Хижина в лесу

— Тен, лопни мои глаза, Тен! — завопил Лис и на всякий случай уточнил, задрав голову к сумрачному небу: — Создатель, если Ты есть, я это в переносном смысле. Не надо лопать мне глаза. Эш наконец ослабил объятия, и Дин этим воспользовался, прижался к Тен покрепче, игнорируя ее грязную одежду и бормоча что-то бессвязное. — Я так и знал, что ты жива, — сказал Лис, ободряюще похлопав Тен по плечу. — А где Рио? — Простите меня, — прошептала Тен. Эш осторожно оттеснил Дина и Лиса и усадил ее на камень возле входа в образованный паутиной навес. — Рассказывай. — Я взяла Рио и спряталась, когда услышала паука, — начала Тен, теребя пальцы. — За кустом можжевельника, знаете, который на поляне… Мы долго там сидели, я и он. Потом я увидела, что паук плетет паутину, и хотела его отогнать, но испугалась. Я думала, может, вы выберетесь через лаз. И в хижине ведь можно прятаться долго… И я ушла, взяла Рио и ушла. Мы спрятались в том полом дубе, помнишь, Дин? Я всю ночь провела с Рио на коленях, а утром мне начало казаться, что он просыпается. Он немножко шевелился, ресницы подрагивали и пальцы. И я принесла воды и ягод, пыталась его покормить, но не вышло, он всё спал и спал. Я поела сама, потом сходила к хижине, думала, как прогнать паука, пыталась испортить паутину, кидала в нее грязью. Пауки не любят грязное. Эш, Дин и Лис жадно вбирали в себя каждое слово, не прерывая, и Тен продолжала, хотя голос ее дрожал всё сильнее: — Паутина была такая огромная, а я боялась подойти близко, только кидала из-за деревьев пригоршни глины. И мне кажется, паук даже не заметил, что паутина пачкается, он всё сидел и сидел. Я очень хотела вас позвать, но побоялась. Пауки же всё слышат… И потом я вернулась, и Рио уже выполз из дуба, он шевелился, только очень вяло, как муха осенью, и я его покормила ягодами, отнесла к ручью и помыла, а потом снова сидела с ним в дубе, пока он не уснул, он даже плакал немножко, но потом затих… И я снова пошла к вам, а когда вернулась… — Его сожрали? — не выдержал Лис. — Не знаю, — прошептала Тен. — Его просто не было. Я везде искала. Под дождем бегала, звала его, но не нашла. И в паутине смотрела, его там нет, но он же такой маленький… Его и барсук мог съесть. — Ну, барсук вряд ли, — рассудительно сказал Лис. Эш и Дин посмотрели на него с благодарностью, и он вдохновенно продолжал: — А вот лиса — запросто! — Бедный Рио, — прошептал Дин. — Создатель, будь к нему милостив, — добавил Эш. Лис с сожалением цокнул языком, но вслух ничего больше говорить не стал. — Я потом сюда пришла, — продолжала Тен. — Не смогла в дубе… И там сыро, а тут почти нет. Я себе сделала постель из старой паутины, если ее землей промазать, она не липнет. Получается грязно, но тепло. Она кивком указала на нечто бесформенное возле самого бревна, и Лис поежился: — Да у нас в хижине по сравнению с этим был целый дворец! — Ничего, переживем, — решительно сказал Эш. — Заночуем здесь, а потом посмотрим. Может, выкопаем новую хижину, может, придумаем еще что-то. Главное, что Тен нашлась.