Но этот выход всегда окончательный и бесповоротный. Повторно в служение попасть уже будет нельзя, даже к другому вампиру и у другого клана. - Почему? - Традиции, - с улыбкой сказал Том - Вампирские традиции. Это неписаные правила, но они соблюдаются моим видом. Мы всем чтим силу крови, и отсекаем или не пускаем слабые ручьи в общую реку жизни. Слуга-раб раз не выстоявший в служении, уже запятнал себя как слабый, и второго шанса проявить себя ему не дадут. Сила превыше всего, она всегда возобладает. Хотя многие сейчас трактуют силу не так, как раньше, - со вздохом закончил Том.       Я не стал уточнять, что он имеет ввиду. То, о чём говорил Том, слишком уж напомнило наш с ним контракт. Наверное что-то подобное подписывают все, кто хочет стать слугой-рабом у вампира. Подписывают, и добровольно отдают себя в услужение. У меня же пункт “добровольно” исключение, свой контракт я подписал по глупости и невнимательности. И по хитрой прихоти этого вампира, который ценой обмана решил оставить меня рядом с собой. И зачем оставил? Не только ведь из толики благодарности за мою помощь ему. Искоса я глянул на Тома, я и правда всё это время считал, что ему нет дела до того как я пытался ему помочь. С его силой, способностями, я думал, его просто повеселили мои действия в ту, первую ночь: побег через окно, покатушки до больницы - просто продолжение спектакля после “изнасилования”. Но то, что сказал мне вчера Том, заставило меня пересмотреть моё отношение к его поведению. - А меня ты тоже обратишь в вампира? - сказал я тише, чем следовало бы, но Том конечно же расслышал. - Нет - удивленно глядя на меня, сказал он - у нас не было такого уговора. Я уже говорил: ты не раб и не слуга, ты работаешь на меня. Приехали.       Том припарковался у входа в большое здание, и вышел из машины. Я вышел следом и осмотрел фасад. Я был в Фейворксе всего единожды и не помню такого большого синего здания, что не удивительно, времени осматриваться тогда у меня не было. Так вот значит как выглядит офис Тома. Большая надпись на фасаде гласила: “Montag” - короткое название, сразу дающее понять в честь кого названа компания. Но я это узнал ещё до того, как мы сюда приехали.       Несмотря на то, что Том впервые привёз меня к себе на работу, предварительную минимальную разведку его бизнеса я уже провёл. В тот раз я поставил Теслу у зарядной станции, а сам пошёл выпить кофе, сидя под деревом у заправки. Когда тебя назначают замдиректора в крупную компанию, пусть даже против твоей воли, было бы глупо не узнать, где ты теперь работаешь. Я копался в смартфоне и простой поиск в Интернете сказал мне достаточно: несколько офисов, большинство из них в Сангревее, парочка представительств компании в соседних штатах, торговые точки там же.       Сама же группа компаний “Montag” включала в себя лесоперерабатывающий завод и три фабрики по производству мебели с годовым оборотом в 900 млн. долларов. Почти миллиард… Это много или мало для такой компании?       И подчиненных в компании было не мало, около семи тысяч человек, начиная от простого лесоруба и заканчивая самим Томасом Монтагю.       Тогда я надолго завис, сидя под деревом, мой кофе давно остыл, а я понял, что цифры способны меня напугать. Когда я отправлялся грабить банк Маунтайн Траст, я знал примерную цифру нашего улова - не более 6 млн долларов, так и вышло, мы взяли все что было - 5.3 миллиона, за вычетом издержек я бы получил 870-850 тыс. на руки. Цифры более, чем понятные и осязаемые. Но… 900 миллионов, мне трудно было представить такую цифру, даже в виде оборота компании. И это всё создал Том?       Я было отхлебнул кофе и тут же выплюнул холодный напиток, мои пальцы потянулись к телефонной книге: Анна, моя старшая сестра, финансовый аналитик в одной из торговых фирм, куда лучше понимает в счёте денег, чем я. Несмотря на то, что сестра немного отдалилась от нас, после переезда по работе в соседний город, я знал, что всегда мог ей позвонить и проконсультироваться по любому взрослому вопросу. Так уж вышло, что именно Анна заменила нам родителей, работая с утра до ночи, не давая нам голодать. И я совсем не винил её за то, что мы стали чуть меньше общаться после Дианы, и после меня… я быстро нашёл поддержку в лице дамы-психотерапевта, и у Анны всё сложилось хорошо, не вечно же ей быть самой сильной. Наверное, её сила оттолкнула от неё большинство мужчин, с которыми она встречалась, и своей семьи у неё пока нет. Но хорошо, что она по прежнему приезжает каждые выходные в гости к Линди и племянникам.       Я колебался стоит ли звонить ей сейчас, о своей нынешней жизни и о Томе я старался рассказывать сестрам по минимуму. Не смотря на то, что Линди уже знакома с сестрой Тома и лечится у неё, мне отчаянно не хотелось смешивать ту свою жизнь с моей семьёй и жизнь с Томасом здесь. Надеюсь наступит осень и я смогу зашагать по слякотной дороге прямо до автобусной остановки, давая лесному замку из серого кирпича и вампиру в нём раствориться как в сказке.       Том шёл впереди, а я сразу за ним. Мы шли мимо бесчисленных кабинетов, пару раз миновали большие опенспейсы, где за компьютерами и на телефонах сидело множество человек. Том, то и дело здоровался с проходящими мимо людьми, а мы шли всё дальше. Том открыл очередную дверь и мы вышли в цех переработки лесоматериалов. Значит это не офис, а завод. И при этом меня привезли взламывать сейф. Ничего не понимаю.       Я спускался по лестницам, вслед за Томом, и успел немного осмотреться, помещение цеха оказалось огромным: ряды досок и бревен тянулись на десятки метров, скрываясь в хитроумных станках, было слышно, как визжали пилы разрезающие дерево на доски, а сами готовые доски с грохотом грузили на машины, вздымая в воздух клубы пыли и стружки, везде сновали люди, стараясь докричаться друг до друга через общий шум.       Том ущипнул меня за локоть и усмехнулся, я не заметил как отстал от него, остановившись на лестнице: - Забавно да? - сказал он - Как на экскурсии в школе. Потом посмотришь, нас уже ждут.       Мы спустились в подвал и, пройдя по сумрачному коридору, дошли до группы людей, что ждали у большой бронированной двери сейфа. - Господа и дамы, это Д'антре, мой заместитель, он будет наблюдать за вашей работой, как я и говорил, у вас есть: три дня времени, ваши инструменты и мастерство, чтобы открыть эту дверь. Я упоминал, что работать придется в тишине, любой кто нарушит допустимый уровень шума и потревожит датчики - Том кивнул на небольшие датчики на потолке - будет отстранен от работы немедленно без выплаты компенсации. А теперь, - Том повернулся к одной из камер и сказал - Запускай - датчики на потолке тут же начали мигать - Теперь придется быть тихими мышками, как в библиотеке - уже шёпотом продолжил он - можете приступать, как только я выйду из этой комнаты. Удачи.       Том улыбнулся напоследок и вышел из комнаты, оставив меня в компании четверых мужчин и двух женщин, которые не обращая на меня внимания тут же принялись молча доставать и раскладывать свои инструменты, открывать лэптопы, и включать электронику, назначения которой я не знал.       Переступив с ноги на ногу я отошёл к стене, присел на один из стульев, что стояли там в ряд, и осмотрелся. Да, немного больше контекста не помешало бы Том - подумал я. И что, мне все три дня тут сидеть? Я смотрел на спины работающих людей, похоже, что они точно знают, что делают, я не видел никакой растерянности в их действиях. А им я вряд ли буду помощником - дверь сейфа выглядела совсем не так, как в банке Маунтайн Траст и замок был наверняка механическим, а не электронным. Если только внутри не спрятаны какие-то датчики. Всего три дня, что ж, кто бы не открыл этот сейф через три дня, он явно будет виртуозом, заслуживающим тех денег, что заплатит Том.       Прошло уже часа четыре и я встал, чтобы немного походить и размять ноги, нда, если у всех заместителей такая же “увлекательная” работа, как и у меня, то надеюсь им это хорошо компенсируют. В подвале было сыровато и достаточно темно, большие лампы освещали только пространство у двери сейфа, а на весь остальной коридор подвала едва хватало маломощных лампочек. Странное место Том выбрал для установки сейфа, подвал своего завода, в коридор которого можно попасть через хлипкую железную дверь. Я глянул на камеру на потолке и криво улыбнулся - вряд ли Томас смотрит на меня сейчас, в конце-концов именно мне он поручил роль наблюдателя. А наблюдать пока было нечего, кажется у ребят дела шли не очень, дверь сейфа уже успела обрасти датчиками их электроники, но к самой двери никто не подходил, я лишь слышал тихий шелест шёпота, но слов разобрать не мог. Сейчас бы не повредил вампирский слух. Я вновь вернулся на свой стул: не думал, что среди женщин бывают медвежатники, а здесь их сразу две. Чёрт, я не сексист, женщины могут работать, где хотят, но взлом замков как работа или хобби… мне казалось такое больше подойдет вон тому рослому бородатому дядьке в кожаной куртке или, похоже, что его такому же бородатому брату, с которым он перешёптывался, чем худощавой девице с пирсингом, татуировками на шее и фиолетовыми волосами. Я наверное всё-таки предвзят… к женщинам в том же АйТи секторе всего несколько лет назад относились с подобным же удивлением. Хотя я бы никогда и ни за что в жизни не сказал, что вот та дама, с короткой стрижкой каштаново-рыжих волос, может быть взломщицей. На неё я бы подумал в последнюю очередь, она скорее похожа на домохозяйку, что по утрам собирает детишек в школу, а мужа на работу. Идеальное прикрытие для взломщицы, если так подумать. Был ещё мужчина средних лет, такой же обычный, как и женщина. Может он тоже подсадная утка, как и я? Он больше похож на работника лесопильного цеха наверху, что по незнанию забрёл не туда. Кстати, я совсем не слышу шума цеха наверху, стены тут видимо основательные, раз никакого звука нет.       Я заметил, как парнишка отделился от группы взломщиков и присел рядом со мной, он достал мобильник и начал что-то клацать. На вид парню лет 20-22, что, взломщики бывают такими молодыми? Хотя, чему я удивляюсь? В стартапе где я работал был 19-летний сениор разработчик, если у ребёнка любимая игрушка компьютер, его карьерный путь начинается очень рано. - Похоже в этом городишке мода на взломы сейфов, да? - шепнул парень в мою сторону. - Почему вы так решили? - удивленно шепнул я в ответ. - Ну как же, месяц назад обнесли Маунтайн Траст, сейчас вот ломаем этот сейф, странные увлечения у людей в городишке с населением в пару тысяч.       Я воздержался от ответа, не думаю, что парень меня узнал, Том позаботился о том, чтобы кадры с моим лицом не попали в сводки новостей, а этот парень просто решил поделиться со мной своими наблюдениями. Вчерашний школьник с модной нынче прической и интересным хобби пришёл взламывать сейфы. - Дрим. - Что? - Меня зовут Дрим, ну вообще Мистер Дрим так называется мой аккаунт на стримах, но приставку "Мистер" я хочу убрать из ника, звучит как-то глупо, да? - парень сдавленно хихикнул. - Дрим, как мечта, да? - Это целая проблема, подобрать себе хороший ник под которым можно будет классно играть. - Я думал ты взломщик, а ты геймер? - Эй, одно другому не мешает, а деньги явно лишними не будут. Кстати о них, зачем твой начальник просит взломать пустой сейф? - Что? Почему пустой? - Потому что он абсолютно новый, видишь как сияет металлическая дверь? Если бы им пользовались, остались бы царапины, от чего угодно: ключей, пуговиц, тележек, что закатывают внутрь, здесь место проходное, с дверью бы не церемонились, но она гладкая, словно только выковали и поставили.       Мне нечего было ответить на это, я сам узнал о своём задании сегодня утром от Тома. Но я невольно обратил внимание на дверь, она действительно была гладкой, почти как зеркало. - А стены видишь? - продолжал шептать Дрим - к ним тоже вопросы. - Почему? - Совсем недавно их здесь не было. - В каком смысле? - Цокольный этаж часто повторяет паттерн стен первого этажа, потому что через толстые стены идут железные балки металлоконструкций, несущие всё здание, а этажом выше стены расположены не так, ты не заметил? И внешне стены новее, смотри.       Дрим указал пальцем на сырые углы стен возле которых мы сидели, и немного облупившуюся краску, а затем на сухие, чистые, свежеокрашенные стены сейфа. Откуда парнишка-геймер знает столько всего? - Эту дверь аккуратно не вскроешь, видишь тех бородачей? Они думают, что в двери могут быть электронные контроллёры давления, вот только они упускают маленькую деталь, помимо той электроники, что они навешали на двери, к ней не ведёт ни единого провода, единственная электрика, что здесь есть это лампы, - Дрим улыбнулся, явно довольный тем, что может рассказать кому-то о своих познаниях. - Откуда ты столько знаешь? - Ютуб. Эй сходим перекусить? - А тебе случайно сейф взламывать не надо? - Моя программа как раз перебирает все наиболее вероятные комбинации механического замка, которые мог ввести Томас Монтагю. - Нейросеть на основе данных личности? - Эээй - чуть повысив голос, сказал Дрим и тут же одёрнул себя, расплылся в улыбке и прошептал - да ты шаришь. Так ты здесь техдиректор? - Заместитель, как и сказал Томас. - Пошли перекусим, мы уже пятый час долбаемся, и поверь эти динозавры без шума раньше меня сейф не вскроют. На полчаса можем отлучиться.       Я и правда чувствовал как проголодался, да полчаса не повредят, а женщина-медвежатница с короткой стрижкой как раз присела на стул рядом с нами, достала из сумки аккуратно завернутый в полотенце контейнер с чем-то очень аппетитно пахнущим, и я понял, что и правда голоден. А эта женщина точно домохозяйка с образцовой семьёй в качестве прикрытия.       Мы с Дримом не ушли далеко, расположившись в столовой завода, мы неспешно жевали свои сэндвичи и обсуждали видеоигры, Дрим вёл канал по обзору игр на Ютуб, и как раз рассказывал о новом шутере, релиз которого я пропустил, потому как был вплотную занят подготовкой к ограблению банка, но этого конечно же ему не сказал. Полгода на мой взлом, не думаю, что программа этого щегла сотворит чудо и выдаст ему верную комбинацию открытия сейфа за три дня. Впрочем, мне казалось гонорар от Тома, Дрима интересовал не в первую очередь, ему был больше интересен процесс и опыт. Беззаботный и очень смышленый вчерашний мальчишка, пока не знавший горя и крупных неудач. Я почувствовал как чуть нахмурился, я что ему завидую? - Я было завел канал на Ютуб по взлому популярных моделей сейфов, но канал быстро закрыли и к счастью, оказалось, что то, о чём я рассказывал, незаконно, а я и не знал. Игровые каналы куда более безопасная ниша. - Подпишусь на тебя. - Класс, будешь моим 30000-м подписчиком, канал совсем новый. А это тоже местная мода, таких молодых в управление компаниями ставить? - Не понял. - Ну ты ж не намного старше меня - разворачивая второй свой сэндвич, сказал Дрим - а уже зам, а твое начальство не намного старше тебя, и он тут уже всем управляет, странно. - Том куда опытнее, чем кажется.       Парнишка хмыкнул и, прожевав откушенный кусок, сказал: - Может и опытнее, но на монтаж двери сейфа и стен он просто выбросил деньги. Ею явно не получится больше пользоваться, когда мы закончим. - Я думал твоя программа ищет комбинацию. - Да, и надеюсь найдет, но мы с тобой понимаем, что ответ может быть как на расстоянии считанных минут, так и лет, если алгоритм пойдет не туда. - Значит гонорар получит кто-то более талантливый, - я пожал плечами и отпил пепси из своего стакана, мне явно было уже пора возвращаться. - Или получат двое, - Дрим лукаво посмотрел на меня, изогнув губы в едва заметную улыбку. - Не совсем я тебя понимаю. - Просто скажи комбинацию и поделим деньги, - вот так спокойно на голубом глазу, сказал Дрим. Всё-таки парнишка дурак, да он смекалист в технических делах, а что касается отношений между людьми - балбес балбесом. - Я не знаю кода, Дрим, и думаю нам пора. - Да ладно, моя программа всё равно откроет ту дверь, рано или поздно. Лучше рано, и все пойдем по домам с деньгами, а твой босс сохранит свой сейф целым, и он даже ничего не узнает, скажем, что программа разгадала код. Если скажешь комбинацию, все в выигрыше. - Возвращался бы ты к работе, я уж точно пойду обратно. - Эй, не обижайся - кинул мне вслед Дрим - я был обязан попытаться, самый короткий путь часто самый верный.       Ага, даже если этот путь - жульничество? - сердито подумал я. Я вернулся обратно на свой стул в подвале, ещё два дня так сидеть, любоваться на пустой, по словам Дрима сейф. Конечно же Том не сказал мне что он пуст, он и код не сказал, ничего не сказал. Я тихо вздохнул, Данни - мальчик на побегушках у вампира. Месяц уже почти прошёл, осталось два. Может сменить работу, когда вернусь домой? Программирование хорошо оплачивается и это то, что у меня получается, но большой страсти к нему я никогда не питал. Может пойти в психологи? Придется заново учиться, зато я смогу помогать людям. А может податься в вампирологи? Есть такая профессия? И меня закроют в дурдоме, вампиров же не бывает.       Я откинулся на стуле назад, упёршись затылком в стену. Люди у стены сейфа всё так же негромко перешёптывались, постукивая инструментами. Дама-домохозяйка-взломщица с короткой стрижкой вновь решила сделать перерыв, присев рядом со мной. Она достала бутылочку с домашним соком и стала потягивать его через трубочку неотрывно глядя на дверь сейфа. Это что дымок? Я подался чуть вперёд на стуле - кажется из двери сейфа идет небольшой дымок. Другие взломщики тоже его заметили, тут же замолчав и сделав пару шагов назад.       Струйка дыма стала чуть толще, из-за двери послышались тихие щелчки и хруст. Я растерянно глянул почему-то на камеру на потолке, что вообще происходит? Хруст и щелчки из-за двери стали чуть более громкими и всё же были тише шёпота, датчики шума на потолке пока не отреагировали никак. Еще щелчок и тихий скрежет металла. - Я могу вас попросить открыть эту дверь? - Дама-домохозяйка обращалась ко мне - Она для меня слишком тяжелая, поможете?       Я кивнул и неуверенно прошёл к двери, взявшись за ручку я с силой потянул её на себя и она поддалась! С тихим шипением, доносящимся откуда-то из замкового механизма, дверь открылась, и передо мной предстала пустая комната освещенная одинокой лампой. Дрим был прав. - Теперь вы можете позвонить своему боссу, пусть подготовит мой гонорар, - эти слова дама с короткой стрижкой сказала уже не шёпотом, задание было выполнено.       Кабинет у Тома был шикарный, на дизайнера не поскупились и он стоил своих денег. Я сидел у двери его кабинета, ожидая пока Том поговорит с дамой, взломавшей его сейф. Оказалось ее зовут Клэр, это всё, что я узнал перед тем, как Том уединился с ней в своём кабинете. Стены кабинета были прозрачные, но я не слышал, о чём они говорят, хотя мне тоже было бы интересно узнать, как она открыла дверь. Я видел лицо Тома, он сосредоточенно слушал Клэр, иногда вздевая брови, похоже его удивил метод взлома и то, с какой скоростью была выполнена работа. Наконец Том широко улыбнулся своей улыбкой, означающей, что он всем доволен и разговор окончен. - Данни - сказал Том выходя из кабинета - бери мою машину и отвези миссис… отвези Клэр в аэропорт Сангревея, для неё оформлен частный борт.       Я согласно кивнул и провел даму-взломщицу к машине. Хорошо, что она управилась так быстро, мне совсем не хотелось сидеть в том подвале ещё два дня.       Вид дороги меня расслабил, ехать предстояло минут сорок и, пожалуй, поездки - это то немногое бесспорно хорошее, что есть в моей жизни с Томом. Дама-взломщица оказалась охотливой на бессмысленную болтовню и очень скупой на детали взлома сейфа, но, чёрт, мне было так интересно узнать, что она вытворила с замком, что я аккуратно дал понять каким образом открылись двери банка Маунтайн Траст в начале лета - и не прогадал, на лице дамы отразилось уважение, и она очень общими красками описала мне, что сделала. Насколько я понял чудеса современной химической промышленности помогают создать вещества, которые интересно реагируют с металлом - то нагревая его, а при нагреве запуская обратную реакцию - охлаждение, и так сотни раз, по итогу молекулярная структура металла нарушается, а если сверху капнуть ещё одним веществом, то металл крошится как печенье, что она и сделала, введя все вещества по очереди в замок через тонкие трубки. Молодец.       Аэропорт Сангревея находился далековато, ехали мы час, а не сорок минут, как я ожидал, но самолет Тома ждал бы нас сколько угодно. Я помог Клэр с вещами, а человек Тома, по совместительству пилот, передал ей гонорар за работу. Я успел расслышать сумму - сто пятьдесят тысяч долларов. Неплохо, за шесть-то часов работы.       Белые крылья взмыли ввысь, унося Клэр туда, куда она пожелает, а я решил задержаться. Несмотря на то, что я почти ничего не сделал за день, я чувствовал как устал, было бы хорошо провести вечер вне стен дома.       Я бездумно катался по городу в поисках уютного местечка для ужина, надо будет и Тому захватить еды, я уже пару дней толком ничего не готовил, был занят его делами и мы жили на доставках, пора возвращаться к нормальной еде. На секунду я подумал, может съездить за Томом, предложить вместе поужинать в городе? Раньше я старался избегать его компании, когда мог, но думаю ему было бы приятно, если бы я о нём подумал. Он-то обо мне думал, и далеко не так плохо, как я предполагал. Я опять вспомнил наш с ним вчерашний разговор вечером и, что он мне сказал.       Проезжая по очередной дороге мой взгляд зацепился за что-то, уже наступили сумерки и большая красная вывеска светила неоном в темноту - “Больница святого Варфоломея”. Я припарковался и вышел из машины, дежавю - какое знакомое место, я уже видел его… нет, нет оно мне снилось, нет, точно видел, но когда? Я вытер о брюки внезапно вспотевшие ладони и сделал пару шагов к больнице. Яркая сияющая в ночи надпись манила меня, словно мотылька фонарик. Почему у меня чувство, будто я был не один? Я обнимал кого-то? - Дан!       Услышав своё имя я подпрыгнул от неожиданности и тут же увидел человека, что меня окликнул. Оливия, моя знакомая, с которой мы так хорошо погуляли в парке пару недель назад, точно, она же говорила, что работает здесь, в больнице. Если честно, я уже её забыл, не смотря на то, что я взял её номер, я и не думал ей звонить, слишком много потрясений у меня было в жизни, а вот она кажется меня помнила и была рада видеть. - Данни, что ты здесь делаешь? Не заболел? - Привет Оливия, нет, не заболел, и я тут случайно. - Ну как же, случайно, кажется кто-то потерял мой номер и пришёл лично его взять ещё раз, - весело сказала она и расхохоталась.       Я немного засмущался, а Оливия продолжала говорить: - Отлично выглядишь Данни, ты изменился, - глаза Оливии переливались искорками, удивительная жизнерадостность для человека, что работает с мёртвыми, за пять минут рядом со мной она выдала больше радости, чем я за месяц жизни с Томом. Я вспомнил как легко нам было с Оливией на прогулке в парке и как хорошо мне было после неё. - Ты уже закончила работу? Не против поужинать со мной? - Вау, кое-кто у нас телепат, потому что я собиралась сказать то же самое, слово в слово - мурлыкнула девушка - и я знаю чудеснейшее место, где можно провести летний вечер.       Оливия выбрала отличное место: небольшой итальянский ресторанчик в двухэтажном здании с крытой террасой на крыше - восторг, у них прекрасная кухня. Оказалось не смотря на свой молодой возраст, Лив исколесила автостопом всю Европу, а в Украине и Беларуси успела пройти практику и поработать волонтёром. По белому я завидовал такой насыщенной жизни, иногда мне хотелось бросить всё и сорваться на путешествия, но что-то постоянно меня удерживало, и я не имею в виду мою семью, боже нет, мои родные никогда не будут помехой, нет, во мне как будто не хватало искры, чтобы сорваться и уехать прочь.       И всё-таки есть люди-батарейки, Оливия как раз из таких, лёгкая, весёлая, такая простая и с очаровательной улыбкой, она так много говорила, но мне было приятно её слушать, и я заметил как расслабилось моё лицо, а губы сами растянулись в улыбку.       Она расспрашивала меня про моих племянников, рассказывала о своем опыте работе с детьми с аутизмом, да кажется она святая.       После ресторана мы пошли прокатиться на Тесле, и я выжимал из машины всё, что мог, кажется теперь я понимаю, почему Том гоняет так быстро - есть что-то завораживающе прекрасное в такой скорости, когда езда больше напоминает полёт. Оливия смеялась то и дело закрывая лицо руками, есть такое необъяснимое чувство, когда тебе страшно и в то же время весело, как на аттракционах. Наконец мы выехали на небольшую смотровую площадку: ночь уже скрыла все живописные виды, зато звёзды на небе сияли россыпью. Мы сидели в машине, ели конфеты, что сегодня подарили Оливии друзья и кажется не могли наговориться. Бывают такие люди, с которыми ты сходишься просто по щелчку, и дальше едешь на одной волне, и вам хорошо, просто хорошо в общении, а время летит незаметно и часы ощущаются, как минуты. - Ты знаешь, что эти звезды, которые мы сейчас видим, их не существует? - задал я вопрос. - Откуда ты знаешь? - удивилась Лив. - Свет звёзд до земли идёт миллионы лет, скорее всего реальная карта звёздного неба совсем другая.       Оливия промолчала, мило поджав губки, и лукаво глянула на меня. - Что? - Да все знают этот факт о звёздах - расхохотавшись, сказала Лив - а новенькое что-то есть? - Хм… думаю есть - через пару миллиардов лет наша галактика Млечный Путь столкнется с галактикой Андромеды, и они сольются воедино. А небо будет сиять вспышками от столкновения звёзд, гибели планет и зарождений новых. Возможно и Земля исчезнет, а возможно у Земли появится второе Солнце, или Черная Дыра неподалеку, но если Земля уцелеет, это будет самый запоминающийся период для жизни.       Я заметил, как Оливия слушает меня, очень внимательно и кажется не дыша. - Ты же ничего не выдумал, да? - шепнула она, и кажется я увидел пару звёздочек и в её глазах. - Нет. Все правда, - почему-то тоже шёпотом ответил я.       Она потянулась за очередной конфетой и развернув её от обертки медленно поднесла к моим губам. Я все продолжал смотреть на Оливию, как зачарованный, едва конфета коснулась моих губ, как Лив подалась вперёд и сунув конфету в свой рот впилась в мои губы поцелуем. Этого я не ожидал - её губы направляли мои, а рука чуть придерживала мой затылок. Кажется она раскусила конфету, я почувствовал на языке сладость смешанную с кислинкой, это выбило меня из ступора и я наконец ответил на поцелуй подавшись вперёд. У неё такие нежные губы, такие мягкие - я отпускал их почти с жалостью, когда Оливия отстранилась от меня, разорвав поцелуй. Кажется взглядами мы тоже можем общаться - мы смотрели друг на друга, и я правда чувствовал, о чём она думает, как и Оливия понимала мои мысли. - Ты испачкался - сказала она и пальчиком вытерла шоколад с моих губ, последствия такого сладкого поцелуя - стоп, ещё пятнышко - она потянулась и играючи чмокнула меня в губу и чуть лизнула её.       В ответ я тоже потянулся к ней и чмокнул в щеку, чуть испачкав шоколадом. - Данни, ты меня испачкаешь! - хохотала Оливия.       Мы ещё немного подурачились, пока Оливия снова не завладела моими губами - подарив мне второй поцелуй. В этот раз я не растерялся. - Всё так же сладко - шепнула она - и это отличный финал вечера, Данни.       Я не мог не согласиться. Я отвёз Оливию до дома, мне уже тоже было пора ехать домой, Тому будет любопытно, где я. Том… Я проследил, как Оливия скрылась в двери подъезда и мягко тронул Теслу. Моя голова была словно в дымке из сахарной ваты, сердце пело, и было даже тяжело усидеть на сиденье. Какой же потрясающий день. Случайно я бросил взгляд на пассажирское сиденье и заметил, что Оливия забыла свой шарф. Я потянулся к нему и понял, что под ним что-то есть. Да, под шарфом оказалась коробка недоеденных сегодняшних конфет и клочок бумажки с номером телефона. Я улыбнулся - проворная барышня, как быстро она всё сделала, пока я вышел чтобы проводить её к двери?       Я не удержался и снова открыл коробку со сладостями прямо в машине. Жуя конфеты и стараясь не испачкать шоколадом руль, я всё никак не мог убрать счастливую улыбку со своего лица. Насыщенный выдался денек, я хихикнул и достал ещё одну конфету из коробки. Как бы так всё подстроить, чтобы Том давал мне больше дел в Сангревее, чтобы я чаще туда ездил? Я бы хотел чаще видеть Оливию, может… может она поможет мне спокойнее прожить оставшееся время в доме Тома. А потом? А потом она могла бы переехать в мой город, больницы есть везде и трупы тоже. Или я мог бы остаться в Сангревее, хотя я всегда буду оглядываться в этих краях, ожидая встретить Тома. Рано ещё загадывать. Пока что я чертовски рад, что день окончился так классно.       Я подъехал к дому и с удивлением увидел серую Хонду, припаркованную у крыльца. Обычно, когда Тесла была у меня, Томас вызывал Убер или его подвозил кто-то из его работников, но чья это машина? Я припарковал Теслу и прошёл в дом и понял, что приехал крайне не вовремя: у Тома гости, и гости особого толка. Я стоял на крыльце замешкавшись и не зная, что делать: можно было уехать ещё на пару часов, обратно в Сангревей, переночевать в мотеле, но я так устал за день, что совсем не хотел обратно за руль. Вот только поспать у меня пока тоже не выйдет. Пройдя в дом я мельком бросил взгляд на второй этаж и пошёл дальше на кухню сделать себе кофе. Аромат чашки наполнял гостинную, как и звуки доносящиеся со второго этажа: стоны и вскрики, что не прекращались с того момента как я открыл дверь. Можно было бы сходить за наушниками, но... придётся идти наверх, в свою спальню, прямо по соседству со спальней Тома, где он сейчас так сладко стонет. Да это его голос, я только сейчас понял, это он всхлипывает и стонет в такт скрипу ножек кровати и ударам спинки кровати о стену. Сделав глоток я прикрыл глаза, кажется кофе был слишком горячим, мне стало жарковато. Не помню как стонал Том в первый день, когда его Арчи… правда не помню: со временем память услужливо смешала всё плохое в тот день в одно мутное пятно, так что всё, что я помню - это общий ход событий, а детали уже поистерлись. Но вряд ли Том тогда стонал, скорее кричал, симулировал крик. Чёрт у него потрясающе сексуальный голос, даже как для симулянта, и он такой громкий, любит оповестить весь мир о том, что занимается сексом. А вот партнёра Тома не слышно вообще: вампир трахает какого-то тихоню?       Я упёрся лбом в ладонь руки, поставленной на стол, и прикрыл глаза. Вряд ли Том симулирует сейчас, такие стоны трудно симулировать. А в моём сне он стонал? Память вспышкой швырнула в меня все яркие картины утреннего сна так, что я дернулся от неожиданности и чуть не пролил свой кофе. Я всегда любил, когда девчонки подо мной стонали, это так приятно, когда тело, которым ты наслаждается мелодично отзывается в твоих руках. У меня слишком долго не было секса… сперва Оливия, которая с дуру вздумала меня поцеловать, теперь вот мой босс-хозяин-пленитель, который устраивает симфонии там наверху, чёрт тебя дери, Томас, ты можешь не стонать так громко? Что я делаю? Моя рука спустилась к паху, начав массировать его через ткань брюк. Я упёрся лбом в холодную поверхность кухонной столешницы, надеясь сохранить хоть какие-то остатки достоинства, но моё тело так изголодалось по вниманию, что наглухо забивало любые протесты сознания, да и к чёрту. Я приспустил штаны и достал свой член тут же начав надрачивать привставший агрегат. Одной рукой я опирался о столешницу, на кухонном стуле не очень удобно, но мне плевать, скорее бы кончить, я мастурбирую и в то же время мне противно. Я будто ощущаю всё сразу: свои запястья в ловушке петли ремня и насильно раздвинутые ноги, свой чуть вялый член и сильный ствол, что вбивается в такую болезненно-пульсирующую тесноту, ладонями я сжимаю чужие бедра и остервенело насаживаю такое желанное тело прямо на себя, что так сладко и громко стонет, захлебываясь вскриками, и пряча свои слёзы в подушку. Это ещё один символ моей победы над ним и знак владения, и всё, чем я могу его наградить в ответ - моя сперма в его жаркой дырочке. Я чувствую как Оливия целует меня, так нежно, стараясь утешить и успокоить мои рыдания, когда он отходит от моих ног и внутри по моим бедрам скользит прохлада. Картина растоптанного, использованного, подчиненного меня, залитого белой паутинкой телесных соков наконец вынуждает меня кончить и я кусаю губу, чтобы не перебить вскрики Тома наверху. А их уже и нет, наверху всё затихло. Я вскидываю голову от столешницы, оргазм прошёл быстро, и я наконец могу рационально думать. Наспех вытерев следы своих бесчинств кухонным полотенцем я поправил одежду и замешкался, не зная, что теперь делать. Эта парочка скоро спустится, насколько неловко будет встретить их сидя на кухне? Какая разница, их было слышно из любого уголка дома и ехидных улыбочек с подколами от Тома мне не избежать, так что легче просто остаться ждать их тут. Я отхлебнул ещё тёплый кофе, скомканный вышел финал, я так долго воздерживался, но кажется, что получил удовлетворение только наполовину: тело на время утолило жажду, а я бы сам предпочёл забыть навсегда, на какую постыдную картину я только что дрочил. Не хочу я быть ничьей жертвой, чтобы меня пользовали и насиловать никого не хочу, никогда не хотел.       Наконец я услышал, как открылась дверь в спальню Тома и шаги на лестнице. Привет неловкость, почему трахались они, а смущаюсь я, если бы… какого черта? Я уставился на Тома и его спутника, а он что здесь делает? - О, Данни, ты вернулся, - на лице Тома сияла улыбка, и не было толком ничего из одежды, кроме полотенца, накинутого на бёдра, к счастью его спутник был одет полностью. В ту же одежду, в которой сегодня пытался взломать сейф, и в которой сидел со мной в столовой завода. Дрим. Не думаю, что у меня получилось скрыть недоумение на моём лице. Я вообще не ожидал его здесь увидеть. Дрим смотрел на меня нагловато улыбаясь. - Привет Том… Дрим, - тихо сказал я. - Отвез Клэр в аэропорт? - И даже видел, как самолет взлетел. - Умница. Мистер… Дрим, как оказалось выдал своё рабочее решение взлома сейфа, пусть и придя вторым номером, после Клэр, но я решил, что его решение стоит внимания. - И ваших денег, мистер Монтагю, - с чуть фальшивой улыбкой, сказал Дрим. - И моих денег, да. Биткойны уже ушли на твой кошелек, Дрим, благодарю, - Том улыбался широко и глаза его горели, он явно не зря стонал у себя наверху. - И вам спасибо за… вечер, мистер Монтагю. - Будем на связи. Данни, проводи пожалуйста своего товарища до машины.       Я довёл Дрима до машины уловив от него запах пота, секса и… Тома. Парнишка не удосужился даже в душ сходить. - А ты везунчик - ухмыляясь сказал Дрим - такой как Томас, это просто денежный подарок, а то, что он такой извращенец - очень приятный бонус. Надеюсь ты не ревнуешь? - Нет, - холодно бросил я. - А почему ты сразу не сказал, что это ты вскрыл Маунтайн Траст? - Тебе Томас сказал? - удивился я. - Нет - с гаденькой улыбочкой ответил Дрим - ты только что подтвердил. Я догадался пока ты в подвале с нами сидел. Это от Тома веет деньгами и бизнесом, а от тебя - тем же чем и от меня, таких как мы на должность заместителя не ставят. А вот на должность помощника в разных делах и… - Дрим смерил меня оценивающим взглядом - любовника вполне.       Я почувствовал как сжались мои челюсти и напряглись желваки, если этому беспринципному типу в кайф уезжать со спермой в заднице, получив пару сотен сверху, как шлюшка, это его дело, а я не такой. - Хорошей дороги, Дрим, - уже направляясь к дому бросил я через плечо. - Подпишись на мой канал! Мистер Дрим, легко найдешь. - Ага…       Я захлопнул дверь, и услышал, как отъезжает машина от дома. Том всё так же был внизу расхаживая по кухне в полотенце на бедрах и на удивление не с виски, а с вином. - Обожаю вино после секса - отпивая из бокала, сказал он - вкус становится более ярким, насыщенным, будто раскрывается каждая нотка букета. Хотя… хотя кровь была бы ещё вкуснее, но Дрим вряд ли бы согласился, ох… но из пакета тоже сойдет, Данни можешь… - Я схожу.       Я принес Тому крови из подвала и он тут же принялся намешивать себе коктейль из вина и крови. В гостинной было уже темновато, но вот кухня освещалась хорошо, и я невольно стал разглядывать Тома: я никогда прежде не видел его голую спину, и теперь заметил на ней большую тату на японский мотив, на тату словно на полотне шло сражение карпа, змеи и журавля, красивая работа, которую к сожалению пересекал шрам по нижней части спины, прямо через голову карпа, он шел от поясницы на бок и вверх к сердцу, там же было несколько шрамов поменьше, разбросанных как созвездие. - Том, я купил еды в городе, если ты голоден, я могу разогреть. - Спасибо, но нет, Данни - поправляя сползшее на бедра полотенце мурлыкнул Том - уже поздно, а завтра у меня дела, хотелось бы выслушать тебя и лечь спать, - сказал он, устраиваясь с бокалом на диван. - Вы… выслушать меня? - с удивлением спросил я. - Да, рассказывай, как ребята работали с сейфом, что ты видел? - Ничего особенного, почти никто не успел ничего сделать, когда та дама… Клэр вскрыла сейф. Она молодец. - Молодец да, химик в прошлом, преподавала в одном из университетов. Хах, если учёным так и будут продолжать платить так мало - все банки страны будут под угрозой - с усмешкой сказал Том, сделав глоток. А мой взгляд упал туда, куда не стоило - Том тоже не успел принять душ, и на внутренней стороне его бёдер я увидел белую струйку. Мне стоило огромных трудов удержать лицо. - А еще я успел поболтать с Дримом. - Вот как? И о чём? - Он затащил меня в столовую, чтобы выпытать код к сейфу. Брови Тома взметнулись, он отставил бокал на кофейный столик и подался вперёд: - Я весь внимание, продолжай. - Он ничего от меня не получил конечно. - Хм… - Том задумчиво нахмурился. - Что? - Дрим сказал мне комбинацию к сейфу и сказал, что это результат работы его нейросети. - Так вот какое “решение” ты у него купил?       Том ничего не ответил, лишь посмотрев на меня чуть прищурившись, кажется он понял, что просчитался. - Том, не хочу тебя расстраивать, но думаю, ты купил кота в мешке. - Поясни. Детально. - Простая математика, к твоему сейфу, с тем замком, что есть у тебя подойдут 600-700 миллионов комбинаций, на их перебор и поиск верной ушли бы годы, а не один день, даже если у парня была нейросеть, что анализирует тебя и твоё поведение - нейросеть, что смогла бы сузить круг вариантов до нескольких тысяч комбинаций, Том, я не думаю, что возможно так быстро найти одну единственно верную. Если только… - Если только это не человеческий фактор. Ему подсказали. - Скорее всего. Мне жаль, что ты потратил деньги зря, - сказал я это с грустным лицом состроив бровки домиком, но внутри я почему-то радовался. Не стоило Тому вести в дом этого проходимца Дрима, и чёрт возьми, он мог спросить у меня прежде, чем покупать сомнительную программу. - Что ж - хмыкнув, сказал Том - это не первая моя потеря, - я заметил, как у Тома мои новости не оставили от веселого настроения, полученного после секса, и следа - Спасибо за помощь сегодня, Данни, спокойной ночи.       Утром завтрак готовил я, хлопья с тонной сахара и тосты с чёрной корочкой от Тома - это отлично, но я незаметно для себя привык к вкусной еде. Так что на завтрак у нас были яйца Бенедикт - классический завтрак западной половины мира. Даже Том, было повесивший на лицо свою привычную нейтрально-спокойную маску расплылся в улыбке, сказав, что это один из любимых видов его завтрака, и его ему часто готовила, конечно же, мама. Я слушал его рассказ, как его мать колдовала на этой кухне и думал, что, может, у нас получится таки с ним подружиться? Нет, не в любовном плане, как сказал Дрим, я не хочу быть игрушкой в кровати Тома, просто подружиться, он неплохо помогает мне, я стараюсь приносить пользу ему, и не провоцировать нигде и ни в чём. А в качестве любовников пусть таскает себе парнишек типа Дрима, за хрустящую бумажку найдётся много желающих сосать член. Я почему-то уверен, что Дрим даже не был геем. Я ещё раз бросил взгляд на Тома: видимо мама приучила его к домашней еде раз он так сияет каждый раз, как я готовлю дома, нужно будет узнать его любимые блюда.       Сегодня первое июля, пережил один месяц и жизнь моя не так плоха, сегодня утром я даже сделал очень странную вещь, всё моё существо сопротивлялось этому, но я заставил себя. Встав с кровати, первым делом я опустился на колени и помолился Богу. Моя бабушка знала очень много молитв и часто водила нас с сёстрами по церквям, уговорами и сладостями она добивалась от нас, чтобы мы помолились. Уже тогда я понимал всю глупость затеи. Сколько бы я не молился - отец не переставал лупить мать, а мать не переставала ненавидеть нас. Хорошо, что пока была жива бабуля мы прятались у неё, а вот когда её не стало. Впрочем… мы были уже достаточно подросшими детьми.       А сегодня утром я опять стоял на коленях и слова камнем застряли у меня в горле, а руки складывались не в молитвенный жест, а в фейспалм. Тяжело просить что-то у существа, которое ты не любишь и не уважаешь, считая выдумкой. Но я всегда был безнадежно наивен надеясь на то, что как бы не было всё хреново, исход всё-таки меня порадует, потому в очередной раз давал Богу шанс. Я не помнил бабулиных молитв, зато помнил самую простую - Отче Наш. Её я и прочитал, я помолился за здоровье Линди, благополучие её мужа, моих племянников и Анны, за… за Диану, где бы она не была, за себя, за то, чтобы день прошел хорошо. И за Тома, который решает как пройдет мой день, пусть и у него всё будет хорошо.       Интересно, кто-нибудь когда-нибудь молился за вампира? Я даже прислушался нет ли шипения в соседней комнате, как от святой воды, может его святые силы поразили. Но, как бы сказал Том - “все это не научно”.       Когда я спустился готовить завтрак, Том был уже внизу и говорил по телефону, но одет он был не в один из своих стильно подобранных тёмных нарядов, а просто в пижамные штаны и ничего больше. Второй день подряд он гуляет передо мной полуголый. - Инги, я понимаю что Маттиас капризничает и хочет его видеть, но Данни не нянька, и даже за деньги, не платная нянька, если твой сын хочет поиграть, пусть приезжает, и если, я подчеркиваю, если у Дана будет время, он займется твоим сыном, его приоритет - работа на меня. И сестра, заканчивай их баловать, детей своих, как только у тебя появляется новый ребенок, он тут же скидывает с твоей шеи предыдущего и садится на тёпленькое место. Ты потом сама страдаешь от того как твои детки себя ведут. Ты кстати там не беременна? А то у меня для Матти плохие новости. Ха-ха-ха, ну ладно, не злись, я просто спросил. Кто собирается приехать? Или он или она? Нет, её я всегда рад видеть, а вот нашего братца… Хорошо, созвонимся. Да, и я тебя.       Мы доедали завтрак, а Том рассказывал как там дела у Линди, я и сам звонил сестре, но она ничего кроме своего общего состояния мне сказать не могла, она не доктор. Зато она взяла с меня обещание помолиться, что я и выполнил сегодня утром. Со слов Ингрид - прогноз у Линди отличный, экспериментальное лечение пошло на ура, и через неделю она сможет выписаться из клиники, созваниваясь со своим врачом раз в неделю. Я ещё раз мысленно поблагодарил Тома. Не знаю как бы пошли дела у Линди, если бы не он.       Может на меня наложило свой отпечаток предубеждение, что вампиры плохие? В мифах, сказках, в сериалах, так и есть, но Ингрид с Маттиасом - милая семья. А Том… просто избалованный. - Сегодня поедешь со мной, опять на завод. - И что мне нужно будет делать? - Просто побудешь рядом, будет ряд поручений к тебе, и отвезёшь документы в другой штат. - В другой… я аж вечером вернусь. - Ты против? - Том… есть цифровая подпись для таких дел, она такая же надежная как и на бумаге. - Данни, если ты сможешь объяснить людям старой закалки, тем, что на компьютере полчаса ищут клавишу Num Lock, что такое цифровая подпись, как она работает и что ей можно доверять и такой контракт ничем не отличается от бумажного, буду тебе премного благодарен. А пока, готовься к долгой поездке. К тому же, я собираюсь открыть новую торговую точку в том штате, а такие вопросы лучше решать лицом к лицу. - А почему сам не поедешь, ты же глава, ты разбираешься во всем лучше.       Том помолчал, жуя свой завтрак, и пауза затянулась, мне казалось он уже не обдумывает ответ, а просто молчит, но наконец он ответил со вздохом: - В другой раз. Обязательно поеду.       Пока Том одевался, я прибирал со стола. Я хотел сделать ещё одну странную вещь, но стоит ли? Вчерашний вечер был очаровательным, прекрасным для меня во всех смыслах… а для неё? Может Оливия проснулась сегодня утром, вспомнила приторную сладость конфет во рту и решила, что это всё было ошибкой? Есть только один способ проверить, я достал телефон и написал в мессенджер:       “Доброе утро :) Спасибо за сладкий подарок. А цифры твоего номера, обещаю выучить на память, и больше не терять”. Отправить.       Теперь лучше отвлечься, и не думать, когда придёт ответ. Но ждать долго не пришлось, мой телефон оповестил меня о новом сообщении:       “Я сразу поняла, что ты любишь сладкое ;) А вот шарфик не подарок :Р завезёшь его, как будет время? Но если он подойдет к твоим зелёным глазам, можешь оставить себе, я не против :З”       Лёгкий стёб и смайлики, кажется, всё прошло хорошо. Том спустился по лестнице, и я тут же убрал телефон в карман, а улыбку прочь с лица. Сегодня Том выглядел по особенному хорошо, похоже вчерашний секс дал ему вдохновения одеться еще стильнее, чем обычно. Вся одежда Тома была хороша, не только по качеству, но и по сочетанию элементов, вещи играли друг с другом и дополняли, стиль его одежды колебался от официального к кэжуал, с небольшим перекосом в ту или другую сторону. Но его сегодняшний наряд был мне куда ближе и понятнее: чёрная кожаная куртка, накинутая на чёрную футболку, с принтом из серебристых зубьев, которые словно вырывались из-за спины, и серые джинсы. Если бы он надел не туфли, а кроссовки, чёрт, он был бы готовой рок-звездой.       Том кинул мне ключи от Теслы со словами, что вести буду я, а сам плюхнулся на пассажирское сиденье уткнувшись в мобильник. У меня тоже почесались руки проверить не прислала ли мне что-то Оливия, но делать это при Томе не стоит. Вместо этого я решил отвлечься на разговор: - Том, за той дверью в сейфе… там ничего не было. - Ну как же. Было, просто вы все невнимательно смотрели, - не отрываясь от мобильника бросил Том. - Смотрели внимательно - ничего. Он фыркнул: - Я думаю ты рад, что пришлось просидеть там всего день, а не три, разве нет?       Попытка закрыть тему, но мне почему-то хотелось узнать ответ. - Я рад, и всё же, ты сказал, что то, что находится за этой дверью для тебя ценно.       Я заметил как по губам Тома скользнула усмешка, он ничего не ответил, делая вид, что сосредоточенно смотрит на дорогу. Я же смотрел на профиль Тома. Наконец он сказал: - Я не уточнил за какой именно дверью. Я узнал то, что и хотел, уязвимость системы. Теперь этот дефект можно устранить. Везде.       Коротко и ясно. Сундук с надписью: “Секреты Томаса Монтагю” не открыть никому, кроме Томаса Монтагю, ни мне, ни его сестре - никому, что ж, не стану упорствовать. - Знаешь, ваш вид, вы странные… - В каком смысле? - Том наконец посмотрел на меня. - Ну, вампиров изображают бессмертными, всесильными, жестокими, с жаждой крови, а оказывается вы почти как люди. - Эй, Д'антре, давай без оскорблений. Это обидно было, - Том наигранно укоризненно погрозил мне пальцем и улыбнулся своей шутке. - Нет, правда, вы, вампиры, вы оказались такие… такие… слишком - я все пытался подобрать слово, которым мог бы описать всё, что я узнал на сегодняшний момент о вампирах. - Живые? Хах, да, как и любое существо что дышит, ест, чувствует, движется. Я никогда не любил вампирскую книжную идеальность, она ощущалась слишком картонной и глупой. В каждой такой истории, за каждым небьющимся вампирским сердцем и бесконечной жизнью я видел зевающего от скуки Бога, которому совсем не интересно наблюдать за жизнью такого творения. Раньше я желал вечной жизни, но сейчас я понимаю, что именно её конечность выдает элегантный почерк мастера, который отдал нам в распоряжение мир и лишь один лимит - время. - Кому-то больше, чем другим, - хмыкнул я. - Поверь, вампирская жизнь не для всех. Больше ответственности и обязательств, а в случае, если не можешь их вынести выход - смерть. - Вы убиваете слабых среди себя? - Не всегда смерть насильственная, слабая кровь высохнет сама, и даже без чужой руки. - Том, у меня складывается ощущение будто вся твоя жизнь это проливание крови.       Я увидел как он помрачнел и откинулся назад на сиденье, кажется я перегнул. - Возможно. Я стараюсь быть честным с собой и лишний раз не разыгрывать пустую мораль. Если мне нужно что-то получить, и у меня стоят на пути, я не буду оглядываться на догмы детских книжек о добре и зле.       Я чуть нахмурился - опять разговоры про смерть, и опять она видится Тому словно щелчок пальцев. Нет, когда я закончу работать на Тома, и если у нас с… все получится, я определенно увезу Оливию прочь отсюда, может Том и не плохой парень, но полного комфорта я с ним не чувствую.       У Тома много работы - пару часов он гонял меня туда-сюда по заводу и я занимался разносом документов: - Так ты быстрее запомнишь где-что находится и познакомишься с людьми, - сказал он.       Я нырял из помещения в помещение, очередная дверь открывала мне проход то в цех, то в офисы, то в совсем не то крыло здания, куда мне нужно. Наконец поручения от Тома кончились, и я вернулся к его кабинету. В кабинете был мужчина, чем-то явно недовольный, Том же смотрел на него своим холодным непроницаемым взглядом. Я бы на месте того человека не стал бы так разговаривать с Томом, последствия ему могут не понравиться. Я достал мобильник и написал Оливии:       “Как дела на работе? Пациенты не достают? :D”       На что тут же получил ответ:       “:Р” - в купе с ещё несколькими дразнящимися эмодзи. Я хихикнул и едва успел сунуть телефон в карман, как дверь в кабинет Тома распахнулась и из неё вышел разъяренный мужчина, сыпя проклятиями и матами. - Да пошёл ты нахер мистер Монтагю! И подавись моей премией! Полицию он вызовет, умник малолетний! Я работал на этом заводе, когда тебя ещё на свете не было! Жди вызова в суд, сопля, и иска от профсоюза! Пошёл ты, Томас!       Злой мужчина ушёл, а я аккуратно заглянул в кабинет. Том все так же сидел за своим столом с маской безразличия, лишь чуть нахмуренные брови выдавали в нём злость, которой он не дал вылиться в ответ. - Том… - Это тот человек, который сидел на камерах где видно дверь сейфа, - глядя вслед ушедшему человеку спокойно сказал Том - Именно он видел, как я ввожу код на двери, скорее всего хотел сам воспользоваться этой информацией и выкрасть то, что было внутри, но когда Дрим сказал, что сейф скорее всего пуст, то тот просто продал комбинацию от сейфа. - Ты… - Уволил его, да, на месте, без премий и любых надбавок. Время обеда Данни, пообедаешь со мной?       Я сидел в уже знакомом кафе Фейворкса, именно здесь я впервые увидел Тома, и этим предрешил свою судьбу. Кажется мы даже сели за тот же столик, где сидели с Сильвией. А вот официантки сегодня были другие. Я перевёл взгляд на Тома, он опять уткнулся в свой мобильник, и да, он не в игры там играет, просто отправляет письма, отвечает в чатах, всё работа, я пару раз подглядывал в его экран, каждый раз неизменно видя то открытую почту, то мессенджер. Но и в тишине есть не хотелось. - Тот мужчина назвал тебя малолеткой? - М? - Он сказал, что работал на заводе задолго до тебя. - Так и есть, - Том чуть улыбнулся - Тридцать лет нестареющий директор вызвал бы вопросы у всех. - Тридцать лет? - Столько я живу здесь, и примерно столько же лет заводу. - Так как… - Проще, чем ты думаешь - Том швырнул мобильник на стол и откинулся на стуле - компанию основал мой, вроде бы отец, так я назвался тогда Александр, да Алекс Монтагю, поразительно похожий на меня вплоть до каждой черты лица, он же развивал её пару лет, затем я, то есть отец, вроде как, умер, от инфаркта или не помню от чего, и компания отошла его другу - Кристиану, который управлял ею всё это время, кроме последних пяти лет, когда объявился сынуля давно почившего Алекса Монтагю - Томас. И вот он я. -Ты был и Алексом и Томасом? - Какой ты умный мальчик, - с ехидцей бросил Том, я и правда задал глупый вопрос. - Так, а чем ты был занят в перерыве? - Компанией и был занят, но из тени, и фактически присматривая за Кристианом, а так был занят виноделием и вино потреблением в другом городе, где меня не знали.       Я вспомнил ряды пустых винных стеллажей в подвале, на месте которых теперь стоит спортзал, а Том продолжал: - Чуть больше десятка лет беспробудных дегустаций вина. Теперь у меня своя марка и оно продается в магазинах по всему миру. - Чт… что? У тебя и своё вино есть?      Том поклацал телефон и показал мне фото этикетки - “Кенварри” гласила надпись, да я его знаю, есть белое и красное. Неплохое вино средней цены. Надо же, и владелец марки сидит передо мной. Том между тем продолжал: - У меня есть шикарные виноградники на юге Европы. Я несколько лет только и делал, что жил вином. Перебирал ноты, вкус, настолько сжился с этим, что даже пытался придумать как скрестить вино с кровью, сделать элитный вампирский напиток. К несчастью, пришлось прерваться и бросить мои исследования, но оно и к лучшему. Мне кажется в те годы я уже потихоньку спивался и сходил с ума.       Да, и кажется сейчас ты вернулся к старому хобби, Томас - подумал я, вслух же сказал: - Почему пришлось прерваться? - Потому что мой протеже, Кристиан, захотел мою компанию себе. Представляешь - хмыкнул Том - столько лет я учил его, советовал, давал свои контакты. После такой стажировки и опыта он мог бы пойти работать в любую компанию на любую высокую исполнительную позицию, или открыть свою компанию. Но угадай, что он сделал? Он поступил как типичный человек и захотел забрать чужое, за что и был мною наказан. В последний раз. - Невысокого ты мнения о людях… - Такими вы уж были рождены, ниже нас - эту фразу Том сказал обыденно, совсем беззлобно, но она меня всё же задела. И он "наказал" своего протеже… впрочем, как думает Том, за дело и не без причины. Нет, хватит, никаких тем со смертями я развивать не желаю. - Так скрестить вино и кровь у тебя не вышло? - Неа - жуя десерт, сказал Том - хотя биоинженер, который на меня работал в итоге стал частью команды ученых, что разрабатывали аналоги крови и в итоге создали искусственный заменитель крови, многие говорят, он вкуснее оригинальной. - У вас есть заменитель крови? - я был искренне удивлён. Том тоже удивленно посмотрел на меня и ответил: - Двадцать первый век на дворе, Д'антре научно-технический прогресс, конечно вампиры первым делом постарались решить проблему своего продовольствия, найдя ему альтернативы, как только позволили технологии. Тем более, чем дольше живём, тем сложнее становится добывать натуральную кровь. - Но ты пьешь настоящую кровь? - изумленно сказал я. - Да, - Том коротко ответил и посмотрел на меня с легкой улыбкой, чуть склонив голову набок. Ему, видимо, опять было интересно наблюдать замешательство на моём лице. - Данни… ради своей крови я не убиваю, честно при честно, существуют банки крови, к которым за деньги можно преспокойно получить доступ.       Я ничего не ответил и уже даже пожалел, что услышал всю ту информацию, что Том выдал мне сегодня, а ведь сейчас едва только полдень! И Бог меня кажется в очередной раз не услышал… трудно будет подружиться с существом, вампиром, сама природа которого меня пугает и отвращает.       Мы вернулись на парковку завода, я стоял в лесопильном цеху, ожидая пока Том приведет мне человека который передаст мне нужные документы, а Том расскажет, куда мне ехать и что говорить. Город, в который мне нужно было попасть находился на окраине соседнего штата и да, дорога будет не близкой, но думаю, я успею вернуться обратно до полуночи. Тяжелая у них работа - глядя на суетящихся, как муравьи, рабочих, думал я - всего за пятнадцать минут здесь на меня осело порядком стружки и пыли, а каково работать здесь каждый день? А вот и Том идёт со своим человеком. И тут меня захлестнуло море щепок.       Возле меня никогда ничего не взрывалось: оказывается в такие моменты сознание в ступоре, а вот тело реагирует молниеносно: одной рукой закрыть голову, другой живот - самые уязвимые части тела, и падаешь на землю, она словно стена может защитить твой бок от урона. На мгновение я увидел руку Тома в кожаной куртке, она схватила меня за грудки и сильно толкнула, так что, проехавшись спиной вперёд на пару метров я оказался под лестницей. Ещё взрыв и ещё щепки, в этот раз я был готов… я закрыл голову, и прижал колени к груди, кажется больше ничего не взрывается, я осторожно глянул на место взрыва, но нет, это был не взрыв, а деревянные балки, что упали с крана наверху. - Мелкий уебок! - я услышал басистый голос с лестницы, под которой я сидел - ты мелкий уёбок, Монтагю!       Том стоял в самом эпицентре - кожаная куртка вся в пыли и стружке, а чёрные волосы стали словно солома, он стоял между щепок, разломившихся досок и кусков бетона, выбитого из пола их падением. Стоял и не шевелился. - Чёртов уёбок! - пьяным голосом прохрипел мужчина, подходя к нему вплотную - я его узнал, чёрт, это же тот, кого Том уволил сегодня утром за продажу кода к сейфу. - Ты думаешь, сука, я позволю какому-то пацану похерить мою жизнь?! - мужчина отчаянно орал свои угрозы Тому в лицо, срываясь на хрип.       Том не сдвинулся ни на шаг, лишь следил за своим бывшим подчиненным глазами. Он бросил короткий взгляд вверх и тихо сказал: - Ты сам всё похерил, - с этими словами фигура Тома проворно отпрыгнула назад, а на мужчину грохнулась ещё одна балка с крана наверху, разом выдавив из него всю кровь на пол, как мякоть из перезревшей сливы. В ужасе я отшатнулся, и схватился за металлическую перекладину под лестницей. - Помоги… - я увидел, как рот мужчины дёрнулся, с бульканьем выдавив из себя слово, его глаза были устремлены на Тома, что стоял рядом и смотрел на мужчину с маской безразличия. Том не шевельнулся.       Боже… он ещё жив! Трясущимися руками я хватался за конструкцию лестницы, чтобы попытаться помочь себе встать на ноги. Нужно ему помочь! Вдруг к мужчине подскочил человек Тома, тот самый, кого он привел с документами, всего минуту назад, когда ещё ничего не произошло. Человек подскочил к кровавой луже и попытался поднять обломок балки, чтобы вытащить мужчину. - Помогите мне! - крикнул он в сторону Тома. - Уйди, - спокойно ответил Том.             Кажется человек не понял, что ему сказал Том, он ошалело смотрел то на Тома, то на умирающего мужчину, а его руки всё так же отчаянно сжимали край балки, явно не в силах её поднять. - Том! - крикнул я сиплым голосом, успев встретится с безразличным взглядом Тома, а через мгновение грохот и пыль забили меня под лестницу, и я отключился.       Очнулся я на кушетке офиса с подушкой под головой, какая-то заботливая девушка в синем платье тут же протянула мне стакан воды, а непонятно откуда взявшийся человек в медицинской форме проводил со мной мед проверку. Это один из тех случаев, когда на вопрос: “Что вы помните?” я бы хотел честно ответить “Ничего”. Но не могу, я всё помню.       Разговоры работников в коридорах не давали мне и шанса списать всё на галлюцинации, да, уволенный рабочий попытался убить Тома, а в итоге прибил балкой себя же, и ещё одну невинную душу, у них не было шансов, когда трос у крана оборвался, ссыпав на них весь свой многотонный груз. Завал разбирают, но доставать оттуда по сути нечего. Я не хочу это слышать.       Я плыл словно в облаке, этот медик уже что-то мне вколол… Шагая по коридору, я завернул за угол, где неожиданно оказался в объятиях Тома, тот открыл дверь в какой-то кабинет и быстро втащил нас обоих внутрь. Я осознал, кто передо мной и попытался отстраниться от него, стараясь отпихнуть. - Ты в порядке? - спросил Том усаживая меня в кресло.       Я рассеянно кивнул, я бы мог задать Тому тот же вопрос, но я прекрасно видел, что он в порядке, он даже успел отряхнуть опилки и пыль со своей лощёной чёрной курточки. - Так, полиция уже здесь и они хотят поговорить с тобой, как со свидетелем, Данни, день был не простой и увиденное малоприятно, я могу рассчитывать… - А что со вторым мужчиной, Том? - тихо спросил я. - Погиб, - ровным голосом ответил Том, а я всё пытался уловить, есть ли в его глазах хоть тень сожаления, но сталь на то и сталь, что в ней нет мягкости. Серая сталь. - Так я могу рассчитывать, что ты дашь верные показания? - Том внимательно посмотрел на меня. - Что ты имеешь ввиду? - Я имею ввиду, что ты так или иначе, дашь полицейским понять, что я был в шоке от того, что сделал мой пьяный бывший подчиненный, который из мести и злости за своё увольнение пытался убить меня деревянными балками, сброшенными с крана, и я ничего, я повторяю ни-че-го не мог сделать, чтобы спасти его или другого погибшего. У полиции и так не будет ко мне претензий, но чёрт возьми, они уберутся отсюда куда быстрее, а у страховой будет куда меньше вопросов, если ты мне поможешь.       Соврать? Он просит меня соврать? - Но ведь всё было не так… - тихо шепнул я.       Том глянул на меня, вскинув бровь и начал вкрадчиво объяснять, как ребенку: - Данни, суть произошедшего останется прежней, дело в деталях, о которых я прошу тебя умолчать. - Почему ты не помог им, Том? - Тому, кто пытался меня убить? Он и так был раздавлен балкой и был мертв, просто его мозг в тот момент этого не понимал. - Ты видел, что балки упадут… - Видел да, - не моргая сказал Том. - Ты мог бы всё… - я осекся уставившись на свои ноги, я только сейчас заметил на своих брючинах, в самом низу, капельки крови, да крови, совсем небольшие, они были рассыпаны, словно смородина по салфетке. - Всё что? Остановить? Поймать? А зачем? Первую упавшую балку я бы не успел поймать, и у моей реакции есть предел, всё что я успел, это швырнуть тебя под лестницу, а прочие же… хм… - Том… ты просто смотрел как они умирают.       Я увидел, как губы Тома поджались, а по лицу скользнуло раздражение. - Все умирают. Кто-то раньше кто-то позже… все. - Ты мог бы их обоих спасти! - в порыве внезапно вырвавшегося гнева я вскочил со стула напирая прямо на Тома, и тут же оказался припечатан к стене с холодной рукой на моём горле, что сжимала, но совсем ленько. Лицо Тома было прямо у моего, я видел как меняются его гримасы, и он явно пытался подобрать слова верно. - Данни, Данни, Данни, чёрт, какой же ты очаровательный в этом своем благородстве, этим ты меня и покорил, такой забавный, по жизни неуверенный трусишка, но отчаянно-храбрый в нужный момент. Так вот, малыш, сейчас момент не нужный. Сейчас ты выйдешь, пойдешь к полиции, и скажешь им слово в слово всё, как я тебе прикажу. Иначе, Данни, послушай внимательно, иначе, я тебя пальцем не трону, но клянусь, к концу дня у тебя станет на одну сестру меньше.       Страх захлестнул меня словно порыв морозного ветра. Не нужно Том, не нужно, я понял, я понял. Я отчаянно закивал головой глядя на Тома из под дрожащих ресниц. Но Том меня не отпускал, какое-то время он смотрел на меня, затем сказал: - Знаешь, ты потрясающе тренируешь моё терпение… в прежние времена, я бы уже десяток таких, как ты разорвал, просто за то, что они меня раздражают, но сейчас… я учусь обращаться с людьми хорошо, и не все получается с первого раза, - с этими словами Том убрал руку с моего горла и отошёл на полшага.       Полиция спрашивала стандартные вещи: что? Кого? Где? Я отвечал ровно так, как мне сказал Том. Либо же ссылался на сотрясение и потерю памяти. Мои губы произносили нужные Тому слова, а сам он неизменно оставался в поле моего зрения. Когда полиция со мной закончила, он под локоть отвёл меня к своей машине и усадил на водительское сиденье. - Я включу у Теслы автопилот, она сама довезет тебя домой - сказал Том, склонившись надо мной - отдохни остаток дня, хорошо?       Я рассеянно кивнул и машина тронулась. Опять деревья и асфальт. И туман. Не помню, как я доехал до дома. Как запарковал машину, как вошёл в дом. Не помню, сколько я стоял в душе, я чуть не упал поскользнувшись на своей одежде, комом забитой в угол, у слива. Я взял из кухни бутылку виски и пришёл в себя лишь сидя в гостинной на диване переводя взгляд с бутылки на стену. Всё-таки у мамы Тома есть талант, мой взгляд лениво блуждал по пейзажу на стене, да, мазки краски такие упорядоченные, аккуратные. Много зелёного цвета, много цветов. А вот красного совсем мало. Красный. Я тоже его не люблю. Опять всё тоже - двое человек, две смерти и растекающийся по земле красный. Я просто стоял и смотрел как убили тех полицейских. И Том просто стоял и смотрел. Но он, в отличие от меня мог спасти своих.       Красивые картины, такие умиротворяющие, где же она их писала? Я не видел в округе таких цветов. Эта его полу фашистская философия, отношение к человеческой жизни и роду. И мне с ним жить ещё два месяца.       Я бросил взгляд на свои ноги, не помню, когда я успел снять с себя окровавленную одежду и переодеться в чистое. Перед собой я увидел бутылку виски, похоже Том забыл убрать свою выпивку, я потянулся вперёд, открыл её и сделал пару глубоких глотков. Мог, всё он мог.       Тут так тихо, когда ты один. Если живешь так долго в одиночестве наверное эмоции притупляются, сложно понять чужую боль. Интересно их родне уже позвонили? Большой глоток виски. Мир двух семей уже сломался или они всё ещё доживают день в неведении ожидая, когда их родные вернутся с работы? Какой же противный, обжигающий горло напиток, как он его пьет? Ещё два глотка. Чёртовы картины, сон мне поможет.       Пошатываясь я встал и пошёл к лестнице. В одной руке я держал бутылку, а другой крепко держался за перила. Чёртов вампирский замок, который раз за разом отстраивали чёртовы вампиры. Рука скользила по стене, не давая мне упасть. Нельзя верить его словам, он здесь закон, и он задает правила.       Это не моя дверь. Моя ладонь сжала дверную ручку и я замер, уставившись на неё. Вот это вообще тупость - сказала моя трезвая часть. Но рука не отпускала ручку двери. Пять вечера, Том обычно не приезжает раньше семи, а сейчас он ещё разбирается с полицией и тем происшествием. Я сделал небольшой глоток из бутылки и почесал переносицу, если Томас приедет сегодня раньше, он не обрадуется тому, что я собираюсь сделать и скорее всего мне опять придется отстирывать одежду, но уже от своей крови. Я посмотрел на свою правую руку, она всё так же отказывалась отпускать ручку двери. Замок провернулся под моим нажатием и я толкнул дверь вперёд. Здесь я редкий гость - в кабинете Тома, единственная комната, где мне делать решительно нечего. Сегодняшний день - исключение. Я включил свет и продошёл к письменному столу Тома. Сделав глоток из бутылки, я поставил её на стол и сел в кресло. - Привет дружок, мы уже виделись, да?       Я провёл пальцами по серебристой поверхности ноутбука, чуть постучав по крышке. Последний шанс, Данни, лучше уйди, не провоцируй его. Я тряхнул головой, словно старясь прогнать прочь своего трезвого, рационального ангела-хранителя и поднял крышку ноутбука - высветилось окошко “Компьютер Томаса. Введите пароль.” Пароль значит. Нда, я рассчитывал, что Том проявит такую же беспечность, как с мобильником, и лэптоп будет не запаролен. Но ничего, пора мне вспоминать свои годы учёбы и чему нас учили на курсе криптографии. Так же, как и с сейфом Тома, самый лёгкий путь - самый верный. И не нужны громоздкие отмычки или заумные программы - любая система, которую проектировал человек, имеет изъяны ума человека. В данном случае мне может помочь лень.       “Введите пароль”.       Моя рука потянулась к бутылке, но я тут же отставил её подальше. Хватит пить. Думай.       Обычно люди ставят даты, имена, названия мест, то, что им нравится. Не думаю, что этот вампир сильно отличается в привычках от людей. Значит что-то знакомое. Мой взгляд упал на фото брюнетки в рамке на столе. Я застучал по клавишам - “Элеанор”. “Пароль неверный, осталось 2 попытки”. Ну и ну, я откинулся назад на кресле и почесал щетину на подбородке. Ограничение на количество попыток, этого я тоже не ожидал, и после третьего неверного ввода лэптоп может заблокироваться не понятно как надолго. Значит у меня не две, а одна попытка.       Как много вариантов пароля. Будь это компьютер одного из моих коллег-программистов я бы даже пытаться не стал, есть определенные алгоритмы составления взломостойких паролей из простых слов. Вряд ли Том знает, о таких алгоритмах. Я обвёл взглядом кабинет: немецкий клинок, военное фото с товарищами, книги на вампирском языке и куча художественной литературы. Много вариантов. Хм, и здесь картины на стенах, но эти вряд ли писала его мать - слишком тревожные мотивы, да и стиль не тот. Я присмотрелся к полотнам, их было не меньше десяти на стенах по обе стороны от стола: старец на облаке с лучами из пальцев, фигура, что поклоняется солнцу, какое-то чудовище на фоне звёздного неба, серые фигуры людей, закрученные в спираль, кто вообще вешает такое на стены? Но картин было много, в тяжелых золоченых рамах. Это не просто украшение кабинета. Я сфотографировал одну из картин на телефон и запустил поиск по картинкам. Ух ты, у них один и тот же автор, и, внезапно, поэт - Уильям Блейк. Значит ты любишь его работы, да, Томми?       Я вернулся к мерцающему экрану и мои пальцы предательски дрогнули, сейчас я обязан угадать. “УильямБлейк” - “Пароль неверный, осталась 1 попытка”. В сердцах я хлопнул ладонью по столу, так, что фото в рамке упало на стол, а бутылка подскочила, чуть не спрыгнув с края стола. Я придержал бутылку - не хватало ещё оставить здесь осколки. “Осталась одна попытка” - голубой экран ноутбука был неумолим: к чему твоё упрямство, Данни, Томас уже на тебя зол, как будто шпионаж за ним и этот глупый риск даст тебе что-то? Можно просто прожить с ним оставшиеся два месяца и осенью уйти. Если он даст уйти. Меня никто не спрашивал, хочу ли я остаться в этом доме, хочу ли я готовить обеды, быть замдиректора, взламывать сейфы. Хочу ли я быть покорной секс-игрушкой и молчаливым свидетелем смертей.       Одна попытка. Люди ленивы, да, даже, когда дело касается безопасности данных. А ещё Том не отличается терпением к технике, взять ту же многострадальную Теслу. И с паролем он не стал бы напрягаться. В теории. Я вновь потянулся к клавиатуре осторожно вбивая одно слово - “Блейк” - “Доступ открыт”.       Я тихо рассмеялся своим пьяным сдавленным голосом, да, лень мне всё-таки помогла, приступим.       Компьютер Тома мало отличался от его мобильника по содержанию: в почте те же цепочки писем, в корзине несколько удаленных писем от контакта Элеанор. Опять ты, таинственная дама? Я открыл последнее письмо: “Милый Томас, У меня всё хорошо, этим летом я снова в Швейцарии в нашем домике. Здесь куда теплее, чем я привыкла, но и от холода устаешь. Томас, я никогда не была холодна к тебе, надеюсь когда-то у тебя хватит мудрости понять, почему я так поступила и хватит сил простить меня. Я буду рада к тебе приехать, если ты захочешь. Люблю тебя, сынок.”       Так Элеанор - его мама? Неотвеченные письма, смс, и тот звонок, после которого он напился и ехал домой пьяным, это всё была его мать. Да, матери могут так влиять на детей, я невольно вспомнил свою, не представляю ситуацию, когда бы я мог получить от своей матери такое тёплое письмо, как написала Элеанор. И за какой поступок она извиняется? Я бегло просмотрел остальные удаленные письма - такие же короткие, и неизменно с подписью “Люблю тебя”. Хорошая у тебя мама, Том.       Но что здесь ещё есть? Несколько сканов старинных фото Тома в военной форме, теперь я увидел отличительные знаки формы немецкого Вермахта. Это что, фото на фоне военнопленных? Томас стоял с несколькими офицерами, а за спиной была сетка с колючей проволокой и изможденные, осунувшиеся лица пленников. Насколько я знаю, все причастные к нацизму, после Второй Мировой старались скрыть своё участие, а Томас хранит и фото, и сломанный немецкий клинок. Я почувствовал как сжались мои челюсти и напряглись вены на шее. Ещё несколько фото в немецкой форме и дальше фото в уже другой форме, советской, на одном из фото была видна группа людей за спиной Тома, которых под автоматами куда-то вели уже советские военные. Немецкие пленные, да, Том?       Ты не врал, тебе и правда было всё равно за кого воевать. Я бросил взгляд на часы, почти шесть вечера, нужно ускориться. Я пересмотрел файлы документов: сплошь контракты разного толка, сертификаты, лицензии, все рабочая информация, записанная сухим языком закона. Жаль у меня нет знаний Анны, я слишком мало знаю о специфике работы Тома, чтобы понимать, что может быть полезным в таком ворохе информации. Я закрыл папку с документами и тут увидел на рабочем столе ещё один, со звучным названием "моя чёртова книга". Я усмехнулся - ты решил меня удивить Том, да? Не соврал, что ты писатель.       На мгновение я замешкался - на компьютере Тома я искал информацию, которая может помочь мне, а вот его книга, его мысли, это было уже что-то совсем интимное и личное, то, что явно не принесёт мне пользы, а только удовлетворит любопытство, я покрутил мышкой вокруг файла, не решаясь открыть его и прикусил губу, кажется моя мораль опять ставит мне палки в колеса, Томас на моём месте не стал бы думать дважды. Как не стал думать, когда делал мои фото исподтишка, включая фото меня спящего. Да пофиг.       Я открыл документ и пробежался глазами по строчкам: “Когда я разучился ценить женскую красоту? Даже на войне в пыли, порохе и грязи, женщины умудряются выглядеть красивыми, даже не стараясь, но я на лица уже не смотрю. После секса я редко, но пытался завести разговор, но в ответ слышал лишь короткие ответы или непонимание в глазах. Я отворачивался, стараясь не злиться, годы войны выбили лёгкость и любознательность не только из женщин”       Еще отрывок: “Славянская речь звучит для меня непривычно, едва я ухватывал смысл очередного славянского языка, как мы шли дальше на восток, и говор местных вновь терял для меня всю суть, сливаясь в щебет”       И опять рассказ обрывается. “Марго. Маргарита. Рита. Её имя звучит мелодично и красиво, произноси я его на любой манер, любого языка, что я знал. Она не всегда мне отвечала, но я знал, она понимает о чём я говорю. Не желая отвечать, она вредничала, вскидывая носик и лёгонько усмехаясь уголком губ”       Я пропустил несколько строчек, так или иначе они были достаточно бессвязны и не походили даже на параграф. В документе книги оказалось всего две страницы, и они были усыпаны такими же короткими предложениями с повествованием жизни от первого лица с его женщиной. В конце документа была последняя строчка: “ЗАСТРЯЛ. Я ЗДЕСЬ ЗАСТРЯЛ. МАРГО”       Нда, написание любовного романа у Тома не пошло. Странно, что он выбрал такой жанр, это так далеко от книг, которые он любит читать. Любовный роман это вообще не мужской жанр, но видимо у всех нас есть свои странные секреты, и вампир не исключение.       К дому что, подъехала машина? Я мигом захлопнул ноутбук, схватил бутылку и выбежал из кабинета в свою комнату.       Я слышал, как Том прошёл в свою комнату, и как зашумела вода в ванной. Я решил, что это мой шанс. Тихонько я прошмыгнул с бутылкой обратно на кухню и занялся приготовлением ужина. Недопитую бутылку я сунул обратно в кухонный бар, и достав кастрюли и продукты принялся за дело.       Том вышел из душа достаточно быстро, и спустился ко мне вниз. Он не обратил на меня никакого внимания, усевшись за просмотр телевизора, почему-то у меня было ощущение, что за происходящим на экране он не следит. Том поклацал каналы, затем выключил плазму и сказал: - Данни, подойди сюда, пожалуйста.       Я отложил полунарезанный шампиньон и обреченно поплёлся в гостинную. - Присядь, - Том хлопнул рукой по подушке рядом с собой.       А что мне остается, я сел. - Данни, я понимаю, что твоя мораль и образ жизни от моей сильно отличаются, а я могу быть резковат, но не воспринимай это как повод спрятаться обратно в свою ракушку, из которой тебя потом так сложно достать.       Мораль... Память калейдоскопом бросила в меня всё, что я сегодня видел: безразличие в кожаной куртке, дерево в красных пятнах, хриплые слова из рта умирающего, военнопленные, которых десятилетия назад казнили перед таким же равнодушным взором Томаса, и картина гибели Линди и Анны, на которую он мне сегодня намекнул. Ярость закипала во мне и требовала выхода. - Том… ты мог им помочь…       Том откинулся назад на подушки и шумно выдохнул. - Почему, а Д'антре? Потому что я вампир? Потому что у меня сверхсила и скорость? Чёрт возьми, кому я только что сказал про мораль? И моя отличается от твоей, да, но я хоть стараюсь увидеть мир твоими глазами, а вот ты похоже вообще нет, - фыркнул Том. - Нет, ты не увидишь мир, как я Том… люди для тебя расходный материал, даже меня ты назвал тренировочной куклой для отработки терпения.       Глаза Тома блеснули в полумраке, но мой всё ещё пьяный мозг к сожалению этого не заметил. - Может дело в твоей гордыне Том, и твоём восприятии людей? Для тебя вампиры всегда вот здесь - я провел рукой черту у себя над головой - а все люди здесь - другой рукой я прочертил такую же черту у своих колен. - И ты уважаешь только свой вид: за силу, за власть, за что ты там ещё мне говорил. А людей считаешь вторым сортом, потому что у них этих качеств мало. -Это законы жизни Дан. И человеческой и вампирской. Сила и власть всегда преобладают. - Они помогают выжить. А что тебе помогает жить? По твоей логике тебе стоило бы убить меня, а на моё место отыскать в лесу Арчи, Эдди или кого угодно из моей команды, даже Сильвию. У вас было бы больше взаимопонимания. Да, ты не обязан был сегодня помогать этим двум людям, но ты мог, Том, ты мог. Том потянулся к моему лицу втянув носом воздух. - Ясно, ты пьян. Что ж, спущу на сегодня, я не буду ужинать. До завтра Дан.       Утром легче не стало. Том закрылся с виски в кабинете, я же уже протрезвел и понимал, что вчера мог ляпнуть ему лишнего. Кто меня за язык тянул? К девяти утра Томас спустился вниз и проигнорировав моё предложение позавтракать спросил: - Что ты вчера делал в моём кабинете?       Мое сердце упало… Дан-алкаш, ну ты и кретин, зачем ты полез к его лэптопу? Серые глаза сверлили меня взглядом, а я готовился принять наказание. Стоп. Думай. - Как ты узнал? - Сперва ответь на мой вопрос.       Самая лучшая ложь та, что к правде находится ближе всего. Это я услышал от дамы-психотерапевта, нет не от неё, от своей бывшей, сестры Эдди. Она бросила мне эту фразу в лицо при расставании, оказывается она мне лгала, изменяя все два года, что мы встречались, а я верил. А Том поверит? - Я… я выпил виски и… пошел шляться по дому изображая тебя. Пьяная выходка, извини.       Какая позорная ложь, но лучше так, чем правда. - Хм… знаешь, врать это не твое, теперь я знаю как выглядит твоё лицо когда ты врёшь, теперь хочу посмотреть на лицо, когда ты скажешь правду. Что за девчонку ты катал в Тесле? - Что? - я тут же понял, о ком он говорит и моё сердце ухнуло. Но может я ещё смогу выкрутиться? - Девчонка, весь салон Теслы пропитан женским запахом, ты нашёл себе подружку? - Каким запахом? - Женский запах, молодая, свежая кожа, духи с нотками карамели, любишь сладенькое, да, Данни... а ещё запах секса, возбуждения, феромонов и потной кожи, ты что, трахался в моей тачке? А я думал ты целочка, что боится лежать в кровати? - Прекрати. - Знаешь, женская кровь отличается от мужской, я бы сравнил мужскую кровь с виски - терпкий, жестковатый напиток, а вот женская кровь похожа на вино или игристое шампанское, смотря какая девушка и сколько ей лет. Я думаю у твоей знакомой вкусная кровь… По запаху будет не трудно её найти. - Хватит, Том. - Или что? - холодным голосом отчеканил он - М? Что, Д'антре? Я обещал не причинять вреда тебе, и тебе ничего не будет, а вот за других людей договора не было. Интересно получается, мои секреты ты стараешься разузнать, судишь меня по себе, и заводишь интрижки, для меня разыгрывая девственника.       Я посмотрел в холодную сталь его глаз и у меня защипало глаза. Он прав, чертовски прав, я ничего ему не сделаю, как не старайся. Я почувствовал как опустились мои плечи - он может вскрыть горло Оливии у меня на глазах, выпить её досуха, швырнуть её труп к моим ногам и заставить его закопать. Пока я рядом с Томом, никто из тех, кто мне дорог не в безопасности. Я чувствовал как во мне нарастает злость к нему, но я не стану её показывать, он победил. - Том… не причиняй никому вред, пожалуйста, я не хочу чтобы из-за меня кто-то страдал. Я больше не буду с тобой спорить я буду делать то, что ты скажешь, извини.       Я сидел опустив голову, глядя в пол, а Том так и стоял рядом со мной. Когда я неуверенно поднял на него глаза, то увидел в его глазах раздражение, и чуть поджатые губы. Он посмотрел на меня, затем фыркнул и пошёл в свой кабинет громко захлопнув дверь.       Этот чёртов июнь когда-нибудь закончится? Почему эти последние дни месяца тянутся так долго? Мы с Томом не разговаривали всё утро, я решил отвлечься на приготовление обеда, и взялся за него основательно: Кокован - петух в вине, на гарнир - рататуй, я даже наделал легких закусок из сыра, фруктов и мяса, которые подойдут к вину и виски, решил постараться, чтобы сгладить злое настроение Тома, а он всегда любил мою готовку. Том сидел на диване в гостинной и клацал планшет, и кажется сидел специально лицом к кухне, чтобы видеть меня. Я тихо вздохнул и достал кокован из духовки - делай что хочешь, Том, здесь закон ты, как ты и говорил, поберегу себе силы, лишний раз не отбиваясь, все равно ничего не выйдет.       За обедом дискомфорт утреннего разговора никуда не ушел несмотря на еду, я бездумно клацал телефон, а Том молча был занят своей тарелкой не отвлекаясь ни на что. - У нас сегодня будет секс. - Что? - Впервые за столько часов тишина была разрезана словом, и кажется мне послышалось. - Я хочу секса. С тобой. Сегодня вечером.       Я ощутил уже знакомое чувство горечи во рту. Слишком привычно оно стало мне в этих стенах. Вот и моё очередное наказание. Он наказывает меня за дерзость, за то, что я сказал ему утром. Чёртов вампир, проклятый вампир. - У меня сейчас дела, но вечером я вернусь, так что будь готов.       Том встал из-за стола и вышел на улицу. Я услышал, как его Тесла завелась и отъехала. А у меня даже сил встать со стула не было. Надо бы на календарь посмотреть. Интересно сколько дней осталось до конца лета? Вот и сбывается твой сон, Данни, вещий сон.       Я нехотя встал со стула и убрал со стола. Надо подготовиться к вечеру, выхода нет. Том зол на меня, но мне же не будет больно, правда? И как мне подготовиться? Я шёл по коридору на втором этаже, как вдруг остановился напротив спальни Тома, я замер на пороге и посмотрел на кровать. Достав мобильник я открыл таки календарь и посчитал количество оставшихся дней. Много. Слишком много.       Нехотя и медленно я начал раздеваться, тут прохладно, раздевшись догола я решил зачем-то оставить на себе носки, как будто этот элемент одежды хоть немного меня согреет. Я сложил одежду на стул и забрался на его кровать. Красивая, широкая и очень удобная. Если он и будет меня трахать, то здесь. И как это будет? Я лёг в центр кровати на спину, согнул ноги в коленях и чуть их раздвинул. Мне было максимально не комфортно в этой принимающей позиции - голый, беззащитный, в ожидании члена в свой зад. Я не представляю, как девушки это делают - дают. Ориентацию не обманешь, каждому своё. Нет, я просто не смогу. Я закрыл глаза и полежал так минутку. Ветер из открытого окна ласково гулял по моей коже. Интересно, а Том будет ласковым? Он вряд ли будет причинять мне боль, он опытный и умеет делать всё аккуратно. Да и не по контракту это. Но отсутствие боли не спасёт меня от унизительности ситуации. Даже не думай сбежать. Он найдет, догонит и бесцеремонно трахнет тебя в том же лесу, а потом там же и оставит навсегда. Вампир-извращенец.       Я нежно провёл рукой по груди, скользнул вниз по животу, очертя круг возле пупка и нырнул рукой ниже. Я аккуратно коснулся указательным пальцем своего ануса и начал легонько массировать. Вдавив пальцем кожу внутрь я всунул первую фалангу. По телу пробежали мурашки, а к горлу подступила волна тошноты. Член Тома куда шире и длиннее моего пальца, и весь он будет сегодня во мне. Я чуть глубже вдавил палец - он шёл неохотно, внутри было очень тесно, по ощущениям чем-то похоже на женскую вульву. Вот только это не она. И засовывать буду не я. Я сглотнул и зажмурился, я просто выпью бутылку вина и пусть делает со мной, что хочет. Чуть всхлипнув я задушил в себе слёзы: мне не нравилось себя заставлять, мне не нравились эти сделки с совестью, и быть изнасилованным сегодня вечером мне не хотелось, но я просто подчинюсь. Всё зависит не от меня, а от упыря-Тома. Это он контролирует мою жизнь. До конца лета.       Время пролетело быстро, я сходил в подвал за бутылкой вина и залез с ней в ванну. Я пил и старался не думать, зачем я сейчас моюсь. Но не думать не получалось, и дело не в возможной боли, мне было отчаянно неприятно, что с моим телом будут что-то делать, а я не могу на это повлиять. И я не могу себя пересилить, даже после того, как Том сделал самое важное для меня - помог моей сестре. Я оделся во всё чистое, и попивая вино сел на кровать в своей комнате. Мой чуть пьяный мозг представлял картину, что я девушка которую насильно выдают замуж и сегодня у неё первая брачная ночь. Бедные девушки, как им так живется?       Я услышал, как, шелестя гравием, к дому подъехала Тесла. Входная дверь открылась и я услышал шаги по ступенькам. Том решил сразу зайти ко мне. Он мельком заглянул в мою комнату и сказал короткое: - Идём, - и отправился в свою спальню, ожидая что я пойду за ним.       Тебе важно выжить, тебе просто нужно выжить. Иди за ним. Я поднялся со своей кровати и отправился вслед за Томом. Я вошёл в его комнату, Том стоял, прислонившись к столу, опершись руками о столешницу позади себя. Только бы побыстрее. Я замешкался в дверном проеме, прошёл к кровати и сел напротив Тома. Какое-то время мы смотрели друг на друга, я пытался понять, о чём он думает. Наконец я не выдержал: - Ну? Ты хотел секса. - Да. - И, как это будет? - Пока не знаю, - Том задумался и обвёл взглядом комнату - А как бы ты хотел? - Никак! Я уже говорил, я не гей! - выпалил я. - Я не про ориентацию тебя спросил, я спросил, как ты хочешь заняться сексом. И ответ “никак” не вариант.       Я закрыл руками лицо и с силой потёр. Всё напряжение, что копилось пока его не было дома выливалось из меня. Сволочь, просто сволочь! Как я его ненавижу! И даже сейчас он играет! Почему он не может просто сделать всё сам?! - Если я скажу тебе, что я хочу сделать с тобой, Томми, ты просто убьешь меня, - тихо прошипел я. - И как я тогда получу свой секс? Некрофилия не мой фетиш, совсем. - Зато изнасилование явно твой, да?! - Я даже не коснулся тебя ещё ни разу. - А, так ты хочешь, чтобы я сам всё начал и делал своими руками, как тогда, с сигаретой?! - Делай то, что хочешь ты, - отрешенно сказал Том.       Я хочу тебя убить. Вот что я хочу, очень хочу. Алкоголь явно добавил мне храбрости.       Но если сейчас я буду драться с вампиром, как быстро я проиграю? Секунда? Две? Проверим? Я встал с кровати и подошёл к нему совсем вплотную, я на полголовы его выше, я шире в плечах. Обычно такое несоответствие фигур заставляет меньшего человека испугаться, отступить. Вот только это Томас. И это существо ничего не боится. Я наклонился к его лицу, пристально посмотрел в глаза и напряженно сказал: - Я хочу чтобы тебе было больно. Очень. Понастоящему. Чтобы ты плакал и просил.       Кровь прилила к моему лицу, мне казалось он в любой момент сбросит свой спокойный образ и вся вампирская сила и гнев обрушатся на меня. Том подался вперед ко мне и шепнул: - Я уже просил.       Да пошёл он, чёртов упырь. Я резко схватил его за горло обеими руками. Том качнулся, но не отреагировал никак. Не попытался вырваться или оттолкнуть меня. Он так и остался стоять, прислонившись к столу, опершись ладонями на столешницу, лишь чуть покачиваясь вместе со мной от моего напряженного тела. Ему явно было дискомфортно, но он продолжал смотреть мне в глаза. Я сдавил его шею изо всей силы, мой пьяный бес внутри шептал мне, вдруг мне повезет и я ему её сломаю и всё кончится. По лицу Тома я видел, что ему очень неприятно, и тем не менее он всё так же стоял, не двигаясь. Мне так захотелось его ударить, отомстить ему за все его игры с моей головой, за удачно подсунутый путаный контракт, условия которого я обязан исполнять, за все свои слёзы, что он заставил меня выплакать перед ним. Тебе тоже нужен воздух, сколько ты сможешь не дышать, а, упырь? Том попытался сглотнуть и рефлекторно чуть повернул шею. Я тряхнул его, словно наказывая за его лёгкий жест неповиновения. Том неприятно поморщился, я явно сделал ему больно. Я вдруг ощутил укол жалости, будто я сам прочувствовал каково это. Ну нет, ему никакой жалости не будет. Мы стояли так уже достаточно долго, мне стало интересно как долго это существо может не дышать. Том стоял всё так же неподвижно, только его лицо приобрело более красный оттенок и смотрел он уже не на меня, а чуть в сторону, его рот чуть приоткрылся, будто он старался ухватить хоть немного воздуха. Я почувствовал, как рука мягко легла на моё предплечье, Тому явно было уже не в моготу. Я ещё раз тряхнул его и полукругом развернул по комнате, спиной к кровати. Обе его руки уже были на моих предплечьях, но не давили, не пытались снять захват. Том просто держался за меня. Вот как ты хочешь? Я зашагал вперёд к кровати, держа Тома за шею, фактически на весу: тот едва доставал носками пальцев до пола, стараясь шагать со мной. Кажется он тяжелее, чем выглядит, но и я не слабый парень. Его глаза смотрели в потолок, а на лице то и дело проскакивали болезненные гримасы. Больно тебе? Отлично. Я поднёс его к кровати и грубо швырнул на матрас, Том тут же глубоко вдохнул и закашлялся, держась за горло. Несчастное существо, это только начало. Я схватил ногу Тома и дернул его на себя, чтобы он забыл о своём горле, это меньшая из его проблем сейчас. Том растянулся на кровати, а я запрыгнул на него сверху. Он спокойно смотрел на меня всё ещё стараясь отдышаться. - Тебе всё нравится? - зло спросил я.       Том ничего не ответил, он потянулся рукой к моей груди, но я перехватил его запястье и впечатал в кровать над головой, вторую его руку я так же завёл ему за голову и накрыл обе своей ладонью. В моём мозгу мелькнула похожая сцена из моего сна, только лежал на спине теперь не я, а Томас. А он лежал спокойно, как будто подчинился мне. Он ничего не делал. Сколько секунд уже прошло? Минут? Я всё ещё цел и невредим, а этот вампир почему-то позволяет делать с собой, что я хочу. И только сейчас я осознал, после выплеска адреналина, после этого акта насилия у стола, я почувствовал что возбудился. Напряжение в паху всё росло. Я знаю, что с ним делать. Ты же этого хотел - делать, что хочу я?       Ему стало не очень комфортно пока я сидел на его животе и он чуть шевельнулся. В ответ я схватился за края его рубашки и разорвал её у него на груди. Том лишь подался корпусом вверх, вслед за рвущейся тканью. Я сместился чуть вниз и занялся его ремнем, расстегнув, я махом выдернул его из брюк, откинув прочь. Пуговицу на брюках я расстегнул, а вот молнию просто разорвал, рванув за края брюк, их уже вряд ли удастся носить. С бельем я тоже не церемонился, разодрав его в клочья прямо на Томе. Я сорвал остатки одежды, мгновенно разделся сам, и вновь запрыгнул ему на живот: Том лежал, всё так же держа руки за головой, не делая ни-че-го… серые глаза безучастно смотрели на меня из-под полуопущенных век. Он был словно живая недвижимая кукла. Моё тело сотрясал единый пульс биения сердца и нарастающего жара в паху. Какая-то трезвая часть меня захотела вдруг остановиться, но её желание тут же смела могучая рука всё ещё плещущегося во мне алкоголя и возбуждения. Мне всё равно, я намерен пользоваться пассивностью Тома как захочу. Я чуть приподнялся и легко перевернул его на живот, на мгновение я замешкался: я никогда этого не делал с парнем, но теперь мне очень хочется попробовать. Я сместился к попке Тома и раздвинул его ягодицы, вот что я буду мучить сегодня - небольшое сжатое отверстие. Ничего, упырь, тебе будет не впервой, тебя уже сюда имели. Я сплюнул на ладонь и размазал слюну по анусу Тома. С силой вдавив палец внутрь, я ожидал, что будет туго, но на удивление он вошёл легко и я тут же добавил второй. Я услышал, как Том всхлипнул и уткнулся носом в подушку. Он всё так же не пытался мне помешать. Я начал трахать Тома пальцами, иногда разводя их, растягивая анус и свободной рукой массируя свой член. Я подался чуть вперёд и пустил струйку слюны изо рта, прямо на дырочку парня и свои пальцы. Это помогло, пальцы скользили уже совсем свободно, но для члена места будет маловато, я сунул пальцы в колечко ануса по самоё основание, с силой вдавив руку вниз, как же в нём тесно. По моему телу пробежала дрожь и я нервно сглотнул, только бы не кончить прямо сейчас. Я добавил третий палец, и почувствовал как вокруг них сжались мышцы ануса, словно стараясь вытолкнуть непрошенное вторжение, в ответ я лишь вбил свои пальцы ещё глубже и увидел, как вздрогнули плечи Тома, а его руки сильнее вцепились в подушку, куда он уткнул своё лицо. Мне нет до него дела. Сейчас меня волнует лишь эта горячая гладкая теснота, что давит на мои пальцы, пульсирует и легонько сжимается, и все мои мысли лишь о том, что я обязан оказаться в ней.       Хлюпнув, пальцы выскользнули, и я тут же оттянул ягодицу Тома освободившейся рукой, подался вперед и пристроил головку члена у дырочки, готовясь войти одним махом. Что я и сделал, рывком нырнув бедрами вниз, помогая себе своим весом и вгоняя в Тома всю длину своего члена. Он выгнул спину, оторвав лицо от подушки, и рвано втянул воздух болезненно завыв. Больно. Я сделал ему больно. С кем угодно другим я бы тут же услышал, остановился, я бы что-то поменял. Но это Том. Упырь, который уже столько времени держит меня пленником, всё, что я чувствую сейчас - это ненависть к нему. Никакой пощады. Я схватил его за шею, с силой вдавил голову в подушку, чтобы заглушить любые звуки, и начал вбиваться в его анус.       Толчок, ещё толчок, Боже, как тесно, как хорошо. Ещё. Тело Тома принимало меня и легко отпускало, чтобы снова принять. Я чувствовал как ярость, злость, раздражение - весь негатив, что накопился у меня к этому упырю потоками течёт по моему телу, стекая вниз, придавая мощной эрекции моему члену. Толчок. Ещё глубже. Я ощущал, как мои яички бьются о ягодицы Тома, но мне хотелось вбиться ещё глубже, сделать себе приятнее. И больнее ему. Я сместился чуть вперед, фактически нависая над Томом, опираясь одной рукой о его шею, а другую поставив ему на поясницу, это позволяло большую амплитуду размаха бедрами. Я вогнал член в Тома под новым углом и услышал, как он вскрикнул в подушку, ещё сильнее вцепившись в неё пальцами, так сильно, что мне послышался треск рвущейся ткани наволочки. Если это последний секс в моей жизни, я должен взять всё, что захочу. Я ещё раз с силой вогнал в Тома член, стараясь попасть в то же место, где ему было больно, и попал. Том вздрогнул всем телом и опять вскрикнул, но уже тише, спрятав ладони под подушку.       Шлюшка, какая же он шлюшка. Все его командирские замашки, машины, деловые шмотки, деньги, заводы, офисы, куча подчиненных - всего лишь дешевая пыль на его шлюшей сущности подстилки. Ему явно всё не впервой, он дал себя оттрахать Арчи и прочим в моей команде, он подставил свою задницу мне на растерзание, сильный и властный столетний вампир, оказался простой потаскушкой, которая любит член у себя в попке.       Я остервенело сношал его задницу, глядя как вздрагивали его плечи при каждом моём ударе, это зрелище, вместе с приглушенными звуками из подушки приводили меня в исступление, и, казалось, делали мой стояк ещё твёрже, хотя куда уж больше, моё напряжение было настолько сильным, что я наконец понял, что слышу ещё и звон в своих ушах. Я никогда и ни с кем не занимался сексом так жёстко, я никогда не вёл себя настолько животно, но до чего же экстатично потрясающе мне сейчас.       Наконец Том вырвался из моего захвата и повернул голову на бок. И тут я услышал всхлипы: с каждым толчком внутрь Том тихо всхлипывал, чуть прикрывая глаза, а с каждым разом, как член выскальзывал из него я слышал облегченный выдох. Я успел заметить, как на его ресницах блестят слёзы. Слёзы? Всхлип и вздрогнувшие плечи. Ему уже очень больно и, вместо того, чтобы остановить меня, всё прекратить, он продолжает терпеть. Ещё всхлип. Хватит, я не настолько монстр. Не важно, что этот вампир вытворял со мной всё это время, сейчас я, я не могу причинять боль живому существу. Я сместился чуть назад, туда, где я не задевал болезненные места внутри Тома и чуть замедлил свой ритм. Чёрт, я готов даже остановиться, если это не поможет, не знаю как, но я себя заставлю, мне отчаянно, до безумия хотелось кончить в это тело, но не ценой его боли. Напряжение трясло меня, моя сущность требовала взять своё, но я старался не ускорять темп, и внимательно смотрел на лицо Тома, он повернул голову, стараясь увидеть меня, и он больше не всхлипывал, а плечи не вздрагивали. Хорошо. Моя рука всё ещё была на его шее, и я погладил её большим пальцем, будто стараясь дать Тому хоть крупицу комфорта.       Я был уже близок к оргазму, тело требовало взять своё и мои толчки становились всё быстрее. Я вбивался в Тома быстрее и жёстче, но какой-то маленькой частью сознания я все ещё отчаянно пытался контролировать свои движения, стараясь направить член так, чтобы ему не было больно. Вдруг мои мышцы начали спазмировать, я впился зубами в свою нижнюю губу, но крик, всё же вырвался из моего горла, надрывный крик долгожданной кульминации, несколько рваных толчков, и мой разум и тело захватила волна оргазма, я извергался внутрь Тома, дергаясь с каждым спазмом. Мой член будто плавился внутри парня, как же долго я не кончал, и какой же отчаянно-болезненный, рвущий на части оргазм накрыл меня, и я в жизни не кричал при оргазмах так сильно и надрывно.       Моё тело перестала бить судорога, и с вульгарным хлюпаньем вытекающей спермы, я вытащил член из истерзанной попки Тома, протащив по ней ниточку спермы, когда я скатился с него рядом на кровать. Эйфория оргазма постепенно покидала моё сознание, и я начал осознавать, что только что произошло. Томас по прежнему был спокоен и безучастен, он недвижимо лежал на животе рядом со мной, глядя на меня чуть мутным взглядом всё ещё влажных от слёз глаз. Моё сердце сжалось. Ну и что я наделал? - Прости... - хриплым шёпотом сказал я, и потянулся рукой к нему, чтобы коснуться лица, как вдруг Том перехватил мою ладонь, и мягко припав к ней губами, поцеловал её тыльную сторону. Я замер, а он нежно скользил губами по моей руке целуя запястье, костяшки, пальцы, бугорки и холмики ладони. Странно, это выглядело и ощущалось как благодарность, хотя и совсем не вязалось с тем, что я с ним вытворял в постели ранее. Он позволял пальцам моей руки соскользнуть внутрь его рта, чуть посасывая кончики, его язык нежно играл, лаская подушечки пальцев, и впуская их глубже, его движения слали мягкие волны возрождающегося возбуждения в мой пах. Наконец Том остановился, оставив мой большой палец у своих губ, и посмотрел на меня, чуть подняв брови. Я провел пальцем по его нижней губе и спросил: - Я сделал тебе очень больно?       Том легонько мотнул головой. Опять он соврал. Мазохист. Я видел каково ему было. Том приоткрыл рот и провел языком по подушечке моего пальца, словно он лизнул леденец. Ещё одна волна возбуждения скользнула по телу вниз. - Ты хочешь ещё раз?       Том ничего не ответил, лишь глубже впустив в свои открытые губы мой палец. Он скользил под языком, а я смотрел Тому в глаза и пытался понять, что выражает этот взгляд. Просьбу? Он меня просит. И казалось, что просит не из позиции главного или даже равного, он просит покорно и смиренно. И до этого просил: “Делай то, что хочешь ты” - эхом отозвался голос Тома в моей голове. В очередной раз он меня удивил: я никак не ожидал, что сегодня вечером окажусь в активной роли в его кровати, а этот парень, вампир, что куда сильнее меня, добровольно сдастся на мою милость. И я знаю, что я хочу с ним делать.       Я приподнялся, забирая руку изо рта Тома и жестом показывая ему лечь на спину. Он подчинился, а я устроился у него между ног, чувствуя как мой член уже снова слегка привстал. Я скользнул взглядом по лицу Тома, задержавшись на губах, но тут же скользнул ниже, к его груди. Поцелуи. Это то, чем я компенсирую боль, причиненную ранее этому телу. Я коснулся губами соска Тома и нежно поцеловал, тут же взяв его в рот. Тело Тома отреагировало, подавшись мне навстречу, и я начал покрывать поцелуями всю грудь. Моя рука прошлась по животу, между его ног и пальцы скользнули в его измученную дырочку. Том выгнулся ещё сильнее, издав громкий стон, видимо сейчас он гиперчувствителен внизу, а может я сделал ему немного больно, что ж постараюсь быть аккуратным. Мои пальцы продолжили разминать и исследовать его попку, хлюпая в сперме, оставленной мной ранее. Он уже был расслаблен, смазан и растянут достаточно, чтобы я вошёл в него второй раз, вот только пока меня это не заботило. Я уже получил свое удовольствие, и теперь позабочусь, чтобы Том его получил. Его покорность возбуждала меня, алкоголь полностью выветрился из меня вместе с первым животным оргазмом и теперь я трезво, насколько позволяло возбуждение, оценивал обстановку, и она мне чертовски нравилась. Я знал одно: я хочу ещё. Похоже я наконец обрел ту власть и контроль, которой был лишен с самого начала, благодаря контракту Тома. Я всё боялся, что со мной будут делать, что угодно, помимо моей воли, но кажется сейчас единственная решающая сила в этой кровати - я.       Тело Тома чуть подрагивало от моих прикосновений, он тихо всхлипывал, каждый раз когда я находил в нём новую чувствительную точку. Я потерся щекой о живот Тома и оставил поцелуй рядом с его пупком. Я и сам увлекся и дрожал от возбуждения, но всё же старался отсрочить момент входа в Тома: мне нравилось исследовать его тело, нажимая на приятные места и извлекая из него всхлипы и стоны. Мне нравилось наконец трогать и ласкать живое существо, я чувствовал, моё тело, что всегда любило прикосновения, тоже очень изголодалось по нежному, живому контакту, и сейчас я могу получить его сполна.       Я увидел, как Том дотянулся своей рукой до члена и начал потихоньку надрачивать его, я сместился ещё ниже, почти скользнув носом у его яичек, но тут же мазнул губами по бедру и чуть прихватил зубами кожу на внутренней стороне. Том громко пискнул и выдохнул с протяжным стоном, Боже, какой же он чувствительный сейчас. Оставив ещё один поцелуй на его бедре я переключил внимание на его дырочку. Теперь в его попке были пальцы двух моих рук: два пальца одной руки скользили внутрь и наружу, лаская изнутри гладкие и тугие стеночки, а пальцы другой руки кружили по краю, поглаживая и чуть растягивая вход. Боли больше не будет Томми, я хорошо тебя подготовлю.       Я подхватил Тома под колени и потянул к себе, пристраивая головку члена ко входу в его дырочку. Я перехватил взгляд Тома, он смотрел на меня распахнутыми глазами, в которых разливалось желание и та же неизменная просьба, его тело почти уже умоляло меня не тянуть.       Я снова скользнул в него и начал двигаться плавно и аккуратно. Мне хотелось ускориться, но я внимательно следил за лицом Тома, стараясь не причинять ему боль. Он лежал, прикрыв глаза, и старался дышать спокойнее. Я потянулся к его голове и нежно погладил у виска, стараясь чуть успокоить его и расслабить. Том едва заметно кивнул, будто благодаря меня за этот жест, прикрыл глаза и начал тихонько постанывать в такт толчкам, а я чуть нарастил темп. Я слежу за твоим состоянием, больно не будет, всё хорошо. Том застонал чуть громче и я увидел, как он прикусил губу, но его тело не напряглось, ему сейчас приятно. Я плавно покачивал бедра Тома в такт своими толчками, поглаживая его красивые стройные ноги и смотрел в его замутнённые серые глаза, Том подрачивал свой член, откинув голову назад и постанывая всё громче, и я начал наращивать темп. Долго ждать финала не пришлось, кончили мы практически одновременно: я в него, а Том себе на живот. Я упал сверху на него, уткнувшись лицом в его шею. Кажется, Том куда теплее сейчас, чем обычно. Мой член всё ещё был внутри него, я даже не хотел вытаскивать, мне так нравилось это ощущение, как будто этот парень подо мной принадлежит мне целиком и полностью.       Я чуть приподнялся, встав на свои предплечья: - Том… - Ты потрясающий, - его лицо было совсем близко от моего, и даже в сумерках я видел как искрились счастьем его глаза. - Потрясающий, - повторил Том и легонько чмокнул меня в нос. - Тебе понравилось? - с игривой улыбкой спросил он.       Понравилось ли мне? Я уже чуть пришёл в себя и успел задать себе тот же вопрос. То, что я испытал было похоже на мой сон, но ярче, мощнее, прекраснее. Я трахнул парня. Я трахнул парня и мне понравилось. Да, мне понравилось. А вслух я решил сказать: - Это было необычно. Очень необычно. Ты это продумал? Ты этого хотел? - Я сделал так как хотел ты - отрешенно сказал Том и пожал плечами - мне было больно и я плакал. - Хватит Том! - я зло вспыхнул и вскочил с него - Хватит игр на сегодня! - меня разозлила эта его фраза, и намёк - Это не всегда уместно и не всегда весело!       Он посмотрел на меня чуть испуганно, явно не ожидав от меня такой реакции, и легонько кивнул. Интересно он и правда понял, что где-то перегнул или просто согласился в угоду мне?       Я сидел на кровати рядом с лежащим Томом, как вдруг заметил пятна на простынях, это была кровь. - Том… тут кровь. - Она моя, не беспокойся. - Ты знал, что у тебя идет кровь и не остановил меня?! - А давай ещё разок? - вместо ответа игриво сказал Том. - Пошёл ты, Том, просто отвали, - спрыгивая с кровати, напирал на него я. - Вот это - я ткнул пальцем на кровавые простыни - нихрена не здраво, вот вообще.       Том всё так же лежал на кровати с весело-глуповатым выражением лица, смотрел на меня, чуть приоткрыв рот. Он поправил подушки одновременно меняя выражение лица на серьёзное. Я знал, что за этим последует. - Вот это - он показал на кровь - вся моя жизнь. Кровь. Я вампир, не забыл? Ты утром читал мне мораль про вампиров и людей, что-то я да понял. Мне нравится твоя чувствительность, твоя заботливая душа, это твоя природа. А моя природа - кровь. Так что сделай и ты шаг вампиру навстречу и не шокируйся вещами, которые никак на меня не влияют и не имеют для меня никакого плохого значения.       Я опять скривился посмотрев на кровь, всё же было так хорошо, какого черта? И я знаю, что у Тома всё быстро заживёт, но, Боже, я его трахнул до разрыва тканей, осознание этого вызывало лишь отвращение. - Эй Дааааниии, - игриво пропел Том. - Говорю тебе, не зацикливайся. Ты умница, мне очень понравилось. А что до простыней… Бывали времена, я спал и в более кровавых местах, но тебя это явно смущает, новые простыни мне стелить сейчас лень, а единственные чистые простыни лежат на кровати в твоей комнате.       Мы пришли в мою комнату и решили сходить в душ… вместе. Том играючи затянул меня вслед за собой в кабинку, и тут же забрызгал водой весело хохоча, я посмотрел на его смеющийся рот и понял как редко слышал смех от него в этих стенах. Я притянул его к себе и пощекотал в ответ, оказалось Том почти не боится щекотки, нигде, кроме рёбер, чем я и пользовался, как только он поворачивался ко мне спиной. Я засмотрелся на то, как стекают алые ручейки по его бедрам и вдруг подскочил от неожиданности: Том ущипнул меня за сосок, глупо хихикнув.       Мы забрались в мою кровать, и кажется эйфория секса потихоньку покидала мой мозг, а я начинал понимать, что произошло. Том затащил-таки меня в кровать, но… но мне даже пожаловаться не на что, мой первый секс за почти что год, и я чувствую себя прекрасно, моё тело расслабилось настолько, что я кажусь себе невесомым. Я повернул голову, глянуть на Тома, он увлеченно рассказывал о каком-то необычном своем сексуальном опыте, а я кажется вообще всё прослушал. Стоп, кажется он рассказывает про Дрима - взломщика-обманщика. - … и всё-таки ты мягче, Данни, ласковее, щадишь партнера, а под Дримом я даже кончил с трудом. - Так он был сверху? - Ну да, - беспечно бросил Том - А ты что думал? - А я думал, что такой как ты не позволит… если честно я вообще думал, ты меня изнасилуешь… - Чего-о-о? - от удивления Том выкатил глаза. - Это то, что я думал, ты хочешь сделать со мной. - Погоди… и всё это время, ты ждал что наступил день и я просто возьму тебя против твоей воли?       Том в точности передал то, о чём я думал с самого первого дня будучи здесь, но из его уст мои мысли звучали на удивление глупо. - Да… - только и смог выдавить я. - Хм… что ж, спокойной ночи, Данни, - сказал Том и отвернулся.       Я что его обидел? Почему это он, почти силой, затащил меня к себе в кровать, а виноватым себя чувствую я?       Я ещё никогда не спал с парнем в одной кровати, будучи голым, я повернул голову и постарался рассмотреть Тома в сумерках, он быстро заснул и во сне перевернулся лицом ко мне. Его голова лежала на его ладонях, он спал, как спит ребенок: чуть свернувшись калачиком и прижав к себе руки. В полумраке я всё же рассмотрел синие пятна, что оставили мои пальцы на его запястьях и шее, я что так сильно его сдавил? Том сказал, что все прошло отлично, ему понравилось, но разве можно получить удовольствие, когда тебя мучают и оставляют отметины?       Я потянулся, чтобы укрыть Тома одеялом по шею, но остановил себя: в комнате было очень тепло благодаря обогревателям, тепло даже для меня. Для Тома эта температура будет уже почти жаркой, но мне вдруг захотелось сделать для него что-то хорошее, позаботиться. Я убрал прядки волос с его лица и пододвинулся чуть ближе к нему, лёжа на боку, кажется, я уснул глядя на его безмятежное лицо.