Убивай меня нежно

Просмотр старых сообщений с Чанбином был утомительным. Минхо снова активировал свою учетную запись, Чанбин сразу удалил сообщения от Сынмина, пока они крутили его почтовый ящик. Возможно, людям не было плевать. Друг Минхо из его старой школы постоянно связывался с ним, чтобы либо пожаловаться на новый персонал, либо умолять его перезвонить. — Этот парень Хёнджин кажется очень милым. — Мы учились в одной школе. — Неделю назад он отправил тебе сообщение... посвящение. Минхо нахмурился. — Я не знаю, как кому-то из них смотреть в глаза. Многие из этих сообщений кажутся фальшивыми. — Твой мозг просто говорит тебе, что все против тебя. — А разве это не так? Чанбин засмеялся, мягко подтолкнув Минхо. — Попытайся увидеть в людях хорошее. Мне жаль, что некоторые люди причинили тебе боль, но, кажется, некоторые искренне беспокоятся. Минхо взглянул на экран. — Может быть. — Может, нам стоит показать им, что с тобой всё в порядке? — Чанбин предложил: — Мы могли бы сделать селку или опубликовать фотографию чего-нибудь? Минхо почувствовал жар в груди. — Я не особо хочу, чтобы Сынмин знал, где я. Чанбин нахмурился. — Минхо... — Мне просто... нужно больше времени. Чанбин закрыл ноутбук и сел на кровать. — Я знаю, ты сказал, что думаешь, что с тобой всё будет в порядке... но после того, что случилось прошлой ночью, я просто... я очень волнуюсь. — Я обещал, что больше не причиню себе вреда. — Я слышал это раньше... Я сам говорил это раньше. — Я серьёзно. Брови Чанбина нахмурились. — Я просто… Я был серьёзен, когда сказал, что мне будет больно читать о твоей смерти. — Я не умру. — Мне нужно знать, что с тобой всё будет в порядке, Минхо. Я не уверен. Минхо наклонился к молодому мужчине, прищурившись, положив подбородок на плечо Чанбина. — Что, если я останусь рядом? — Что ты имеешь в виду? — Как ты думаешь, ты можешь помочь мне найти здесь работу? Так ты сможешь навещать меня? Чанбин поджал губы. — Ты хочешь остаться в этом районе? — Чан тоже здесь. Он может держать тебя в курсе, если ты действительно беспокоишься. — Конечно, я беспокоюсь. Вопреки тому, что Чан сказал тебе, меня это волнует. И ты не проект... Я знаю, что он, вероятно, сказал это тебе, но боже, я совсем так не думаю. — Тогда это сработает? Я остаюсь в этом районе? Чанбин глубоко вздохнул. — Возможно. Это успокоит мои нервы. Минхо пошевелил носом. — Так ты мне поможешь? — Я посмотрю что я могу сделать. Я не волшебник, но... я могу попытаться устроить тебе собеседование? Ты понимаешь, что... ты не можешь принимать наркотики, и точка. — Я не тупой, я знаю. — Если я не смогу найти постоянную преподавательскую работу... — Работа подменой. У меня есть учёная степень... Однажды я проебался, но, может, кто-нибудь меня пожалеет? Чанбин погладил Минхо по голове. — Хорошо. Я посмотрю. Минхо улыбнулся, глядя в экран компьютера, прежде чем отодвинуться и посмотреть на музыканта. — Чан не ответил тебе, ведь так? Чанбин глубоко вздохнул. — Нет, не ответил. Я, наверное, увижу его сегодня вечером. — Осталось два дня... Чанбин посмотрел на часы. — Едва ли два... завтра мое последнее выступление здесь. Я уезжаю следующим утром. Минхо нахмурился. — Тебе следует поговорить с Чаном перед финальным выступлением. О правах... — Раньше он, похоже, не нуждался в них... — Ты предлагал? — Нет. — Он влюбился в тебя, разве нет? Чанбин медленно закрыл ноутбук. — Думаю, да. — Он всё ещё...? — Я надеюсь, что нет. Я ему совсем не подхожу, — Минхо это видел. Чан и Чанбин совсем не подходили друг для друга. — Я действительно не... Я всё равно не собираюсь соглашаться прямо сейчас. Ещё раз извиняюсь за то, что ввёл тебя в... — Нет, это всё я. Я просто хотел, чтобы кому-то было не плевать на меня любой ценой, честно. Чанбин внимательно наблюдал за Минхо. — Могу я купить тебе красивую одежду на сегодня? — Я могу носить предыдущую... — Ты как бы испортил её, когда вышел под дождь. — Серьёзно? — Ага, рубашке пиздец. — Извини. — Нет, это просто показывает, что бренд — дерьмо. Могу я купить тебе новую? Ты можешь выбрать? Минхо улыбнулся. — Что, если я оденусь удобнее? — Пока ты не в джинсах и футболке, я не думаю, что кого-то это волнует. — Свитер? — ...свитер? — Я имею в виду, уже холодно. Мне нравятся свитера, — Минхо надулся. — Думаю, я... я скучаю по тому, чтобы одеваться как учитель. Я всё время носил свитера. — Это так мило? — Чанбин рассмеялся. — Тогда хочешь заказать? Минхо кивнул, скользнув ближе к Чанбину, когда он снова открыл ноутбук.

***

— Удивительно, как ты каким-то образом получаешь доставку в этот же день. — Магазин буквально в городе, — Чанбин засмеялся, застёгивая ожерелье на шее Минхо. — Ты говоришь, что одет как учитель? Минхо кивнул. — Да... чёрные брюки и свитер. Полагаю, это я выглядел так? — Хорошо, что ты не учитель средней школы. У тебя была бы тысяча маленьких поклонников. Минхо съежился при мысли об этом. — Мерзко. — Я серьёзно, ты действительно привлекателен. И ты просто... ты всегда хорошо выглядишь. — Ты буквально видел меня в самом худшем виде... — И ты всё ещё выглядел потрясающе. Минхо улыбнулся на это. — Спасибо... О, ты говорил с Чаном? — Он до сих пор не отвечает на мои сообщения. Я знаю, что он не проигнорирует меня сегодня вечером. Я поймаю его после шоу. — Он в порядке? Чанбин кивнул. — Он часто это делает. Он, наверное, хочет держаться подальше, потому что сегодня утром я был немного вспыльчив. Я извинюсь, когда увижу его. — Удачи сегодня вечером. — Спасибо... кстати, тебе не обязательно приходить на афтепати, если тебе не комфортно. Я не знаю... что я буду делать. — Я буду в порядке. Мы вроде как говорили о том, как я вроде как на тебя набросился... Чанбин засмеялся. — Да... Мне всё ещё жаль, что я не... ну, понимаешь. Минхо покачал головой. — Лучше бы я узнал до того, как ты ушёл. — Ты будешь в порядке, когда я уйду? Минхо не был уверен. Но ему придется довериться себе. Он хотел, чтобы все было в порядке. Ему было ясно, что на самом деле он, по крайней мере, не хотел умирать. Он просто... всё ещё был ужасно несчастен. — Да. Думаю. — Если ты увидишь Чана раньше меня, можешь попросить его поговорить со мной? Минхо кивнул. — Да, конечно. — Тогда мне, наверное, лучше пойти. Много практики перед выступлением... и много разговоров с артистами, которых я реально не помню, — Чанбин вздохнул, оглядывая Минхо. — Ты очень хорошо выглядишь. Не испорти этот наряд, ладно? — Больше не бегаю под дождём. Если я паникую, я попрошу тебя подвезти меня или спрошу владельца, могу ли я вызвать такси. — Или ты мог бы оставаться на месте и в безопасности, — Чанбин засмеялся, слегка сжав плечо Минхо. — Увидимся позже. Закажи немного еды, и ты можешь сделать это на мой счёт. Номер в ящике. Минхо кивнул. — Хорошо. Увидимся. — Я отдам должное Чану на сцене, — сказал Чанбин, закидывая футляр для гитары на плечо. — Он действительно заслуживает большего, чем то, что я ему дал... тем более, что он всё ещё пишет для меня. — Тебе стоит... может быть, сначала спросить его. Поскольку песни довольно личные. Чанбин сморщил нос. — Поймай его перед выступлением для меня. Я ничего не сделаю без его "хорошо". Минхо снова кивнул, слегка улыбнувшись, когда Чанбин вышел за дверь. Одиночество казалось странным. Но Минхо был уверен, что сделает всё возможное, чтобы отодвинуть свои мысли в сторону, хотя, возможно, войти в этот аккаунт с фотографиями было плохой идеей. Но ему было любопытно, а Чанбин оставил ноутбук. Минхо взглянул на главную страницу, намного более пустую после того, как Чанбин удалил фотографии Сынмина, настаивая на том, чтобы они должны были сделать это вместе раньше. Было приятно. Минхо было приятно. Он вроде как скучал по этому приложению, но опять же... слишком много плохих воспоминаний. Он глубоко вздохнул, снова переходя к сообщениям. Может, ему стоит написать Хёнджину, как предложил Чанбин. Может, он сможет помочь ему найти новую работу... Минхо склонил голову в сторону в ответ на запросы сообщения. Они не проверяли их них, но там было 5 непрочитанных аккаунтов, умоляющих обратить на них внимание. И Минхо не смог устоять. Один аккаунт был магазином одежды, ещё два — музыкальными страницами, один — от девушки с работы, а другой... Минхо глубоко и неловко вздохнул, просматривая сообщение. Феликс. Веснушчатый сосед, который был с Сынмином в тот день. Минхо не винил Феликса. Феликс не знал, что Сынмин и Минхо встречаются. Ну, он вроде как винил его. Феликсу не следовало начинать встречаться с Сынмином после того, что случилось тем неловким днём​​... но Минхо не мог изменить прошлое. Феликс извинялся. Он извинялся перед Минхо. Сообщение было серьёзным, длинным и достаточно искренним. Феликс был хорошим соседом. Он был немного сдержан, и, скорее всего, не знал, что Минхо встречается с Сынмином. Феликс был... действительно добр, насколько помнил Минхо. Может быть, поэтому, увидев его в объятиях Сынмина, он почувствовал себя в сто раз хуже из-за того, что произошло. "Мне очень жаль за всё. Я не знал, что вы вместе... и к тому времени, когда я узнал, мы уже... Не думаю, что он вам сказал, но мы встречались какое-то время. Я понятия не имел, что вы двое вместе." Минхо прерывисто вздохнул. Он не дрогнул. Он бы этого не сделал. Как бы это ни было больно, он не позволил бы этому уничтожить себя. Он пообещал Чанбину. — Чёрт... — прошептал Минхо, принимая сообщение и глядя на клавиатуру. Он даже не знал, что сказать. Должен ли он благодарить Феликса за то, что он разрушил его жизнь? Должен ли он благодарить его за извинения? Тот факт, что Сынмин виделся с Феликсом, был... блять. Минхо хотел убежать. Он очень хотел убежать. Но он пообещал. Но он хотел уйти. Он хотел уйти. И, чёрт возьми, все эти плохие мысли вернулись и снова преследовали его. Он этого не хотел. Он совсем этого не хотел. Хотелось взорваться. Он не хотел умирать. Он должен был напомнить себе. Он не хотел смерти. Он просто хотел, чтобы боль ушла. Он хотел, чтобы это прекратилось. Ему снова захотелось этого сраного кокаина. Господи боже, зачем ему снова кокс? Минхо закрыл ноутбук, свернувшись на бок и схватившись за голову обеими руками. Почему это с ним происходило? Почему он не мог стереть эту дерьмовую ситуацию? Почему он думал, что с ним всё будет в порядке? Он дрожал. Он хотел умереть. Ему нужно был- Дверь открылась, от чего у Минхо резко забилось сердце. Он не хотел, чтобы Чанбин видел его таким. Потому что Минхо знал, что он разрушит всё, что обещал Чанбину. И тогда Чанбину стало бы плохо, а он не хотел, чтобы Чанбину было плохо. — Привет? Минхо приподнялся, зрение затуманилось, когда его глаза встретились со знакомым шатеном, задумчиво склонившим голову набок. — Минхо, ты в порядке? Минхо внимательно наблюдал за ним. Он не хотел плакать. — Чан... — Что случилось? — Мне нужно... Блять. — Ты хочешь, чтобы я позвонил Чанбину... — Нет. Не звони, блять, ему, — Минхо поднялся с кровати и встал перед растерянным мужчиной. Чан был ниже Минхо. Он задался вопросом, сколько лет Чану. Он, должно быть, был примерно их возраста, верно? Если нет, это тревожный звоночек. Минхо глубоко вздохнул, когда Чан смотрел на него, вопросительно приподняв брови. — Минхо? Ему нужно было отвлечься. И, может быть, он был куском дерьма за то, что делал это снова, но ничего не мог с собой поделать. Минхо схватился за лицо Чана с обеих сторон, поспешно прижав их рты. И, что удивительно, Чан совсем не оттолкнул его, Чан почти ничего не сделал. Он издал тихий писк удивления, но после этого замолчал. Вероятно, это была ещё одна ошибка, но Минхо не собирался сдаваться. И его сердце сказало ему хоть раз перестать думать мозгом. Поэтому он толкает Чана в стену, прижимая свои губы к его губам, когда одна рука отрывается от щеки мужчины и спускается к его животу, нащупывая его толстовку с капюшоном, чтобы найти мышцы. Чан был таким подтянутым. Типа... должно быть, он качается. Его живот казался... действительно невероятным. Такой живот, который заставит любого позавидовать. Он не отталкивал Минхо. Чан приоткрыл губы, его собственная рука скользнула по бедру Минхо. Хорошо. Может быть, он не делал что-то плохое, потому что Чан вжимался поцелуем, а его рука оказалась под свитером Минхо, оглаживая бока. Блять. Минхо нерешительно оторвался от губ Чана, изучая выражение его лица, которое превратилось в нечто похожее на вожделение. — Всё нормально? Чан судорожно вздохнул, взглянув вниз на живот Минхо, приподнимая ткань. — Чан? — Да... Что такое? Минхо скользнул рукой по подбородку Чана, рука у его живота скользнула по члену Чана, который с каждой секундой становился значительно жёстче. Чан зашипел на это, крепко схватив Минхо за бок, от чего у того закружилась голова. — Могу я прокатиться на тебе, Чан? — Чан снова дрожаще простонал, когда Минхо прижал руку к скрытому одеждой члену Чана. — Блять.. что? Да, да ты можешь. Минхо, не теряя времени, оттащил Чана от стены к своей кровати, толкнул в грудь, забираясь на него сверху, их губы снова соединились, одна рука снова легла на челюсть Чана, а другая скользнула вниз по его штанам. Чан застонал в рот Минхо, когда его пальцы коснулись нижнего белья, одна рука всё ещё лежала на боку Минхо, а другая вцепилась в свитер на его спине. Блять. Он не хотел портить эту одежду. Минхо отстранился, Чан с тоской посмотрел на него, и он, сидя на животе Чана, стянул свитер через голову и бросил на другую кровать, прежде чем потянуться к брюкам. Чан дрожал, его глаза были прикованы к Минхо. — Новая одежда... Чанбин просил не угадношить её, — прошептал Минхо, расстёгивая пуговицу и приподнявшись, чтобы стянуть штаны с бёдер. Чан понимающе кивнул, слегка наклонившись, чтобы помочь Минхо стянуть штаны и бросить их на другую кровать, прежде чем откинуться назад с дрожащим вздохом, обе руки пробежали по бёдрам Минхо. Минхо не мог не содрогнуться от этого ощущения, проводя руками по рубашке Чана. — Одежда... Хочу тебя видеть, Чан. Чан дрожал, подтягиваясь, чтобы прижаться губами к губам Минхо, прежде чем медленно стянуть свои собственные спортивные штаны, мягкие губы снова с лёгкостью встретились с губами Минхо. Его губы были идеальными. Идеальны для отвлечения и просто в принципе идеальны. Минхо мог бы терзать губы Чана вечно. Все, что угодно, лишь бы забыть. Что угодно, лишь бы затуманить его мысли. — Минхо... ты в порядке? — спросил Чан, когда Минхо натянул спортивные штаны Чана поверх туфель, а потом сбросил туфли. — Минхо? — Чан вздохнул, прежде чем снова сесть, положив руки на талию Минхо. — Может, ответишь мне? Минхо внимательно наблюдал за Чаном. — Я попросил тебя сделать это, почему это не должно быть в порядке? Чан внимательно посмотрел на Минхо. — Ты расстроен. — Да, помоги мне отвлечься, — отрезал Минхо, снова прижимаясь губами к губам Чана, с лёгким вздохом упираясь своими бёдрами в его. Чан, казалось, колебался, пробегая руками по обнаженной спине Минхо, когда его язык скользнул ему в рот. Возможно, это было случайно, но это только подтолкнуло Минхо глубже толкнуться в Чана, двигая бёдрами по всей длине одетого мужчины. Чан не чувствовался таким большим, как Чанбин. Возможно, потребуется больше, чтобы причинить боль, но Минхо ничего не мог с собой поделать. Ему нужно было, чтобы его трахнули. Ему было нужно, чтобы было больно. Ему нужно было... Внезапно Минхо оказался на спине с широко открытыми глазами, когда Чан прижал колено между ног Минхо, резко прижав его руки над головой. Оу? Он решил, что это было так же хорошо. Если бы Чан хотел быть с ним грубым, Минхо не стал бы его останавливать. Но Чан слишком долго наблюдал за Минхо. И он не трахал его. Он не целовал его. Он просто наблюдал за ним. — Что? — Минхо спросил с раздражением в голосе. — Почему ты остановился? — Ты действительно расстроен. — Нет, чёрт возьми, почему ты не хочешь меня трахнуть? — бросил Минхо в ответ, а Чан в ответ нахмурил брови. Чан глубоко вздохнул, прежде чем отстраниться, натягивая свои спортивные штаны на бедра, к ужасу Минхо — Почему ты останавливаешься? — Я не буду трахать тебя так. — Ты шутишь? — Минхо приподнялся, гнев закипал в его груди. — Ты же хотел всего несколько минут назад?! Что, чёрт возьми, изменилось? — Ты расстроен, — Чан вздохнул, запустив руку в волосы. — Что ты делаешь, Минхо? Минхо был... на грани ярости. — Пожалуйста, давай займёмся сексом? — Я передумал. Блять. Почему?! Минхо неуверенно поднялся с кровати, потянулся за своим свитером, прежде чем Чан оттащил его обратно, разворачивая к себе лицом. — Что? — Минхо, что случилось? Минхо попытался вырваться, слёзы грозились пролиться, когда он резко закусил губу. Чан, должно быть, заметил. Он притянул Минхо к себе, крепко обхватив его обеими руками. — Что случилось... Он не хотел, чтобы его держали. Он хотел, чтобы ему причинили боль. Потому что нахождение в объятиях не заменит тех чувств. Если бы его втрахивали в кровать. Он знал, что так и будет. — Почему ты не хочешь? — Минхо задохнулся, руки задрожали, когда встретились с талией Чана. — Потому что ты расстроен... — прошептал Чан, снова опускаясь на кровать, обнимая Минхо и помогая ему устроиться на своих коленях. Минхо так трясло. Он не хотел ломаться. Он просто хотел секса. Он хотел чем-нибудь заменить это дерьмовое чувство в груди. Его чертовски тошнило от влияния Сынмина. Чан легонько поцеловал Минхо в волосы, нежно раскачивая его на руках. — Минхо... — Почему... — захныкал Минхо, в отчаянии цепляясь за Чана, — почему ты не можешь просто... — он плакал. Он чувствовал и попробовал это на вкус. Он не хотел плакать. Ему так надоело плакать. Чан потёр его спину, прежде чем слегка приподнять Минхо, протянув руку, чтобы схватить свою толстовку, прежде чем натянуть её на голову Минхо. — Подними руки... — прошептал он, и Минхо послушался, чтобы позволить Чану натянуть толстовку на своё тело. Его одежда была больше, чем у Минхо. Больше, чем у Чанбина. В его худи было так комфортно. Было тепло. Пахло сигаретным дымом, но странно успокаивало. — Ложись, — прошептал Чан, утягивая их обратно в кровать, помогая уложить голову Минхо на подушку и укутывая его одеялом. Минхо дрожал, его глаза были прикованы к Чану, несмотря на то, что вода продолжала течь. — Можешь сказать мне что случилось? Чанбин что-то сделал с тобой? Минхо покачал головой и схватился за спортивные штаны Чана. Он не хотел, чтобы Чан уходил. Ему нужно, чтобы он остался. — Это был не Чанбин? Тогда что? — спокойно спросил Чан, пробегая пальцами по растрепанным волосам Минхо. — Я не... не могу, — Минхо не мог этого сказать. Было неловко. Больно. Ему было больно. Чан вздохнул и лёг рядом с Минхо, чтобы посмотреть на него. Минхо бы обиделся, если бы не чувствовал себя таким хрупким и побеждённым. — В тот день я застал тебя и Чанбина... у тебя по всей шее были отметины. Минхо фыркнул. — Ты тоже тогда расстроился? Минхо шмыгнул носом. — В тот раз ты тоже был расстроен? — Мне просто нужно отвлечься... Мне нужно заменить, — Минхо подавился вздохом, крепко цеплялся за Чана. — Что заменить? —спросил Чан, осторожно ложась рядом, положив руку на волосы Минхо, в то время как другая потянулась к его пальцам. — От чего ты пытаешься отвлечься? — Сынмин... — хныкнул Минхо, уткнувшись лицом в подушку, когда Чан провёл большим пальцем по костяшкам Минхо. — Как насчёт того, чтобы вместо этого выплакать это? Я останусь с тобой. — Я не хочу больше об этом думать. Я просто хочу трахаться... Я хочу делать что угодно, только не это. — Это не хорошо. — Я... ты не хочешь заняться со мной сексом? — спросил Минхо сквозь рыдания, его грудь сжалась, а голова начала пульсировать при этой мысли. Чан вздохнул. — Это не то, что тебе нужно сейчас, Минхо. — Я хочу это... — Нет. Минхо спрятал лицо, дрожа всем телом. Он не хотел, чтобы эти мысли задерживались. Ему нужно другое. — Он действительно сделал тебе больно... что случилось? — Не могу... Я не хочу говорить... — Я не буду трахать тебя. Я сказал "нет", — Чан был твёрд. — Итак, мы можем поговорить или лежать здесь в тишине. Тебе решать. Почему Чан не мог быть похожим на Чанбина? — Он... я не могу. Я не могу. — Тогда тишина. Чан был серьёзен. Слишком долго в комнате царила тишина, единственными звуками были рыдания и хныканья Минхо в постели. Он всё ещё дрожал, несмотря на теплую толстовку с капюшоном, и не мог сосредоточиться. Он просто хотел, чтобы его сердце перестало трещать. Он хотел забыть о Сынмине. Минхо даже не был уверен, сколько времени прошло, но со временем он успокоился достаточно, чтобы закрыть глаза и привести свои мысли в порядок до такой степени, чтобы можно было заснуть.

***

Голова Минхо раскалывалась. Он открыл глаза и пригляделся, не наблюдая мужчину рядом с собой. Чан всё ещё не спал. — Ко-который час? — Я написал Чанбину, что ты плохо себя чувствуешь. — Его шоу... — У тебя есть время, если ты всё ещё хочешь пойти. Начало через пару часов. — Часов?.. — Ты не так долго спал, — Чан ответил, выпрямившись. — Ты хочешь пойти? Минхо кивнул, поднимаясь с простыней, чтобы потереть глаза. — Сначала мне нужно принять душ... — Хорошо. Тебе нужна помощь в чём-то? Минхо покачал головой, вылез из кровати и направился в ванную. Часть его все еще хотела уничтожиться, но другая часть держалась за его благополучие. Вода в душе была настолько горячей, насколько это было возможно без ожогов. Этого было недостаточно, чтобы отвлечь разум, но на данный момент сойдёт. Очевидно, он не собирался выслушивать дерьмо от Чана. Это был его единственный выход. Он почувствовал тошноту в животе. Минхо так сильно ненавидел Сынмина. Он ненавидел то, что Сынмин заставлял его чувствовать. Он ненавидел то, что не мог выбросить этого человека из головы. И это было больно. Очень сильно. Почему Чан просто не трахнул его? Минхо снова почувствовал дрожь и медленно спустился на пол ванны, свернувшись клубочком, пока вода касалась его кожи. Он просто хотел, чтобы эти чувства исчезли. Почему это вообще так сильно волнует его? Зачем он посмотрел? Минхо всхлипнул, уткнувшись лицом в колени. Голова Минхо закружилась, пока шум воды наполнял его уши. А потом ещё что-то ударило его по ушам. Минхо отнял лицо от коленей, глядя на дверь. Он медленно отодвинул занавеску в душе, наклоняясь в сторону двери. Пение? Минхо не выключая душ вылез из ванны и обернул свежее полотенце вокруг талии. Он прижал ухо к двери, его глаза расширились от удивления, когда он услышал знакомую мелодию. Эта песня. Чан пел песню. Он пел песню, которую любил Минхо. Песня, которая заставила его чувствовать себя в безопасности и счастливым... Чан пел. Минхо сел у двери, закрыв глаза, когда голос Чана наполнял его уши. Его голос был прекрасным. Он отличался от Чанбина тем, что был... Минхо не мог это определить. Он был уникальным. То, чего он никогда не слышал. Но, возможно, его мозг просто затуманен. Песня... так подходит Чану. Минхо держал глаза закрытыми, пока Чан пел. Он пел для него? Чан сказал, что не любит музыку, но... его голос идеален? Минхо не понимал. Голос Чана становился выше в тех частях, которых не было у Чанбина. И он тянул строки дольше. И... Как Чан мог не петь? Минхо приподнялся, быстро выключил душ и направился к двери, заметив, что голос Чана перешел в шепот из-за отсутствия звука воды. Может, Чан пел не для него. Может он просто пел? Минхо приоткрыл дверь, наблюдая за Чаном на кровати. Он лежал с закрытыми глазами, пальцы постукивали по животу. Он на самом деле не хотел сваливать этот порыв на песню, но он также чувствовал, что должен это сделать, когда пересёк комнату, чтобы встать рядом с местом, где лежал Чан. Песня была просто... идеальной, и это была песня Чана. Чан написал эту песню. Минхо глубоко вздохнул, когда Чан заставил себя открыть глаза и задумчиво посмотреть на Минхо. — Ты в порядке? Как душ? — Можешь сказать Чанбину, что мы немного опоздаем... — прошептал Минхо, переползая через Чана, на что мужчина удивленно моргнул. — Минхо... — Останови меня... если хочешь, чтобы я остановился. Я остановлюсь, — прошептал Минхо, изучая лицо Чана. И, возможно, Чан не хотел останавливаться. Его лицо говорило об обратном, его член говорил об обратном. Может, его сердце тоже. — Это не я пытаюсь отвлечься... Я хочу этого. Чан резко вздохнул и провёл кончиками пальцев по рукам Минхо, которые упирались в кровать по обе стороны от его головы. — Ты... я слышал тебя. Твою песню. — Мою песню, — прошептал в ответ Чан, в его тоне не было возражения. Минхо наблюдал за Чаном за мгновение до того, как мужчина потянулся к прикроватному столику, быстро постучал что-то по телефону, прежде чем бросить его обратно, потянувшись руками к бёдрам Минхо. Так и было решено. После нескольких мгновений пристального взгляда друг на друга Минхо, наконец, пошевелился, прижавшись губами к его мягкому рту, Чан в ответ обнял Минхо за талию, притягивая его тело к своему собственному. Что они делали? Имело ли это вообще значение? Минхо был здоров. Он был. Он делал это не назло Сынмину. Он делал это не для того, чтобы навредить себе. Что-то в голосе Чана тронуло что-то внутри него. И это было слишком, чтобы сопротивляться. Не то чтобы Минхо хотел это делать. Он протянул руку, чтобы погладить Чана по лицу, их языки переплелись в ленивых поцелуях. Было приятно. Весьма приятно. Минхо приподнялся, стащил полотенце с талии и услышал шипение в ответ от Чана, который провел рукой по обнаженному бедру Минхо, останавливаясь на его животе. — Ты действительно красивый, Минхо. Как Минхо мог сопротивляться? — Могу я увидеть тебя? — спросил Минхо, двигаясь осторожно, поднося руку к животу Чана и касаясь ногтями мускулов, прежде чем дотянуться до края его штанов. Звуки Чана были тихими, выжидательными. Он двигался медленно, выпрямившись, чтобы стянуть штаны и нижнее бельё, у Минхо перехватило дыхание от осознания того, что это произойдёт на этот раз. И Минхо не мог отвести глаз от Чана. Не от его бёдер или предэякулята, стекающего по его члену. Минхо внимательно наблюдал за Чаном, Чан потянулся, чтобы схватить его за подбородок, проводя большим пальцем по нижней губе, прежде чем притянуть его губы к своим. Минхо забрался Чану на колени, обхватив бёдра мужчины своими ногами с обеих сторон. И он не мог остановить стон, сорвавшийся с губ, когда член Чана прижался к его собственному, по спине пробежали мурашки. Это казалось нереальным. В каком-то смысле Минхо почувствовал себя лучше. Может быть, это был душ. Может быть, это был просто Чан. Минхо не был уверен, но каждое прикосновение заставляло его гореть сильнее. — У него есть что-нибудь? —спросил Чан в губы Минхо, заставив того раствориться в нём, прижавшись грудью к груди Чана. — Минхо? Минхо воспользовался моментом, чтобы ответить, прежде чем полез к тумбочке, шаря там, пока не схватил похожую бутылку с того момента, как его трахал Чанбин. — Сейчас... — Минхо прикусил губу, продолжая ощупывать, губы Чана на его шее и ключицах, пока он отчаянно искал блядский презерватив среди всех вещей. — Что? — нерешительно спросил Чан, отрываясь от шеи Минхо, чтобы вместо этого поднести туда руку, успокаивающе проведя большим пальцем по затылку Минхо. — Я не могу найти презерватив... — Я чист... — спокойно прошептал Чан, — у меня с собой тоже ничего нет. Минхо глубоко вздохнул, прежде чем снова сжать их губы. Как угодно. Минхо вложил бутылку смазки в свободную руку Чана, когда мужчина схватил его за волосы, лаская его кожу головы, пока они целовались. Его тело было таким горячим. Ему было так жарко. Чан медленно надрачивал им, целуясь ещё ленивее, когда Минхо вздрогнул у него на коленях. Это было странно возбуждающе. Очень отличается от того, когда он спал с Чанбином. Чанбин был очень осторожным и грубым, Чан — беспорядочным и медленным. Но беспорядочность и медлительность рвали Минхо по швам. И он не мог насытиться. Он обнаружил, что вжимается в Чана, когда звук открывшейся крышки заполнил его уши и прохладное ощущение смазки коснулось его ободка. Минхо застонал в отчаянии и ожидании, тело дрогнуло, когда Чан отстранился от его рта, чтобы снова переместиться на шею, пока палец легко и осторожно проникал в Минхо. Минхо дрожал, цепляясь за человека, в руках которого была его жизнь. — Ты всё ещё хочешь оседлать меня? — мягко спросил Чан, губами и зубами задевая кожу Минхо, когда согнул палец, сорвав дрожащий вздох с губ Минхо. Блять. — Да-да, пожалуйста, — умолял Минхо, когда Чан осторожно откинул его голову назад, посасывая кожу его шеи, проникая внутрь ещё одним пальцем. Ощущение было слишком сильным. Голова была такой лёгкой, но в то же время тяжёлой. Пальцы Чана заставляли его глаза закатываться, а губы и зубы держали в сознании. — Чан... — прошептал Минхо, когда тот снова подогнул пальцы, неожиданно коснувшись его простаты. — Хм? — Смазка... Чан позволил Минхо наклонить голову назад, протягивая ему бутылку смазки, которую Минхо тщательно намазал на пальцы, прежде чем закрыть бутылку и бросить её на другую кровать, скользя пальцами по члену Чана, заставляя его снова прошипеть. Минхо медленно двинул рукой, покрывая каждый дюйм члена Чана скользкой субстанцией, сосредоточив большой палец на щели, чтобы растянуть долгие и нуждающиеся стоны. Он не ожидал, что голос Чана будет таким прекрасным. Ни капли. Чан глубоко надавил пальцами, заставив Минхо дрожаще простонать и откинуть голову назад, рука Чана всё ещё была на его затылке и подняла голову, чтобы их губы снова столкнулись друг с другом. Их поцелуи стали неряшливыми, Минхо захныкал от удовольствия, когда Чан начал двигать пальцами, создавая соответствующие звуки. — Чан... — выдохнул Минхо, скользя свободной рукой по животу Чана, вонзив ногти в его плоть, — пожалуйста... Пальцы Чана медленно покинули тело Минхо, мужчина вытер их об одеяло, осторожно поднимая Минхо, не отрывая взгляда от него, когда направлял свой член к его кольцу мышц. — Ты уверен в этом? Полностью? — мягко спросил Чан, не отрывая глаз от лица Минхо. Минхо кивнул, обвив руками шею Чана, вжимаясь бёдрами в головку члена Чана. — Я уверен... Я так абсолютно уверен. А ты? Чан кивнул, медленно погружаясь в Минхо, и тот откинул голову обратно на руку Чана, чувствуя, как заполняются его стенки. Живот сжался, когда Чан вошёл до конца, мышцы бёдер сжались, а дыхание прерывалось от ощущения наполнения. Чан был длиннее Чанбина. Минхо цеплялся за Чана, пока привыкал к ощущениям, прерывисто дышал, когда губы Чана снова коснулись шеи, прежде чем найти свой путь к его губам, успокаивающе чмокая, меняя положение своих рук, расположив одну на спине Минхо, а другой обхватывая член. — Ах, Чан... — хныкнул Минхо, мужчина, не торопясь, провел рукой по чувствительному члену Минхо. — Хм? Что такое? Его голос был пиздецки хорош. — Двигайся, пожалуйста, двигайся... — прошептал Минхо, изо всех сил пытаясь двигаться самостоятельно, но безрезультатно, напряжение в животе быстро нарастало. Чан кивнул, снова подавив смешок в губах Минхо, когда он сделал легкий толчок вверх, наблюдая, как подогнулись пальцы ног Минхо. Тот крепче сжал шею Чана, когда мужчина увеличил темп, держа их губы вместе, а его рука крепко держала член Минхо. Голова кружилась, Минхо в отчаянии и блаженстве хныкал в его объятиях. Он быстро доходит до грани, узлы в его животе были готовы лопнуть, когда Чан вонзался в него более свободно. Чан был нежным и точным, сумев ударить Минхо по простате в идеальное время, отправляя Минхо в состояние эйфории. — Чан... кончу, я сейчас кончу... — захныкал Минхо, когда Чан снова засмеялся в его губы, спокойно надрачивая его член. — Уже? Чан крепко держал Минхо, толчки посылали спазмы по спине, глаза закатились, когда Чан поцеловал уголок его рта. Долго он не протянет. В любом случае он был удивлён, что продержался так долго. Он терял контроль над собой, его тело дрожало, а мысли находились где-то не здесь. — Минхо? Если хочешь, можешь кончить, — прошептал Чан, прижимаясь к плечу Минхо мягкими поцелуями. Тело Минхо напряглось, крепко сжав Чана. Он не хотел кончать так быстро, но ничего не мог с собой поделать. Он не мог сдержать горячие брызги спермы на живот. И он не мог не издать длинные и ровные стоны, когда Чан опустил его на спину, пока его толчки оставались такими же точными и удовлетворяющими. Его голова снова закружилась, но на этот раз в лучшем из всех смыслов. Он видел звезды, когда Чан стонал ему в шею, поцелуи были такими ленивыми и неточными, пока движения Чана стали более сосредоточенными. — Куда мне это сделать? — спросил Чан, прерывисто дыша, когда его толчки замедлились, а тело задрожало над Минхо. Минхо, возможно, пожалеет об этом позже, но его тело умоляло наполнить его. — Внутрь... — спокойно прошептал он, когда Чан наклонился, сделав несколько глубоких толчков, и провел рукой по лицу Минхо, осторожно касаясь его челюсти. Каким бы подавленным ни был Минхо, ничто не успокаивало его лучше, чем чувство, которое он испытал, когда Чан кончил в него. Через дрожь и тяжелое дыхание он чувствовал покой. И когда Чан замер на пике, его член был погружён глубоко внутри Минхо, и тот не мог не дотянуться до лица Чана, чтобы поцеловать его, их дыхание и поцелуи были беспорядочными. Но это было так приятно. Через полчаса Чан поднялся с груди Минхо, вышел из него и перекатился на бок. Он выглядел таким усталым, что его пальцы едва касались живота Минхо. — Выглядишь сонным, — прошептал Минхо, наконец нарушив тишину. — Хочешь спать? Чан засмеялся, с тоской наблюдая за Минхо. — Мы должны убраться... Минхо открыл рот, чтобы возразить, но воспоминания о сне после секса с Чанбином остались. Он скорее приберётся, чем снова проснётся в липком беспорядке. — Хорошо, душ? — спросил Минхо, прикрыв глаза, и поднёс кончики пальцев к пухлым губам Чана. Чан медленно кивнул, слегка поцеловав пальцы Минхо, прежде чем помочь ему встать с кровати.

***

— Чанбин хочет поговорить с тобой. У них был секс. Минхо занимался сексом с Чаном. Ещё следующие полчаса он думал о том, что у них был секс. — Он писал мне, — Чан вздохнул, засунув руки в карманы своего пиджака, когда стоял рядом с Минхо в той же гостиной, где Минхо встретил Чанбина. — Я спросил его, может ли он отметить тебя... Чан повернулся к Минхо, слегка приоткрыв губы. — Зачем? — Потому что ты это написал. Я сказал ему поговорить с тобой раньше, на случай, если тебе будет неудобно... Чан глубоко вздохнул. — Это не дискомфорт, это просто... Я не хочу, чтобы люди смотрели на него свысока за то, что он не пишет свою собственную музыку. Честно говоря, мне не нужны кредиты. — Почему ты не любишь музыку? — спросил Минхо, поглаживая рукой свой черный свитер. — Очевидно, ты умеешь петь? — Я просто не думаю об этом... Мне нравится искусство. Я люблю рисовать. Минхо наклонил голову. — Мне тоже нравится твоё искусство. И твой голос мне тоже нравится... Чан рассмеялся, недоверчиво покачав головой. — Ты флиртуешь. — Что если? — Я думаю, мы уже проходили это, не так ли? — Чан просиял, прежде чем повернуть голову, его улыбка дрогнула. Минхо повернулся вместе с ним, заметив, что Чанбин поспешно бросил разговор, направляясь к ним. Чан казался напряжённым. Почему Чан был таким напряженным рядом с ним? Очевидно, у него были какие-то чувства к Чанбину, но, похоже, было что-то ещё. Не чувства, а... что-то ещё. Минхо не мог это определить. — Эй... Чан, мне очень жаль, что я так на тебя разозлился, — начал Чанбин, одарив Минхо легчайшей ободряющей улыбкой, прежде чем его глаза снова остановились на Чане. — У меня немного времени, но могу я спросить тебя кое о чём? Чан глубоко вздохнул. — Кредиты? — Как ты...? — Минхо сказал мне. — Оу? — Чанбин с надеждой посмотрел на Минхо. — Как ты относишься к тому, что я тебя обозначу? — Не надо, — категорично Чан ответил. — Почему нет? — спросил Чанбин. Почему ему не нужны кредиты? — Я нормально отношусь к тому, что никогда не беру на себя ответственность. Всё нормально. Тебе нужно выходить на сцену, — прошептал в ответ Чан, не меняя выражения лица. — Чан, я не против? — Всё нормально. Всё было нормально? Минхо нахмурился, когда взгляд Чанбина снова остановился на нём, на его лице было явное беспокойство. — Хорошо, тогда увидимся после выступления. Взгляд Минхо устремился на Чана, когда Чанбин ушел. Его лицо было неподвижным, но он казался таким рассеянным и измученным. Его глаза сказали всё. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Минхо. — Да... схожу в ванную. Я скоро вернусь. Оставайся здесь, — Чан вздохнул, нежно похлопал Минхо по плечу и исчез в толпе позади. Минхо хотел пойти за ним. Но он также хотел поговорить с Чанбином. Но в глубине души его мозг велел ему оставаться на месте. Потому что он всё ещё не очень хорошо знал ни одного из этих людей, и он не хотел следовать за Чанбином и игнорировать Чана. Но он также не хотел следовать за Чаном и игнорировать Чанбина больше, чем уже это сделал. Итак, Минхо глубоко вздохнул и стал ждать.