Tonight You Belong To Me

Утром Алине пришлось снова посылать служанку за косметикой. Своей косметички у нее не было — зачем, если Женя мастерски справлялась со своей задачей? — а выйти из комнаты в нынешнем виде она не могла. Последствия вчерашнего вечера были куда менее страшными, чем после первого раза: бледные следы укусов на шее, на груди; синевато-фиолетовые пятна на запястьях, где хватка была слишком сильной. Все это легко могла скрыть правильная одежда, но сегодня король хотел видеть заклинателя теней и солнца, и нужно было быть готовой ко всему. Когда в дверь громко постучали, Алина распахнула ее, запоздало сообразив, что служанка не стала бы стучать так требовательно и настойчиво. — Решила попрактиковаться в нанесении макияжа? — полюбопытствовала стоящая на пороге Женя. Не дожидаясь, когда ее пригласят войти, она прошла в комнату и по-хозяйски села в кресло. Алина закрыла дверь, мысленно чертыхнувшись. И что ей теперь делать? — Что-то вроде этого, — уклончиво сказала она. — Так ты принесла косметику? Она надеялась, что, столкнувшись со служанкой, Женя просто решила самой отнести необходимое Алине, чтобы заодно поболтать. Но пустые руки и отсутствие выпирающих карманов говорили об обратном. Женя покачала головой, ничуть не выглядя смущенной. — Прости, дорогая, но я не могу позволить тебе экспериментировать. По крайней мере, не сегодня. Алина закрыла глаза и сжала переносицу, ощущая приближающуюся головную боль. — Похоже, ты совсем не рада меня видеть, — вздохнула Женя. Алина качнула головой. Ей потребовалась всего пара секунд, чтобы все обдумать и принять решение. Она закрыла окно и подошла к развалившейся в кресле Портнихе. — Ты умеешь хранить секреты? — спросила Алина, понизив голос. Глаза Жени засветились в предвкушении. Она наклонилась вперед. — Еще бы. — Об этом никто не должен узнать, — предупредила Алина. Женя подняла руки, словно защищаясь. — Хей, я люблю посплетничать, но ты моя подруга, и твои секреты я буду хранить также, как и свои. Ты можешь доверять мне. Поколебавшись, Алина медленно убрала волосы с шеи и опустила воротник. Женя присвистнула и встала, чтобы рассмотреть следы. У нее не возникло сомнений об их происхождении. — Так вы, оказывается, вышли на новый уровень, а я и ни сном, ни духом об этом не знаю… — пробормотала Портниха. Она прикоснулась к особо заметному следу укуса. — И как давно? Алина облизнула пересохшие губы и тихо сказала: — Это был не Дарклинг. Женя неверяще уставилась на нее. Затем посмотрела на следы, будто прикидывая, какая еще может быть природа их происхождения, и снова на Алину. — Тот следопыт? — прошептала она. — Которого ты все пыталась разыскать? Румянец смущения и стыда вспыхнул на щеках Алины. Святые, когда она в последний раз вспоминала о Мале? Прошла вечность с их разговора во время бала. Теперь ее занимали другие проблемы. И другой человек. Женя засчитала реакцию Алины за согласие, а заклинательница не стала ее переубеждать. Пусть думает, что это Мал — лишь бы не сболтнула что-либо при Дарклинге, ошибочно подумав, что это с ним развлекалась Старкова. Вот бы вышла комедия, учитывая, что дальше поцелуев у них не заходило… — И как вы… — Потом, — оборвала Алина. — Помоги мне убрать… все это. Кожу пощипывало и кололо, когда Женя сводила синяки и укусы сначала с шеи, потом с запястий. Про остальные отметины Алина промолчала, решив, что Портниха и так узнала больше, чем ей следовало. — Я не буду спрашивать, как давно это продолжается и каковы твои планы на будущее, — сказала Женя, укладывая волосы заклинательницы в изысканную прическу. — Но как твоя подруга я должна убедиться, что все в порядке, — она подождала, пока Алина не подняла на нее глаза. — Все эти синяки, укусы, и одним Святым известно, что еще. Тебя это устраивает? Потому что если он переходит черту, если он принуждает тебя, ты должна… — Я могу за себя постоять, — Алина выдержала твердый взгляд Жени, хотя больше всего на свете ей хотелось спрятаться под одеялом с воплем «Я не хочу это обсуждать!». — Все в порядке. — Тебе это нравится? Хотя Алина и Женя любили посплетничать о других, они никогда не устраивали девчачьих разговоров о парнях и о том, о чем не принято говорить в порядочном обществе. И начинать это сейчас заклинательнице не хотелось. У нее было много вопросов, связанных с ее неопытностью, но было куда проще выяснить все на практике, нежели обсуждать с кем-либо. — Помоги мне выбрать кулон, — попросила Алина, переводя разговор в другое русло. По лицу Жене было понятно, что ей не нравится такой ответ, но она цокнула языком и склонилась над шкатулкой с украшениями. Пока Женя застегивала цепочку с болтающимся на ней кулоном в виде солнца в затмении и наводила последние штрихи в образе подруги, Алина размышляла над вопросом Портнихи. Нравится ли ей это? Вопреки логике, на этот вопрос было трудно ответить односложным «да» или «нет». Ее связывало с Иваном не просто желание удовлетворить физическую потребность. Это было соревнование, кто первым сдастся. Электрический разряд, пробивающий от макушки до пальцев ног при малейшем касании. Игра в прятки, когда их могли в любую минуту поймать на месте преступления. Иногда ей было больно, но никогда — неприятно. Словно Иван всегда знал, когда нужно остановиться, чтобы страсть не перешла в насилие. Считал ее пульс, следил за дыханием — неважно. Он ранил ее ровно настолько, сколько было нужно, чтобы свести ее с ума от переизбытка чувств. Это пугало. Нервировало. Раздражало. И где-то в самой глубине вызывало нестерпимое желание все повторить.

***

Алина никак не могла избавиться от ощущения дежавю, стоя в купольном зале в окружении гришей и ожидая, когда дадут сигнал на выход. Хотя Женя свела синяки, она то и дело нервно дергала рукава кефты, пряча запястья. Ее взгляд скользил по толпе. Она не думала, что ищет что-то — или кого-то — пока не увидела Ивана и не осознала, что ноющее чувство беспокойства пропало. Красный цвет вызвал у нее воспоминания о спальне сердцебита, и внизу живота сладко заныло. Будто ощутив на себе взгляд, сердцебит оглянулся на нее. Алина не опустила глаза. Как и он. — Вам не помешает поговорить. Вздрогнув, Алина оглянулась на возникшего рядом с ней Дарклинга. — Что? — выдавила она. — Иван — мой лучший сердцебит, — сказал Дарклинг, улыбаясь краешком рта. — Вам двоим придется много времени проводить друг с другом, помогая мне восстановить Равку, но пока вы не преодолеете ненависть друг к другу, у нас ничего не выйдет. — Мы не ненавидим друг друга, — автоматически пробормотала Алина, бросив короткий взгляд на Ивана. Он продолжал смотреть на нее, отчего по ее коже пробежали мурашки. — Возможно, ненависть действительно неподходящее слово, — согласился заклинатель. — Однако это не отменяет того факта, что между вами что-то происходит, и это что-то мешает моим планам. Алина повернулась спиной к Ивану и лицом к Дарклингу. Ей не нравилось, что заклинатель уделяет так много внимания ее отношениям с сердцебитом. Рано или поздно он может осознать, что прав лишь на наполовину в своих догадках, и кто знает, к чему это приведет. — Почему мы вообще говорим о нем? — недовольно сказала Алина, скрещивая руки на груди. — Нас ожидает встреча с королем всего через пару минут. Тебя должно заботить, что он может нам сказать. — Пожалуй, ты права. Дарклинг выставил руку, и Алина послушно взялась за его локоть. Шум в зале стих, когда он повел ее к распахнутым дверям. Проходя мимо Ивана, девушка целенаправленно на него не смотрела, но знала, что он пойдет следующим, и его глаза будут прикованы к ней. Встреча с королем прошла хорошо — если считать хорошим, когда вас вежливо называют балластом и ничтожеством. Зато он дал добро на путешествие на север, где, по слухам, снова объявился олень Морозова. Взволнованная встречей с монархом и счастливая, что все прошло без происшествий, Алина не сразу поняла, что это значит. Она едет на север. У нее будет усилитель. Алина застыла посреди коридора, когда в памяти всплыли слова, сказанные Дарклингом много-много недель назад. Я думал, что мы могли подождать, пока у нас не окажется первый усилитель. Когда нам будет, что отпраздновать. — Когда я говорил подождать меня, я не имел в виду перекрыть движение по коридору, — рука Дарклинга легла ей на спину и мягко подтолкнула дальше. Алина сдвинулась с места, ничего не сказав. Рука заклинателя сместилась, и теперь они шли бок о бок, он легко приобнимал ее за талию, а Алина никак не могла сосредоточиться ни на чем, кроме своих шагов. — Когда мы выдвигаемся? — наконец спросила она, понимая, что Дарклинг ждет, когда она что-нибудь скажет. — Через два дня. Успеешь подготовиться? — Конечно, — Алина задумалась, подбирая слова. — Думаешь, нам удастся поймать оленя? — Мне не хочется настраиваться на положительный результат, чтобы потом не разочаровываться, но у нас хорошие шансы. Дарклинг принялся рассказывать про охотников и следопытов, которые ему выделил король, о новых разработках фабрикаторов, но Алина его толком не слушала. Все ее мысли занимал олень, чьи кости она вскоре будет носить, и о том, что может последовать после удачной охоты. Ей нравился Дарклинг. Он был привлекательным, уверенным, обаятельным — как тут устоять? Но она не знала, как должна вести себя с ним. Поймет ли он, что она уже не так неопытна, как пару месяцев назад? Сможет ли она объяснить ему следы, которые вряд ли успеют сойти к этому времени? Ей хотелось попробовать нового, узнать, каково это — быть с кем-то еще. Но при этом ее не покидало ощущение, что так неправильно. Слишком глубокого в сознание были вбиты предостережения Аны Куи, слишком часто ей внушали, что партнер может быть только один. Алина падала в кроличью нору, и чем дольше она тянула с торможением, тем труднее ей потом будет выбраться… — Мой повелитель. Услышав голос, Алина вынырнула из размышлений и подняла глаза. Иван поклонился Дарклингу, затем ей. Она заметила, как его взгляд замер на руке заклинателя теней, обхватывающей девушку за талию, прежде чем он выпрямился и обратил взор на своего хозяина. «Делай вид, что меня здесь нет, — мрачно подумала Алина. — Я-то помню, что вчера ты смотрел на меня во все глаза.» — Вас хочет видеть Апрат. На лице Дарклинга мелькнуло раздражение. — Что ему нужно? — Он не сказал, но был крайне недоволен. Вздохнув, Дарклинг убрал руку с талии Алины. — Я зайду к тебе вечером? — Конечно, — ответила Алина. Краем глаза она видела, как Иван сжал челюсти, услышав ее ответ. Дарклинг ушел, и только тогда до Алины дошел смысл вопроса. Зачем он решил зайти к ней? Обсудить, какие вещи нужно взять с собой? Построить план ловли оленя? Или Дарклингу надоело играть недотрогу и он захотел поторопить события?

***

Алина подготовилась к приходу Дарклинга. Когда он пришел, его ждал сюрприз в виде разложенной повсюду одежды, книг и карт. Девушка не знала о причине, по которой он решил ее навестить, и взяла ситуацию в свои руки. — Здесь проводили тренировку шквальные? — полюбопытствовал Дарклинг, пробираясь к безопасному уголку. — Не могу сообразить, что взять с собой. Примерно полчаса они обсуждали детали поездки и планировали, что следует взять с собой на тот случай, если с оленем все получится. Ведь тогда они поедут сразу к Каньону — чтобы сразу проверить, но что теперь способна Алина. Когда эта проблема была разрешена, Дарклинг поймал Алину за руку и привлек к себе. Девушка напряглась, стоя в его объятиях. — Что такое? — спросил Дарклинг, от которого не скрылась перемена в ее настроении. — Нам обязательно брать с собой Ивана? — вырвалось у Алины. — Нам нужен сердцебит. — Он не единственный корпориал в нашем распоряжении. Подумай сам: ты отправляешься на охоту за самым могущественным из усилителей в сопровождении своих любимчиков. Как это должно выглядеть в глазах окружающих? Сейчас ты скажешь, что отобрал для поездки сильнейших из сильнейших, но не думаешь, что лучше дать шанс другим? Так сказать, поддержать их начинания и показать, что они тоже важны. Дарклинг склонил голову на бок. — Забавно, — промолвил он. — Что? — Ты просишь меня не брать Ивана, чтобы дать шанс другим. А Иван просит оставить тебя во дворце, поскольку твое участие может снова спровоцировать нападение. Алина задохнулась от возмущения. Осознав, что за ней наблюдают, она попыталась взять себя в руки, что было нелегко. Она аккуратно выбралась из объятий Дарклинга и отступила назад. — Так теперь это моя вина в том, что произошло в усадьбе. Как она и ожидала, Дарклинг встал на ее защиту. — В этом нет твоей вины. Но Иван прав: тебе снова может угрожать опасность. Мы выяснили, из-за чего нас раскрыли в прошлый раз и устранили утечку. Однако риск не исчез до конца. И никогда не исчезнет. — Так я остаюсь здесь? — Нет. Как, впрочем, и Иван, — добавил Дарклинг. Заклинатель коротко взглянул на часы и тихо выругался. Алина никак не могла привыкнуть к тому, что рядом с ней он позволяет себе не притворяться и ведет себя раскованнее, чем на людях. Всегда сдержанный, хладнокровный. Но не когда они оставались одни. Интересно, был ли он таким открытым рядом с Иваном? Алина отмахнулась от этой мысли. — К сожалению, мне нужно идти, — он встал и поцеловал ее в макушку. — Я собирался потратить свободный час иначе, но рад, что смог помочь тебе со сбором вещей. Позови меня, если понадобится что-то еще. — Конечно. Алина закрыла за ним дверь и оглядела бардак, царящий в спальне. Проще было бы переспать с Дарклингом, чем все это убрать…

***

На следующий день Алина забежала в библиотеку, чтобы поставить на место книги, которые брала вчера — скорее для отвлечения Дарклинга, нежели как реальный вариант того, что можно взять с собой в поездку. Другие гриши тоже занимались изучением литературы: группка фабрикаторов что-то обсуждала, склонившись над старыми картами, одна шквальная выбирала себе сказки и предания, а в углу помещения, скрываясь в тени, стояли Иван и Сергей. Алина не слышала предмет их спора, но «слуга» Дарклинга явно был в плохом расположении духа. Блуждая по библиотеке, Алина неспешно раставляла книги, а заодно пыталась понять, почему Иван выглядит так, будто сейчас выпотрошит Сергея. Шквальная уже ушла. Фабрикаторы тоже вскоре стали собирать вещи! Наконец в библиотеке не оказалось никого, кроме Алины и двоих сердцебитов. Алина пряталась за полками, делая вид, что ищет какую-то книгу, но когда она оказалась достаточно близко, чтобы расслышать разговор, Сергей всплеснул руками и заявил, что больше не намерен это обсуждать. Громко топая, он удалился из библиотеки. Иван ударил кулаком по стене. Не сильно, но девушка все равно вздрогнула от неожиданности. Развернувшись на каблуках, сердцебит двинулся в сторону дверей, но вышедшая из укрытия Алина перегородила ему дорогу. — Есть разговор, — сказала она, не церемонясь на приветствие. — Меня ждет Дарклинг. Оттеснив девушку плечом, Иван продолжил идти. — Спешишь дать ему новые гениальные советы? — бросила ему в спину Алина. Она думала, что сердцебит проигнорирует ее слова, но он оглянулся на нее через плечо. — О чем ты? — Ты предложил оставить меня во дворце! — выплюнула Алина, сложив в предложение весь яд, на который была способна. Иван вздернул бровь. — Не горю желанием снова бегать по лесу, чтобы спасти девчонку, которая даже защитить себя не может. — Не переживай, — процедила сквозь зубы заклинательница. — В этот раз рядом будет Дарклинг. Уж он-то сможет обо мне позаботиться. — Не сомневаюсь. Поэтому тебе в голову пришла замечательная идея оставить меня в стороне от охоты? — Алина поморщилась. Она надеялась, что Дарклинг еще не рассказал ему об этом. — Может, еще пойдешь к границе совершенно одна? Чтоб наверняка погибнуть от рук фьерданцев, если вдруг сможешь пережить холодные ночи с твоими поразительными навыками выживания. — Я не говорила, что нам не нужен сердцебит, — заявила Алина. — Я всего лишь сказала, что нам не нужен ты. В глазах сердцебита вспыхнула злость. Он пересек разделяющее их расстояние в два широких шага. — Неужели? И кем ты предлагаешь меня заменить? — Сергеем, — назвала первое пришедшее на ум имя Алина. Он был вполне неплохим сердцебитом и подходил для версии девушки с поддержкой менее популярных гришей. — И чем же он лучше меня? В Иване играла гордость. Он считал себя лучшим из лучших — и он был таковым, как бы это не претило признавать Алине. Если его смещали с пьедестала, то он хотел знать, почему. — Тебе в алфавитном порядке или хронологическом? Иван прищурился, но затем его лицо озарилось. На губах появилась его коронная ухмылка, которую так ненавидела Алина. — Дело ведь не в том, кто должен поехать вместо меня, — догадался сердцебит. — Главное, чтобы это был не я, — он сделал еще один шаг в ее сторону. Алина попятилась, но за спиной были только книжные полки. — И, думаю, я знаю, почему. Алина вздернула бровь, копируя его выражение лица минутами ранее. — Ты наконец-то сообразил, что ты не такой незаменимый, как тебе казалось? Иван пропустил ее слова мимо ушей. — Ты не хочешь, чтобы я ехал, из-за того, что ты испытываешь ко мне, — сказал он, понизив голос. — Я слышу, как меняется твое сердцебиение, когда ты смотришь на меня. Как замирает твое дыхание. Ты даже представить себе не можешь, как ярко тебя выдает твое тело. — Однако ты понятия не имеешь, связано ли это с тобой. Можешь лишь строить предположения. — А по-моему, все довольно очевидно. — Неужели? Собачка Дарклинга, его верный слуга, — Алина с легкостью вспомнила старые клички, которыми сама же и наградила Ивана. — Ты проводишь с ним слишком много времени, так что уже и на полноценную личность не походишь. Откуда тебе знать, не вспоминаю ли я о нем, когда вижу тебя? Хотя забавно, что ты уделяешь мне так много внимания. Столько людей вокруг, а ты прислушиваешься к моему сердцебиению. Ищешь меня в толпе, — Алина облизнула пересохшие губы. Иван проследил за ее быстрым движением, его взгляд потяжелел. — Похоже, я прочно засела у тебя в голове. Алина слегка подалась вперед. Дыхание Ивана касалось ее губ, он нервно сглотнул. — Может быть, я и не сердцебет, — прошептала Алина. — Но трудно не заметить, что ты увлечен мною. Все произошло в мгновение ока. Вот она стояла в паре сантиметров от него и смотрела ему в глаза, а вот уже была прижата к книжным полкам, цепляясь за плечи Ивана и отвечая на его поцелуи. Заколки, которыми Женя фиксировала прическу Алины, слетели и упали куда-то на пол, когда сердцебит зарылся рукою ей в волосы. Его пальцы пробежали по ее затылку, ладони обхватили лицо, пока его язык свободно блуждал у нее во рту. С губ заклинательницы сорвался тихий стон, когда Иван прижался к ней бедрами. Они были вместе меньше суток назад, но она изголодалась по нему, будто прошли месяца. Ей было плевать, что они в библиотеке, что сюда могли зайти в любую минуту. Она не попросила быть осторожнее, ощутив легкий укус на шее. Не приказала остановиться, когда он задрал ей юбку и его ладонь легла ей на бедро, крадясь выше. Затылком Алина упиралась в книжную полку, чье содержимое грозило упасть им обоим на головы. Стеллаж сотрясался вместе с ними, не справляясь с ролью опоры. На краю затуманенного сознания Алины мелькнула мысль, что будет, если от их усилий шкаф рухнет. Но этому было не суждено произойти, потому что поверх стоящей в библиотеке тишины, прерываемой только тяжелым дыханием и шорохом одежды, раздался голос — холодный и безразличный: — Какой интересный поворот событий.