Обретая семью

Питер сидел на своей кровати и наблюдал за разворачивающейся за окном непогодой: небо над Нью-Йорком заволокли грозовые тучи, ливень шёл сплошной стеной, гром, казалось, сотрясал само основание башни, а всполохи молний освещали город, словно сейчас был день, а не поздняя ночь. Дверь в комнату тихо приоткрылась, впуская Старка. — Пит, ты не спишь? — Нет, Тони, — спокойно, но безэмоционально отозвался Паучок. Мужчина тут же поднялся к нему и присел рядом. Воцарилось молчание, нарушаемое лишь раскатами грома. Миллиардер не спешил прерывать эту относительную тишину, зная, что когда подросток соберётся с мыслями и будет готов, он сам начнёт разговор. А в том, что он состоится, приёмный отец не сомневался. — Мэй рассказывала, что когда погибли мои родители, тоже была непогода. Правда, я их почти не помню. Только какие-то смазанные воспоминания. Словно обрывки старого сна. Порой мне кажется, что их и вовсе не существовало, а я всегда жил с Мэй и Беном. Старк подвинулся к Питеру, позволяя ему облокотиться спиной на себя, и начиная успокаивающе перебирать каштановые кудри. Некоторое время они снова молчали. — Дядя Бен тоже погиб в ливень. Помню как зажимал его рану, а на нас лил дождь. Везде были лужи, — Паучок шмыгнул носом, и Тони мягко развернул его, кладя голову подростка себе на плечо. Через несколько минут Питер вновь заговорил слегка дрожащим голосом: — Когда идёт дождь, я всегда боюсь, что что-нибудь опять произойдёт. У меня слишком много тех, кем я дорожу: Мэй, Хэппи, Пеппер, Нэд, ЭмДжей… И теперь я точно не забуду эт-т-то, — на последних словах в горле появился комок, а из глаз закапали слёзы. Старк нежно обхватил его лицо руками, стирая солёные дорожки большими пальцами, но пока не говоря ни слова, давая ребёнку высказать свой главный страх. — И я боюсь потерять тебя. Ты для меня очень важен. Если ты оставишь меня, я… я не… — Шшшш, — притянул Питера в объятия Тони, — всё хорошо, я сейчас здесь, с тобой. Паучок кивнул в ответ и приглушённо прошептал в рубашку, что всё равно не помешало мужчине услышать это: — Я люблю тебя, папа. Сильно-сильно люблю. — И я тебя, сынок. И я всегда буду с тобой. Не смотря ни на что. За окном вспыхнула молния и послышался гром, а в комнате сидели два самых близких друг другу человека. И кровное родство было важно для них в самую последнюю очередь. *** ...Как знаком его запах, И рубашка, и шляпа… Обниму и шепну: «Я люблю тебя, Папа!»*