Хогвартс для Барсука

      Весна вступила в свои права. Скотный двор, теперь его уже можно было так называть, разросся и обещал принести неплохие дивиденды. Имели шероховатости и неровности, но все можно было поправить. Например, оставался вопрос с уходом за живностью в летний период. Нанимать кого-то с улицы — расточительно, да и мороки с этими пришлыми. А оставлять каких-нибудь студентов… Вопрос требовал проработки, но это терпело.       Терпел и Альбус, заточенный в покоях. Домовики не игнорировали его просьбы о еде и книгах, писчие принадлежности и одежда — запрета такого не было. Но вот общения старику не хватало. Больше полугода «оздоровительного» отдыха имели свои последствия. Пропала бессонница, наладился сон, появился аппетит, улучшился цвет лица, пропал геморрой. Но в конце концов, как же было скучно! Ни одного собеседника, ни одного! Альбус даже начал с собой в зеркале перекидываться фразой другой, пока не поймал себя на мысли, что так дальше нельзя. Острому уму требовалась пища! И газеты со старыми книгами не могли утолить этот голод.       Терпение у Дамблдора было много, но и оно имело свои границы. К счастью (кого именно мы умолчим, ибо даже не знаем), живая душа появилась рядом раньше, чем лопнула чаша. А все дело в том, что Далтон от природы не мог долго злиться. Негодовать, ворчать, припоминать, но не плеваться ядом. Разумеется, были исключения, но Дамблдор своей персоной не удостоился им стать. Именно поэтому барсук прогуливался по замку с целью наконец взглянуть на своего предшественника.       Корни Джеймс уже пустил везде, где только можно было за этот отрезок времени. Где-то глубже, где-то едва, но все же — сковырнуть просто так одним махом никому уже не удастся. Разве, Хогвартс решит сменить его на очередную свежую кровь. Но и с замком пока у директора Далтона было полное взаимопонимание. Конечно, замку постоянно нужно было что-то и вот прямо сейчас! Но на то и была учреждена должность пуффендуйца — контролировать административные и хозяйственные вопросы.       Тем не менее, прогуливаясь не спеша, нога за ногу, Джеймс вышел к покоям старого «вояки», который оставил после себя «сожжённую Москву». М-да, полководец из Альбуса был намного лучше, чем директор.       — Дипси, мистер Дамблдор у себя? — спросил Далтон, прекрасно понимая, что никуда деться старик не мог. Об этом говорил и замок, и домовик, успевший метнуться за дверь и обратно.       — Мистер Дамблдор у себя, сэр! Мистер Дамблдор ждет господина директора! — отрапортовал ушастый помощник.       — Если старик начнет колдовать — сразу его обезвреживай! Это ясно? — в сотый раз переспросил пуффендуец и, дождавшись кивка и преданного взгляда постучал костяшками пальцев по двери. — Мистер Дамблдор, разрешите?       За дверью послышалось копошение и спустя минуты полторы дверь отворилась.

***

      Чаепитие проходило мирно. Альбус-много-имен попивал чай и улыбался открыто и радостно. Настоящий человек за Мерлин сколько ведает времени! Живой человек и даже маг!       Изоляция Дамблдора не была полной. Он получал газеты и журналы, читал книги (даже из Запретной Секции домовики притаскивали пару талмудов), но ни одного письма и ни одной встречи. По началу это даже было в радость, но после… Человек — существо социальное. Наверное, именно это знание и решило в пользу прошлого директора, пригнав нового, шепотом напевая в ухо голосом совести.       Молчание было долгим. Оба директора не знали, что спросить. И если Далтон опасался сказать что-то грубое, то Альбуса просто распирало от кучи вопросов, которые хотелось озвучить. При чем, добрая половина была риторической, а другая… Ох, как же долго он ни с кем не общался.       — У вас наверняка есть вопросы, — утвердительно сказал Дамблдор, решив хоть как-то начать беседу.       — Есть, — помолчав кивнул Далтон, поймав стеклами очков блик из окна. — Но одни ведут к обвинениям, а другие, по сути, не требуют ответов.       — Возможно, моя доля вины есть в сложившейся ситуации… — примирительно ответил старик, отпивая маленький глоток из чашки.       Сказать на это Далтону было нечего. Вернее, было и даже слишком много. Но была большая вероятность скатиться к банальной ругани. Вот что, что, а ругаться новый директор умел. При чем, не только сугубо вежливо, но и на языке портовых грузчиков.       — Как поживает персонал? — через некоторое время снова завел разговор бывший директор, а ныне просто старый маг.       — Мной можно гордиться, — усмехнулся Далтон. — Я сделал столько больших дел!       — О! Я внимательно слушаю, — на полном серьезе заявил Альбус, готовясь внимать.       — Вылечил Трелони от алкоголизма, — отставив чашку, загнул палец мужчина. — Нашел управу на нашу Летучую Мышь — Снейпа, — второй палец присоединился к первому. — Заставил Минерву заняться своим львятником вплотную. Нашел себе толкового заместителя. Завел скотный двор, открыл дальние теплицы. И как вишенка на торте, послал Министерство со своими порядками в дальнее эротическое, подняв Устав за одна тысяча трехсотый год! Ну, и так, по мелочи.       Гордый собой, а гордость Далтон и не скрывал, мужчина загнул оставшиеся пальцы не считая.       — У меня один глупый вопрос, — на волне показного веселья спросил пуффендуец. — Как можно было так довести школу? Водопровод в говно! Крыша — в говно! Стадион на честном слове держался. Кентавры в край охамели, в озере паразитов развелось — неделю чистили! И это я еще молчу про персонал и дебильную систему наказаний и поощрений! Альбус, — Далтон подался вперед, — деньги в казне были. Я бы понял, если там дно сверкало. В чем проблема?       Дамблдор опустил взгляд и пожевал губу, словно школьник перед строгим учителем. Теребя в руках чашку, старик пытался правильно подобрать ответ. Даже не так — сформулировать ответ, который не будет звучать жалким оправданием.       — Я старался изменить порядок. Возможно, — медленно проговаривал предыдущий администратор, — я понимал, что не сдюжу рубить с плеча — характер не тот. А медленно проводить реформы… Наверное, я заблудился где-то в пути.       — Что ж, — спустя долгое молчание Далтон поднялся с кресла. — Раз заблудился, значит сюда то тебе и нужно. Отдыхай.       Сил злиться на старика не было. Отчаянно хотелось выплеснуть все то, что копилось с начала летних каникул, когда не смог покинуть гостеприимные стены замка, но, увы, не получалось. Перед ним сидел не большой политик или сильный интриган, а всего лишь старый маг, который заблудился где-то в своих мыслях. И даже, если это вдруг была игра исключительно для одного зрителя — изменить Джеймс ничего не мог, да и по правде, не хотел.       — Ты еще зайдешь? — вырвалось у Альбуса.       — Зайду, — кивнул Барсук.       В конце концов, нужно было понять, почему замок не отпускает узников. И если на счет себя у нынешнего директора были догадки, то по Альбусу совершенно нечего было сказать.