Джек Тодд и методы циничного мышления

- Цитадельное бронирование. – заключил я. - Да охренеть ты умён! Делать-то что? – ответила Гермиона, уклоняясь от очередного выпада змеи. А делать-то было нечего. Внешний слой резины тянулся только на три метра, внутренние – и того меньше, но филактерия была спрятана там, где этих слоёв максимальное количество. Разорвать резину легко, а плоть духа – трудно. У нас буквально по паре взрывов на каждого, и по три склянки с зельем. Вероятно, Лирой это учёл. - Нужно понизить её мобильность! Отрежьте незащищённый хвост! – крикнул я. В другой части боя тоже не всё шло гладко. Марволо пропустил какое-то экзотическое заклинание, и теперь капюшон лип к правой половине его лица, а на балахон стекала кровь. - Ты так жесток. – удивился он. - Жестокость? Ты, пожиратель смерти, рассказываешь мне о жестокости? - Ну да. Когда убиваешь плохих людей… Ты всё равно убиваешь людей. – с этими словами Марволо атаковал взрывом, в ноги противнику. Тот отскочил, но получил несколько осколков от разбитого каменного пола. Теперь его преподавательская мантия тоже начала пропитываться кровью. - Ты собираешься убить меня! Какие ещё нужны причины? - Чушь! – Марволо заблокировал оглушение щитовыми чарами и отправил оглушение в ответ – Мне запрещено убивать тебя, иначе я бы не сдерживался! - Тогда не сдерживайся! – Лирой применил заклинание, которое я раньше не видел. Это была огненная волна, заставляющая воздух вокруг кипеть, и она быстро надвигалась на Марволо, да и меня бы задело. Профессор магловедения опустил палочку и принял волну с поразительным спокойствием. Она окутала его и превратила в факел. Несколько секунд ничего не происходило, а потом Марволо контратаковал. Это было столь неожиданно для Лироя, что тот пропустил заклинание и его левая рука повисла плетью. - Всепожирающее пламя? Ты мог задеть Драко. – сообщил Марволо. - Плевать. Малфой не понимает, что творит. - А что он творит? – удивился горящий человек. - Он собирается уничтожить мир магии, как и твой хозяин. Не удивительно, что Люциус носил ту же мантию, что и ты. Вы – малые дети, которые не осознают важность порядка и готовы пожертвовать всем ради силы и денег. - А… ты? – бросил Марволо. - Я? - Мошенник, убийца и тщеславная мразь, ты, неужели это всё было не ради денег и силы? - Мошенник? Но разве я виноват, что моим домом стал весь магический мир, раз уж унаследовать замок мне было не у кого? А теперь, когда я так близок к получению титула лорда, ты собираешься всё это разрушить. Нет. Я убью тебя, я убью Гарри Поттера, и любого, кто попытается меня остановить. - Даже так? Я намерен разрушить этот мир исходя из своих убеждений, а ты просто потому, что не хочешь учить новые правила? Что же… Добро сорвалось с цепи. - И что ты сделаешь? Ты ведь уже проиграл, все твои силы уходят на защиту от пламени! - О, Лирой, ты всё равно не поймёшь. Драко наконец-то удалось растворить незащищённый хвост, и жуткий грохот отвлёк меня от схватки двух магов. Змея активно отбивалась от нападок моих друзей, обороняя свой хвост магическим взглядом и клыками, но действовать на две стороны не могла, так что эффект был закономерен. Пока Гермиона отвлекала, Драко лил зелье. Вместо очередного рывка голова змеи просто шлёпнулась, потеряв точку опоры. Она покатилась по кругу, колотясь в судорогах, и мне пришлось смещаться. - Драко! Твоего отца предали! - В смысле? - Лирой не собирается выпускать нас отсюда живыми! - Отступаем! – потребовал он, и даже двинулся к выходу. Змея, смирившись наконец с потерей хвоста, вдруг поднялась над полом, попросту срастив с камнем нижнюю часть обрубка. Резко распрямившись, она раскрыла каменные веки, глядя прямо в спину убегающему наследнику богатейшего рода. - Поглощай. – приказал ей Лирой. Я оглянулся. Марволо перестал гореть, а его мантия обуглилась. Он не подавал признаков жизни. Змея потянулась к застывшему Драко, а Лирой левитировал его навстречу приближающейся пасти. Я прицелился и швырнул склянку с зельем. Попав в Малфоя, она разом сняла с него все заклинания, и он упал, пропустив голову змеи над собой. Гермиона тут же подскочила и оттащила его. - Мне жаль, что так вышло. – сказал Лирой, посылая в меня оглушение. Я попытался уйти перекатом, но заклинание было столь мощным что, даже пройдя в нескольких сантиметрах, оно лишило меня сознания на несколько секунд. Змея уже нависала надо мной, а её челюсти были широко открыты. Настолько широко, что я смог разглядеть резиновый мешок, подвешенный на нескольких жгутиках плоти. От него чувствовалась мощная магическая аура, чем-то похожая на ту, что охватила меня, когда дух превратил меня в камень. Тот же завораживающий блеск, хотя блестеть там было абсолютно нечему. Я понял, что это филактерия, работающая на полную мощность. - Какое благородство. Даже отбросив все намёки на человечность, ты не можешь убить детей своими руками. – услышал я голос Марволо. Змея захлопнула пасть и зыркнула туда, откуда доносился голос, то же самое проделал и Лирой. Только там уже было пусто. - Чёрт! – Лирой рванул куда-то в сторону, а змея получила взрыв прямо в морду. Меня осыпало каменной крошкой, и гипноз полностью пропал. Дух не успел меня атаковать, так что подвижность у меня сохранялась. Гермиона стреляла взрывом из-за ширмы, и я подскочил к ней. - Как Драко? - Готов убивать. – мрачно ответил он. - Значит, план следующий… Первым делом следовало заставить змею втянуться в бой, чем мы и занялись. Теперь мы атаковали все разом, с трёх сторон, пытаясь ободрать внешнюю обшивку. Это не имело ни малейшего смысла, но было необходимо. В первые секунды наша ширма превратилась в стекло, и мы бросились врассыпную. Суть была в том, чтобы заставить змею выполнить команду Лироя: попытаться сожрать кого-то из нас. Драко и Гермиона должны были последовательно подставиться под каменящий взор, а я сымитирую отступление. Когда же змея вновь откроет рот – я нанесу удар. По-видимому, забронировать её изнутри столь же тщательно, как снаружи было невозможно, поэтому Лирой ограничился одним «пакетиком», ещё и на уязвимых подвесах. Наверняка их уничтожение не выведет духа из строя, но как минимум ослабит. А выстрелов у меня два… *** Марволо не понимал, что нашло на Лироя. В какой момент он решил, что деньги и слава не помогут ему после воцарения светлого лорда? Да, он один из сильнейших магов среди ныне живущих, но ведь нагадив в кашу и Дамблдору, и Люциусу, он получит на свою голову весь аврорат, и ещё двух могущественных магов сверху, а значит, неизбежно умрёт. Но жизнью он больше не дорожит… Похоже, Люциус использовал его в тёмную, а когда Марволо позаботился, чтобы планы на следующую арку спектакля дошли до Лироя, старый мошенник получил неопровержимые гарантии того, что его кинули. Что ему обещали? Титул? Земли? Возможность спокойной старости и безбедного будущего для детишек… Но подобное невозможно в мире маглов, а значит, будет невозможно и для Лироя после слияния двух миров. А ведь он стремился к этому всю жизнь… Только так Том Марволо мог объяснить для себя столь безрассудное желание защитить устаревшие правила, возникшее у человека, что всю жизнь эти правила отрицал. Устранив Марволо, Лирой сможет взяться за Гарри Поттера, и скорее всего убьёт его, хотя сразу после погибнет от руки Дамблдора. Такой фатализм тоже удивлял Тома, но, по сути, играл на руку его тайному плану. Всепожирающее пламя – это противопоставление сил. Атакующий и защищающийся поддерживают горение, и чем дольше это происходит, тем больше энергии уходит на поддержание. Марволо потратил всё до последней капли, чтобы измотать Лироя, и это был огромнейший риск. Вдруг ритуал не сработает, вдруг ребята пострадают, пока он будет готовиться? - Какое благородство. Даже отбросив все намёки на человечность, ты не можешь убить детей своими руками. – сказал Том, готовясь к завершающей части ритуала. Ему повезло – Лирой не решился использовать заклятье истребления души, чтобы добить его и остальных. - Чёрт! – Лирой прыгнул и контратаковал, принимая магическое лезвие из двух столкнувшихся «обезоруживаний» своим таким же. Этот приём он тренировал с тех самых пор, как увидел его в виртуальной дуэли. - Для миллионов ты невиновен, мой же отец – Сатана! – выкрикнул Марволо, когда лезвия столкнулись. Как он и обещал, Лирой ничего не понял, ведь слова были на русском языке. Том лишь заметил, что Джек удивлённо оглянулся, отрываясь от боя с духом. Лирой отскочил и приготовился отражать нападение. - Но падший ангел богу был равен, мстить за него буду я! Магические лезвия вновь столкнулись, и Лирой пошатнулся. Он не понимал, как абсолютно истощённый маг может не просто поддерживать невероятно прожорливое лезвие, но и наносить им столь мощные удары. - Но мы сочтёмся, в битве сойдёмся, в год самой горькой звезды! - Сдохни, отродье тьмы! – новый выпад Марволо Лирой встретил финтом, обошёл его клинок и ткнул своим противника в грудь. Вместо того, чтобы пронзить врага насквозь, лезвие Лироя исчезло. - Знаю, наверно, рухну я первым, только погибнешь и ты! – Марволо обрушил свой меч сверху вниз на голову Лироя. Тот поднял правую руку, чтобы защититься, хотя понимал, что это не поможет. Внезапно, Марволо остановил удар, и лишь подрезал врагу локтевой сустав, чтобы тот не смог нормально орудовать палочкой. - Имя мне – Антихрист. – сообщил Том, сопровождая слова простым ударом кулака в челюсть. Он вновь держал свои обещания: никого не убивать. Соблазн, конечно, присутствовал. Как минимум, Лирою теперь всё равно не жить – ведь прощать его Марволо не собирался, а значит, хозяева узнают о предательстве агента. Ну а предателей казнят. Если же не видно разницы, то зачем ждать? Убить, и совместить полезное с приятным. Однако, разница была в условиях ритуала, проведённого Марволо. Добро против зла: светлые маги против тёмных. Эти концепции были чужды Марволо, но при этом вполне понятны. Он не верил в них, но мог пользоваться. Разумеется, чтобы у слов появилась та самая магия, какая-то сущность должна её дать. Но нет никакой светлой и тёмной магии, нет духов или даже богов, что покровительствовали бы таким понятиям в чистом виде. Следовательно, и силу взять неоткуда. Но всё же один момент присутствовал. Люди совсем не следят за тем, какие мысли получают от них энергию, и ставка Марволо была именно на человеческий фактор. Он нарядился как пожиратель смерти, напитал свою ауру злобой и ненавистью – пустыми эмоциями, которые лишь вводили в заблуждение оппонента. Лирой – предельно рациональный человек, который не позволяет эмоциям обмануть себя. Значит, он будет сосредоточен на противостоянии с Марволо, будет следить за его движениями, заклинаниями… Он будет следить за ним, а не за своими эмоциями! И да, они не влияют на решения Лироя, но это и не нужно. Достаточно внушить ему мысль, что он, Лирой, противостоит чистому злу, и побеждает его. Невероятно рискованный план, однако Лирой залетел в ловушку так, как Марволо не смел даже мечтать. Он вообразил себя защитником мира, использовал пламя, которое не только истощило Марволо, чем усыпило бдительность ума, но и дало эмоциональную подпитку, когда он не стал пытаться добить врага: смерть от ожогов ведь гораздо мучительнее, а этот пожиратель смерти явно заслужил… О том, что добить Марволо Лирой бы уже не смог, старый мошенник не догадывался. Ритуал передавал силу от «доброго» волшебника «злому», именно поэтому лезвие исчезло, как только коснулось Марволо. Пусть в природе не существует ни зла, ни добра, они вполне существовали в воображении Лироя. А Марволо заставил подсознание оппонента сыграть с ним злую шутку. Однако, рассчитывать только на удачу – синоним «человеческого фактора» – Марволо не мог, а потому заручился поддержкой… судьбы. Это не просто «призыв удачи», это вполне логичная и прозрачная сделка. Если Лирой верит, что действует правильно, то Марволо должен следовать тем же правилам, но делать это лучше, и тогда судьба повернётся так, как ему нужно. Или, может быть, Лирой сам повернёт свою судьбу так, чтобы проиграть Марволо. Образ Лироя – глуповатый, но могущественный герой, рыцарь без страха и упрёка, а сущность – хитрый и расчётливый мошенник, добивающийся своего любыми средствами. Подобное сочетание не могло не привести к внутреннему конфликту. Марволо же жил так, чтобы поддерживать внутреннюю гармонию. Для сделки с судьбой Марволо выбрал следующие условия: держать данное слово и не делать ничего, что может иметь непоправимые последствия, то есть, никого не убивать и не калечить. Рассчитывал Том конечно же на то, что Лирой попытается нанести ему какое-нибудь увечье, но получилось даже круче. А Марволо лишь исполнил свой план с максимальной точностью. После завершающей фазы ритуала он привалился к стене тайной комнаты. Да. Он победил, но вложил в это все свои, и даже чужие силы. Пройдёт ещё несколько минут, прежде чем он сможет помочь сражающимся со змеёй малышам, а до того он лишь будет для них обузой. К тому же, они неплохо справлялись… *** - Гермиона! – воскликнул Драко, глядя как его подруга превращается в камень. Я отправил в змею последний на сегодня взрыв. Энергии осталось впритык. Мы находились совсем рядом с торчащим из земли туловищем, и получив несколько взрывов, за которыми иногда следовали склянки, змея имела весьма ободранный вид. Резина пошла волнами, кое-где под ней отсутствовала плоть, но боеспособность дух вполне сохранял. Прилетевший взрыв привлёк его внимание, и он зыркнул на меня каменящим взором. Я попытался уклониться, а Драко – перехватить предназначенный мне луч, и это удалось. На самом деле, даже с небольшим запасом, и ситуация полностью была под моим контролем. Я спрятался за окаменевшей статуей, достал одну из двух склянок и приготовился. Змея нависла над нами, открыла рот, и в этот момент я подбросил склянку вверх, сопроводив её заклинанием: - Аттеро! Порыв ветра, сконцентрированный в тонкую струйку, разогнал склянку до скорости настоящей пули, да ещё и прорезал мешок, защищающий филактерию. Когда склянка разбилась, до филактерии добрались лишь несколько капель, но вот подвеска была уничтожена полностью. Змея рухнула рядом, и я тут же полез к ней в пасть. Теперь она или сожрёт меня, или погибнет. Добравшись до мешка с филактерией, я сунул палец в дырку и залил содержимое последней склянки в мешок. Пасть змеи захлопнулась, а тело начало подниматься, проталкивая добычу глубже. Я начал скользить вниз, запаниковал, начал цепляться за стенки, но они вдруг исчезли, и я сильно стукнулся головой об пол. Рядом упал драгоценный камень. - Ого! – услышал я сзади. Кто говорил я не разобрал, а потому схватил камень и направил в него нить. Мир изменился. Полумрак тайной комнаты сменился тенью от пальм, за которой начиналось яркое голубое небо, плавно перетекающее в столь же голубое море. От воды меня отделяла лишь небольшая полоска белого песка. - Ты ещё кто такой? – спросил меня человек, свесившийся с дерева. - Джек Тодд. – ответил я, не понимая, что происходит – Где Лирой? Кто ты? - Лирой? Не знаю таких! – он спрыгнул с ветки, чтобы подойти поближе ко мне. - Ну… ладно, тогда как насчёт того, чтобы заключить контракт? - Контракт? Зачем? - Я хочу, чтобы этот дух служил мне. - Да без проблем. Прикажи, и он послушает. - Но мне нужно, чтобы он принадлежал мне, и слушался только меня! - А ты сможешь его контролировать? - Думаю, это будет не сложно. У него нет тела, осталась только филактерия. - Значит, я должен сначала его восстановить! Приходи через месяц. - Месяц, как же… – я улыбнулся совпадению сроков, озвученных Лироем и этим странным человеком. - Давай, я тебя провожу. – он потянулся ко мне рукой, но я заставил его замереть усилием воли. - Я сказал, что хочу стать хозяином этого духа. А ещё спросил, кто ты такой. Но для тебя это было не слишком понятно, значит придётся донести смысл иначе. Человек исчез, и вновь появился передо мной, принимая боевую стойку. - Ну нет, это абсурд. Он взмахнул ногой, и я почувствовал, как меня пнули по заднице. - Думаешь, раз победил духа, то сможешь с ним справиться? Ты даже не понимаешь, что это за место и кто я такой. Ответишь на эти вопросы – получишь контроль. А до тех пор – защищайся!