Убивай меня нежно

Минхо со временем забеспокоился. Чанбин уже выступал на сцене, а он не видел Чана слишком долго. Он хотел найти его, но не хотел покидать Чанбина. Кто-нибудь из них волновался? Минхо на самом деле не думал о том, как Чанбин и Чан, должно быть, смотрели на него. Они только что познакомились с Минхо, а ему уже удалось пробраться в их постели. Блять. Минхо глубоко вздохнул и прикусил нижнюю губу. Он должен был найти Чана. Он не знал, что, черт возьми, произошло между ним и Чанбином, но Чана не было слишком долго. И Минхо беспокоился о нем. В том, что он сказал, должно было быть что-то еще. Итак, Минхо двинулся с места, проталкиваясь сквозь толпу, направляясь к ванным в задней части гостиной. Он надеялся, что Чан не ушёл. Он просто надеялся, что с ним всё в порядке, тем более. Чан выглядел таким напряженным, и Минхо, конечно, понятия не имел, почему. Но как только он вошёл в ванную, он почувствовал страх, смешанный с разочарованием. — Что ты делаешь? — спросил Минхо, подходя к мужчине, который устроился на полу под раковинами, и опускаясь рядом с ним. Чан вздохнул и раздражённо посмотрел на Минхо. — Да... он мне очень нравится. Глаза Минхо осмотрели пол рядом с Чаном, явно заметив белый осадок. — Чан? — спросил Минхо, схватив его за подбородок, чтобы получше рассмотреть. — Сколько ты принял? Чан вздохнул. — Я не принимал. — Чан... — Я опустошил сумку. Это просто остатки... проверь раковину, если хочешь. — рявкнул Чан, прежде чем прерывисто вздохнуть. — Я хотел предупредить тебя... о нём. Он такой милый и замечательный, но ты подойдешь ближе, и тогда он ничего не вернёт. Даже если ты думал, что он это сделает. Минхо нахмурился, держа лицо Чана в руках. — Ты хочешь уйти? Чан покачал головой. — Нет, я хочу выбросить его из головы. Каждый раз, когда он возвращается, всё становится так тупо. — Мне жаль. — Минхо... Я не хочу, чтобы ты думал, что ты мне не нравишься. Из-за него. Ты мне нравишься. — Ты пил? — Минхо сначала не заметил, но от Чана пахло алкоголем. И, судя по его речи... — сколько ты выпил? — Я в порядке, — Чан огрызнулся. — Я не дурак... — Дай мне свой телефон. Я вызову такси. — Нет, — Чан взволнованно заговорил, отстраняясь от хватки Минхо и прислонившись спиной к стене. — Я в порядке. Мне нужно быть здесь ради него. — Почему? — Потому что он мой друг. Минхо резко вдохнул. — Я не нянчусь с тобой. Ты не нянчился со мной, так что я не нянчусь с тобой. Чан повернулся. — Минхо, я в порядке... такое всегда случается. — Давай поднимем тебя с пола? Наступила долгая пауза, прежде чем Чан, вздрогнув, схватился за раковину. — Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — Я занимаюсь этим годами, да, — Чан прошептал, одарив Минхо более мягким взглядом. — Прости, если я тебя напрягаю. Клянусь, я в порядке. — Ты его любишь? Чан покачал головой. — Нет, это не так. Минхо взял Чана за руку. — Давай вернемся, хорошо? Ты справишься? — Мы можем остаться здесь еще немного? В состоянии Чана у Минхо не было особого выбора. Поэтому они остались, игнорируя всех, кто входил, пока Чан стоял у одной из раковин, а Минхо осторожно потирал его спину. Минхо не был уверен, во что ввязался, но, по крайней мере, это держало его мысли подальше от его собственного дерьма. Как ни странно, драма между этими двумя парнями была куда более заманчивой, чем размышление о том, что делает Сынмин. Это было... облегчением. В конце концов Минхо вытащил Чана из ванной, оба снова растворились в толпе. Чанбин всё ещё был на сцене, исполняя ещё одну песню, которую Минхо не узнал. — Ты в порядке? — спросил Минхо, не сводя глаз с Чана, который выглядел совершенно не в себе. Тот лишь кивнул, глядя на сцену так, будто потерпел поражение. Минхо приходится проигнорировать это. Чан не был особо общителен, и Минхо не хотел говорить ничего, что заставило бы Чана снова уйти. Он хотел бы сделать больше. Он хотел бы сказать больше. Минхо нравился Чанбин. Но ему также нравился Чан. Они оба были к нему очень добры. Они оба выслушали его и по-разному помогли ему успокоиться. Не говоря уже о том, что он спал с ними обоими. Что-то в этом заставило Минхо почувствовать себя грязным внутри. Но его спасением был секс. Это всегда был секс. Всякий раз, когда он и Сынмин ссорились, они занимались сексом. И, может быть, это был ужасный способ справиться, но так оно и было. Минхо внимательно изучал лицо Чана. Он не хотел, чтобы Чан и Чанбин были просто механизмами преодоления. Это не было похоже на то, что Минхо использовал их, верно? Они ему нравились. Ему нравилось, что они в какой-то мере немного заботились о нём. В любом случае, забота была действительно всем, чего он хотел. — Чан, ты собираешься на афтепати? — спросил Минхо, наклоняясь и шепча Чану на ухо. Почему он вообще спросил? — А ты? — ответил Чан, в его голосе всё ещё слышалась подавленность. — Можешь вместо этого показать мне окрестности? Чан повернулся. — Что? — Магазины и места вокруг... Если я в конечном итоге останусь здесь, я вроде как хочу знать, что тут есть вокруг. Честно говоря, Минхо просто хотел поговорить с Чаном. — Хорошо... да, давай, — ответил Чан, все еще оставаясь далеким и пустым. Минхо промолчал, повернувшись, чтобы снова посмотреть на Чанбина, слушая песню, наполнявшую его уши.

***

— О, ты не идешь? — спросил Чанбин Чана, который весь остаток ночи молчал. — Нет, Минхо попросил меня показать ему округу. Чанбин внимательно изучал Чана, как будто знал, что что-то не так. — Хорошо, увидимся позже? Чан кивнул. И это всё, что он сделал. Похоже, Минхо и Чанбин оба знали, что с ним, вероятно, не всё в порядке, но ни один из них, похоже, в любом случае не знал, что делать на самом деле. — Увидимся в отеле, Минхо, — Чанбин улыбнулся, похлопав Минхо по руке. — Не задерживайся допоздна, я хочу пригласить тебя завтра... так как это мой последний день. Ах. Его последний день. Время летело так быстро. Чанбин уезжает послезавтра... утром он уедет. — Кроме того... нам есть о чём поговорить, но это завтра. Ребята, берегите себя, ладно? Чанбин был милым. Минхо не мог винить Чана. Чёрт, он даже не мог винить себя. Чанбин был... действительно светлым человеком. И Минхо был благодарен за то, что встретил его. — Может, вызвать машину? — спросил Минхо, когда Чанбин снова проскользнул в толпу, дергая Чана за рукав. Чан на мгновение ответил. — Мы можем прогуляться? — Да, так тоже можно. Дождя нет. Итак, они пошли. Может быть, немного бесцельно. В районе было полно разных магазинов одежды и баров. Клубов и салонов. Ресторанов и кофеен. Честно говоря, это было хорошее место. И Минхо не особо ценил это, пока жил в своей машине. — Как давно ты живешь здесь? — спросил Минхо, скрестив руки на груди. — Всю мою жизнь. Я здесь вырос, — прошептал Чан в ответ. — Здесь всегда было хорошо... дорого, но... хорошо. Минхо вздохнул. — Я могу что-нибудь сделать? Чан остановился, обеспокоенно взглянув на Минхо. — По поводу? Я в порядке... — Ты закрылся... Я знаю, что мы только что встретились, но, — Минхо изучил лицо Чана, — что на самом деле происходит между вами двумя? Я во что-то ввязался? — Ты ничего не сделал. Чанбин нашёл тебя и приютил на неделю... ты это знаешь. — Просто... может быть, я переступаю границы дозволенного, но, очевидно, что-то происходит. И, думаю, что я любопытный. — Мы просто... мы друзья. Всё просто.. — Чан глубоко вздохнул. — Я думаю, он уходит, так что я могу рассказать тебе позже. — Я ничего не скажу. Если это слишком личное... Честно говоря, я знаю о тебе столько же, сколько и о нём. И... ни один из вас не был полностью откровенен со мной, что имеет смысл. Мы только встретились. Я даже не знаю, сколько тебе лет. — Мне двадцать семь. Минхо моргнул. — Ты старше меня? — Полагаю, что так. Чанбин сказал, что ты старше его, значит, тебе двадцать шесть? Минхо кивнул. — Ага... — Чем больше узнаёшь... — Чан глубоко вздохнул, прежде чем взглянуть на ресторан, который был открыт через улицу. — А, нам не следует здесь слишком долго стоять. Эээ... грабежи и всё такое. Хочешь поесть, и мы сможем там поговорить о чём-нибудь? Минхо взглянул на ресторан. Выглядел дорого. Но опять же, как и всё вокруг. — Да, мы можем. Я забыл, что Чанбин упомянул, что когда я был в машине... что я был в опасности. — Он прав, нам нужно куда-нибудь зайти. Гулять так поздно — слишком опасно. Чан взял его за руку и повёл Минхо через улицу к ресторану. Что бы Чан ни хотел ему сказать, он всё ещё находил способы потянуть время. Но Минхо терпелив. Если ему повезёт, он всё равно будет проводить с Чаном больше времени. Если Чан позволит ему.

***

Минхо узнал, что Чан любит поесть. Много. Чан заказал столько еды, что Минхо едва успевал за ним. Но было мило наблюдать, как старший возвращается к такому, каким он был. Чан казался довольным, теперь, когда он ел, стал намного спокойнее. — Итак, — начал Чан через некоторое время, — по сути, у нас с Чанбином было что-то давным-давно. Вроде того. Минхо чувствовал, что этого следовало ожидать. — Я видел в этом что-то такое, чего не видел он. Отсюда в некотором роде и берутся наши проблемы. — Как долго это продолжается? Чан глубоко вздохнул. — Вечность. Я не знаю, почему меня это волнует. Я знаю, что его ни капли. — Он заботится о тебе... — Это просто странно. Всё, что происходит между нами, странно. — Что тебя так разозлило сегодня вечером? — спросил Минхо, скрестив руки на столе. — Я не знаю. Чанбин вообще просто... не знаю. Минхо закусил губу. — Как ты думаешь, он знает, что мы...? — Обычно он ничего не понимает. Вероятно, он даже не заметил твою шею, — Чан рассмеялся. — Чанбин... Я не знаю, что в нём такого... Думаю, когда он уедет, мне станет лучше. Минхо глубоко вздохнул, не отрывая глаз от выражения лица Чана. — А когда он вернется? — Я пытаюсь это сделать... идёт медленно. Раньше я писал так много строк в день, а теперь я... у меня дела идут лучше — Ты пробовал не принимать какое-то время? — Это затягивает, — фыркнул Чан. — Я пытаюсь, просто это займёт время. Как только я полностью выйду... будет лучше. Честно говоря, у меня всё было хорошо, пока он не вернулся. Я довольно хорошо справлялся с воздержанием. Клянусь, когда я не занимаюсь искусством, я занимаюсь спортом... Я виню этот образ жизни. Но я также виню Чанбина, что несправедливо, учитывая, что именно я зацепил его первым. — Мне жаль. — У всех нас просто... действительно есть своё дерьмо, не так ли? — Чан засмеялся, поднося стакан к губам. — Я действительно работаю над тем, чтобы избавиться от этого. Я знаю, это будет сложно, но я пытаюсь... Я действительно жалею, что я дал тебе тот пакет на днях. Минхо покачал головой. — Я в порядке. Я действительно не... Я думаю, я больше не хочу этого. Я вроде... Я втянул слишком много дорожек? Или как там. Всё сразу. Я ничего не помню, кроме как хреново мне было. — Я рад, что с тобой всё в порядке... Я имел в виду то, что сказал ранее в ванной. — Что ты сказал? — Что ты нравишься мне. Минхо слегка улыбнулся. — О? — Я не такой... На самом деле я не сплю с кем попало. Я знаю, мы только что встретились и все, но... я не знаю, ты мне нравишься — Хочешь уйти? — спросил Минхо, изучая лицо Чана, — мы можем вернуться в отель. Чан встал из-за стола и вытащил бумажник. — Как насчёт того, чтобы вместо этого пойти в мою квартиру? Я напишу Чанбину. — Оу? Чан засмеялся, кладя на стол несколько купюр, прежде чем взять Минхо за руку.

***

Оу. Вырвалось, когда Чан врезался в Минхо сзади, как только они вошли в его квартиру. Минхо едва успел оглядеться, как Чан прижал его к стене и сорвал с него одежду. Минхо изо всех сил старался сдержать стоны на приличном уровне, тело тряслось при каждом толчке. С более уравновешенной головой всё казалось намного более интенсивным, и на этот раз Чан не сдерживался. Хотя он был намного осторожнее и использовал презерватив на этот раз, он определенно был более грубым. — Чан... Чан! — заскулил Минхо, выгибая спину и отрываясь от стены, когда Чан уперся руками в бедра Минхо по обе стороны. — Да? Минхо застонал громко и долго, почти теряя хватку. — Я сейчас вырублюсь... Чан быстро перевернул его, подняв Минхо так быстро, что тот едва мог понять, что делает Чан. Минхо обнял его, когда Чан сумел отнести его на диван, потянув всего секунду, чтобы уложить его, прежде чем глубоко войти, Минхо издал ещё один смущающе громкий крик от внезапной перемены. — Лучше? — хихикнул Чан, покачивая бёдрами и поднося руку к челюсти Минхо, лаская большим пальцем нижнюю губу, пока тот продолжал издавать череду стонов и всхлипов. — Да... блять, — дыхание Минхо прерывалось, когда Чан двинулся, наклонившись, чтобы жадно сжать их рты. По правде говоря, Минхо мог к этому привыкнуть. Да, они только что встретились — но если Минхо останется в этом районе... почему бы и нет? Ему очень нравился Чан. И казалось, что он тоже нравился Чану. Чёрт, на этот раз заняться сексом было идеей Чана. Ему действительно нравился Чан. Нравился. Это было не просто отвлечение внимания или потому, что Чанбин практически отказал ему. Те песни написал Чан. Чан был нежен с ним. Чан обращал на него внимание. И, возможно, это было всё, чего Минхо жаждал прямо сейчас. Внимание. Забота. Это всё, чего он действительно хотел, забота. Всё это время ему хотелось, чтобы кому-нибудь было не плевать на него. И он нашёл двух таких людей. И, может быть, они не были белыми рыцарями в блестящих доспехах, но были хорошей компанией. — Минхо... Минхо обратил свое внимание на задрожавшего над собой парня. — Ммм? — Я скоро кончу... — Позволь мне, — прошептал Минхо, похлопав Чана по боку, и старший с тихим шипением вышел. Минхо прижал Чана обратно к дивану, морщась, пока устраивался между его ног, снимая презерватив, чтобы заменить его губами. Мышцы Чана напряглись под руками Минхо, и он потянулся, чтобы запустить пальцы в его волосы. — Минхо... блять. Минхо закрыл глаза и спокойно покачал головой, когда член Чана ударился о его горло. Он ненавидел сравнивать Чана с Чанбином, но он предпочитал член Чана члену Чанбина. Длина Чана была не так уж и плоха по сравнению с обхватом Чанбина. Минхо помнит, как было больно трахаться с Чанбином. Зачем он их вообще сравнивал? — Мин... Минхо, я действительно не могу... — стоны Чана были таким приятным, его мягкое шипение и прерывистое дыхание заставляли голову Минхо идти кругом. Минхо отстранился, посасывая губами головку члена Чана. — Кончай. Чан выгнул спину, одной рукой крепко вцепившись в волосы Минхо, а другой за диван. Что-то в том, как Чан вот так рушился из-за него, заставило Минхо ухмыльнуться, продолжая держать головку во рту, рукой надрачивая длину. Сперма Чана... она была не такой сладкой, как у Чанбина. Честно говоря, в этом не было ничего нового или ужасного. Это была просто сперма. Но Минхо действительно понравилось, как Чан ломался, его бёдра слегка приподнялись, когда он вздрогнул и красиво проскулил, что звоном долетело к ушам Минхо. Минхо сосал член Чана, глотая каждую каплю, которая не стекала с его подбородка, пока тот не оттолкнул. — Блять... Минхо. Чан рассмеялся, когда Минхо переполз через него, снова прижимая их губы друг к другу. Он чувствовал себя так комфортно, когда рука Чана обняла его. Минхо потерял счёт времени, пока они лениво целовались на диване Чана. Но Минхо было слишком удобно, чтобы двигаться, а Чан был слишком измотан, чтобы пойти в постель или принять душ. Было приятно. Сидеть здесь с Чаном, просто существовать какое-то время. Сейчас не было ни забот, ни проблем. Только Чан и он. И, может быть, снова уснуть, не приведя себя в порядок, было глупой идеей, но им было слишком комфортно, чтобы вставать.

***

— Могу я нарисовать тебя? — спросил Чан, как только проснулся, моргая, чтобы не уснуть снова, внимательно следя за Минхо. Минхо кивнул, прижимаясь к Чану. Диван уже был совсем не удобным, но тело Минхо слишком гудело, чтобы вставать. Он предпочел бы остаться рядом с Чаном навсегда. — Минхо? — заскулил Чан, ткнув Минхо в щёку. Минхо кивнул, протягивая руку. — Нееет, можно я разрисую твои бёдра? Минхо рассмеялся, снова кивнул и поднялся, судороги пробежали по его спине. — Который час? — спросил Минхо, когда Чан прополз между ног Минхо, нежно покусывая его внутреннюю часть бедра, когда потянулся под кофейный столик за ручкой. У Чана, должно быть, ручки были везде и всегда. — Рано. Я написал Чанбину, что ты здесь. — Он знает? — спросил Минхо, кладя руку на живот и натягивая одеяло себе на колени. — Он бестолковый, помнишь? Так что, наверное, нет. Он может понять это, когда увидит тебя обнаженным на моём диване, — поддразнил Чан, положив голову на ногу Минхо и рисуя на другой. Минхо не смог сдержать улыбку. — Я просто переоденусь в твою одежду. Чан фыркнул. — Мы должны убраться, а? — Я так устаю от душа... — пожаловался Минхо, — честно говоря, у меня так сильно болит спина, что я не могу стоять. Чан продолжал целовать бедро Минхо, продолжая рисовать. — А как насчет ванны? Это не моя вина, что ты оказался таким грязным, — поддразнил Чан, получив мягкий пинок от Минхо. — Ты ужасно груб, — рассмеялся Минхо, не отрывая глаз от цветов и виноградных лоз, которые Чан рисовал на его ноге. — Нет, похоже, ты не так часто делаешь это. Но меня беспокоит, что как только ты возьмёшь телефон, то продолжишь наблюдать за ним. Минхо вздрогнул. — Что? — Чанбин сказал, что ты рассказал ему, почему сорвался. Первый раз. Я точно не знаю, что он продолжает делать с тобой... но секс — не лучшее решение. — Я не выдержал второго раза, когда мы спали вместе... — В первый раз... Я хотел спросить больше, но ты был так подавлен. — Я расскажу тебе, — вздохнул Минхо, — я зашёл в инет и проверил свои сообщения. Парень, с которым Сынмин изменил мне, написал, что они были вместе ещё до того, как я их поймал... он не сказал, как долго. — Минхо... — Чан извиняюще посмотрел на него. — Мне очень жаль... — Я хочу перестать паниковать из-за этого, но клянусь, он так сильно засел в голове.... Чан закрыл ручку, прополз между ног Минхо и нежно чмокнул его в губы. — Не сердись на меня, но терапия может помочь? — Терапия... — Я знаю, ты думаешь, что член — это хороший способ справиться, но это не так. Минхо приоткрыл губы, чтобы смущенно возразить, прежде чем скрестить руки в знак поражения. — Это помогает... — И что потом? Твоя проблема просто возвращается. Снова и снова, — Чан скользнул на диван рядом с Минхо, обхватил рукой шею Минхо, осторожно массируя пальцами его затылок. — Тебе нужна дополнительная помощь. Мне потребовалось... так много времени, чтобы поговорить с кем-нибудь о наркотиках. И, честно говоря, мне, наверное, тоже нужно больше, но... это помогает. — Пока Чанбин не вернётся в город. Ты в той же ситуации, что и я . Чан глубоко вздохнул. — Кокаин держит меня в норме. Когда я надолго закрываюсь... как до того, как Чанбин вернулся, у меня была очень тяжёлая абстиненция. Это было... — Чан упёрся подбородком в плечо Минхо, — ...это сложно. Я становлюсь очень неуверенным и избегающим. Вероятно, это хороший знак, но это просто... отстой. Когда он приезжает в город, все, над чём я работал, исчезает. — Как ты можешь это остановить? — спросил Минхо, любуясь своим бедром пальцами, когда он удобно прислонился головой к Чану, — вы двое так... он, кажется, хочет говорить о вещах, так что же удерживает вас от...? — Я не знаю. Я не хочу отпугнуть тебя из-за моего дерьма с ним. Это было мило. — Я бездомный безработный учитель. Я честно никуда не уйду, — Минхо засмеялся, нежно поцеловав волосы Чана. — Кроме того... мне очень нравится твоя компания. Может быть, тебе нужен кто-то, кто поможет тебе не принимать. Чан уткнулся в него носом. "Он большой щенок", — подумал Минхо. — Может быть. Я правда стараюсь. — Я поищу терапевтов — если ты думаешь, что я должен это сделать. Я попрошу Чанбина помочь... — Я тоже могу помочь, знаешь? У меня есть деньги, — Чан засмеялся. — У меня нормальная работа. — Нормальная? — Минхо засмеялся. — Какая нормальная? Чан наморщил нос. — Я совладелец ресторана. Минхо глубоко вздохнул. — И ты не сказал мне, потому что? — Это не было важно, — Чан засмеялся, отрываясь от плеча Минхо, чтобы посмотреть на него. — Хочешь пойти со мной? Я беру отпуск каждый раз, когда Чанбин приезжает в город. Минхо нахмурился. — Я обещал Чанбину встретиться с ним сегодня... он, наверное, паникует. — Вот дерьмо, ты прав. Он, наверное, зайдёт, так что ... мы должны привести тебя в порядок. Лицо Минхо вспыхнуло. — Он же узнает, не так ли? — Наверное... — Блять, ладно, идём в ду- — Минхо упал в ту же секунду, когда попытался встать, откинувшись головой на диван со смехом. — Чёрт... — Ах, так больно? — Чан засмеялся, погладив рукой живот Минхо. — Мне нужно снова отнести тебя? Минхо кивнул. — Если я не слишком тяжёлый. Клянусь, когда ты принёс меня сюда, ты бросил меня на диван. Чан нежно шлёпнул Минхо по бедру. — Я этого не делал! — Да, я думаю, из-за тебя у меня сотрясение мозга... — поддразнил его Минхо, прежде чем Чан поднял Минхо с дивана на руки, его спина на секунду содрогнулась, когда он обнял Чана за шею. Каким-то образом Чан затащил Минхо в ванну, вода была очень теплой. И после того, как Минхо удалось подтянуться, Чан скользнул за ним. Его грудь была удобной. Действительно удобной. И его прикосновения тоже. Чан действительно заставлял Минхо чувствовать себя невероятно комфортно. Минхо никогда не думал, что он окажется таким с мужчиной, которого встретил буквально... буквально несколько дней назад. Особенно после его странной зацикленности на Чанбине по началу. — Ты засыпаешь? — спросил Чан, проводя кончиками пальцев по животу Минхо. Минхо покачал головой, открыл глаза и посмотрел на чернила на бедре, которые он отказался смывать. — Может быть. — Если я спою, ты не уснёшь? Минхо слегка повернулся, не обращая внимания на боль в боках, и посмотрел Чану в глаза. — Что? — Я пел для тебя на днях, когда ты был в душе. Я могу сделать это снова. Минхо слегка покраснел. — Я слышал тебя. — Хорошо, могу я сделать это снова? Так он пел для него. Чан пел ту прекрасную песню, которая пленила Минхо в тот день в гостиной. Тон Чана был настолько разным, а его ноты были длиннее и намного мягче... Минхо заплатил бы целое состояние, чтобы слышать это вечно. Песня уже пленила Минхо, но его голос был божественным. Минхо не заснул, он лежал на Чане, пока вода не остыла, и Чан обмотал его полотенцем. Он проснулся, настолько проснулся, что прямо сейчас ему не хотелось расставаться со старшим. Он мог бы остаться здесь навсегда и был бы счастлив. — Что? — спросил Чан через некоторое время, бросая одежду из ящика на кровать, где Минхо сидел с обёрнутым вокруг себя полотенцем. — Хм? — Ты смотришь на меня. Ты пялился на меня с тех пор, как мы вышли, — засмеялся Чан, и выражение его лица заставило Минхо скривить губы в улыбке. — Мне нравится твой голос, Чан. Чан закрыл свой ящик, стащил полотенце с плеч Минхо, чтобы взъерошить его влажные волосы. На его лице была нежная улыбка, свидетельствующая о его искренности. Почему Чану не нравилась музыка? Минхо готов скупать всё, что он выпустит. От стука лицо Чана изменилось. — А, это, наверное, Чанбин. Чан быстро поцеловал Минхо в волосы, когда он поспешно натянул спортивные штаны и футболку, а потом натягивая и тапочки, стоящие у кровати. — Одевайся. Я... да. Минхо засмеялся, когда Чан вышел из комнаты, потянувшись за одеждой, которую Чан выложил для него. Чанбин не может быть настолько глупым, не так ли? Он должен был узнать, что они спали вместе, как только увидит Минхо. Если бы не хромота, то мокрых волос как аргумента было бы достаточно. Минхо почувствовал, как ухмылка расползлась по лицу, позволяя полотенцу упасть в ноги, когда он заставил себя встать, натягивая на голову толстовку с длинным рукавом, прежде чем со всеми оставшимися силами натянуть спортивные штаны на бёдра, завязав узел, чтобы удерживать их на месте. Он посмотрел на дверь. Чан был милым. Если он действительно думал, что Чанбин такой бестолковый... он очень милый. Быстро потянувшись, Минхо вышел из комнаты Чана в гостиную, Чанбин устроился на диване, а Чан встал с другой стороны. — Доброе утро, соня. Не могу поверить, что вы с Чаном всю ночь пропадали, — Чанбин фыркнул, похлопав по сиденью рядом с собой. Боже, может, он и правда тупой. Минхо бросил быстрый взгляд на Чана, прежде чем медленно добраться до дивана и скользнуть на место рядом с Чанбином. Чан, должно быть, бросил в стирку одеяла, на которых они лежали прошлой ночью. — Итак, у меня есть кое-что для тебя, — Чанбин объявил, когда Минхо устроился рядом с ним. — Это необходимо. — Хорошо... — Минхо наблюдал, как Чанбин вытащил коробку из кармана, глубоко вздохнув, когда понял, что это было на самом деле. Телефон. — Итак... Я его настроил. Типа. Я ввёл свой номер! И я выбрал несколько классных мест в городе. Вместе с номером школы, где, по словам моего друга, тебе могут помочь с работой. И, о, конечно, некоторые приложения для тех случаев, когда тебе скучно. Минхо сделал паузу, как только услышал о школе. — Что? — О, ну, базовые настройки. — Школа? — Минхо глубоко вздохнул. Он действительно не думал, что Чанбин что-нибудь найдёт, не говоря уже о самих поисках. — А, я имею в виду, что это не самостоятельная преподавательская работа. Что-то вроде должности помощника? Она сказала, что это лучшее, что она смогла найти за короткий срок. И этой училке нужна вся помощь, которая может быть... Минхо обнял его, несмотря на боль в боках, он крепко обнял Чанбина, заключив мужчину в объятия и неоднократно благодаря его. Работа. Ему было всё равно, что это было. Тот факт, что кто-то даже подумывал о том, чтобы позволить ему снова работать в школе, было... Минхо должен был признать, что он не выглядел очень серьёзно, но первые три отказа, которые он получил, когда он попробовал, сломили его уверенность. — Как?! — спросил Минхо, отодвигаясь, чтобы изучить довольное выражение лица Чанбина. — Я поспрашивал. — Но... ты действительно нашел...? Чанбин кивнул. — Ага. Как я уже сказал, в телефоне есть школьный номер. Остальное зависит от тебя. — Кокаин... — Я бы немного подождал. На всякий случай. Она сказала, что оставит для тебя вакансию открытой, когда ты захочешь. — Твой друг учитель? Чанбин кивнул. — Да, она не очень любит помощников, но я сказал ей, что ты милый. Минхо фыркнул. — Ты пытаешься меня подставить? — Она замужем, так что, думаю, ты в безопасности. — Спасибо... правда. — Это меньшее, что я мог сделать. Я ещё могу помочь тебе найти, где остановиться... — Он может остаться здесь, — внезапно вмешался Чан, Минхо и Чанбин одновременно посмотрели прямо на него. — Я имею в виду... если хочет. У меня есть свободная спальня... и я не против соседа по комнате? — лицо Чана стало розовым, кончики его ушей покраснели с каждой секундой. — Ой? — глаза Чанбина расширились, отчего Чан и Минхо нервно взглянули друг на друга. — Ой?! — повторил он, приоткрыв губы. — Ой? — Минхо закусил нижнюю губу. — Что? — Вы двое... — Чанбин разинул рот. — Боже мой, вы двое трахаетесь. Чан приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог произнести ни слова. — Да... — прошептал Минхо через некоторое время, рот Чанбина продолжал оставаться открытым, когда его глаза упали на Минхо. — мы- — Когда, чёрт возьми, это началось? — спросил Чанбин, шокированный больше, чем что-либо еще. — Ты и Чан? Минхо кивнул. — Э-э... — Вчера, — Чан признался, его уши были настолько красными, что Минхо подумал, что он взорвется. — Ха... — Чан недоверчиво выдохнул, — вот почему ты ушёл вчера вечером... это... это круто? Облегчение. — Ты не злишься? — спросил Чан. — Почему я должен злиться? Чан бросил на Минхо взгляд, прежде чем сделать глубокий вдох. — Ты ведь не хотел, чтобы мы с ним сблизились. Чанбин нахмурился. — Чан... — Я имею в виду... сначала ты не хотел, чтобы я был рядом с ним. И ты только попросил меня понаблюдать за ним, чтобы наказать меня за ту ситуацию с коксом... Чанбин не сводил глаз с Чана. — Прости... В комнате быстро росло напряжение. Минхо не знал, что сказать или сделать, пока Чан и Чанбин смотрели друг на друга. — У тебя есть такой прикол, типа... — Чан изо всех сил пытался заговорить, — ты хочешь, чтобы твои... проекты не сближались. Так что, чёрт возьми, я думал, ты рассердишься. Чанбин выглядел обиженным. — Чан... я не так думаю о те- — Ты никогда не доказывал мне обратного, — огрызнулся Чан, — для тебя это истории успеха или что-то в этом роде. И я неудачник. Ты не хочешь, чтобы я был рядом с людьми, о которых ты заботишься, потому что ты не смог исправить меня. Минхо посмотрел на ковер, глубоко вздохнув. — Я так не думаю. — Ну вот как я себя чувствую. Я всегда так себя чувствовал. Каждый раз, когда ты возвращаешься, у меня случается рецидив. — Рецидив? — Да, я приводил себя в порядок. Я пытался уже два сраных года. — Почему ты не сказал- — Потому что я слишком забочусь о тебе. Мне не нужно, чтобы ты обо мне беспокоился. Я не хочу, чтобы ты... — Ты придумал эту идею обо мне, чтобы чувствовать себя лучше, Чан? — с рычанием спросил Чанбин. — Потому что мы не вместе, ты создал эту идею, что я ненавижу тебя. — Прекратите... — прошептал Минхо себе под нос. — Ты морочишь мне голову, Чанбин. — Потому что мы расстались? Потому что мы на самом деле были ужасно дерьмовой парой!? Минхо вцепился пальцами в одеяло. — Каждый раз, когда ты возвращаешься, ты проводишь меня через ад. Я забочусь о тебе, правда забочусь. Но каждый раз, когда ты возвращаешься, ты смущенно отталкиваешь меня. Ты даже не хотел, чтобы я приближался к Минхо, ты тоже хотел держать меня подальше от него. — Ты буквально дал ему блядский кокаин, Чан. Чан взволнованно покачал головой. — Да, моя единственная ошибка. Но, по крайней мере, я всё ещё буду здесь с ним, пока ты бегаешь по стране. — Было ошибкой просить тебя присмотреть за ним. — Я не ребенок... — пробормотал Минхо, чувствуя себя таким напряжённым. — Я на самом деле очень благодарен тебе за то, что ты попросил меня об этом, потому что он чертовски замечательный. Минхо хотел получать комплименты от Чана, действительно хотел. Но он был так напряжен и чувствовал себя так неловко. Он чувствовал, что это был не тот разговор, на котором он должен присутствовать. Чанбин покачал головой. — Ты дал ему кокаин, а теперь трахаешься с ним. Это последнее, что ему сейчас нужно, а ты... ты невероятный. Возможно, ты пытаешься очиститься, но... ты никогда не будешь чист, — Минхо поморщился на это. — И знаешь что, ты прав, я не хочу, чтобы ты был рядом с людьми, которым я пытаюсь помочь. Потому что ты испортишь им жизнь так же, как испортил мою. Это ранит. Слова Чанбина были едкими. И Минхо едва мог дышать, когда Чанбин поднялся, протискиваясь мимо Чана к двери. — Минхо, — нет, не проси уйти. — Ты можешь вернуться со мной, или остаться, если хочешь, так тоже нормально. Я напишу тебе позже. С этими словами Чанбин захлопнул дверь, оставив комнату настолько напряженной и неудобной, что Минхо захотелось раствориться в воздухе. Чан дрожал, неподвижно стоял на своём месте. И Минхо не знал, что сказать. Не совсем. Но... он понимал точку зрения Чана. Вспышка Чанбина... у него была проблема по поводу того, что Чан был рядом с людьми, о которых заботился Чанбин. Это жалило. То, что сказал Чанбин, задело, и это даже не было направлено на Минхо. — Я говорил тебе, — прошептал Чан, его пальцы подергивались, когда его взгляд упал в пол. — Тебе не обязательно оставаться... ничего страшного, если ты хочешь уйти. Он не хотел уходить. — В каком-то смысле он тоже прав. Я просто снова облажался. Тебе, наверное, стоит вернуться с ни- — Нет, — Минхо оборвал его, поднявшись с дивана, вздрогнув, прежде чем взять Чана за руку и потащить обратно на диван, сел и похлопал по своему бедру. — Я не уйду. Чан глубоко вздохнул. — Почему? — Потому что нет, теперь сядь. — На тебя? — Да. Чан осторожно посмотрел на Минхо, прежде чем забраться к нему на колени. Чан был тяжелее, чем сам Минхо, но это не было неудобно. Когда Чан устроился на бёдрах Минхо, он держал руки на своих коленях, как будто боялся отравить Минхо, прикоснувшись к нему. — Мне очень жаль, что он сказал это. — Он не ошибся. — Ты не сделаешь мне больно. Чан неуверенно сказал. — Сделаю. — Я знаю, что встретил вас обоих совсем недавно... но не думаю, что это правда, — Минхо взял в ладони лицо Чана, старший, казалось, сдерживал слезы — это было видно по тому, насколько блестящими стали его глаза. — Я знаю, что я тоже облажался, но вам двоим действительно нужно поговорить. Потому что очевидно, что вы заботитесь друг о друге... несмотря на то, что он сказал, я знаю, что он заботится. Чан выглядел так, будто вот-вот сломается. — Тебе нужно поплакать? Чан покачал головой. — Ты можешь доверять мне. Я не буду судить тебя или причинять тебе боль, Чан. Ты можешь плакать. Можешь кричать. Можешь делать всё, что тебе нужно... Я не собираюсь уходить. — Я ненавижу это чувство... Я не хочу чувствовать себя плохо. Минхо погладил Чана по щекам большими пальцами. — Я буквально... уже несколько дней чувствую себя плохо. И, типа... не хочу звучать как какое-то тупое клише из фильма, но последние пару дней, которые я провёл с тобой, были первым разом, когда я чувствовал себя хорошо за такое долгое время. И... опять же, я знаю, что не вылечился. Я всё ещё пытался убить себя... — Минхо сделал паузу, — вроде как. Чан выглядел так, будто не верил ему. — С тобой комфортно... ты не такой, как он сказал. Ты никоим образом не сделал мою жизнь хуже. — Ты знаешь меня несколько дней... Минхо фыркнул, наклоняясь и целуя Чана в губы, старший тихо вздохнул, когда Минхо отстранился. — И все же ты заставил меня чувствовать себя намного лучше... Чан наблюдал, как Минхо приближается, прежде чем уткнуться в изгиб его шеи, крепко обнимая его руками. — Я не вру, — прошептал Минхо, обвив руками Чана, и от ощущения влаги на плече его сердце сильно сжалось. Но он промолчал. Чан был не из тех, кто может плакать, по крайней мере, судя из того, что Минхо понял. Меньше всего он хотел заставить Чана сбежать в таком состоянии. Так что он просто держал его. Это то, что делал для него Чан. Тишина. И, честно говоря, это очень помогло Минхо освободить голову. Может быть, это и пение Чана. Минхо выдохнул, прежде чем тихо напеть. Он не хотел петь. Он не хотел беспокоить Чана. Напеть было бы... хорошо, ведь так? Чан лишь немного подвинулся, казалось, ему стало удобнее рядом с ним, когда он напевал, Минхо провёл кончиками пальцев по его спине. Некоторое время они молчали, и в конце концов Чан заснул на руках Минхо. И несмотря на то, что его футболка была неприятно мокрой, он не собирался двигаться. Поэтому он откинул голову на подушку дивана и решил присоединиться к Чану во сне. Лишь на какое-то время.