Dancing devils in your eyes: Tragic City

“Допустим, это всё — настольная игра,

Где люди на Земле, сами по себе,

Где я есть у тебя, и ты есть у меня,

И вместе нам везёт, и если уж судьба

Все наши карты заберёт, то потеряет ход

Мы играем в «Дурака», Парного «Дурака»”

***

      Сквозь плотные коричневые шторы просторную комнату озаряли первые лучи нового летнего утра. Из приоткрытого окна доносилось звонкое пение птиц, и пробирался теплый ветер. Алиса медленно открыла глаза, привыкая к свету. Пелена сна постепенно рассеивалась, позволяя девушке пробудиться. Сначала она и вовсе не поняла, где находится, и сведя брови оглядывала комнату. Но воспоминания почти сразу врезались в голову, больно отдавая в ушибленный затылок. Живот все так же неприятно ныл, но вместе с тем, девушка чувствовала, как что-то липкое растекается по ее коже. Задрав рубашку, она ужаснулась от увиденного: когда-то белоснежно белый бинт, обмотанный вокруг ее талии, насквозь пропитался кровью. Алиса больно прикусила губу, отдаваясь страху. Ничего лучше, чем прижать рукой кровоточащую рану, она придумала и порыве панических эмоций тут же вылетела из спальни, спускаясь на первый этаж. Голова кружилась, а лестница казалась в разы круче, чем вчера. Девушка еле преодолела деревянные ступеньки и застыла у начала просторного зала.       Со знакомого большого дивана в центре гостиной свисало мужское спящее тело, частично укрытое одеялом. Совсем чуть-чуть, и Разумовский бы с грохотом очутился на полу. Но топот босых девичьих ног, заставил его резко проснуться, и ничто уже не оберегало парня от падения. — Какого ч…— только и успел выдать он, скатываясь с дивана вместе с одеялом. Разумовский развалился на полу, облокотившись о мебель, и сонно потирал глаза в попытках понять, что его разбудило. У ступенек он все же заметил Алису, взгляд которой горел отчаянием и страхом. Она будто вкопанная стояла без единого движения, держась за левый бок. — Надеюсь, у тебя веские причины будить меня, — стервозно с утренней хрипотцой выплюнул Птица.       Девушка медленно и молчаливо сократила расстояние между ними. Сейчас она не знала, что ее пугало больше: окровавленная марля или вторая личность Сергея. Алиса остановилась около уже вставшего с пола парня и приподняла края рубашки, полностью оголяя свои бедра и талию. Сергей обвел ее фигуру спокойным взглядом от небольших ступней, по выточенным ногам, останавливаясь глазами на кровавой повязке. От его пронзительного взгляда фарфорово-белые щеки Алисы покрылись легким персиковым румянцем. — Врач сказал, что такое может быть, — Разумовский махнул рукой и упал обратно на диван, заворачиваясь в одеяло. Парень источал холодное равнодушие, что обижало и в какой-то степени возмущало девушку. — А мне, что с этим делать?! — одновременно истерично и испуганно промолвила Алиса. — Без понятия, это Олег спец в ранениях, но он уже ушел, — отвернувшись от девушки, невнятно закончил рыжеволосый.       Блондинка поняла, что ждать от него какой-то помощи бессмысленно и неуверенными медленными шагами поплелась в ванную. Закрыв дверь, Алиса позволила себе дать слабину. Кончик носа неприятно защипало, обида на парня хлынула через край, а по щекам начали скатываться хрупкие слезинки. Девушка прикрыла рот рукой, чтобы не привлекать внимание, и оперлась о холодную кафельную стену. С одной стороны, она изначально поняла, что Птица с ней церемониться уж точно не будет, но его острые равнодушные слова глубоко ранили влюбленное сердце. В голове ехидно плясали десятки мыслей, Алисе надоело быть настолько беспомощной, но силы назло все никак не хотели возвращаться. Ей казалось, что она застряла в его замке и будет вечность немым призраком скитаться по тускло освещенным комнатам, разглядывая картины и покрытые пылью редкие издания книг.       Дверь с тихим скрипом открылась и перед Алисой предстала высокая мужская фигура. Девушка непонимающе хлопала мокрыми глазами, смотря, как Сергей подходит к ней вплотную. В его руках был небольшой черный пакет с логотипом какого-то дорогого бренда, который он поставил на край комода. Пальцами он поднял ее лицо за подбородок и парой легких движений стер соленые от слез дорожки. Казалось, Птица прожигал ее насквозь своими медовыми глазами, но Алиса не прерывала контакт их взглядов. Он медленно опускал ладони, цепляясь за маленькие пуговицы ее рубашки и с лёгкостью расстегивал их. Через несколько секунд ее грудь уже ничего не прикрывало. Блондинка продолжала хранить молчание, лишь наблюдая за происходящим. Сергей одним движением стянул с ее плеч одежду, оставляя ее лишь в одном нижнем белье. Холодные пальцы скользнули по ее горячей коже вокруг талии и в два счета расправились с бинтом, а затем и с большим пластырем. Парень немного нагнулся и с прищуром рассмотрел кое-как зашитую рану. — Успокойся для начала, — он выпрямился, снова заглядывая в блестящие от слез зеленые глаза, — Швы вроде целые, это главное. Сейчас аккуратно прими душ, и я обработаю рану. Его бархатистый голос был спокоен и крайне убедителен. Медовый взгляд был сосредоточен лишь на девичьем лице, но Алиса все равно стыдливо прикрыла свою грудь руками, что вызывало короткий смешок у рыжеволосого. Он уже развернулся и собирался покинуть ванную, но взявшись за дверную витиеватую ручку, остановился. — В пакете новое белье, думаю, не будет лишним, — в пол оборота повернув голову, сказал Сергей и вышел.       Алиса бросила короткий взгляд на черный бумажный пакет. Но сейчас ей было совсем не до обновок и интерес разглядывать подарок исчез. Раздевшись до конца, девушка встала под еле теплые струи воды. Долгожданный душ постепенно приводил ее в чувство, но рана больно щипала и растянуть удовольствие получилось от силы на десять минут. Алиса все-таки достала содержимое пакета. В небольшой коробке были аккуратно сложенные черные трусики с из дорогого очень уж тонкого кружева и такое же тонкое бра. Удивившись удачному выбору, Алиса приподняла один уголок губ и решила не медлить с примеркой. Подойдя к зеркалу, она помрачнела. Хотя новое белье идеально облегало ее формы, будто было сшито на заказ по меркам, все тело и лицо выглядели болезненно. Лицо украшенное ссадиной на щеке источало лишь усталость, глаза покраснели от слез, а губы изрядно потрескались, будто их терли наждачной бумагой. Ноги и руки покрывали редкие синяки, что уж говорить о мерзком порезе под ребрами. Красивая, желанная девушка из клуба испарилась, оставляя только искалеченное тело, хотя сейчас оно полностью олицетворяло внутреннее состояние Алисы за все ее долгие двадцать четыре года. Блондинка тяжело и грустно вздохнула. Она протерла мокрые жемчужные волосы полотенцем, и завидев висящий на крючке махровый халат благородного темно-синего оттенка, накинула его на себя, не завязывая пояса, и вышла из ванной комнаты. Паркетный пол был слегка прохладным и заставил девушку поежиться, обнимая себя за плечи. Сергей стоял за кухонным столом, попивая крепкий кофе из кружки, а Алиса в ожидании, пока он закончит, присела на диван. — Разве я говорил надевать мой халат? — с неизменным спокойствием спросил Птица.       Алиса бросила на него пресный молчаливый взгляд, сняла вещь с себя, аккуратно сложив рядом, и отвернулась. Сергей не ожидал таких податливых действий, отставил еще горячую кружку и молча направился к лестнице. Через пару секунд его фигура растворилась на втором этаже дома. Блондинку изнутри жгли больные эмоции. Ей было крайне тяжело смотреть на любимого человека, который так отстраненно себя ведет. Иной раз на пару секунд она забывала о Птице и ей казалось, что Сережа и правда ненавидит ее и не хочет лишний раз контактировать. Алиса приняла горизонтальное положение, кладя гудящую от мыслей голову на мягкую подушку, пропахшую приятным парфюмом Разумовского. Через несколько минут парень вернулся с аптечкой в руках и присел рядом с девушкой, что устало прикрыла глаза. Смочив вату в растворе перекиси, рыжеволосый осторожно прошелся ею по краям раны, чем вызвал недовольное шипение. — Терпи, — коротко и сухо сказал он, переходя к тюбику с заживляющей мазью.       Алиса отвернула голову, всеми силами подавляя желание прямо сейчас сбежать из этого холодного дома. Она чувствовала себя ничтожной и никому ненужной, это душило ее и заставляло слезы вновь скапливаться в уголках глаз. Всю жизнь ее главным страхом было остаться не нужной, наверное поэтому она так часто коротала одиночество с парнями и в конце концов отдалась Дагбаеву. Страх остаться одной управлял ей, и всегда приводил к последствиям. — Все-таки расскажешь, что это было? — прервал молчание Разумовский, уже ювелирно наклеивая новый пластырь.       Этот момент Алиса хотела оттянуть до последнего. Она понимала, что Птица спас ее лишь для важной информации и только для собственной выгоды. Неприятный комок застрял в горле, не давая волю словам. Перед глазами мимолетно пронеслись картинки, как ее выставляют за дверь, будто ненужного котенка, как она возвращается в одинокую квартиру и не знает, что делать дальше в этой жизни. Когда Сергей закончил и с новым бинтом, девушка так лежала, молча отвернувшись. Парень уже не надеясь на то, что сегодня она промолвит хоть слово, встал и уверенно поднял ее на руки. Алиса тут же вопросительно глянула на его лицо, которое теперь было слишком близко, а он спокойно посмотрел на нее в ответ и направился на второй этаж. Парень зашел в спальню и опустил девушку на расправленную кровать, в которой она проснулась. — Иногда я чувствую внутри сильные эмоции Сережи, как и он мои, но сейчас я сильнее и имею больше власти, — начал Птица, обходя кровать и ложась с другой стороны. — Знаешь почему он тебя любит? Его вопрос врезался в голову Алисы и отдался трепетным покалыванием в груди. Мысль о том, что Сережа любит ее теплом разлилась в животе, но рядом был не он, это сразу вернуло девушку в прежнее угнетение. В ответ она лишь молчаливо покачала головой в разные стороны. — Ты такая же как он, хочешь казаться сильной и смелой, но внутри ты все тот же сломленный ребенок, обделенный любовью и вниманием. А ему нравится помогать таким же как он, дарить им свою любовь, принимать такими, какие они есть. Спасатель хренов, — продолжал он. Сначала эти слова отдались неприятным послевкусием на языке, но взглянув на Разумовского, развалившегося рядом и глядящего в потолок, Алиса решилась выдать: — И ты такой же. Птица рассмеялся. — Я?! Да я воплощение силы, уверенности и равнодушия, о чем ты говоришь? Благодаря мне Тряпка имел успехи в прошлом, благодаря мне он на свободе и до сих пор жив, — с нескрываемым тщеславием говорил он. Отстранённость тут же покинула Алису, которая заинтересовалась в диалоге. Кажется ей совсем снесло крышу, когда она придумала план дальнейших действий. — Давай так, — она резко подскочила и села прямо на Разумовского так, что его торс теперь находился между ее ног. — я говорю то, что думаю, и если ты согласен с моими доводами, то целуешь меня. Алиса мило улыбнулась, а Сергей пребывал в недоумении от столь резких перепадов ее настроения, но не пытался снять девушку с себя. — Да ты больная, — насмешливо заключил он. — только что ведь чуть ли не рыдала. Алиса нахмурилась. — Ты согласен? — она стояла на своем. — Что за детские игры ты решила мне устроить? Может, мне мерзко с тобой целоваться, не думала? — Ты согласен? — Ты так хочешь меня поцеловать, я не понимаю…? Алиса картинно вздохнула и все же слезла с парня, снова устраиваясь на другом конце кровати. — Нет, просто хотела ввести тебя в ступор, — огорченно выдала она. После этого двое несколько десятков минут лежали в тишине под тиканье часов в коридоре и разглядывали однотонный потолок цвета слоновой кости, каждый витал в своих мыслях, но Птицу добил азарт, и он все-таки повернулся на бок лицом к девушке. — Говори, что хотела, — он блеснул янтарными глазами и ухмыльнулся. Алиса повторила его действие, и теперь они лежали, смотря друг другу в глаза. На секунду девушка вспомнила, что перед ней не человек, а террорист хладнокровно убивший сотни людей, и засомневалась в своих словах. Но Сергей вопросительно поднял брови, и Алиса поняла, что пути назад нет. Она снова затеяла опасную игру, и ей снова придется расхлебывать любые ее последствия. — Ты ведь тоже обделен любовью и вниманием. Ты тоже спасал Сережу, видимо, принимал весь удар на себя, но никакой благодарности взамен. Ты хотел, чтобы тебя услышали, ты создал Чумного Доктора, вел все эти трансляции только для этого. Именно тебя воспринимают как плохую сторону, поэтому ты привык таким быть, — Алиса прервалась, чувствуя на себе испепеляющий взгляд.       Девушка замерла, боясь издать еще хоть звук. На его лице было неизменное серьезное выражение, предвещающее все, что угодно. Тут Сергей резко подался вперед, а Алиса зажмурилась и отпрянула назад, но вовремя была схвачена сильными руками и убережена от падения на пол. Не открывая глаз, она почувствовала теплые мягкие губы на своих губах. Парень крепко держал ее одной рукой под лопатками, другая же покоилась у ее уха, зарываясь пальцами во влажных волосах. Он сминал ее губы своими, иногда чуть прикусывая. Через пару секунд Алиса уже сама углубляла их поцелуй. Птица жадно исследовал ее рот языком, что вызывало бурю внутри девушки. Он не менял расположения рук, только хватка усиливалась. Воздуха на двоих совсем не осталось, поэтому Сергей отстранился первым, давая Алисе отдышаться. Он картинно вытер губы тыльной стороной ладони и встал с кровати, отдаляясь к стеллажу с книгами. — Довольна? — вновь усмехнулся Разумовский. — А теперь ты расскажешь мне о своих секретиках.